Часть 7

Память — это не просто воспоминания. Это поле боя, где сражаются наша личность и те, кто хочет ее отнять.

--- — Не может быть... Ты же... Эмили Барнс? — голос Наташи дрогнул, в нем смешались шок и неподдельная радость. — Я помню тебя в Красной Комнате. — Кто? — девушка в черном костюме резко обернулась, ее глаза, полные холодной ярости, впились в Наташу. И в этот миг что-то надломилось. Из-под толщи льда и искусственных барьеров в ее сознании, словно обломки затонувшего корабля, начали всплывать образы. Давно забытые, стертые бесчисленными «обнулениями». --- Воспоминание. Красная Комната. — Боишься? — юная рыжеволосая девчонка с напускной бравадой запрыгнула на ринг. Она не ждала ответа — все знали, что программа в голове ее противницы не позволяла ей реагировать на чьи-либо реплики, кроме команд «Гидры». — Нисколько, — прозвучал тихий, но четкий ответ, от которого у Наташи перехватило дыхание. Вторая девушка повторила ее движение, заняв боевую стойку. Ее движения были выверенными, машинными, но в глубине глаз, казалось, теплилась искра. Спарринг мог длиться вечность, если бы одна из них не оступилась. Наташа поскользнулась, ожидая неминуемого финального удара. Но его не последовало. Вместо этого рука протянулась к ней, чтобы помочь подняться. Этот жест, абсолютно чуждый запрограммированному солдату, сказал больше любых слов. Поднявшись, Наташа снова встретилась с ней взглядом — и не увидела привычной ледяной пустоты. Бой продолжился с новой силой и закончился ничьей. И как всегда, темно-рыжую девушку увели в запретную зону Комнаты. --- Воспоминание. Комната отдыха. — Ты ведь никому не расскажешь? О том, что мне возвращается рассудок? — в голосе Эмили сквозило неприкрытое беспокойство. Их по неизвестной причине поселили вместе, и между девушками возникла странная, но прочная связь. Они стали опорой друг для друга в этом аду. — Эмили... Что ты такое говоришь! Я никогда. Я не могу тебя потерять. Я уже потеряла здесь сестру, — голос Наташи дрогнул. — Я не отдам тебя. — Спасибо, Наташа. Я рада, что встретила именно тебя. Я так волнуюсь за Баки... Надеюсь, с ним все в порядке. Знаешь, я рада, что сейчас здесь, а не в «Гидре». Там после каждой миссии — обнуление и боль. А здесь можно просто сделать вид, и тебя оставляют в покое. Но мой брат там, и он ничего не помнит. Я случайно подслушала, что его скоро привезут сюда. — Мы поможем ему. Мы вернем ему себя. Я уверена. --- Эмилия оказалась права. Через несколько дней в Красную Комнату доставили Джеймса, а с ним — и надзирателей из «Гидры», решивших проверить прогресс своего «оружия». Они присутствовали на очередной тренировке. — На ринг выходят Романова Наталия и Эмилия... — Мадам Б не успела закончить, как ее грубо прервал один из «гидровцев». — Не стоит церемониться. Начинайте. --- Несколькими часами ранее. — Нат, я так волнуюсь. Если они догадаются... Меня снова обнулят. — Мы справимся. У нас ведь получалось все это время. — Нат, это не просто надзиратели Комнаты. Это «Гидра». Никаких поддавков. Бой в полную силу. Любая попытка помочь — и они все поймут. — Само собой. --- После боя. — Ее — в камеру для коррекции, — начальник охраны кивнул на Эмили. За его спиной зашевелились двое громил. — Конечно, — безразличным тоном ответила Мадам Б. Девушку, едва стоявшую на ногах после жестокого спарринга, грубо потащили в ее самый страшный кошмар. Наташа, стиснув зубы, заставила свое лицо оставаться каменной маской. Эмили не сопротивлялась. Она понимала — раз ее повели туда, значит, раскрыли. Ее последние надежды рухнули, когда в камере она увидела Зимнего Солдата. Его холодный, пустой взгляд пронзил ее насквозь. Ее бесцеремонно швырнули в кресло. Начальник охраны склонился над ней. — И как долго ты водила нас за нос, девчонка? Эмили молчала. Ответом стала оглушительная пощечина, от которой у нее потемнело в глазах. — Не хочешь говорить? Что ж, тогда придется быть убедительнее. Он отошел и что-то бросил по-немецки человеку у пульта. Двое охранников пристегнули Эмили к креслу ремнями, откинули ее голову назад. На нее опустился шлем, и через секунду ее тело выгнулось от мучительного разряда электричества. Это не было «обнулением». Это была пытка. Они хотели сломить ее, выяснить, как долго она их обманывала. Разряд следовал за разрядом, не давая ей передышки, превращая сознание в сплошную боль. --- Вернувшись в настоящее, наемница с трясущейся от напряжения головой резко перевела взгляд вперед. Рядом с ней, словно из ниоткуда, возник Зимний Солдат. — Что с тобой? У нас задание. Не можешь справиться — иди к нему. Я разберусь с ней, — его голос был металлическим и безжизненным. Она молча кивнула и скрылась в толчее, получив через минуту сигнал к отступлению. --- — Это был он, — Стив сидел в фургоне, уставясь в пол. — Но он смотрел на меня, будто видел впервые. — Но как? Прошло семьдесят лет, — произнес Сэм, которого задержали на мосту. Наташа, сидевшая рядом, отвела взгляд, она так и не сказала Стиву, что видела сестру Баки, которую тот считал умершей.  — Зола. Они захватили его отряд и ставили опыты. А Баки... он был среди них. — Ей нужен врач, — Сэм указал на кровь, сочившуюся сквозь пальцы Наташи, сжимавшие рану на плече. — Иначе истечет кровью. Уилсон вздрогнул, когда «гидровец», сидевший с ним плечом к плечу, оглушил электрошокером своего напарника и занес кулак над ним. — Эта штука сдавила мне мозг, — прохрипела темноволосая девушка, снимая шлем. Ее взгляд скользнул по присутствующим. — Кто это? — она кивнула на Сокола. --- Черные фургоны свернули в безлюдный проулок — идеальное место для расправы. — Выкопать три ямы! — скомандовал Рамлоу, выходя из машины. Он с группой солдат приблизился к фургону. По его знаку двери распахнулись, открывая взору оглушенного агента и аккуратную, выжженную лазером дыру в полу. --- — Дай руку, — Стив осторожно помог Наташе выйти из машины у водосброса Вашингтона. Мария Хилл, отворив скрипучую решетчатую дверь, повела их по узкому подземному тоннелю. Вскоре пространство расширилось, освещенное скудными лампами. Навстречу им, запыхавшись, выбежал полноватый мужчина в очках и темно-зеленом костюме. — Огнестрельное! Она потеряла много крови! — крикнула Хилл. — Пинты две, не меньше, — предположил Сэм, поддерживая Наташу с другой стороны. — Я заберу ее, — предложил врач. — Сначала — к нему, — голос Марии стал твердым и властным, заставив всех насторожиться. Она провела их за прозрачную штору, где на больничной койке под капельницей лежал Ник Фьюри. — Сподобились навестить? — он с трудом приподнял голову, и в его голосе звучала знакомая язвительность. Пока врач обрабатывал рану Наташи, Фьюри принялся перечислять свои травмы: — Рваные раны на позвоночнике, трещины в ребрах, сломанная ключица, проколотая печень и адская мигрень. — Не забудьте про коллапс легкого, — добавил врач, зашивая рану Наташи. — Как такое забыть? В остальном — в порядке. — Но вы умерли. Ваше сердце не билось, — не отступала Наташа. — Тетродотоксин. Замедляет пульс до одного удара в минуту. Бэннер создал его для контроля над гневом. Не помогло ему, но мы нашли применение, — объяснил Фьюри. — Почему такая секретность? Почему не сказали нам? — спросил Стив. — Покушение на директора должно было выглядеть убедительно. Меня не убьешь, если я уже мертв. К тому же, я не знал, кому можно доверять. --- — Этот человек отказался от Нобелевской премии мира, — Фьюри разглядывал фотографию Пирса. — Сказал: «Поддержание мира — не заслуга, а обязанность». Именно поэтому у меня проблемы с доверием. — Нужно остановить запуск, — твердо сказала Наташа. — Поскольку позвонить в Совет Безопасности мы не можем... — Ник открыл кейс с тремя чипами. — Когда хеликарриеры поднимутся на три тысячи футов, они синхронизируются со спутниками «Озарения», — Мария развернула к ним ноутбук. — Нужно проникнуть на борт и заменить их чипы на наши, — продолжил Фьюри. — И не на одном, а на всех трех, — добавил Стив. — Если хотя бы один корабль останется в строю, погибнут миллионы. — Придется считать весь персонал на борту врагами и обезвредить их, чтобы спасти тех, кто на земле. — Мы не будем ничего спасать, — голос Роджерса прозвучал как приговор. — Мы уничтожим хеликарриеры. И «Щ.И.Т.», и «Гидру» — разом. — «Щ.И.Т.» не имеет к этому отношения! — начал Фьюри. — Вы дали мне задание, и я его выполню. «Щ.И.Т.» скомпрометирован, вы сами это сказали. «Гидра» выросла у вас под носом! — А почему, по-твоему, мы в этой пещере? Я ее заметил. — И сколько уже людей погибло? — Стив с вызовом смотрел на Ника. — Я не знал про Барнса. — А если бы знали? Сказали бы? Или это тоже было бы «фрагментировано»? Всему конец. И «Щ.И.Т.у», и «Гидре». — Он прав, — тихо, но четко сказала Хилл. Фьюри обвел взглядом всех, остановившись на Сэме. — Эй, не смотрите на меня. Я делаю то же, что и он, только чуть медленнее. — Что ж, — Ник откинулся на спинку стула, его взгляд был тяжелым и усталым. — Похоже, отныне вы у руля, капитан.