Часть 11

Глава 11.

Гарри кивал и улыбался приветствующим его ученикам, но к тому моменту, как он добрался до Невилла и сел рядом с ним, его лицо, казалось, одеревенело от улыбки. За Гарри распределили ещё троих. Лизу Дюпен отправили в Когтевран. Следующим был Рон. Когда его определили в Гриффиндор, напряженное тело Рона мгновенно расслабилось, и он радостно подбежал к Гарри и Невиллу. Последним был Блейз Забини, распределённый в Слизерин. Гарри сидел у стены, как раз напротив слизеринского стола, и сквозь толпу видел Драко, который всё ещё сверлил его взглядом. Гарри беззвучно произнес несколько слов, жестикулируя, показывая Драко, что поговорит с ним позже. Только тогда Драко отвел взгляд. — Привет! Я — Перси Уизли, старший брат Рона, пятикурсник и староста Гриффиндора. Добро пожаловать в Гриффиндор! — Рыжеволосый старшеклассник наклонился к Гарри, протягивая руку, и говорил с официальной, немного чопорной интонацией. Гарри пожал протянутую руку: — Спасибо, я тоже очень рад быть в Гриффиндоре. — Ха! У нас Поттер! У нас Поттер! Два голоса произнесли одну и ту же фразу, и два человека одновременно обняли Гарри за плечи, слегка встряхнув его. У Гарри возникло ощущение, будто он переключает левый и правый каналы звука, смотря телевизор. Он обернулся и увидел двух близнецов. Рыжие, совершенно одинаковые — невозможно было различить, кто есть кто. Должно быть, это те самые близнецы, которые дразнили Рона в поезде? — Я Джордж! — Я Фред! — От лица всех третьекурсников приветствуем нашего Мальчика-Который-Выжил! — эту фразу они произнесли одновременно. Затем они театрально отступили на шаг, подняли руки и низко поклонились Гарри. Их выходка вызвала взрыв смеха за гриффиндорским столом, и даже за столом Когтеврана кое-кто хихикнул. Гарри, нахмурившись, с сомнением смотрел на кривляющихся близнецов. Он никак не мог представить, что они способны обидеть собственного брата. Максимум, что они могли сделать, — это подшутить над ним, но то, что произошло в поезде, выходило далеко за рамки обычной шутки. Так что же они задумали? Близнецы, чувствительные к переменам настроения, заметили неприязнь Гарри, а затем, взглянув на Гермиону и Невилла, которые тоже смотрели на них с неодобрением, похоже, что-то поняли. — Кажется, у тебя сложилось о нас неверное впечатление. Если будет возможность, мы могли бы поговорить, — с улыбкой сказал Фред. — Конечно, а если ты не захочешь, мы не будем тебя беспокоить, — Джордж с ухмылкой положил руку на плечо Фреда. — Тихо! — Быстро по местам! Директор Дамблдор будет говорить! — строго крикнул Перси близнецам. Корча рожи своему старшему брату, близнецы побежали к своим местам. Директор Дамблдор поднялся, раскинув руки: — Добро пожаловать, дорогие первокурсники, в Хогвартс! Прежде чем мы начнем пир, я хотел бы сказать всего несколько слов: Нитвит! Болван! Чокнутый! Кривляка! Спасибо за внимание! Он снова сел, и все захлопали, приветствуя его. В мгновение ока длинные столы заполнились едой: жареная говядина, пудинги, жареные куриные ножки и многое другое. Были и вегетарианские блюда, такие как печеный картофель и овощной салат, но их было немного, и юные волшебники, похоже, не обращали на них особого внимания. Не дожидаясь остальных, Гарри быстро наполнил свою тарелку едой и начал жадно есть. Взяв кубок, он заглянул внутрь — тыквенный сок. Сделав глоток, Гарри удовлетворенно вздохнул: тыквенный сок в Хогвартсе был всё тем же, каким он его помнил! Только когда Гарри набил желудок, он обратил внимание на окружающие разговоры. Мальчик рядом с Роном рассказывал историю о своей матери-ведьме и отце-маггле, вызывая всеобщий смех. Видя, что Гарри почти закончил есть, Гермиона тихонько начала рассказывать ему о первокурсниках. Она заметила, что Гарри был слишком занят едой и пропустил момент знакомства. Гарри внимательно слушал, запоминая имена. Оказалось, что говоривший мальчик — это Симус. Темнокожий мальчик, сидящий рядом с Невиллом, — Дин. А чуть дальше сидели две девочки — Парвати и Лаванда. Когда все познакомились и насытились, еда на столах исчезла, а на её месте появились различные десерты: фруктовые пироги, кремовые торты, желе и мороженое. Гарри взял фруктовый пирог и, медленно откусывая от него, поднял взгляд на преподавательский стол, рассматривая профессоров. Внезапно Гарри почувствовал волну сильной враждебности. После недавнего использования Древней Магии он был очень чувствителен к подобным вещам и сразу же посмотрел в сторону источника. Это был профессор в плотном тюрбане, который сейчас сидел к нему спиной и разговаривал с другим, одетым во всё черное, профессором. Гарри нахмурился. Он узнал профессора Квиррелла, которого встретил в тот день, когда Хагрид водил его за покупками. Но он не мог понять, почему этот профессор испытывает к нему такую сильную неприязнь. Не успел он это обдумать, как заметил, что профессор в чёрном пристально смотрит на него. В его взгляде было любопытство, отвращение и… едва уловимое чувство вины. Вина? Кто он такой? И почему он испытывает к нему вину? Гарри сразу ухватился за эту мысль. Их взгляды встретились, и профессор в чёрном тут же отвел глаза, что-то прошептав профессору Квирреллу. Тот выронил вилку. Гарри повернулся к Перси и спросил: — Кто сидит рядом с профессором Квирреллом? — О, вижу, ты уже знаком с профессором Квирреллом. Это профессор Снейп, Северус Снейп. Он преподает зельеварение и является деканом Слизерина. Он очень предвзят к своему факультету, так что лучше его не злить. Он терпеть не может гриффиндорцев! — Перси, бросив взгляд на Снейпа, наклонился к Гарри и тихонько все объяснил. Радость, вспыхнувшая на лице Гарри, тут же угасла. Так вот он, мастер зельеварения, у которого он хотел попросить помощи! Но он сам — гриффиндорец! А мастер ненавидит Гриффиндор! Это были очень плохие новости. Однако Гарри задумался. Вина? Он точно видел этого профессора Снейпа впервые. Откуда же тогда это чувство вины? Согласно имеющейся у него информации, Снейпу 31 год. Если провести несложные вычисления, то единственная возможная связь — это его родители. Он как-то связан с его отцом или матерью? Но отвращение в его взгляде тоже не было притворным. Все говорят, что он похож на отца. Значит, у Снейпа были плохие отношения с его отцом? У Гарри разболелась голова. Вражда с отцом, предположительно хорошие отношения с матерью… неужели соперник в любви? Тогда всё становится очень сложно! Гарри потёр лоб. Плотный ужин, казалось, затормозил работу его мозга. Он никак не мог придумать, как ему подобраться к этому мастеру зельеварения, и решил, что понаблюдает за ним на уроках. Вскоре вся еда со столов исчезла, и тарелки снова стали чистыми и блестящими. Директор Дамблдор снова поднялся. В Большом зале воцарилась тишина. Он начал говорить: — Теперь, когда все сыты и довольны, я хотел бы сказать ещё несколько слов. В начале учебного года я должен сделать несколько важных объявлений. Первокурсникам следует знать, что лес на территории школы является запретной зоной для всех учеников. Некоторым нашим старшекурсникам тоже не мешало бы об этом помнить. Гарри показалось, что он посмотрел в сторону близнецов, которые тихонько посмеивались. — Кроме того, мистер Филч, наш смотритель, просил меня напомнить вам, что нельзя колдовать в коридорах между уроками. Отборочные испытания в команды по квиддичу состоятся на второй неделе семестра. Все желающие вступить в команду своего факультета должны обратиться к мадам Хуч. И наконец, я должен предупредить всех, кто не хочет случайно и мучительно погибнуть, не заходить в коридор на четвертом этаже справа. Несколько человек рассмеялись, но Гарри не смеялся. Он нахмурился, не понимая причину такого предупреждения. В его прошлой школьной жизни самой большой опасностью были проклятия в книгах из Запретной Секции. С каких пор коридор на четвертом этаже стал опасной зоной? Почему об этом ничего не говорится в истории Хогвартса? — Этот запрет был раньше? — тихо спросил Гарри у Перси. Перси тоже нахмурился: — Нет, он появился в этом году. По идее, о таких опасных местах должны сообщать подробности, но в этот раз ничего не сказали. По крайней мере, нам, старостам, должны были всё объяснить! — А теперь, перед тем как отправиться спать, давайте споем школьный гимн! — сказал Дамблдор и взмахнул волшебной палочкой. В воздухе появилась разноцветная лента, скрутившаяся в строки текста. — Каждый может выбрать свой любимый мотив! — Дамблдор протянул руку, словно дирижируя. — Приготовились… Поём! Гарри серьезно посмотрел на слова гимна и начал петь на мотив церковного псалма, но очень скоро его мелодия сбилась. Все пели на разные лады, он даже услышал похоронный марш! Во времена директора Блэка школьный гимн всегда пели хором на одну и ту же мелодию, и Гарри мог поклясться, что никогда не слышал такого сумбура! С трудом пережив исполнение гимна, — Дамблдор даже отбивал такт волшебной палочкой, дирижируя похоронным маршем в исполнении близнецов Уизли на последних строчках, — Гарри ерзал на стуле, ему казалось, что он сидит на иголках. Ему не терпелось вернуться в спальню! Наконец Дамблдор объявил, что пора расходиться по комнатам. Гарри тут же вскочил и направился к выходу из Большого зала. Он споткнулся, но его удержали. — Не разбегайтесь! Первокурсники должны идти за старостами! — Перси схватил Гарри за руку и громко крикнул: — Первокурсники Гриффиндора, за мной! К счастью, все сидели недалеко друг от друга, и вскоре группа собралась. Все последовали за Перси. Гарри без особого энтузиазма следовал за Перси. Он не мог же сказать, что прекрасно знает дорогу до гостиной Гриффиндора и в сопровождении не нуждается! Перси шёл и рассказывал первокурсникам о маршруте, предупреждая о ступеньках с ловушками. По пути им встретился Пивз. Перси прикрикнул на него, требуя, чтобы тот убирался. Однако Пивз не стал устраивать им никаких пакостей, а лишь с ужасом смотрел на знакомую фигуру среди первокурсников. Когда Перси пригрозил, что пожалуется Кровавому Барону, Пивз с воплем исчез, пройдя сквозь стену. — Видите? В будущем будьте осторожны с Пивзом. Он любит подшучивать над всеми. Только слизеринский призрак, Барон, может его усмирить! — Перси, полагая, что его слова возымели действие, наставительно говорил первокурсникам. Гарри смущенно потер нос. Когда именно появился Пивз, неизвестно, но сто лет назад, когда Гарри учился в Хогвартсе в первый раз, Пивз уже был здесь. И он был точно таким же, каким и сейчас: обожал проделки и не раз досаждал Гарри, пока тот не освоил Древнюю Магию и как следует не проучил полтергейста. После этого Пивз с воплями удирал, едва завидев Гарри. Но разве это возможно? Гарри был в замешательстве. На ужине он видел призраков всех факультетов, и никто из них, казалось, его не узнал. Тогда он подумал, что профессор Уизли вместе с другими преподавателями наложили на призраков какое-то мощное заклятие, и Пивз не стал исключением. Но сейчас Пивз явно его узнал! Жаль, что Пивз так быстро сбежал, Гарри непременно расспросил бы его обо всем! Наконец они остановились перед портретом. На портрете была изображена полная дама в розовом платье, которая с улыбкой спросила: — Пароль? — Капут Драконис, — ответил Перси. — Верно! Прошу… — Полная Дама начала отодвигаться, словно дверь, открывая круглый проход. Проход был нешироким, в него могли пройти только двое одновременно. — Заходите! — Перси первым вошёл в проход. Остальные последовали за ним. Пройдя несколько метров, они оказались в просторной гостиной, украшенной в золотисто-красных тонах. У стены горел камин, излучая приятное тепло. От камина до самого входа вдоль стен стояли мягкие кресла, а также круглые и квадратные столики разных размеров. Большие окна открывали вид на часть Чёрного озера и зелёный луг. Гарри зевнул. Действие Укрепляющего зелья подходило к концу. Он не спал уже двое суток и сейчас ужасно хотел спать. Он чуть не пропустил момент, когда Перси произносил пароль. В Слизерине, после того как он в совершенстве овладел змеиным языком, ему больше не приходилось использовать пароли. Хорошо, что в Большом зале Перси его остановил, иначе, даже зная дорогу, он не смог бы попасть в гостиную. Войдя, Перси сначала указал девочкам на одну дверь, где их ждала староста, а затем повел мальчиков к другой. За дверью оказалась винтовая лестница. Поднявшись по ней, Перси остановился: — Вот и всё. По пять человек в комнате. Имена написаны на дверях. Ваш багаж уже у ваших кроватей. Отдыхайте, ребята! — С этими словами он развернулся и ушел. Гарри нашел свою комнату и, покачиваясь от усталости, толкнул дверь. В комнате с несколькими углами стояли пять кроватей с балдахинами из темно-красного бархата. Заметив свой чемодан, Гарри что-то пробормотал и, подойдя к кровати, рухнул на неё. Через секунду послышался тихий храп. Остальные четверо переглянулись. Наконец Невилл вспомнил: — Он не спал всю ночь. В поезде выпил зелье, и сейчас, похоже, его действие закончилось. — Вот оно что! А я-то думал, он не хочет с нами разговаривать! — Симус почесал затылок и смущенно улыбнулся.