Помолвка нашего сына?

Эбби, оставшись один, направился в свою комнату и переоделся в новый наряд, который купила ему Лиззи. Взглянув в зеркало, он заметил, что наряд выгодно подчёркивает его фигуру. Всё, от красной приталенной рубашки до чёрных кожаных перчаток, говорило о том, что он готов к чему-то важному, необычному. Этот образ был другим, словно указывающим на начало новой главы в его жизни. Он взглянул на своё отражение и чуть улыбнулся. — Это точно будет не такой день, как все остальные, — произнёс он вслух, начиная собираться. Поправив галстук и пиджак, он спустился вниз. Мать была на работе, а отец, как всегда, отсутствовал, занятый своими делами. Его мысли прервал звонок такси. Он быстро взял ключи и вышел из дома. Когда он сел в такси, его мысли вернулись к недавним событиям, когда Лиззи дала ему пощечину. Он мог бы просто забыть о случившемся и не вспоминать о тех неприятных моментах, но что-то внутри не позволяло ему это сделать. — Что ж, это будет интересный день, — тихо проговорил он, откинувшись на спинку сиденья и глядя в окно. Такси плавно подъехало к дому Лиззи. Эбби вышел, прикрыв за собой дверцу, и сразу почувствовал, что воздух здесь пахнет по-другому — чище, теплее, будто наполнен спокойствием и уютом. Этот дом всегда напоминал ему что-то из глянцевого журнала о роскоши: мраморные колонны сияли на солнце, ухоженные газоны были такими ровными, что казались нарисованными, а у фонтана с мягкой подсветкой переливалась вода, как в рекламном ролике. Лепнина на фасаде, строгие формы, аккуратные изгороди — всё говорило о стиле и хорошем вкусе. Он глубоко вдохнул — в воздухе витал аромат свежескошенной травы, слегка отдающий мятой и цветами. Тишина здесь была особенной: не пустой, а наполненной — щебетом птиц, лёгким журчанием воды и едва слышным гулом далёкого мира. Эбби встал у двери и нажал на кнопку звонка. Через секунду он почувствовал, как сердце забилось чуть быстрее. Всё-таки с того дня, с показа, он Лиззи не видел. Тогда, в толпе, она подошла и дала ему пощёчину — это было больно не столько физически, сколько эмоционально. В тот момент он даже не понял, что произошло. Сейчас же он понимал слишком хорошо. Он ожидал услышать шаги, но дверь открылась без предупреждения. На пороге стояла Лиззи. Чёрное платье с двумя белыми пуговицами, чёрные сапожки, ленты в волосах — всё как всегда. И всё же что-то в ней было не так. Её взгляд был не мягким, как раньше, а колючим, почти стеклянным. Белая корона на голове казалась немного сдвинутой, будто её надели в спешке. — Зачем пришёл? — произнесла она тихо, но с отточенным ледяным нажимом. — Привет, — мягко сказал Эбби, пытаясь сохранять спокойствие. Он опустил взгляд, будто признавая вину. — Я хотел поговорить с твоим отцом… и с тобой. Объясниться. Лиззи молчала несколько секунд, изучающе глядя на него. Даже в своей ярко-красной рубашке с аккуратными подтяжками, дорогими туфлями и галстуком с металлической вставкой он выглядел неуверенно, почти как школьник, пришедший просить прощения у классной красавицы. Она это чувствовала. — Папа занят. У него встреча внизу, в зимнем саду, — сказала она наконец. Она чуть повернулась и жестом пригласила его войти. Эбби молча прошёл внутрь, ощущая, как с каждым шагом по мраморному полу становилось чуть прохладнее. Дом Лиззи был почти безупречен — с витражными окнами, цветочными ароматами и зеркалами, отражающими дневной свет. Всё здесь было словно со страниц глянцевого журнала. — Знаешь… — сказала она, не глядя на него. — …я ведь тогда была там. Видела это всё своими глазами. Видела, как она тянется к тебе. А потом… потом ты даже не извинился. Эбби сжал руки в кулаки. — Я… не знал, как. Всё произошло слишком быстро. Я не хотел этого. Всё пошло не так, Лиззи. — Ты позволил поцеловать себя девочке, которую вся школа боится как чумы, — перебила она, резко обернувшись. Её глаза блестели от сдержанных эмоций. — А потом ещё и ушёл со сцены, как будто всё в порядке! — Ты думаешь, мне было легко?! — сорвалось с губ Эбби. — Алиса — это… Это не то, что ты себе представляешь. Я просто... Это сложно. Она молчала, но в её взгляде читалось больше, чем в любой реплике. Поджатые губы, сжатые пальцы, затаённое дыхание — Лиззи боролась с собой, со своими эмоциями, с желанием сказать что-то резкое… и с желанием понять. Эбби шагнул ближе, осторожно, словно приближаясь к дикому зверю, который может укусить в любой момент. — Понимаю, звучит как бред, — продолжил он тише. — Но я не знал, что она это сделает. Это было неожиданно. Я... Я был в шоке. И до сих пор не понимаю, зачем она это сделала. Лиззи медленно выдохнула, опуская глаза. — Ты выглядел так, будто тебе... нормально, — проговорила она тише. — Как будто ты был не против. — Я просто не знал, что делать, — тихо сказал Эбби. — Всё произошло на публике. Все смотрели. Я чувствовал себя как марионетка. Ветер мягко шевелил её чёрные хвостики, белые ленты дрожали от движения. Она стояла прямо напротив него, всего в шаге, — и вдруг голос её стал мягче: — Ты выглядишь... хорошо, — неожиданно сказала Лиззи, бегло оглядев его с ног до головы. — Стильно. — Спасибо, — смущённо улыбнулся он. — Это ты купила мне, если помнишь. — Помню, — слабо улыбнулась она. — Можно... мне искупить вину? — тихо спросил он. — Хотя бы попробовать? Лиззи посмотрела на него долгим, испытующим взглядом. Её губы чуть дрогнули, будто она собиралась снова разозлиться, но в итоге лишь прошептала: — Не заставляй меня жалеть, что открыла тебе дверь. И развернулась, направляясь внутрь. Эбби, чуть не выронив сердце, поспешил за ней, оставляя за спиной солнечный день и ощущение, будто только что прошёл через эмоциональное поле мин. Зал был светлым и просторным, с белыми стенами, витражными окнами и массивной люстрой, отбрасывающей тёплые блики на мебель. Диван был мягким, почти вязким — сидя на нём, чувствуешь, будто тонешь в подушках. Эбби и Лиззи сидели рядом. Она скрестила ноги и молчала, глядя в сторону. Эбби время от времени косился на неё, словно всё ещё не верил, что она впустила его в дом. Вскоре по лестнице вальяжно спустился мистер Рейн — в яркой рубашке с принтом в виде ананасов и в золотых очках, в которых отражалась вся его жизнерадостность. — А вот и я! Что за заговор без меня? — радостно воскликнул он, раскинув руки, словно собирался обнять их обоих. — Здравствуйте, мистер Рейн, — вежливо сказал Эбби, слегка улыбаясь. — Рад вас видеть. — Эбби-Эбби, парень с идеальной причёской и неидеальными историями, — с усмешкой отозвался Рейн, опускаясь в кресло напротив. — Ну что, случилось что-то или ты просто зашёл поболтать о рыночной волатильности и вкусе жизни? — Я хотел… — Эбби протянул ему бумагу. — Вот. Мистер Рейн взял бумагу — лист с отпечатанными графиками, схемами и заметками. Его весёлое выражение лица моментально сменилось на внимательное и сосредоточенное. Он слегка приподнял очки на лоб и начал читать внимательнее, словно пытаясь понять, не шутит ли Эбби, но потом, поняв, что это не так, он слегка приподнял брови. — Ты в этом уверен? — тихо, без привычной ухмылки, произнёс он, не отрывая взгляда от документа. Эбби кивнул и, будто ощущая важность момента, не отводил взгляда. — Да. Если что… — Он достал телефон, разблокировал и открыл банковское приложение. Лиззи, лениво поглядывавшая на экран, вдруг резко выпрямилась, её глаза расширились. На дисплее светились цифры, от которых перехватывало дыхание: 490 000 000 $. — Ч-что? — вырвалось у неё, и она чуть ли не выронила подушку. — Откуда столько у тебя?.. Эбби улыбнулся. Он повернул экран к мистеру Рейну, и тот, не произнеся ни слова, опустил бумагу. — Я вас прикрою, — спокойно добавил Эбби. Рейн, не теряя времени, взглянул на экран и, как всегда, мгновенно принял свою привычную уверенную позу. Он подцепил очки, прищурив глаза, и сказал уже с лёгкой улыбкой на лице: — Я с самого начала знал, что ты тот, кто мне нужен. — Его голос снова стал лёгким и задорным, как будто перед ним не стоял риск, а скорее занимательная игра. — Хорошо, я сделаю это. Эбби, заметив эту перемену в настроении Рейна, невольно почувствовал облегчение. Если этот человек был с ним, значит, он не ошибся в своём решении. Лиззи села рядом с Эбби, её лицо стало чуть мягче, хотя глаза всё ещё метались между сомнением и любопытством. Обстановка в комнате постепенно становилась непринуждённой. Лиззи иногда касалась его рукой, слегка дотрагиваясь до его плеча или руки, что не ускользнуло от внимания Рейна. Эбби, в свою очередь, отвечал ей не слишком напряжённо, улыбаясь и принимая её жесты. Рейн наблюдал за ними с удивлением, а затем, в своей манере, не упустил момента. — А вы хорошо ладите, как я вижу, — сказал он, делая паузу и став более серьёзным, но с той же усмешкой на лице. Эбби быстро взглянул на Лиззи и, немного смутившись, ответил: — Естественно, все-таки мы... — Он замялся на секунду, его взгляд скользнул к Лиззи, и он добавил, слегка меняя тон: — ...бизнес-партнеры с общим модельным агентством. Лиззи, услышав это, вдруг нахмурилась, её глаза на мгновение потускнели, и она будто бы почувствовала лёгкое разочарование. Эбби заметил это, но не знал, что сказать. Рейн, словно заметив её реакцию, насмешливо поджал губы и, слегка наклонившись вперёд, спросил: — Слушай, Эбби, а у тебя есть девушка или возлюбленная? Эбби слегка напрягся, но ответил, не слишком задумываясь: — Нет, нету. — Он посмотрел на Рейна и даже немного улыбнулся, стараясь выглядеть непринуждённо. Рейн снова усмехнулся, его улыбка становилась шире, а взгляд — более озорным. — Ну, я так и думал, — произнёс он с шутливым оттенком в голосе, поднимаясь с дивана и направляясь к двери. — Пойдем. Эбби, слегка удивлённый, но не растерявшийся, спросил: — Куда? Рейн, как всегда, с лёгкостью и уверенной манерой ответил: — К твоей матери. Через несколько минут, когда Рейн уже успел сменить свою небрежную одежду на более деловой стиль, они с Эбби и Лиззи сели в его машину и отправились в офис «Глобал Трейд Маркетинг». Атмосфера в машине была напряжённой, но Эбби всё равно не мог избавиться от ощущения, что его жизнь начинает двигаться в каком-то новом, более интенсивном направлении. Когда они прибыли, секретарша сразу узнала мистера Рейна, также и Эбби, сына босса компании, и с улыбкой вежливо пропустила их дальше. Эбби, не теряя времени, подошёл к стойке и спросил: — А где можно найти мисс Малум? Секретарша, посмотрев на него и кивая, ответила: — Мисс Малум у себя в кабинете, там же и мистер Карсон. Эбби поблагодарил её и, идя рядом с Рейном и Лиззи, направился в офис. По пути он чувствовал странную смесь нервозности и ожидания. Когда они подошли к двери, Рейн уверенно открыл её, и перед ними возникло привычное для бизнес-мира пространство — стильный офис с большими окнами, через которые проникал свет. Эбби заметил своих родителей, сидящих за большим столом, обсуждающих что-то между собой. Его мама, мисс Малум, выглядела как всегда — элегантная и уверенная в себе, с мягким, но при этом спокойным выражением лица. Мистер Карсон был рядом с ней, явно серьезно вовлечён в разговор. Когда она увидела Эбби, её лицо на мгновение смягчилось, хотя удивление всё равно было видно в её глазах. — Сынок? — спросила она, в её голосе скользнуло лёгкое недоумение, но и какая-то тёплая нотка. — Мистер Рейн? Что вы тут делаете? Мистер Рейн, как всегда, отнесся к ситуации с лёгкостью и улыбкой. Он откровенно наслаждался тем, как развиваются события, и в его манере не было ни одной доли сомнения. — Мисс Малум, мы пришли, чтобы обсудить кое-что важное, — с улыбкой сказал Рейн, при этом его голос был уверенным. Родители переглянулись между собой, и в их взглядах моментально отразился вопрос, который витал в воздухе. Мисс Малум слегка приподняла брови и спросила, не скрывая легкой настороженности: — Что именно? Секунда молчания, и Рейн, не теряя ни капли своего спокойствия, ответил с лёгкой усмешкой на лице, словно этот вопрос был частью тщательно продуманной игры: — Я бы хотел обсудить помолвку вашего сына. Эта фраза прозвучала как гром среди ясного неба. Весь кабинет как будто застыл в этот момент, и время стало тянуться медленно, словно под тяжестью внезапного потрясения. Даже Эбби, со своим старым навыком «Стратегическое предвидение», который позволял ему просчитывать действия на несколько шагов вперёд и предвидеть возможные последствия, не мог представить, что Рейн выдвинет такой вопрос. Он стоял, не веря своим ушам, и только замедленно осознавал, что произошло. Его дыхание стало тяжелее, а лицо побледнело. Он пытался собрать себя, но даже его быстрые мысли не успевали обработать эту неожиданную информацию. Мисс Малум, которая была всегда уверена в своих действиях, сдержанно посмотрела на сына. В её глазах сверкала буря эмоций, но она лишь тихо проговорила: — Помолвка нашего сына? — слова вырвались из уст мисс Малум, как осторожный запрос. Она явно не ожидала такого поворота. — О чём вы, мистер Рейн? Какая ещё помолвка? В кабинете повисла невыносимая тишина. Даже мистер Карсон, обычно спокойный и сдержанный, напрягся. Его взгляд сосредоточился на Рейне, словно он пытался понять, не ослышался ли. Эбби почувствовал, как даже воздух стал плотнее, будто атмосфера сгустилась вокруг него. Он растерянно моргнул. Даже его врождённое стратегическое мышление не подготовило его к такому повороту. Сердце пропустило удар. Рейн же, наоборот, выглядел абсолютно невозмутимым. Он снял очки, аккуратно протер их, снова надел и заговорил с прежним спокойствием: — Вашего сына и мою дочь, конечно же. Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Ещё один. — В каком это смысле? — наконец подал голос мистер Карсон, пристально глядя на Рейна. — В самом прямом, — с лёгкой улыбкой продолжил тот. — Ваш сын — крайне талантливый молодой человек. Я давно наблюдаю за его успехами и уверен, что его будущее будет великим. Я бы не хотел упустить из виду такую возможность. И как удачно совпало — у меня есть дочь того же возраста, ходит в ту же школу, и, как мне известно, они прекрасно общаются. С каждым его словом Лиззи краснела сильнее. Она чувствовала, как земля под ногами начинает ускользать. Словно её внезапно вывели на сцену без предупреждения. — Конечно, — продолжал Рейн уже тоном человека, объясняющего очевидное, — сейчас они несовершеннолетние. Но я бы хотел заранее всё предусмотреть. Заложить фундамент, так сказать. Тем более, что у них, насколько я понимаю, нет возлюбленных. — Рейн… — голос мисс Малум был уже холоднее. — Вы не можете просто так решать за него. Это… это не сделка. Помолвка — это личное решение. Эбби сам должен решать, что ему делать в своей жизни. И после паузы, с нажимом, добавила: — Тем более, у него уже есть девушка — Алиса. Эбби чуть не вздрогнул. Он не ожидал, что мать снова вспомнит про тот злополучный поцелуй на показе. И, что хуже всего — она до сих пор думала, что он и Алиса встречаются. Алиса тогда просто взяла инициативу в свои руки, чтобы создать образ, который убедит родителей. А он так и не нашёл подходящего момента, чтобы всё объяснить. Он почувствовал, как на него устремились взгляды. Рейн с лёгким удивлением приподнял бровь, Карсон молча глядел, будто оценивая ситуацию, а Лиззи уже не знала, куда деть глаза. Эбби неловко прочистил горло, но ничего не сказал. Он чувствовал, как ситуация выходит из-под контроля.