Расщепи меня, разорви меня на части, я беззащитен в твоих глазах

Если вы спросите 1-А, то Идзуку Мидория прост. Он человек сильных добродетелей и еще более сильных амбиций. Он - глоток свежего воздуха, напоминание о том, что героизм - это больше, чем слава, богатство и восхваления. И он простой человек. Идзуку плачет всякий раз, когда он подавлен, улыбается, когда он счастлив, и обнажает зубы в каждом сражении - неважно, друг или враг, обещая отдать все, что у него есть. Это Идзуку Мидория. С фасадом, хрупким, как стекло, забаррикадированным стеной, непробиваемой, как алмаз. Это не Идзуку Мидория. Идзуку Мидория забывает о простоте и повседневности в столь чутком возрасте, как четыре года. Оказавшись в мире враждебности, злобы, фанатизма и предрассудков, Идзуку отказывается от того, чтобы считать жизнь легкой. Жизнь нелегка; жизнь несправедлива. Он узнает о трех ценностях в возрасте четырех лет. Во-первых, люди не равны. Ни один таблоид, ни одна газета, ни одна программа не должны суметь убедить тебя в обратном. Люди не рождаются равными, и они никогда не будут. Не обманывай сам себя подобными фантазиями. Ты - кучка мусора; ты - черная овца. Ты неполноценен. Во-вторых, концепция доверия выдумана. Ни один человек не спасет тебя, ни герой, ни злодей. Преданность является синонимом предательства. Это все ложь, даже если это правда. Не доверяй никому: ни своим учителям, ни своей матери, ни себе. Тебя назовут лжецом, значит, язык всех остальных такой же лживый, как и твой. Каждый лжец. В-третьих, любой лучше тебя. Не лги себе, малышу с головой, витающей в облаках, и сияющими глазами, ты стоишь веса своих мечтаний, измеряемых золотом, - ничего. Каждый превзойдет тебя, каждый лучше, а ты ничто. Ты отброс. Ты бесполезен. Никого это не волнует. Это значит убить или быть убитым, понять или погибнуть в пузыре самонадеянности и невежества. Так что Идзуку понимает, что он слишком молод, чтобы бороться со своими собственными монстрами. Идзуку Мидория не прост. (Он никогда не будет.) И лишь когда класс 1-А поймет ужасы своего невежства, он поймет правду. + + + Идзуку Мидория в лучшем случае беспечен, а в худшем - саморазрушителен. Поэтому, когда классу 1-А сообщают, что он был поражен причудой гражданского лица в успешной попытке остановить вора от разгрома местного магазина у его дома, он не удивляется. Беспокоится, да - всегда волнуется за мальчика, который сражается и сражается, никогда не останавливаясь. Удивлен? Не особо. Шото Тодороки - недавно появившийся парень и весьма экстраординарная личность - требует, чтобы ему дали увидеть Идзуку. -Успокойся, - лениво тянет их классный руководитель. - Это была неопасная причуда. -Тогда, что произошло? - Урарака спрашивает с облегчением. -Гражданский назвал его Сплит. По сути, Мидория бы разделен на несколько людей, каждый из которых представляет его основное, начальное чувство, лучше сказать не могу. -И что в итоге? У нас есть три Мидории или что-то в этом роде? - Брови Каминари приподнимаются в замешательстве. -По сути. Это пройдет через 3 часа, но до тех пор вы все присматриваете за каждым из них. - Айзава подносит руку к своему виску. - Пожалуйста, не дайте им сбежать и доставить неприятности. Он вздыхает, словно простое объяснение забрало годы его жизни. С этим классом ты никогда не узнаешь. Всегда сражаясь на их стороне, смерть держит топор высоко, ждет, обещает, столь близко. -Следуйте за мной. Он уходит, не оглядываясь назад, и класс 1-А послушно следует за ним, наполовину заинтересованный тем, что именно случилось с Мидорией, и наполовину боящийся ослушаться Айзаву. Громкий хлопок над ними заставляет Айзаву и класс 1-А, ускориться. Как только они достигают четвертого этажа, дверь спальни распахивается, и два Мидории вываливаются наружу. -Что происходит? - Айзава рявкает, причуда активируется. Этого достаточно, чтобы привлечь внимание двух Мидорий, которые смотрят то друг на друга, то на класс 1-А большими немигающими глазами. -И-извините, - выдыхает тот, кого прижимают. Все замечают, что они выглядят по-разному. Все та же какофония черно-зеленых волос и поразительные виридиановые глаза, но разные. Как ни странно, это разница в одежде - Тодороки справедливо полагает, что она представляет собой выбор в стиле, который будет носить каждая основная эмоция Мидории - и общая эстетика, и экспрессия. У Мидории, который прижимает другого, андеркат, локоны на его голове дикие и необузданные. Его костяшки покрыты сильными ушибами, ногти сломаны, а лицо искривлено в рычании, которое может посоперничать с Бакуго. Шрамы засоряют его руки, порезы, ожоги и царапины. На нем надета майка, свободные, рваные джинсы и большие черные боевые сапоги. У Мидории, которого прижимают, длинные волосы, разливающиеся по выпирающим костям. Его глаза окаймлены красным, невероятно широкие с темными, очень темными кругами и впалыми чертами лица, отбрасывающими глубокие тени и заставляющие его выглядеть изможденным, больным и маленьким. На нем футболка, толстовка большого размера и толстые носки, все в различных нейтральных цветах. -Слезь с него, - ворчит Айзава, его тон не оставляет и места для неповиновения. Рычащий Мидория обнажает зубы на Айзаву при приказе и поднимается, чтобы прыгнуть на него, но рука, схватившая воротник его футболки, держит того на месте. Этот Мидория выглядит впечатляюще уверенно. Он источает атмосферу напускной храбрости, улыбается напряженно, но дерзко, а его глаза яростно сверкают. Как ни странно, он носит костюм героя Мидории: белый вместо зеленого, с серыми сапогами на тяжелой подошве. Однако под закатанными рукавами у него нет шрамов, а волосы коротко подстрижены и вьются на затылке. -Кончай с этим, вспыльчивый. -Хм, Сэнсэй? - Голос Момо колеблется. - Что происходит? Айзава складывает руки. -Выведи всех сюда. - говорит он «Герою Мидории», который кивает с такой же яркой улыбкой. -Вы слышали Сотриголову. Все, вон! Мимо проходят еще два Мидории; они все такие разные, такие индивидуальные, несмотря на то, что, по сути, являются одним и тем же человеком. Один буквально сияет, словно, чистый солнечный свет проходит по его венам. Не считая его одежды, он идентичен Мидории, которого все знают. К большому смущению и радости Шото, он одет в любимую футболку Шото и пару сапог до бедер из продукции Всемогущего. Его улыбка искренна, со здоровым румянцем на его веснушчатых щеках. Другой создает впечатление небытия в теле человека. Одет в монохромно черный цвет, исключая его фирменные ярко-красные туфли. Наряд пугающе напоминает Шигараки, что некоторые из учеников 1-А замечают с тихим содроганием. Его волосы спадают с плеч, закрывают безжизненные глаза. След от веревки обрамляет бледную кожу его шеи, он держит свой взгляд опущенным. -Пожалуйста, представьтесь своим кодовым именем или чем-то в этом роде. - Айзава разворачивается. - Класс 1-А будет присматривать за вами, пока вы не исчезнете через два с половиной часа. Позвоните мне, если возникнет чрезвычайная ситуация. Айзава уходит, в слегка сгорбленной, негнущейся позе. -Так, - рявкает Бакуго. - Кто ты, черт возьми? -Приятно познакомиться со всеми вами! - Голос героя Мидории напоминает Всемогущего, но более мягкий - не такой надменный. - Я - нездоровое навязчивое поведение Мидории, Спаситель. Нездоровое навязчивое поведение? -Я - ярость, - тот, что с резким рычанием, - гнев Мидории. -Не знала, что он умеет злиться, - шепчет Мина. -Серотонин, - восклицает оптимистичная личность, - радость, любовь, счастье Мидории! - Он хихикает. - И более яркие эмоции. -Страх, - заикается широкоглазый. - Я-я его и-испуг и п…п-печаль. Самый растрепанный остается тихим. Спаситель подталкивает его. -Твоя очередь. Он не поднимает взгляд, голос ровный, когда бормочет слово «Анон». -Ты его что? - спрашивает Киришима без всякой враждебности. Анон поднимает голову вверх. - Я все то, что испорчено в нем. …? -Вы - основные части Мидории? - Момо шепчет нерешительным голосом. Спаситель кивает. - Да, это так. Мы составляем самые фундаментальные черты Идзуку. -И «все то, что испорчено в нем» - это фундаментальная характеристика? - Это звучит обвиняющие, обеспокоенно и тревожно. Что-то не так. Страх склоняет голову. - Я-я знал, что э-это произойдет, они узнают, н-насколько мы испорчены. Я…б-б-блять знал это, глупый Спас-с-ситель заверял нас, что все б…б-будет нормально. -Но он всегда кажется счастливым, - говорит Урарака. -Вы утверждаете, что Деку фундаментально отрицателен? Ярость переводит взгляд на нее. -Не называй его так, черт возьми! Урарака бледнеет. - Ч-что? Серотонин неодобрительно качает головой. -Игнорируйте его. Идзуку до сих пор пытается привыкнуть к имени. И чтобы ответить на ваш вопрос, да. Идзуку отрицателен фундаменально. Жизнь до Юэй была борьбой. Даже после этого ему потребовалось некоторое время, чтобы принять и смириться со своими собственными чувствами удовлетворения и счастья. Так что мы все еще здесь. -Но почему? - Серо заикается. - Он всегда был таким ярким. -Вы можете поблагодарить Страх, Ярость и Анона за это. -О чем, черт возьми, гребаный ботаник вообще может грустить? - злится Бакуго. - Его хвалят за каждый шаг, что он делает. -Ты, блять, издеваешься надо мной? - Ярость усмехается. - Ты ударился головой, или забыл о том, через что ты заставил его пройти?! Ты гребаная причина, по которой я Фундаментальный. К черту тебя, ты кусок говна. - Он делает угрожающий шаг вперед. - Ты думаешь, что имеешь право говорить это чертово дерьмо! Бакуго замолкает. -Так теперь ты заткнулся! Почему ты не закрыл рот, когда мы были детьми, хах? Ты действительно думаешь, что чертова схватка на Граунд бета была достаточной, чтобы заставить меня простить тебя?! Что это имело какое-то, блять, значение для меня?! Мириться с твоей неполноценностью всю жизнь и ради чего?! Хочешь ебучей помощи, чтобы ты выбрался из реки?! Ярость; ярость; ярость. Всеобъемливающая, это Ярость, что бурлит. -Успокойся, - отсекает Анон Ярость. - Не говори ничего, чего бы он не хотел, чтобы кто-то знал. -Что бы он не хотел, чтобы мы знали? - Тодороки обнаруживает для себя, что спрашивает это, обвинительно сужая глаза на Бакуго. Все пять «Основ» повернулись к нему. -Шото! - Серотонин визжит, прибегая и обнимая своего парня. Шото едва держится, когда подтянутые бедра обвиваются вокруг его пояса, а руки хватают за плечи. -Шото, я так тебя люблю! Тодороки краснеет до ушей. -Ты одна из причин, по которой я здесь. - Он отклоняет голову назад, чтобы встретить взгляд Тодороки. - Идзуку был так счастлив, когда ты пригласил его на свидание. Он очень благодарен тебе. «Так мило», думает Тодороки с нехарактерно мягкой улыбкой. -Правда? Серотонин энергично качает головой. - Да. Каждый Фундаментальный питает к тебе симпатию, некоторые больше, чем другие. -Это мило, - восклицает Мина. - Это означает, что его любовь к тебе является фундаментальной чертой. Практически врожденной. Спаситель гудит, соглашаясь. - Это так! Все мы испытываем определенную симпатию к классу 1-А и учителям Идзуку. Но для таких людей, как Бакуго. - Использование его фамилии заставляет блондина вздрогнуть. - Есть более сильные эмоции ярости и страха, которые ослепляют обожание. -Почему Бакубро? - спрашивает Киришима. -Потому что эта чертова шл. Страх шлепает рукой по рту Ярости и пищит: -Не р.р.р-рассказывай им! И-им не нужно з.з-знать. -Я не согласен. - Серотонин соскальзывает с Шото, но все еще остается прижатым к его боку. - Подумайте о том, насколько проще было бы жить, если бы все знали. -Нет. - Голос Анона холодный. - И разве Айзава не говорил, что вы должны присматривать за нами или что-то в этом роде? Я возвращаюсь в чертово общежитие. -Давай, Шото! - Серотонин тянет Тодороки за запястье. - Мы можем посмотреть Гравити фолз. Тодороки никак не сопротивляется и позволяет своему парню тащить себя. -Нам не нужно, чтобы все мы следили за Мидорией, - говорит Момо всем. - Он уже потащил Тодороки, но я думаю, что лучше всего оставить только его ближайших друзей. Похоже, что эта причуда сделала его чувствительным, поэтому только его самые надежные друзья должны оставаться с ним. -Итак, Шинсо, Урарака, Иида и Цу. - Киришима кивает головой на четверых. - Вы, ребята, присматриваете за ним вместе с Тодороки. Если что-то случится, позвоните нам, и мы позовем Айзаву. Все кивают. + + + Просто Если бы.