Часть 27. Нисхождение богов

      -Он скоро появится, я чувствую. - Предупредил спутников синеволосый.       -Откуда тебе знать?       -Эммм, ну я же типа демон, и должен хорошо улавливать такие вещи. - Легкомысленно предположил Рин, закидывая руки за голову и потягиваясь.       -Ну-ну... - Фыркнул его брат, картинно поднимая брови. - То, что у тебя волосы цвета радуги ещё не делает тебя демоном.       -Блин, точно! - Подхватывает весёлый настрой Окумура. - Как думаешь, мне пойдёт ирокез?       -Ага, и не забудь синюю подводку для глаз. И ногти в чёрный покрась, а иначе, какой же из тебя получится принц Геенны?       И всё это шутливое действо - прямо впереди мрачно вышагивающего Амаимона. Ни дать, ни взять, очередная каприза судьбы. Лишний повод порассуждать над тем, какой же глупой ошибкой было втянуться ему в сие мероприятие.       Окумура старший, как нарочно, подливает маслица в огонь: - Кстати, ты знал, ректор однажды пробовал обучить меня демоническим повадкам. Мне максимально не понравилось, но в целом, ничего архисложного в этом нет. Исключая разве что тему хвостов, которые "приличные" демоны прячут в обществе. Тьфу!       Парень пародировал манерность Короля Времени, всячески доказывая невольным слушателям, что бабочка - есть бабочка, а демон - это демон; и без всяких там уроков этикета. А уж тому, кто с рождения наделён синим пламенем, навряд ли удастся когда-нибудь смыть с себя позорное клеймо. Рина и Юкио Окумура природа не планировала делать людьми. Это факт. Но и полноценных демонов лепить из них в здравом уме никто бы не взялся.       -... Это дааа... Кто знает, какими бы говнюками мы стали, не будь Старика рядом. - Поддерживает разговор младший близнец и задумчиво протирает очки на ходу. - Если на секунду представить, что Сатана не хотел использовать нас, как сосуд для себя любимого..., хах... - Эта мысль показалась ему достаточно забавной, чтобы быть озвученной, - знаешь, не хотел бы найти свою рожу на страницах учебника по демонологии.       -Прямо читаешь мои мысли. - Подмигивает брату синеволосый, широко зевая.       Они бездельно шаряться по районам с самого утра, но ничего так и не произошло. А поскольку аура всепоглощающей скуки - прекрасная почва для подобного рода тупорылых разговорчиков; никто не был против почесать языком. Может, их задорное настроение даже спровоцирует Присносущного напасть на зазнавшихся братьев.       Правда, пока близнецам удалось растормошить лишь одного сына' Геенны.       Никто из них не слышал, как тишайше низко и злобно бурлит котелок внутри самого что ни на есть настоящего демона.       "Ооо, вы себе льстите..." - Нетерпение Амаимона вопреки горячей натуре тлело где-то глубоко. И, можете не сомневаться, внешне это всё тот же каменный истукан.              Но надолго ли?       Он сам не знал.             Но то, что обоим Окумура до величественного звания как до луны на самокате, для Короля Земли было очевидно.       О, Геенна! Даже сам факт серьёзных рассуждений на эту тему фантастически его бесил. Очередной шуточный опус вселенной, считал он; ведь, - во имя Космоса, - сильнейшее пламя в Геенне не могло задаром достаться этим... этим бездарностям!       Фаянсовая маска Амаимона грозилась треснуть по швам. Но, увы, братья Окумура не Шиёми, чтобы замечать какие-то микроны изменений. Как и в принципе обращать на него внимание,... хотя бы иногда,... для профилактики.       А потому он мог всласть подискутировать сам с собой. Идя чуть позади недодемонов и разве что не оплавляя за собой асфальт, Король Земли в бессильной злобе сжимал и разжимал кулаки.       Абсурд! Мерзость! Бегемотово дерьмо!!!       Вот, что они такое...       И дело тут не в грёбанном цвете пламени!             В них нет и никогда не будет той тёмной глубины, той многогранности, той музыки,... что вложена в сам смысл существования демонов, как идеальных существ. Как расы, что всегда НАД людьми, НАД материей! Они - та самая высшая сила, что одними воспринимается как первопричина зла, в то время как другие видят в них божественный задел.       "Это свет и тьма, это лёд и пламя, это грязь и золото... Вот что такое наши нетленные сердца!"       И не вправе выродки с осквернённой кровью претендовать на это. Амаимон твёрдо убеждён: Сатана был не прав, когда даровал ублюдкам жизнь.       Это противоестественно!       "И в то же время..." - Король Земли резко остановился, впервые посмотрев на всё под иным углом.       В чём-то Отец даже заслуживал восхищения. Ведь только такой разнузданный Владыка мог сотворить нечто подобное. Зачать отпрысков, отрезав от себя часть души. Пламя Окумуры не взялось из ниоткуда! На всё его воля и стремление... Создать парадокс в системе, нарушив все законы мироздания в пользу эволюции их вида...

      -Потому что так поступают боги.

      .... И в угоду собственной прихоти.

      -Ибо это образ мышления демонов.

      Король Земли оскалился, тихо скрипнув жемчужной эмалью зубов, вместо того, чтобы взвыть от отчаяния и... зависти? Ненависти? Непонимания? Осознания того, что есть кто-то выше, чем ты сам? Кто-то, кто шагнул за предел?!       Да! Чёрт возьми, да! Именно это он и чувствовал в отношении нынешнего Правителя Геенны! Сатана - всегда первый среди первых. Авторитет с большой буквы. Тот, кто по-настоящему силён, свободен и достоин уважения. Чей полёт мысли простирается намного дальше самой земли и закоченевшего душой Амаимона, копошащегося в этой грязной скудоумной земле, словно обрюзгший червь.              И всё равно, Отец, ты допустил ошибку, признай. Ты сделал шаг назад, когда позволил ведьме рулить. И что она сделала? Сорвала твой триумф, изгнав в Геенну!       Что? Дал маху, безумный старик!? А ведь Геенна, сам знаешь, не прощает слабости...       "Ха..., уж кто бы говорил" - самоирония ожидаемо напала на него исподтишка.              Плетясь следом за двумя лже-владыками, зеленоволосый не упускал возможности провести параллели. По ощущениям, это как пройтись мотоблоком по коже спины, вспахивая едва зажившую плоть. Кто-то скажет, что Король Земли отчасти мазохист, раз не упускает случая заняться самобичиванием, всё остальное время пряча гигантских тараканов за ширмой унылой рожи.       Отчасти это было даже правдой.       Но соль не в том, что ему нравилось ковырять себе мозг. А в том, что только так он не забывал цели. Не забывал, что сделало его таким. Разбитым. Уродливым. Увечным.       Почему он до сих пор не собран, не целый. Так, пятка от непобедимого Ахиллеса. Кусок от могущественного демона, которым когда-то слыл.       Амаимон свято верил, что давно утратил всякое достоинство, ведь Шемихаза практически лишила его самоуважения, а себя - жизни; обретя взамен восхитительного слугу. И ныне Король Земли - доподлинно известно, - ничтожнейший из демонов! Так, кажется, теперь пишут в бесконечно тиражируемых трактатах и эпосах Геенны?       Амаимон бессильно сжал кулаки, которыми когда-то разрушал целые миры.       "Нисхождение богов какое-то..."       Седьмой владыка хрустнул шейными позвонками, неумело играя лицом; мина не то презрения, не то восхищения ловила каждое движение близнецов. По языку заскользил кисло-сладкий сок надкушенной губы, фруктовых леденцов и того самого... первородного вина, под названием "Ira". Амаимон хорошо знал и искренне любил этот вкус. Вкус, что ярче всех сластей на свете! Болезненное удовольствие поселились внутри и жгло его ненасытное сердце, алчущее чужих страданий. Ведь зеленоволосый знал наверняка и не раз напоминал себе сладкую истину:       Скорее слон пролезет через игольное ушко', чем эти двое доживут до четвёртого десятка.       Кровь демона, словно керосин, отравляет их уже сейчас. Окумура-старший протянет чуть дольше, ведь у него, насколько знал Повелитель Земли, сердце было. Но младший... Хе-хе... Возможно, убить их сейчас будет большей милостью. Но он это стерпит.       -Амаимон, что-то не так? - Юкио обернулся, когда Король Земли внезапно застыл у фонарного столба. Ему показалось, или по затылку прошёлся нездоровый холодок? Или это Амаимон молчал слишком долго для того, кто вынужден бесстрастно слушать их шуточные рассуждения о демонах?       Шатен красноречиво мазнул взглядом по вздувшимся мышцам, проступающим из-под тонкого хлопка рубашки. Потом настороженно перескочил на лицо; как всегда "ни о чём", но зато в сине-зелёных глазах отчётливо читаются лабиринты безумия.       "Давай же! Только дай повод, маленький экзорцист. Дай мне сожрать тебя..."       Из кармана до нелепого полосатых бридж как по заказу донёсся предупреждающий писк мобильника: "А-та-та..., даже не думай об этом, дружок" - голос брата ворвался в его сознание, но демон не шелохнулся.       А Юкио так и не дал повода....       -Блядь. - Рука Амаимона дрогнула и одним движением скинула звонок.       "Я держу себя в руках!". "Ты держишь меня в руках, жалкий мудень!". "А может, нам всем пора свернуть себе шеи и наконец успокоиться!!!"       Зеленоволосый, сжимая кулаки со страшной силой, с шумом выпустил пар из лёгких:       -Конфеты закончились.       -О. - Младший Окумура округлил глаза и пожал плечами, безоговорочно ставя галочку в голове; этот момент он запомнит и примет к сведению.       Неожиданно, но неловкую ситуацию прерывает не менее неловкая встреча. Рин мгновенно покрывается пятнами стыда, как только слышит издалека собственное имя, приправленное крепкими ругательствами.       Джанджо Кисараши - мужчина средних лет, но с проседью и пивным животиком от не слишком хорошей жизни, захлёбывается одышкой, едва поспевая за троицей. Но догнав, просто так не отпускает и довольно быстро даёт понять, что является нанимателем героя дня. И да, Окумуре Рину невероятно стыдно, что он не появлялся на рабочем месте, а всё кормил усатого добряка пустыми обещаниями.       -Старик, я знаю, что сплоховал. Можешь придержать у меня из зарплаты, я не обижусь. Просто сейчас реально никак...       Из их коротких пожатий и нелепых оправданий брата Юкио сразу понял, что Рин за пару недель работы проникся к хозяину небезызвестной якитории уважением, и даже ему стало стыдно, что близнецу приходится так нагло врать. Но по-другому было "реально никак".       Не молодой мужчина всё молча выслушал, проглотил каждый листик салата из лжи. И, мельком оглядев спутников экзорциста, деликатно отвёл парня в сторонку:       -Сынок, я должен знать. У тебя проблемы?       -Что?!       -Джанджо-сан, вы уж простите, это я виноват, что Рин прогулял работу. - Громко сказал Юкио, прекрасно зная, что Рин не умолчит под таким напором. Хозяин магазина мало того, что въедлив, так ещё и глуховат на левое ухо; поэтому Окумуре приходится повторить сказанное.       -Как его сенсей и младший брат, я поручил ему заботу о нашем новом ученике по обмену. Сами понимаете, это требует много времени и внеклассных часов.       Король Земли всё это время стоял безучастным пеньком, и, мягко говоря, не внушал доверия прошитому ресторатору. Неформальный внешний вид. Да ещё и бледный, как смерть. С другой стороны, его иностранное происхождение всё меняло, и навряд ли этот юноша в цветастой рубашке был каким-то якудзой, как подумалось толстяку вначале.       У ребят чуть сердце не остановилось, когда добродушный и мягкий, как булочка с корицей или сантехник Марио, Джанджо, вдруг взял, да и положил свою пухлую крупную ладонь на плечо демону.       -Чтож, вы в надёжных руках, молодой человек; эти двое - настоящие знаменитости Ассии.       Странно, но он вдруг почувствовал себя низкорослым юнцом, смотря в эти пронзительные глаза.       -Амаимон. - Лаконично представились беспристрастные к его существу глаза.       "Так могла бы змея поприветствовать бабочку" - подумалось мужчине.       -Хох, - от неожиданности повар смущённо вырвал руку, после того, как "молодой человек", шкодливо улыбнувшись, перехватил её с плеча и вяленько пожал на европейский манер.       -А-ма-и-мон. - Мысленно начертал на катакане Кисараши и по-доброму ляпнул, - ну и имечко! Родители тебя так же называют? Или есть сокращённый вариант написания?       Амаимон стёр улыбку с лица, вернув прежнее выражение неизбывного отчаяния. Стоящий по правую сторону от короля Юкио, сглотнул комок слюны, ведь демон не любил, когда так придирались к его имени. Но Король Земли просто продолжал смотреть. И смотрел долго, не отрываясь. Старый трюк, рассчитаный на дурака.       Младший Окумура, едва смекнув, что тот делает, поспешил немедленно прекратить процесс знакомства двух миров; легко отдёрнул Амаимона за край рубашки.       Ещё немного и он начнёт ценить господина Феля за то, что тот во имя веселья сделал горстку людей экзорцистами. Даже представить страшно, чем закончился бы разговор демона и человека без "переводчика". Что-то подсказывает ему: бедняга Джанджо уже никогда бы не стал прежним.       -Собственно говоря, мы спешим. - Окумура сдержанно поправил очки.       -А, да? - Мужчина даже немного расстроился, ощутив волну протвиоречивого раздражения. Бледнокожий парень показался ему весьма интересным... - Ну тогда не буду задерживать.       Он слегка склонил голову и назначил Рину рандеву на пятницу. Ведь "негоже таким ценным рукам бездельничать". Оба брата внатяжку рассмеялись и клятвенно пообещали, что Джа-сан увидит своего повара у плиты не позднее этой пятницы. Старик спрятал радость за усами.       Ведь у него тоже был брат, которого он любил, но не мог понять. Пусть они не так крепко общались в последнее время, под впечатлением от встречи с этой троицей, Джанджо вдруг вспомнил о нём и живо нарисовал себе их маленькие пятилетние лица, играющие у пруда. До той поры пока мама не наорёт на них из кухни, что аж до слёз.... Потому что его мать умерла тем летом.       И вот зачем он это вспомнил? Господи.       Почему?       Ресторатор, которого за глаза сравнивают с тёртым калачом, вдруг взял да и пустил слезу по щеке, растроганный неожиданным воспоминанием о времени, когда был счастливым и чувствовал себя защищённым. Странные мысли. Странный день. Он не нуждался в защите уже 35 лет с момента смерти его матери и ссоры с братом.       Рин и Юкио, конечно, заволновались, отпуская мужчину в таком состоянии, но ничего уже не могли ему предложить. Он их не винит... Он сам уйдёт, потому что это всё страх; стыдливый необъяснимый страх не оставляет ему выбора, кусая за пятки. И, будто бы призраки нашёптывают в глухое ухо, что он не станет делать глупостей. Звонить брату, пока не решит, что изгнать этот страх самостоятельно нельзя.       Абсолютно точно больше не станет делать глупостей!       ... И всё же Джанджо сделает кое-что странное, когда придёт домой. Он помоет руку с мылом.       Дважды! ***       -Фух. Пронесло. - Вздыхает младший Окумура.       -Ничего не понял, но мне это не нравится. Из этого камня слезу не выдавить в худшие дни. - Рин был впечатлён тем, какое влияние оказывали архидемоны на людей. Получается, в миру владык Геенны не боялись только экзорцисты и несознательные младенцы.       -Зачем ты назвал ему своё настоящее имя? - Без намёка на угрозу спросил менее впечатлительный, но более просвящённый Юкио.       Амаимон оставил за собой право не отвечать на глупые вопросы и лишь растянулся в пакостной улыбке , аля: "мужику не помешало б встряхнуться".       Не услышав членораздельного ответа, Окумура, поморщившись, воздел очи к небу:       -Ладно, без разницы. Просто не делай так больше.       А тут уже немного пованивало расправой.       - Это тебе не игра.       "Ооооо, ты даже представить себе не можешь, какая это игра! "       Такая восхитительная, что Мефисто всё никак не может наиграться всеми вами.       Его брат, Самаэль, попросту жаден когда дело доходит до чужих душ. И когда все прочие экзорцисты и Совет это поймут, будет уже слишком поздно... К сожалению, Амаимон очень хорошо знал, к чему приводят заигрывания с демоном времени.       -Так мы идём искать Присносущного засранца или как? - Амаимон закатил глаза, назло попирая младшего Окумуру плечом. Старший было хотел вступиться, но Юкио его остановил кивком головы: пусть идёт. Замяли тему.       Тем более, что Король Земли никогда не претендовал на "чужих" кукол; ему достаточно и одной. Самой многофункциональный и красивой.       Амаимон почти с трудом притушил победоносно взметнувшиеся уголки губ, состорив привычную всем мину магистра похуизма.       Они пошли дальше по тротуару.       Но, увы, чем дальше они шли, в полном молчании, тем сильнее лучший преподаватель Академии Истинного Креста тяготился. Без сомнения, он и раньше знал, что впереди идущий индивид слыл нездоровым стронником "ультранасилия", но, честно говоря, лишь недавно осознал, насколько Повелитель Земли в этом завяз. Дело в том, что Юкио решил подольше задержаться в местных храмовых библиотеках, посчитав, что раз уж судьба так сложилась, и седьмой владыка Геенны теперь что-то вроде "любимого плюшевого медвежонка" для Шиёми (как однажды съязвила при них Камики)... То им лучше знать врага в лицо.       Итак, что он выяснил?              По зеленоволосому не скажешь, но, следуя из до-Фолджеровских трактатов, Амаимон - бесстрашный Южный царь; во всех культурах, начиная с арабской, олицетворял собою грех Гнева и натурально ассоциировался с беспощадной резнёй, любым безудержным насилием, кровопролитем и, - кто бы сомневался! - ненавистью, заслужив славу отличного офицера бок о бок с другими "благородными" демонами. Амаимон не имеет пола, но предпочитает идентифицировать себя как мужчину. Единственный, кто обладает силой соперничать с Асмодеем и зваться Мастером или хозяином его, и ещё множества других духов, включая упомнутого демона вожделения и прочих одиннадцати более-менее сильных демонов.       Что из интересного? Эзотерически нестабильность Амаимона имеет слабость перед изначально гармоничным духом, то бишь Шемихазой. И в то же время, напрямую он подчиняется Сатане. Все четыре князя или короля, которым даны силы разлагать землю, моря, деревья и воздух неоднократно посещали мир людей, и везде трактовались по-разному.       "И что из этого следует, Юки?"       Ни-че-го.       Он абсолютно ничего не нашёл! Упоминания некоего договора между Шемихазой и Амаимоном кто-то подчистил не только из стандартов демонологии, мировой инфернальной эзотерики, но и из ватиканских архивов. Что просто уму непостижимо, если учесть, сколько столетий тянется это история. Получается, единственные, кто об этом знает чуть глубже, помимо самого Короля Земли и остальных приближённых Сатаны..., ...грёбанный Мефисто Фель. И более старые носители генов Шемихазы.       Которые сообща действуют на благо людей, не чураясь грязных методов.       "Ладно, хватит!" - Ещё немного, и он начнёт считать Амаимона "жертвой".       -Кстати, раз уж спросил... - Пользуясь случаем до него докапаться, Юкио забыл о негласном молчании. - Почему Амброзиус Фауст? Или липовое имя, как и нелепую одежду, тебе тоже ректор выбирал?       Рин готов был воздеть большие пальцы вверх; так ловко уколоть Короля Земли даже у него бы не получилось.       Амаимон же не задумывался над ответом, приблизительно понимая, откуда ноги растут. До них в Геенне долетал слушок, что двое из ватиканских пронюхали о подпольных делишках иллюминатов и Драгулеску. И даже забавно, что они так завуалировано спросили про его потрясающее бессмертное "тело" только сейчас.       -Это лишь один из моих обычных человеческих псевдонимов. - Махнул рукой демон, накидывая ещё парочку с неба, - Амон, Ааамон, Наум, Амун, Махазаэль... - Амаимон картинно почесал репу, понимая, что по большому счёту ни одно из людских имён ему не нравится.       Да и вообще... Амброзиусов в мире дохрена. Что в корне не вписывается в его парадигму превосходства демонической расы и уникальности обозначения каждого духа.       -Амброзиус. Пффф... Да и всё, наверное. Я не шибко заморачиваюсь над этим.       "И тебе не советую..." - де-факто добавляет Король Земли.       -И часто ты "пользовался" этими именами?       "Например до того, как Шиёми стала последней надеждой клана Сейо" - Юкио приготовился слушать, но, хах..., не особо надеялся что-то услышать.       -Нет.       Иными словами: "ты ничего не найдёшь, пронырливая букашка".       -Понятно. - Довольно сухо бросает шатен и быстро уплывает в конец процессии из трёх несочетаемых элементов: воды, камня и огня.       Хуже компании и не придумаешь. Навряд ли они вообще найдут этого неуловимого демона. А если и найдут, то как бы не поотрывали друг другу головы до того момента. Рин уже весь на нервах, ведь ему пришлось стать наблюдателем невидимой битвы двух умов. И ему было сложно сдержаться и не вдарить Королю Земли только за то, с каким пренебрежением тот отвечал его брату-человеку.       Тем не менее, для рассудительной воды в лице Юкио Окумуры подобный расклад событий оборачивается внеочередной возможностью дорваться до истины.       "Ведь для того, кто всегда внимателен к деталям, очевидное, рано или поздно, но открывается в нужное время", - с толикой безысходности заключает про себя младший сын Эгин, предвкушая, как будет потеть над архивами всю следующую неделю.       А пока он идёт вперёд, буравя каждую зелёную волосинку на чужом затылке.       К сожалению, ему не кажется: Амаимон постоянно врёт.       Его патологическая лживость не бросается в глаза, как у некоторых, но оттого ещё больше пугает.       В таком случае, Шиёми действительно стоит его опасаться. Да, Юкио с натяжкой мог поверить, что Морияма прокачалась настолько, чтобы чуять ложь Короля Земли за версту. Она уже не раз при всех оказывала ему благосклонность. Вступалась за него. Сражались с ним плечом к плечу. Делила трапезу...       Боже, в какой-то момент, она даже стала подражать ему!       "Держи карман шире, Юки" - Ехидно поправляет очки младший Окумура.       Она стала совсем как он! Отстранённой. Словно отчасти пребывает в другом мире, глядя на всё земное свысока.       И он даже готов предположить, в каком-таком мире потерялась их подруга...       Тьма Геенны паразитически быстро атакует их измерение. По последним сводкам, номинальная победа людей во время катастрофы маги на самом деле обернулась ничьей. Экстренная новость, разосланная всем ведомствам накануне, лишь подтверждает это. Ассия до сих пор не защищена от повторных массовых нападок демонов! И именно здесь отделяющая два мира грань настолько истончилась за последнее время, что по данным аналитиков Ватикана, демоны со всех концов Геенны мигрируют сюда полным ходом. Юкио мог ошибаться, но процент новых "туристов" и проведённых обрядов экзорцизма в неделю здесь шёл уже как семь к одному. Из этих семи - по меньшей мере два случая вторжения демонов для ранга паладина и выше.       А тут ещё и Шиёми, их будущая Наблюдательница, которая, кажется, не в курсе, что совсем скоро станет капитаном тонущего корабля.       "Если прежде сама его не потопит" - Юкио опасливо сглатывает паникёрскую слюну, памятуя какой застал её в поместье. Умопомрачительно красивой, важной госпожой с демонической свитой из двух королей - Юга и Севера Геенны. Как они переглядывались о чём-то своём, пока Амаимон велел ей остаться в доме... Шиёми впервые не вызвалась помогать. Шиёми предпочла доверить дело Королю Земли, прекрасно зная, какие методы тот использует. Шиёми проигнорировала его вопрос об Академии и почему не отвечала на звонки и смс-сообщения, льющиеся на её телефон рекой. Она просто сделала вид, что это неважно, чинно уходя в сад за ручку с "малышом Эгюном, который теперь типа за них".       Окумура безотчётно и методично сжимает и разжимает ладони, мысленно давая себе неслабых оплеух. В первую очередь, за то, что не поверил куда более проницательному брату. Во-вторых, за то, что надеялся достучаться до оглушённой жертвы одними смс-ками. И наконец, за то, что позволил коварному демону окопаться в святая святых. Нет, правда, у него было предостаточно времени разглядеть "красные флаги", но он этого не делал, натыкаясь на невидимые стены всякий раз, как Амаимон стоял у неё за спиной.       Король Земли небось потешается внутри над тем, как лихо он всех обманывает; всё больше склоняя носителя генов Шемихазы на свою сторону. Но вот зачем? Как он это делает, по факту не далая при этом ничего?!       Для Юкио Окумуры, экзорциста и верного друга, остаётся лишь одно: разузнать, в чём именно состоит эта ложь.