Глава 1

- Очень приятно, Евгений, - губы молодого русого оперативника коснулись тыльной стороны ее ладони. - Можно просто Женя. - Можно просто Валя, - она смущенно улыбнулась, замечая во взгляде Евгения веселые искорки. - Надолго к нам? - Надеюсь, да, - оперативник посерьезнел. - Но прежнее начальство меня не очень жаловало, посмотрим, как будет сейчас… - Ну, если Галина Николаевна будет сильно обижать, вы знаете, к кому обратиться, - Валя заговорщицки подмигнула и рассмеялась, представив, как выгораживает перед Галей провинившегося опера. - А что, вы близко дружите? - они сели на соседние кресла в переговорной, ожидая начала летучки. - Я бы по ней не сказал… да и по вам. - Стыдно произносить вслух, сколько мы уже друг друга знаем, - Валя снова рассмеялась. - Узнаете нас поближе и поймете, что ошибались. - Хотелось бы, - по тому, как тяжело Женя вздохнул, Вале стало ясно, что на прошлом месте у него не просто не сложилось - не клеилось совсем. Это была весна. Валя любила ее искренней нежной любовью, особенно то, как она сочеталась с Москвой, преображая до неузнаваемости ее суровый облик. Снег почти до конца сошел, оголив вялую траву и прошлогоднюю листву. Но уже начали пробиваться сквозь комья влажной земли первые свежие росточки, тянущиеся к свету с удивительным упорством. Рассмотреть выходящую из спячки природы, несмотря на все желание, у Вали совершенно не было времени. Только в пробке или на светофоре, поворачивая голову в сторону разделяющего проспекты газона, она могла уловить эти мимолетные мгновения. - Я дома, - она хлопнула дверью так, чтобы было слышно во всем доме. Никто не отреагировал. Странно. Муж должен по своему обычаю сейчас спускаться за кофе из кабинета. Если она, конечно, ничего не забыла… Черт, ну конечно! Только бы было еще не поздно, только бы… - Ты опять, - это был даже не вопрос. Голос мужа из трубки звучал рассерженно с оттенком разочарования. Но она ведь не специально… - Степ, ну ты же знаешь, работа, - слабое, но все же оправдание. Каждый раз она надеялась, что оно сработает. - Помнится мне, что когда ты устроилась в эту чертову контору, ты обещала не оправдывать этим то, что не выполняешь свои обязанности жены и матери, - Васильев начал закипать. Одно и то же… она, кажется, наизусть знала всю его дальнейшую тираду, поэтому, поставив телефон на громкую связь, стала переодеваться. Сначала нужно сменить платье: это уже никуда не годится после суток на работе. Туфли придется надеть на каблуке. Неважно, что ноги и без того болят, он скажет, что сама виновата. Прическа еще куда ни шло, но на всякий случай надо залачиться, вдруг… Единственное, что не вызывало сомнений - это макияж, повезло, что Васильев в нем совершенно не разбирался. - …и я уже не могу это терпеть! Запомни, Антонова, при разводе дети останутся со мной!!! Даже Юра, хоть ему и почти восемнадцать! Если тебя и это не остановит… - То я не знаю, что тебя вообще способно остановить, - в такт мужу пробубнила Валя. Да, он вообще не меняется. - Степа, я еду за детьми и сразу к тебе, - спокойно сказала она и положила трубку. С ним - только так. Господи, как она устала от этого… Ну, ничего, она со всем справится. - Мам, телефон, - Юра был, как и всегда, до ужаса серьезен. Единственный сын, первенец, он всегда больше времени проводил с отцом, поэтому в их ссорах, даже самых небольших, он принимал его сторону. Вот и сегодня, сидя на переднем сидении маминой машины, он молчал с хмурым видом, разговаривая коротко и тихо. - Ира, кто там? - сумка была в руках у дочки, и, протягивая руку за мобильником, Валя всеми фибрами души надеялась, что это не муж звонит ее поторопить. - Тетя Галя, - слава Богу! И не слава Богу тоже… - Галь, что бы ты от меня ни хотела, я пас, - с Рогозиной всегда нужно было быть предельно четкой. - У Васильева презентация сегодня, а я и без этого уже… напортачила. Галя как всегда прошлась по Васильеву крепким человечком. Хорошо, что динамик телефона тихий… не надо детям такое слышать. - От детей привет, - намеками она разговаривать тоже умела. Рогозина все поняла. - Им тоже, - она быстро повесила трубку, попросив перезвонить, когда найдется свободная минута. - Готовность номер один, - передавая мобильник на заднее сидение, она оглянулась на дочерей. - Инга, застегни Соне куртку, не дай Бог еще простудится. И сама шапку надень, только недавно выздоровела. Глядя на себя в зеркало дальнего вида, она не могла не улыбнуться: а она, несмотря ни на что, хорошо справляется. Десять лет уже работает почти без перерывов, и муж до сих пор ее не бросил, хоть и грозился… И дети обуты, одеты, здоровы. Даже маму любят. По крайней мере, так говорят. Особенно девчонки. Сколько лет они уже ее отрада и опора. Да, что бы ни говорил Степан, он ошибается. Просто у него уж очень особенные тараканы в голове. После стольких лет глупо обижаться. - Этот проект - как будто мой новый ребенок, почти что как они, - Васильев сиял в свете вспышек, улыбаясь объективам многочисленных камер. Он потрепал по голове сына, поцеловал, подтянув на руки, младшую Соню, обнял Иру и Ингу. Да, фотографии получатся отличные. Примерный семьянин, любящий отец да еще и ударник труда. Валя ухмыльнулась: почему-то ему это ставят в достижение, а ей в упрек. Ну еще бы, работающий папа, который уделяет своим детям хотя бы минимальное внимание - это герой нашего времени. А работающая мать - просто ехидна какая-то, бросающая несчастных ребятишек на произвол судьбы. От подобных мыслей Вале всегда хотелось скорее плакать, чем улыбаться, но она уже давно приучила себя заменять одно другим. - Ну, и, конечно, ни один ребенок не появился на свет без участия моей горячо любимой жены, - вот и до нее дошла очередь комплиментов. В их искренности она почти не сомневалась. Почти. Но уж больно ясно стояли в голове недавние слова, сказанные по телефону, и они очень слабо вязались с этой сентиментальной речью. - Она - мое главное вдохновение и самое сокровенное сокровище. Спасибо тебе, Валя, что остаешься рядом со мной. Он приобнял ее за талию и легонько поцеловал. Валя поежилась: еще бы она не осталась, как будто он когда-то давал ей выбор. Нет, не то чтобы она когда-нибудь хотела уйти… Или хотела?.. Неправильное место и время она выбрала для этих размышлений. Улыбаясь вспышкам, она старалась переключиться на что-нибудь более приятное, но рука мужа, лежавшая на талии, как будто не отпускала эти тяжелые мысли…