Часть 8

Память — это не просто картинки из прошлого. Это компас души. Лишив нас его, они надеялись, что мы заблудимся навсегда.

--- После жаркого обсуждения плана захвата хеликарриеров группа разошлась, готовясь к миссии. Все, кроме Наташи. Она стояла у стола, погруженная в тяжелые думы, ее обычная уверенность куда-то испарилась. Выйдя из укрытия, она поднялась на плотину и остановилась у парапета, глядя на темную воду внизу. Вскоре к ней подошел Стив. Он молча постоял рядом, давая ей время, но в конце концов не выдержал. — Нат, с тобой все в порядке? Ты выглядишь... подавленной, — его голос был тихим и полным беспокойства. — Вряд ли, — ее ответ прозвучал приглушенно и устало. — Я могу чем-то помочь? — Ты можешь просто выслушать. Или тебе нужно готовиться? — Даже если бы мне нужно было готовиться, я бы выслушал. А я готов. Так что я весь во внимании. — Спасибо... — Наташа глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. — Ты помнишь ту девушку? Ту, что напала на нас на шоссе. — Как же можно такое забыть? — Я ее знаю, Стив. Он отшатнулся, будто от удара. — Что ты хочешь сказать? — Мы были знакомы. Очень давно. В Красной Комнате. — Ты... ты знаешь, как ее зовут? — голос его дрогнул. — Да. К счастью, знаю. Ее зовут Эмилия. Эмилия Барнс. — Не может быть... Это же... — Да, Стив. Она сестра Зимнего Солдата. Сестра Джеймса Бьюкенена Барнса. — Но... я был уверен, что она погибла. Ее убили люди «Гидры». — Откуда ты можешь быть в чем-то уверен на все сто? Твой лучший друг, которого ты считал мертвым, оказался полукиборгом-получеловеком с железной рукой, работающим на террористическую организацию. Почему история его сестры должна быть проще? — Ты права, но... — он запустил руку в волосы. — Когда я вернулся с той миссии, соседи рассказали мне, как в их дом ворвались вооруженные люди. Они слышали звуки борьбы, видели, как распахнулось окно — Эмили пыталась сбежать. Но ее оттащили, раздался выстрел, а потом... душераздирающий крик. Больше ее никто не видел. Когда я вошел внутрь, на полу были ее фотографии, вещи Баки... и лужица крови. Вот все, что от нее осталось. — По твоим словам, да, кажется, что она погибла. Но куда делось тело? «Гидра» не стала бы его убирать. — В этом и была загвоздка. Это всех насторожило. — Тогда я могу с уверенностью сказать: та девушка в черном костюме — это она. Хочешь знать, как она оказалась в Комнате? --- Перед одной из тренировок Мадам Б собрала нас и холодно объявила: — Сегодня к нам поступает новое «оружие» «Гидры». Эмилия Барнс. Мы были в шоке. Как человек может быть оружием? В зал вошла девушка лет двадцати. Темно-рыжие волосы до плеч, глаза цвета грозового неба. Но ее взгляд был пустым и ледяным, лицо — непроницаемой маской. Меня поставили в пару с ней для спарринга. Мы взошли на ринг. Бой был... идеальным. Слишком идеальным. Мы парировали друг друга с абсолютной точностью. Обычно я справлялась за минуту, но здесь шла вровень. И так продолжалось, пока я не оступилась. Я ждала решающего удара, но его не последовало. Вместо этого она протянула руку и помогла мне подняться. Наши взгляды встретились всего на секунду, но я успела увидеть в ее глазах не пустоту, а боль, отчаяние и безмолвную мольбу о помощи. Затем ставни в ее сознании снова захлопнулись, и взгляд снова стал стеклянным. Наш бой закончился ничьей. Ее, как всегда, увели в запретную зону. Но когда надзиратели из «Гидры» уехали, ее перестали изолировать и поселили со мной. Мы сблизились. Она рассказала мне о своей жизни, о том, что воспоминания потихоньку возвращаются. И умоляла никому не говорить. Я поклялась. Но через несколько месяцев Эмилия случайно подслушала, что «гидровцы» снова приезжают. Нас раскрыли. Ее... «обнулили» у меня на глазах. И я до сих пор не могу простить себе, что не сдержала слово, не смогла ее защитить. Потом ее увезли, а на смену ей привезли ее брата, Зимнего Солдата. Мы с ним... тоже сблизились. Он стал моим наставником. А потом и его забрали, и сотрудничество «Гидры» с Дрейковым прекратилось. --- Наташа замолчала, дав Стиву время переварить услышанное. Он был поражен. — Наташа... Ты не виновата в том, что с ней сделали. Поверь мне. Я думал, что мой друг мертв, мы отправляли экспедиции, чтобы найти его тело... Но это ничто по сравнению с тем, что ты мне рассказала. Ты пыталась ей помочь. Это главное. — Спасибо. Мне... мне нужно было выговориться. — Всегда пожалуйста. Я рад, что тебе стало хоть немного легче. --- База «Гидры». Острая, раскалывающая боль пронзила череп девушки. Она схватилась за виски, пытаясь заглушить ее, но даже ее усовершенствованный метаболизм был бессилен. А в сознании, словно проклюнувшись сквозь асфальт, пробивались чужие и одновременно до боли знакомые образы. --- Воспоминание. Бруклин, 1943 год. — Сержант Джеймс Барнс на рассвете отбывает в Англию, — Баки с трудом выдавил из себя, глядя на сестру. — Джим... Я знаю, что не могу просить тебя дать обещание. Но... вернись живым, — голос Эмилии дрогнул, а по щекам медленно потекли горячие слезы. Она бросилась ему в объятия, сжимая так сильно, будто это было в последний раз. — Ладно уж, — он улыбнулся, прижимая ее к себе. — Обещаю. Вернусь живым и невредимым. Честно-пречестно. А с тобой останется Стиви. — Ни за что! Я не оставлю тебя там одного, я тоже поеду! — вступил в разговор Стив. — Нет уж, не пугать мне мою сестру, — усмехнулся Баки. — Она и так не переживет, если мы оба уедем. --- Воспоминание. Лаборатория, проект «Суперсолдат». Девушка с замиранием сердца наблюдала, как капсула со Стивом медленно открывалась. Она первой сорвалась со своего места и застыла в изумлении. Ее хлипкий и слабый друг исчез, а на его месте стоял высокий, мускулистый мужчина. — Как... как ты себя чувствуешь? — было единственное, что она смогла выговорить. — Выше, — так же ошеломленно ответил Стив. --- Воспоминание. Улицы Европы, передовая. Не обращая внимания на усталость, девушка выбежала из лагеря. Вдалеке она увидела две до боли знакомые фигуры. — Джимми! Джим! Стиви! — закричала она, ускоряя бег. — Боже мой, вы живы! Добежав, она бросилась в объятия брата. Тот, услышав детское прозвище, широко улыбнулся и крепко обнял ее. Стив терпеливо ждал своей очереди, пока позади замер в изумлении весь 107-й полк. --- Вернувшись в настоящее, девушка наконец все поняла. Это были не чужие сны. Это была ее жизнь. Собрав волю в кулак, она резко поднялась с кресла, отшвырнув врачей, как тряпичных кукол. Несколько человек бросились к двери за подмогой, но ее это больше не волновало. Она подошла к креслу, где сидел ее брат. — Послушай меня, — ее голос был тихим, но настойчивым. Он не реагировал. Пришлось резко толкнуть его, чтобы привлечь внимание. — Послушай! Мы не всегда были их солдатами. Тебя зовут Джеймс Бьюкенен Барнс. А я — Эмилия Алексис Барнс. Джим, это правда. Мы должны отсюда убираться. — Я... я помню тебя. Ты моя... сестра. Да? — Да! Да, это я. В этот момент в помещение вошел Александр Пирс. Эмилия медленно повернулась к нему. — Я вижу, память вернулась. И ты решила поделиться ею с братом. Ничего, мы это исправим, Солдат. — Отойдите от меня! — выкрикнула она, и в голосе впервые зазвучала не машинальная покорность, а настоящая, живая ярость. — Хм. И что ты можешь мне сделать? — он усмехнулся. — Правильно. Ничего. Она занесла руку для удара, но что-то невидимое сковывало ее мускулы. — Что вы со мной сделали? — Я? Ничего. Это просто... феромоны, Солдат. Ты думаешь, я не предвидел такой возможности? — Обнулить обоих, — бросил Пирс, разворачиваясь к выходу. Эмилию грубо оттащили к ее креслу, ремни впились в запястья и лодыжки. С таким же сожалением она наблюдала, как то же самое проделывают с Баки. Их взгляды встретились в последний раз перед тем, как на головы опустились шлемы. В них была одна и та же смесь — боли, сожаления и тлеющей искры надежды на будущее, в котором они будут свободны. Затем мир обратился в боль.