«Семейное» утро

Эбби открыл глаза — в комнате ещё стояла предрассветная тишина. Он осторожно поднялся со своего импровизированного ложа на полу, бросил взгляд на кровать — Зип спала, закутавшись в одеяло. Он вышел в коридор, лениво потирая шею. И тут — шаг, ещё шаг — и прямо перед ним появляется мисс Тавел. В халате, с чашкой кофе в руке и слегка приподнятой бровью. Они остановились лицом к лицу. Молчание. Несколько секунд показались вечностью. — Доброе утро, — наконец сказал Эбби, делая шаг в сторону. — Угу... — промурлыкала Тавел, прищурившись. — Не думала, что ты встанешь так рано. Или... ты не спал? — Я не особо. — тихо ответил он, потирая затылок. Мисс Тавел слегка приподняла бровь, глядя на него с лёгкой ухмылкой. — Значит, ночной разговор с моей дочерью не давал тебе покоя? Эбби вздохнул, усмехнулся и пошёл мимо неё на кухню: — Смешно. Она пошла за ним и прислонилась к дверному косяку, пока он наливал себе воду. — Но всё же, Эбби… — её голос стал чуть мягче. — Скажи мне честно. Все эти покупки. Два дома, мебель, техника, игрушки… Это ведь не просто сделка, верно? Он поставил стакан на стол, не оборачиваясь: — Это именно сделка. Вы согласились не трогать Клэр — я, в свою очередь, обеспечил жильём вашу семью. Вот и всё. — Хм… — Она сделала глоток кофе. — Ну, звучит практично. Только вот я уже взрослая женщина и умею видеть, когда мальчик пытается произвести впечатление. Эбби повернулся к ней, нахмурившись. — О чём вы? — Ты ведь уже делал это, помнишь? — она наклонила голову. — Когда прислал мне цветы с посланием: «С любовью от Эбби». Он замер. На лице — легкий румянец. — Это была ошибка, — быстро пробормотал он. — Я вам это уже говорил. Мисс Тавел смотрела на него с лёгкой, почти невидимой улыбкой. — Значит, ты просто парень, который случайно покупает людям дома и пишет любовные послания, да? Он пожал плечами: — Я парень, у которого всё слишком сложно, чтобы объяснять это на кухне с утра пораньше. Некоторое время они стояли молча. Потом мисс Тавел сделала ещё один глоток, подошла, погладила его по голове и прошептала: — Знаешь, ты странный, Эбби. Но мне это нравится. И ушла в сторону гостиной, оставив его одного со странным чувством: как будто его разоблачили, но при этом… не осудили. На кухне пахло жареными тостами и сладким сиропом. Мисс Тавел стояла у плиты в домашней кофточке и деловито помешивала сковородку, бросая быстрые взгляды на часы. Она выглядела уставшей, но собранной. Как всегда. — Чип, осторожнее! — строго сказала она, даже не оборачиваясь. — У меня акула! Она спасает мир! — Чип, всё ещё в пижаме с кроликами, пронёсся по кухне с мягкой игрушкой, изображая драматическую схватку с невидимым врагом. — Щааак! — Игрушка издала последний предсмертный вздох, когда он бросил её на диван и запрыгал вокруг. Зип сидела на кухонном стуле как ни в чём не бывало. Слегка растрёпанная, но с обычной отстранённой маской спокойствия. Она украдкой поглядывала на Эбби, но делала вид, что смотрит в окно. Или на нож. Или на тарелку. Или вообще — в другой мир. Эбби сидел за столом с чашкой чая, не притрагиваясь к ней, и наблюдал за этим хаосом. Он чувствовал… странное тепло. Как будто он был не гостем. Не учеником, пришедшим случайно. А частью чего-то настоящего. Он окинул взглядом кухню: на плите шкворчала яичница, на столе стояла корзинка с хлебом, а рядом с ней — пластмассовая игрушка Чипа. Детские рисунки на холодильнике, уютный беспорядок… семейность. И это пугало. «Слишком привычно. Слишком близко. Слишком… нормально». Он машинально посмотрел на Чипа, потом на Зипа и на мгновение поймал взгляд мисс Тавел. Она поставила чайник, повернулась к ним: — Не съешь — остынет. — А? Да… спасибо, — Эбби наконец взялся за вилку. Он опустил взгляд в тарелку, уколов хлеб вилкой. «Я просто пришёл переночевать. Это не моя жизнь», — подумал он, но с каждым глотком ему казалось, что выбраться из этого уюта будет всё труднее. После завтрака началась лёгкая суета. Зип молча ушла переодеваться, а Чип, наоборот, шумно и драматично убежал от зубной щётки. Мисс Тавел, уже одетая в свою характерную одежду, заглянула на кухню и, слегка нахмурившись, посмотрела на Эбби. — Собираться будем или ты решил остаться насовсем? Эбби оторвал взгляд от недоеденного тоста и на секунду растерялся. Потом встал. — А… да. Простите. Сейчас, минутку. — И не надо этого «простите». Это не суд, — отмахнулась она, но всё же сдержанно улыбнулась. — Я подвезу вас всех. Эбби криво усмехнулся. «Прекрасно. Поехали всей "семейкой"». Через пару минут все уже стояли у входной двери. Зип и Чип были собраны, а Эбби и так были собран. Он заснул вчера в своём костюме, не переодеваясь, и так же проснулся сегодня, в нём же и завтракал. Мисс Тавел поправляла ключи и что-то быстро писала в телефоне. Они вышли к машине. Утренняя прохлада слегка коснулась кожи, но в ней не было ничего неприятного. Всё как будто шло по сценарию — слишком ровно, слишком спокойно. Он сел в машину на заднее сиденье. Зип — рядом. Чип — между ними, уже рассказывая какую-то историю про акулу и космос. Мисс Тавел завела машину, бросив короткий взгляд в зеркало: — Пристегнулись? — Да… — хором ответили трое. — Отлично, — сказала она, и машина тронулась с места. Машина мягко покачивалась на утренних ухабах дороги, а в салоне воцарилась редкая тишина. Только голос Чипа то и дело всплывал в фоне: — …А потом акула съела ракету, но не насовсем, потому что ракета была из пластилина, и она начала говорить! Представляешь, дядя Эбби? — Угу… Очень образно, — улыбнулся Эбби, краем глаза глянув на зеркало заднего вида. Там — отражение мисс Тавел. Сосредоточенное лицо, слегка приподнятые брови, как будто её мысли были совсем в другом месте. Мельком их взгляды пересеклись — на секунду. И она спросила, не отрывая глаз от дороги: — Ну и как тебе жить в доме, вместе с нами? — Это… философский вопрос? — осторожно спросил Эбби. — Простой. Ты не казался особенно уютно устроившимся. — Просто… — он замялся, глядя в окно. — Это всё ощущается… неправильно. Как будто я вдруг стал частью чужого фильма. Но почему-то не на правах статиста. Мисс Тавел фыркнула: — Ммм, «статист», — пробормотала она. — Глупости. Ты сделал больше, чем некоторые «главные роли». Сзади Зип молчала, уставившись в телефон, но в ухо ей явно попадало каждое слово. Эбби продолжил, чуть тише: — Просто не привык… — Ты спасал Клэр. И купил нам дом. Неужели думаешь, мы не замечаем? Эбби нахмурился. — Вы снова к этому… Я ведь уже говорил — это была сделка. — А я не верю, — мягко отозвалась Тавел. — Не потому что ты лжёшь, а потому что ты сам себе врёшь. Он посмотрел на зеркало снова. И заметил, как в отражении сливаются три образа: её взгляд, зиповская тень у окна… И его собственный силуэт, чуть наклонённый вперёд. Будто трое едут в одном направлении, но думают о разных вещах. Машина свернула на школьную парковку, и впереди показалось здание школы. Молчание снова накрыло салон, как плед.