Полдень

      

***

      Последние два года пролетели слишком быстро. Череде скандалов, преследовавших её личную жизнь, не виднелось конца и края. Непрекращающиеся приемы, которые она вынуждена была посещать, чтобы заручиться поддержкой всех слоев общества в огромном числе стран. Каким-то образом Драко так органично вписался в её жизнь, или она в его, что невозможно было поверить, что Гермиона когда-либо жила без него. Свадьба, которая прошла всего спустя два месяца после их воссоединения наделала много шума. В прессе предполагали, что это политический альянс. Другие говорили, что это способ реабилитации для Малфоя. Третьи утверждали, что причина в скором пополнении. А были еще и те, кто считал, что брак случился по причине шантажа. Причем, кто кого шантажировал, было не совсем ясно. Ведь всех небылиц и компроматов, собранных журналистами, хватило бы на обоих, окажись данные правдой. Близкий круг принял этот союз вполне спокойно. Разве что отношения с Роном так и остались слишком отдаленными, чтобы называть их хотя бы приятельскими.

***

      Стоя перед зеркалом, сжимая в руке кусок пластика, она тяжело вздохнула, после чего встретилась взглядом с серыми глазами в отражении. Драко заглянул через плечо Гермионы, а затем поцеловал в шею и обнял. — Не расстраивайся. Мы ведь обсуждали альтернативы. Всё получится. Астория говорит, что время еще есть и мы оба здоровы. — Я знаю. Просто каждый раз надеюсь увидеть две полоски. Это маггловский тест, но он очень точный. И я хочу выносить ребенка сама… — Если мы разобрались с лечением Дафны, которая ушла в ремиссию. Спасли огромное количество волшебников и существ, то с этим точно справимся. Просто еще не время. Всё в жизни происходит вовремя. Гермиона прикрыла глаза, откидываясь спиной на грудь мужа. Он был абсолютно прав. Она уже изучила всю информацию о маггловских способах зачатия. Ведь волшебные чаи и зелья не помогали. Как и лей линии или места, выбранные друидами в древние времена. Как и диеты, как и регулярные попытки. Она знала об этом всё. В конце концов, им нужно было собираться, ведь спустя пару часов порт-ключ снова перенесет в новую страну с официальным визитом.

***

      Полгода назад Гермиона прекратила делать тесты. Это было бесполезно. Они смирились и теперь искали решение вместе с Асторией и маггловской медициной. Сложностей оказалось больше, чем ожидалось. Дело двигалось крайне медленно. И вот уже третий месяц они торчали в Лондоне. Более того, Драко был вынужден вернуться в то общество, которое с радостью покинул много лет назад. Вот и сейчас, стоя в парадной мантии посреди огромного зала, украшенного слишком старомодно даже по меркам чистокровных снобов, он с уверенностью мог сказать, что каждый человек, подходивший с таким доброжелательным выражением лица, определенно хотел от него чего-то. Ему вообще не нравилось бывать в Англии. А Тем более в министерстве, на приеме в честь дня всех святых. Но, они не смогли отказаться, потому что этот прием был решающим в работе Гермионы. Она слишком долго шла к тому, чтобы оказаться сегодня здесь. Слишком много усилий было приложено, чтобы всё прошло как нужно. Краем глаза он заметил свою супругу, которую взял в оборот министр магии. Драко злился. Как только фамилия его жены стала Малфой, то предложения возглавить чуть ли не любой отдел посыпались как из рога изобилия. Кто бы что ни говорил о запятнанной репутации, но размер хранилищ в Гринготсе, а также наличие той самой запятнанной фамилии, было куда более значимым, нежели блестящая репутация, но статус магглоржденной. Этот мир не заслуживал Гермиону Грейнджер. Тем временем, тот самый волшебник с доброжелательным выражением лица выпрашивал галлеоны на какой-то сомнительный проект. Окончательно переключив внимание на собеседника, Драко заговорил: — Не стоит упоминать моего отца. А тем более мать и её смерть. К делу. Волшебник с зализанными редкими волосами, чье имя он даже не пытался запомнить, заговорил: — Вы как никто другой должны поддержать идею ярмарки невест. Рождаемость упала после войны. А магглорожденных можно было бы выгодно пристраивать в семьи волшебников, уж вам то об этом должно быть известно. Сколько блистательных родов вымерло… А мы могли бы помочь таким как ваши друзья. Не все так смелы как вы… Многим важно оставить статус крови чистым. Ведь есть и вторая часть проекта… При желании, мы бы могли помочь и вам обзавестись наследником. Мне кое-что известно о вашей проблеме. Малфой почувствовал, как внутри него что-то оборвалось. Он не хотел ошибиться. — Конкретнее. Мужчина перед ним немного замялся, воровато оглянувшись, приблизился и заговорил чуть ли не шепотом. — Ну, мне стало известно, что наша главная героиня войны не может выносить и родить наследника после всех пыток и невзгод, что выпали на её долю. Как жаль… Но, как я сказал, могу гарантировать решение вашей проблемы. Блондин почувствовал, что галстук давит слишком сильно, а в зале внезапно стало слишком душно. Сохранить лицо сейчас являлось крайне важной задачей, ровно как и дать Гермионе то, чего она хотела уже достаточно долго. — Я же сказал, ближе к делу. — За определенную сумму я предоставлю магглорожденную, которая выносит наследника Малфоев и даже не вспомнит об этом. Возможно, даже не одного наследника… И разумеется, она не будет связана ни с какими другими семьями. — Сколько времени потребуется, чтобы отобрать кандидатуру? В глазах мужчины блеснул азартный огонек и противный гнусавый голос наполнился фамильярными нотками: — Обижаете, мистер Малфой. Мы подготовились. Я знал, что предложение вас заинтересует. Завтра, скажем, в одиннадцать утра… Полагаю, вы с супругой найдете время? Мы предоставим как минимум десять девушек. — Нам подходит. Где? Неприятный мужчина посмотрел на Малфоя исподлобья, явно пытаясь скрыть то превосходство, которое читалось в его взгляде. — Ждите сову, мистер Малфой, адрес будет у вас к полудню. Он растворился в толпе спустя мгновение. В тот же момент чья-то рука легла на его предплечье, движение было слишком знакомым. Он обернулся, встретившись с обеспокоенным взглядом супруги. — Кто это был? — Не хочу ошибиться, но, похоже, это тот, кого мы искали.

***

      Гермиона нервничала. День не задался. Она не могла уснуть полночи, думая о том, что рассказал ей Драко, а теперь не могла проснуться, то и дело зевая, стоило ей моргнуть. Сова прилетела в начале одиннадцатого утра. Взглянув на часы, ведьма поняла, что до встречи оставалось всего лишь полчаса. Выдра Гермионы умчалась с посланием, а сама девушка тяжело вздохнула и последовала в кабинет мужа. Драко молча сидел в своем кресле, делая вид, что читает газету и её это бесило. — Почему ты так спокоен? Драко вздохнул, отложив свое чтиво и посмотрел на жену, которая явно не находила себе места, продолжая мерить шагами длину кабинета. — А смысл переживать сейчас? Через пару часов всё станет ясно. Лично я хочу поскорее покончить со всеми делами и испариться из Лондона. Мы итак тут застряли на полгода практически… Гермиона прикусила губу и села напротив него в кресло венецианской эпохи. — Как думаешь, почему он подошел именно к тебе, а не ко мне или к нам двоим? Вдруг это ловушка? Драко усмехнулся. — Думаю, ответ очевиден, ты и сама прекрасно понимаешь, что договориться с бывшим преступником гораздо безопаснее и проще, чем с героиней войны, которая к тому же борется с репродуктивным насилием и нелегальными делами связанными с волшебниками и существами. Было бы странно, если бы он подошел к тебе. — Ты прав, но всё равно это очень подозрительно. Он мог хотя бы прощупать почву, а не так сразу. Наверное, нам стоит спуститься вниз… Поближе к камину. Драко предпочел согласиться, дабы не нагнетать и без того нервную обстановку, поэтому встал, и протянул руку супруге. — Идем, милая.

***

      Голубовато-серебристый шар влетел в гостиную Малфоев, превращаясь в оленя и вещая голосом Гарри — Мы их взяли. Идет допрос. Авроры других стран ждут сигнала, чтобы одновременно накрыть остальные офисы. Как закончим, приду к вам. Гермиона, замерла на полпути у окна, громко выдохнув, глядя как величественный сохатый растворяется в воздухе. Она перевела взгляд на Драко, который не отрываясь следил за ней. Он смотрел на свою жену и видел как поникли её плечи, делая силуэт еще более хрупким. И, резко встав на ноги, даже не обратил внимания, как книга, которую он читал с глухим ударом приземлилась на пол. Гермиона сделала нерешительный шаг навстречу, и он тут же сократил дистанцию, принимая её в свои объятия. Она прильнула к нему, ища поддержки и защиты. А он стоял и гладил подрагивавшую спину, целовал кудрявую макушку. — Вот и всё, Гермиона, всё закончилось. Ты смогла освободить этих девушек. Спасла им жизни. Теперь они в безопасности. Она подняла слезящиеся глаза на мужа и прошептала: — Это всё так страшно. Я очень боюсь, что коррупция победит, те что беременны… Они ведь родят этих детей… А потом произойдет несчастный случай. Ведь семьи, купившие это… Почти все они очень влиятельны. — Поттер разберется. Не списывай его со счетов. Если не его профессионализм, так везение точно поможет. Гермиона рассмеялась, легонько шлепнув Драко по груди. Вечером Гарри пришел к ним, как и обещал. Проследив на шее друга свежий шрам, тянущийся почти от подбородка и уходящий вниз под воротник форменной рубашки, она нахмурилась. Поттер, с привычным ему умением слишком легко относиться к собственным ранениям, и вообще к жизни, лишь махнул рукой и сказал: — Они подготовились. Оборотное слетело с нас как только мы прибыли. Они откуда-то достали гибель воров. Но, Кэти успела наложить антиаппарационный купол. А дальше всё завертелось…

***

      ПРОДАЖНЫЕ ЧИНОВНИКИ И КУПЛЕННЫЕ ДЕТИ.

Сегодня состоялся суд, которого мы с вами, дорогие читатели, ждали последние несколько месяцев! Скажу без преувеличения, отвратительные, просто леденящие душу подробности вскрылись в ходе расследования аврората по делу о репродуктивном насилии. Почти год ушел на то, чтобы вычислить, задержать и осудить всех причастных к этому громкому делу. Ранее мы не могли поделиться с вами столь важной информацией по приказу министра. И наша редакция до сих пор недоумевает, почему нельзя было получить информацию об уже осужденных? Министерство хотело задержать всех фигурантов дела или давало кому-то возможность избежать наказания? Этот вопрос останется без ответа. Итак, сегодня наш горячо любимый министр Шеклболт вместе с самым молодым главой Аврората Гарри Поттером дали развернутое интервью... Гермиона замолчала, переведя взгляд на мужа, который сидел за столом в своем кабинете за столом и судя по всему, до её прихода читал ту же статью. — Они это серьезно?! Как Кингсли допустил, чтобы Пророк публиковал подобную чушь относительно такого важного дела?! Драко снял очки для чтения, отложил их на стол и потёр переносицу указательным и большим пальцем. — Гермиона, это было ожидаемо. Ты хотела чтобы Малфоям пели дифирамбы? Или что они напишут о реально погибших девушках, которых убивали после, как отработанный материал. Гермиона вздохнула, взмахом руки отправляя газету в камин. — Разумеется, я не ожидала, что мне вручат второй Орден Мерлина… Но, они написали, что мы сами обратились к этим мерзавцам и спасла нас только дружба с министром и главой аврората. Что мы якобы… Драко встал и приблизился к жене, прижимая её ближе. — Я знаю, родная. Мне тоже очень больно. Никто не должен говорить, что мы пытались купить ребенка и прочую чушь. Этот мир не заслуживает тебя. Ты спасла столько жизней по всему миру. Столько девушек вырвано из плена и из лап самой смерти… Не думай о сраном Пророке. Я разберусь с этим. Наш юрист всё исправит, насколько это возможно. Гермиона всхлипнула и прижалась сильнее к груди мужа, слушая как размеренно бьется его сердце. Он был прав. — Драко, я хочу уехать. Куда-то, где тепло и солнечно. И нет Пророка, и всей этой грязи. — Всё закончилось. Мы можем наконец покинуть Лондон хоть сейчас. Как насчет Италии?

***

      Гермиона вышла из душа и застала Драко за разглядыванием детской метлы. Он придирчиво осматривал подарок Кастору ко дню рождения. В груди что-то сжалось, она ощутила болезненный укол сожаления. С самого утра у неё было приподнятое настроение. День начался легко и обещал быть веселым. Через пару часов они отправятся на день рождения замечательного мальчика, чья семья для Гермионы стала близкой и родной. Вот только от чего-то тянуло низ живота справа, но, этот день явно не подходил для переживаний или катастроф связанных с аппендиксом. И, позабыв о мимолетной боли, Гермиона собиралась на праздник. Спустя несколько часов веселья, после того как маленький именинник задул свечи и открыл всю гору подарков, Гермиона всё же подошла к Астории. — А у волшебников бывает аппендицит? Астория, отставила фужер с шампанским на проплывавший мимо серебряный поднос и серьезно посмотрела на свою подругу. — Давай отойдем в соседнюю гостиную и ты мне всё расскажешь. Они ускользнули от шумной компании, и как только закрылась дверь, поглотившая большую часть звуков вечеринки, Астория взмахнула палочкой, накладывая диагностические заклинания одно за другим. Обе волшебницы безмолвно уставились на живот Гермионы, которая прикрыла ладонью рот, а по её щекам потекли слезы. Спустя несколько секунд она всхлипнула, поднимая неверящий, но пропитанный надеждой взгляд на колдомедика. Астория преодолела расстояние между ними, обхватив плечи подруги руками: — Ты здорова, Гермиона! Вы оба здоровы, ты и твой малыш. Всё в норме. Срок еще очень маленький, всего полторы недели. Я позову Драко, ты присядь. С этими словами она призвала стул из другого конца комнаты, усаживая в него Гермиону, пока та всё также прижимала руку ко рту и неверящие смотрела на свой живот. Торопливый стук каблуков пронесся по комнате, распахнув двери, Астория врезалась в Драко, который уже тянулся к дверной ручке. Их глаза встретились, а затем, он увидел рыдающую жену, и ужас, отразившийся в его глазах заставил Тори прийти в себя. Она схватила его за предплечье и вернула внимание: — С ней всё хорошо. Но, ты ей нужен прямо сейчас. Иди. Астория улыбнулась, прикрывая двери, подумав о том, что эту новость миссис Малфой должна сообщить супругу сама. Он бросился бежать через всю комнату к своей плачущей жене. В голове пролетел миллион мыслей, и ни одной хорошей. Тем временем Гермиона подскочила и понеслась ему на встречу, впечатываясь в объятия. Она что-то говорила, хватаясь за его плечи, но от волнения и сквозь всхлипывания он не мог разобрать ни слова. Наконец, обхватив её лицо руками, он вытер бегущие по щекам слёзы, и постарался поймать её взгляд: — Милая… Черт, Гермиона! Приди в себя и объясни мне!!! Она икнула, накрывая его руки своими и проговорила наконец: — У нас будет ребенок, слышишь! Я беременна, Драко! Она улыбалась, глядя в его взволнованное лицо, а он замер. Спустя такое мучительное долгое мгновение его рука опустилась на её совершенно плоский живот, а взгляд был прикован к её глазам. Его губы растянулись в такой мальчишеской улыбке, что её сердце сделало кульбит. — Ты же понимаешь, что это будет самый залюбленный и избалованный ребенок на свете, Гермиона… Она рассмеялась, когда почувствовала как он покрывает её лицо быстрыми, хаотичными поцелуями. Это было как счастье на вкус. Как самое настоящее чудо. После нескольких лет попыток. После того, как они уже подписали документы на магловское лечение бесплодия… Всё произошло само. Как когда-то сказал Драко — всё происходит тогда, когда и должно. Вовремя.