Часть 24

Глава 24.

Шагая к выходу из пещеры, Гарри был озадачен: как быстро и незаметно вернуться в Хогвартс? Пройдя лишь половину пути, он уже начал задыхаться. Достав из сумки немного еды, Гарри просто сел на землю и принялся есть. Восстановив дыхание, он поднялся и продолжил путь, но тело казалось слабее, чем раньше. Пройдя совсем немного, он уже с трудом держался на ногах. Гарри не удержался и применил к себе диагностическое заклинание, убедившись, что с его телом всё в порядке. Оставалось лишь списать слабость на то, что магические силы ещё не полностью восстановились. С трудом добравшись до входа в пещеру, Гарри отдыхал несколько минут, накапливая магическую энергию, чтобы открыть главные двери. В душе он благодарил судьбу, что не зашёл слишком глубоко, иначе выбраться стало бы настоящей проблемой. В пещере присутствовало магическое подавление, даже метлу использовать было невозможно — только собственные ноги. Снаружи пещеры светило яркое солнце, и Гарри невольно прикрыл глаза рукой. Привыкнув к полумраку, он нашёл дневной свет особенно резким. — А, ты наконец вышел, Гарри. Палочка Гарри мгновенно указала в направлении голоса, взгляд стал острым и настороженным. Разглядев говорившего, Гарри медленно выдохнул и опустился на землю, прислонившись к каменной стене. Внезапное напряжение лишило его последних сил. — Директор Дамблдор, откуда вы узнали, что я здесь? — спросил Гарри, приподняв бровь. Этот старик! Он ещё не успел с ним разобраться, а тот опять объявился! Дамблдор стоял у кромки воды, неторопливо снимая и протирая очки. — Боюсь, ты не осознал, что уже вышел за пределы территории Хогвартса, — сказал он. Гарри замер, растерянно оглядываясь по сторонам. Он был уверен, что это место всё ещё относится к Запретному лесу. Разве Запретный лес с древних времён не был частью Хогвартса? Как он мог оказаться за пределами школы?! — Это место больше не принадлежит Хогвартсу?! — на лице Гарри отразилось потрясение. — Что произошло за эти сто лет?! Как территория школы стала такой маленькой?! Глядя на его ошеломлённое выражение, Дамблдор на редкость растерялся, неловко надевая очки обратно. — Действительно, за эти годы маглы развивались слишком стремительно, и многие места, ранее принадлежавшие магическому миру, оказались под давлением. Даже Хогвартс не избежал этой участи. — Я проверил: судя по данным столетней давности, поблизости должна была находиться полностью магическая деревня. В те времена она также являлась частью владений Хогвартса, но сейчас там расположилась магловская ферма. Для дальнейшей защиты тайны магического мира Хогвартс вынужден был постепенно сокращать свои границы. Сегодня, хотя Запретный лес и имеет определённую магическую защиту, не позволяющую маглам вторгаться и попадать в неприятности, он действительно находится за пределами территории Хогвартса. Гарри вздохнул с некоторым отчаянием. Он никак не ожидал, что его обнаружат по такой причине! В первый день учебного года, услышав, что Запретный лес стал запретной территорией, он думал, что это лишь для защиты младшекурсников от случайных опасностей. Кто бы мог подумать, что лес теперь действительно запретен! Выйти за определённый предел — всё равно что сбежать из школы! В сложившейся ситуации Гарри не видел выхода. Сейчас он даже сбежать не мог, не говоря уже о том, чтобы сделать это на глазах у Дамблдора. — Простите, директор Дамблдор, это действительно моя оплошность, — прямо признал Гарри. — Тогда не мог бы ты рассказать мне, зачем пришёл сюда? — спросил Дамблдор. Гарри задумался, затем решительно сорвал повязку со лба, достал из сумки флакон с зельем от шрамов, вылил немного на руку и энергично втёр в свой шрам на лбу. — Шшш! — лицо Гарри исказилось от боли, он не переставал издавать сдавленные стоны, а от его лба поднимался белый дымок. Когда он наконец опустил руку, шрам в форме молнии на его лбу заметно побледнел! Если раньше он был отчетливо виден, то теперь едва различим — лишь слабые очертания. — Ты избавился от него? — Дамблдор вздрогнул и, забыв обо всем, быстро подошел, присел и внимательно осмотрел лоб Гарри. Тот усмехнулся: — Конечно. Я не собирался позволять себе иметь такую явную уязвимость. В глазах Дамблдора мелькнуло что-то неопределенное. Он, похоже, не совсем понимал, чему Гарри научился сто лет назад. Возможно, он недооценил силы мальчика. — Директор Дамблдор, — произнес Гарри, прерывая размышления старого волшебника. — Да? Что такое? — Каков ваш план? Какова ваша цель? Можете рассказать мне? Не впутывайте невинных людей и не используйте Хагрида, чтобы заманить меня в ловушку. Вы же знаете, он не из тех, кто способен на интриги, — лицо Гарри оставалось спокойным. Дамблдор улыбнулся и, повторяя позу Гарри, сел на землю, прислонившись к другой стороне каменной стены. — Похоже, ты уже всё понял? — Нет, я знаю лишь часть. Возможно, тот день был для вас настолько потрясающим, что вы забыли о характере Хагрида — он не очень хорош в запоминании деталей. Вам пришлось срочно перестраивать планы в пятницу. Та газетная вырезка, приглашение от Хагрида... разве это ни о чем не говорит? — сказал Гарри. Дамблдор продолжал улыбаться, выглядя слегка удовлетворенным. — Кажется, я действительно не могу воспринимать тебя как ребенка. — Конечно, не можете. В конце концов, по моим меркам, мне уже исполнилось шестнадцать, и через год я стану совершеннолетним! — не удержался Гарри. Дамблдор от души рассмеялся, глядя на детское лицо Гарри, на котором читалась не по годам серьезная сосредоточенность. Он с грустью подумал, что действительно постарел. — Итак, расскажите мне, директор Дамблдор, с чем мне предстоит столкнуться и что мне нужно делать, — серьезно спросил Гарри. Дамблдор, казалось, все ещё колебался, но его главное беспокойство сегодня исчезло — Гарри прямо на его глазах избавился от шрама. О чем ещё ему беспокоиться? Солнечный свет тихо падал на водную гладь, отражаясь от каменных стен и создавая танцующие блики. Из леса временами доносились птичьи трели и неопознанный рёв каких-то существ. Гарри терпеливо ждал, достав немного еды и чая, которые расположил на относительно ровной поверхности между ними. Прошло много времени, так много, что Гарри уже начал представлять, что именно происходит в Запретном лесу, откуда доносились разные звуки, когда Дамблдор наконец вздохнул и заговорил: — Двенадцать лет назад я получил письмо с просьбой, — прислонившись к каменной стене и глядя на причудливые очертания скал, Дамблдор неторопливо рассказывал об истоках всего происходящего. Гарри слушал молча, не показывая никаких эмоций. Только побелевшие от напряжения пальцы выдавали, что внутри он отнюдь не спокоен. Дамблдор продолжал говорить, его старческий голос в сочетании с рассказом о невероятных событиях напоминал барда, поющего о неизвестных никому эпических преданиях. Спустя долгое время Дамблдор снял очки и вытер слегка увлажнившиеся уголки глаз. — Вот как обстоят дела. Мне очень жаль, Гарри. Изначально я хотел дать тебе нормальную жизнь, которой наслаждается обычный ребенок, но потерпел неудачу. Магия удивительна — возможно, сам Мерлин не хотел, чтобы ты страдал от всего этого, и подарил тебе более-менее благополучную школьную жизнь. Это можно считать своеобразной компенсацией. Гарри не отрывал взгляда от своих рук, сжимающих чашку с чаем. Он прикладывал все усилия, чтобы не поддаться желанию ударить профессора. "Какая ещё компенсация?! Что значит нормальная жизнь?!" Несправедливое обращение тёти и дяди, которое можно назвать настоящим насилием — это нормально? И эта "чудесная магическая компенсация" — неужели это дело рук самого Дамблдора? Какая же это компенсация?! — Господин директор, так вы приняли решение? Может, поделитесь информацией? — процедил Гарри сквозь зубы. Этот старик совсем не по правилам играет! Хотя с виду и рассказал многое, но всё это касалось лишь прошлых событий. Если Гарри приложит немного усилий и потратит время, он и сам сможет это узнать. А то, что действительно должно было прозвучать, старик ни словом не обмолвился! Гарри уже твердо решил про себя: если этот старик продолжит темнить и ничего не говорить, придется перевернуть шахматную доску! Стоит только избегать всех его планов и не следовать его намерениям — и это определенно нарушит его замыслы, вынудив корректировать действия. Гарри сомневался, что старик сможет мгновенно перестраивать свои дальнейшие планы! Дамблдор выглядел немного смущенным. У него действительно были не самые благородные мысли, но он ведь просто не успел о них рассказать! — Профессор Квиринус Квиррелл, ты его знаешь? — спросил Дамблдор. Гарри закатил глаза: — Чесночный фанатик? Что с ним не так? — Он выпускник Когтеврана, с отличными оценками. После выпуска подал заявку на должность профессора маггловедения, был принят и остался в школе. В прошлом году он посетил леса Албании, а после возвращения стал таким, каким ты его видишь сейчас, — Дамблдор решил всё рассказать. Судя по поведению Гарри, мальчик уже заметил странности Квиррелла, и чтобы избежать прямой конфронтации, лучше было честно поделиться информацией. — Ходят слухи, что Волдеморт когда-то появлялся в Албанском лесу, поэтому я подозреваю, что перемены в Квиррелле связаны с ним. — И вы все равно позволили ему войти в школу?! Находиться рядом с маленькими волшебниками, совершенно не способными защитить себя?! — Гарри был потрясен и не мог понять такого решения. Даже во времена директорства Финеаса Найджелуса Блэка в школе не происходило подобных бесчеловечных вещёй! Хотя тогда большинством вопросов занимался профессор Уизли. Дамблдор выглядел виноватым: — Поэтому я назначил Северуса в качестве страховки, чтобы он постоянно следил за Квирреллом. В воздухе повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь плеском воды. — Как бы мы со Снейпом ни конфликтовали, должен признать — ему достаётся слишком много, — вздохнул Гарри. — Ну что тут такого? Всего лишь вести уроки и в свободное время присматривать за подозрительной личностью... — голос Дамблдора становился всё тише, похоже, он внезапно осознал, что действительно поступил не вполне этично. — Вести уроки зельеварения для семи курсов, проверять бессмысленные эссе, дежурить по ночам, да ещё выполнять ваши дополнительные задания, — Гарри загибал пальцы и вдруг настороженно посмотрел на Дамблдора. — За скольких людей зарплату вы ему платите? Надеюсь, со мной вы так не поступите? Напоминаю, мне всего одиннадцать! Я ещё ребёнок! — Ты только что говорил, что тебе шестнадцать! — возразил Дамблдор. — Вы можете проверить в Министерстве магии! Я родился в 1980 году! Мне одиннадцать лет! — Гарри насторожился: этот бессовестный старик действительно имел такие планы! Нет уж! Со Снейпом всё понятно, они всё равно не ладят, пусть работает за троих и получает зарплату за одного, но сам Гарри не собирался повторять его судьбу! Они продолжали спорить о будущих условиях сотрудничества, и к закату солнца наконец достигли определенного соглашения. Отныне Гарри мог свободно входить в кабинет директора и обращаться к Дамблдору за помощью в непонятных вопросах — и директор не имел права отказывать! Если же Дамблдору понадобится помощь Гарри в каком-либо деле, то базовая ставка составляет 100 галлеонов, с повышением в зависимости от сложности задания, без верхнего предела. Любая полученная Дамблдором информация о Волдеморте должна быть передана Гарри, и наоборот. Обязанностью Гарри было посещать занятия вовремя. Хотя привилегированное отношение профессоров к нему не считалось нарушением, он должен был следовать общему учебному графику и находиться вместе с одноклассниками. Несмотря на некоторое недовольство, Гарри, взглянув на своё маленькое тело, согласился с этим условием. К концу переговоров и старый, и малый остались довольны, с учтивыми улыбками пожимая друг другу руки. — Кстати, директор, хочу узнать у вас кое-что! — вспомнил Гарри, когда Дамблдор уже собирался перенести их с помощью Фоукса обратно в свой кабинет в Хогвартсе. — О, что именно? — поинтересовался Дамблдор. — Вы знаете студента по имени Том, который учился примерно сорок лет назад? У него было прозвище Лорд! — сказал Гарри. Выражение лица Дамблдора застыло. — Том? Лорд? — Похоже, вы его знаете, — Гарри не торопился уходить и изобразил "дружелюбную" улыбку, поглаживая палочку в руке. — Этот человек ещё жив? У меня к нему немалый счет, который нужно урегулировать. Дамблдор был явно в замешательстве. — Можно сказать, что жив... но также можно сказать, что мёртв. Не уверен, считается ли он сейчас живым, но точно не умер полностью. И ты, я думаю, об этом знаешь. С этими словами Дамблдор взмахнул палочкой, и в воздухе золотыми линиями сложились буквы: "Том Марволо Реддл". Затем буквы изменили порядок, образовав фразу: "Я Лорд Волдеморт!" Зубы Гарри скрипнули от напряжения. Отлично, в мысленную книгу счётов добавилась ещё одна жирная запись! — Как ты узнал это имя? Насколько мне известно, в сегодняшнем магическом мире, кроме меня, никто не знает, что Том — это Волдеморт, — с любопытством спросил Дамблдор. Гарри собирался уйти, но, учитывая только что заключенное соглашение, неохотно ответил: — Мои друзья, Гарет Уизли и Омнис Гонт, оставили после себя портреты, а также подарок для меня в одной из тайных комнат Хогвартса. Но когда я туда добрался, ничего не нашел! Они сказали мне, что это тот самый Том всё забрал! Фамилия Гонт привлекла внимание Дамблдора, и он посмотрел на Гарри со сложным выражением лица. — Это тот самый Гонт, о котором я думаю? — В магическом мире вроде бы есть только одна семья Гонтов, не так ли? Но остался ли кто-нибудь из их рода?