Часть 98

Глава 98.

На следующий день на общей доске объявлений появилось такое уведомление: Дорогие студенты! В эту пятницу профессор Локхарт проведет дуэльный поединок. Всех желающих приглашаем в 19:30 в большой зал на втором этаже. В случае победы профессора Локхарта в Хогвартсе будет вновь открыт Дуэльный клуб. P.S. Его противником будет профессор зельеварения Северус Снейп. Директор: Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор Это объявление было вывешено на самом видном месте, а его края даже испускали слабое белое свечение, привлекая внимание студентов и гарантируя, что каждый его увидит. — О, Мерлин, — с ужасом произнес Рон. — Моя зарплата пропадет! Гарри сдержал смех. — Я пойду узнаю, в чем дело. — Быстрее, быстрее! — торопил его Рон, даже не давая Гарри спокойно поесть. Гарри, не обращая на него внимания, набрал себе еды, набил желудок и только потом неторопливо вышел из Большого зала. Оказавшись в безлюдном месте, Гарри побежал, стремительно направляясь к кабинету директора. Символически постучав, он распахнул дверь. — Вы… — Прошу прощения за беспокойство, — тут же отступил на шаг Гарри и закрыл за собой дверь. Он с досадой хлопнул себя по лбу. Как он мог забыть? Кабинет директора — место повышенной опасности, как можно было вот так врываться? Через некоторое время дверь распахнулась, и из нее в ярости вышел Снейп. — Позаботься о том, чтобы для этого идиота наняли надежного целителя! Сказав это, он, даже не взглянув на Гарри, стремительно спустился по лестнице. Гарри успел увидеть лишь развевающуюся черную мантию. Услышав, как внизу со скрипом сдвинулась горгулья, Гарри медленно выдохнул, приоткрыл дверь и просунул голову внутрь. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что внутри только Дамблдор, он быстро вошел в кабинет. — Что происходит? — с любопытством спросил Гарри. Желание узнать все сплетни было написано у него на лице так явно, что скрыть его было невозможно. Дамблдор понуро сжался в своем кресле. — Нет, ничего. Ты тоже пришел из-за объявления? — Конечно. Всего лишь октябрь, до летних каникул еще так долго, вы уже нашли ему замену? — Гарри привычно уселся на свое эксклюзивное место и, достав из ящика кофейного столика пачку сладостей, принялся их есть. Дамблдор снял очки и с силой потер лицо. — Я еще раз объясняю: я не собирался от него избавляться. Это действительно была его собственная инициатива, и я не мог отказать. — Почему? — с любопытством спросил Гарри. Дамблдор вздохнул. — Как профессор, преподающий основной предмет и подписавший контракт, он имеет право провести в Хогвартсе мероприятие, которое не причинит вреда студентам и принесет пользу школе. — Что ж, тогда действительно отказать было нельзя, ведь его избиение до смерти, безусловно, пойдет Хогвартсу на пользу, — с пониманием кивнул Гарри. — Перестань язвить. Северус не собирается поддаваться. Быстро придумай что-нибудь, чтобы он смог уйти с дуэльной платформы живым, — с тоской произнес Дамблдор. С тех пор как между Гарри и Снейпом установилось некое взаимопонимание, он больше не мог манипулировать Снейпом. Старые уловки не работали, ведь теперь у того не было слабых мест. Гарри скривил губы. — Я всего лишь студент, что я могу сделать? Удачи вам, господин директор! Сказав это, Гарри сжал кулак и поднял его в сторону Дамблдора, подбодрив его, а затем быстро ретировался, увернувшись по пути от нескольких «удерживающих» заклинаний Дамблдора. Хм, он-то был начеку, неужели тот думал, что сможет его поймать? Что касается Снейпа, Гарри за него не беспокоился. Снейп был не из тех, кто легко теряет голову. Он прекрасно знал, каковы будут последствия убийства на глазах у всех, и, естественно, не стал бы совершать такую глупость. Максимум — он проучит Локхарта, но наверняка оставит его в живых, чтобы тот мог попасть в больницу. А вот выйдет ли он оттуда, зависело от поведения самого Локхарта в последнее время. Если только он не будет доводить Снейпа до белого каления, постоянно попадаясь ему на глаза… Шаги Гарри замерли, а в голове стало пусто. Что это за сцена разворачивалась перед ним? Локхарт, одетый в кричащую небесно-голубую мантию и увешанный всевозможными блестящими украшениями, выглядевший как манекен из магазина одежды, стоял прямо перед мрачным, одетым во все черное Снейпом и без умолку что-то говорил. Лицо Снейпа заметно почернело, одна его рука была в кармане, и по очертаниям было видно, что он уже крепко сжал волшебную палочку. Неужели на свете существуют люди, которые так ищут смерти?! У Гарри выступил холодный пот. Нужно что-то придумать, нельзя допустить, чтобы он сегодня же попал в Святой Мунго! Вдалеке послышались голоса. Гарри посмотрел туда, и его глаза внезапно загорелись — это была толпа гриффиндорцев. Гарри тут же достал пергамент для связи с Перси и, быстро прислонившись к стене, начал писать. Вскоре толпа студентов Гриффиндора с самыми разными тетрадями и блокнотами устремилась к Локхарту, на бегу выкрикивая просьбы об автографе. Толпа быстро разделила их. Гарри, спрятавшись в углу, вытер холодный пот со лба. Наконец-то он спас жизнь этому идиоту. Снейп с мрачным лицом холодно посмотрел на Локхарта, сияющего как майская роза в центре толпы, затем холодно хмыкнул в сторону Гарри, развернулся и быстро ушел. Когда толпа постепенно рассеялась, Гарри подошел к Перси, стоявшему в конце коридора. — Как ты это сделал? — спросил Гарри. Перси скромно улыбнулся. — Я просто рассказал в толпе о рыночной стоимости автографа профессора Локхарта и заодно намекнул, что после пятницы неизвестно, сможет ли Локхарт вообще давать автографы. А как известно, автографы, выпущенные ограниченным тиражом, ценятся еще больше. Для студентов школы любая возможность дополнительного заработка была как нельзя кстати, не говоря уже о том, что этот заработок был легким. Ведь все знали, что профессор Локхарт готов был расписаться на любом куске пергамента. Гарри невольно поднял большой палец вверх. — Отличная работа. … В последующие несколько дней студенты, словно обезумев, без конца просили у Локхарта автографы, даже на уроках. Говорили, что Локхарт ходил в больничное крыло к мадам Помфри за какой-то мазью — кажется, у него была травма запястья. В последний день Локхарт и вовсе не показывался на людях, заявив, что ему нужно подготовиться к дуэли. Нашлись и бесстрашные, попытавшиеся взять интервью у Снейпа, но результат был плачевным: они получили отработку на весь семестр и минус 50 очков для Гриффиндора. Говорят, этот парень, вернувшись, разрыдался, потому что его на весь семестр приставили готовить ингредиенты для зелий для младших курсов: сдирать кожу с жаб и выковыривать глаза жукам. За проявленную отвагу гриффиндорцы не стали корить его за снятые очки, а наоборот, выразили восхищение его смелостью, хотя сам он и сказал, что больше никогда не будет связываться со Снейпом. Так, в шуме и суете, наступила пятница. В этот день ни у кого не было настроения учиться. Профессора, смирившись с этим, не стали объяснять новый материал, а просто устроили контрольные работы. Этому приему профессор МакГонагалл научилась в магловских школах — лучшее средство против невнимательности на уроках. Измученные до предела контрольными, студенты сидели в Большом зале, рассеянно ужиная и то и дело поглядывая на часы. Наконец, стрелки часов указали на заветное время, и двери большого зала на втором этаже открылись. Все поспешно побросали еду и ринулись на второй этаж. У входа стояли близнецы, собирая деньги и раздавая узкие полоски пергамента. Гарри из любопытства взял одну и, развернув, прочитал: ставка на то, что Локхарт продержится 20 секунд, с коэффициентом 1:3. — А какой самый высокий коэффициент? — спросил Гарри. Фред, занятый делом, просто бросил Гарри записку, чтобы тот посмотрел сам. Гарри развернул ее. Коэффициент 1:100 на победу Локхарта над Снейпом. «Вот это размах!» — восхитился Гарри, убирая записку в карман и протискиваясь вместе с толпой в уже подготовленный зал. Этот класс был почти таким же большим, как Большой зал. Гарри зорким глазом заметил жука в волосах одной из девушек, подошел, предупредил ее и заодно помог снять насекомое. Гарри открыл маленькую дверь в стене, вошел внутрь и бросил жука на пол. — Добрый вечер, мисс Скитер, — сказал Гарри, постучав по двери. Он превратил часть двери в прозрачную, чтобы можно было отчетливо видеть все происходящее снаружи, оставаясь при этом невидимым. Жук зашевелился и превратился в ведьму с вьющимися волосами. На ней были очки, инкрустированные драгоценными камнями, а ногти были накрашены ярко-красным лаком. — Добрый вечер, мистер Поттер. Ваша проницательность, как всегда, на высоте, — подобострастно улыбнулась Рита Скитер. Она не смела перечить этому мальчишке. В его власти было как упрятать ее в Азкабан, так и помочь ей получить огромную выгоду. — А вы, мисс Скитер, как всегда, в курсе всех событий, — с улыбкой заметил Гарри. Рита порылась в карманах, достала изумрудно-зеленое перо, затем откуда-то извлекла стопку пергамента, облизала кончик пера и подбросила его в воздух. Перо и пергамент зависли, и перо начало что-то строчить. Она подошла ближе к двери, с восторгом наблюдая за происходящим снаружи. — Не торопитесь, мистер Поттер. Меня пригласили. Кое-кто заплатил мне кругленькую сумму, чтобы я осветила сегодняшнюю дуэль. — Кто же? — с прищуром спросил Гарри. Рита, не отрывая взгляда от дуэльной платформы, ответила: — Я бы с удовольствием сказала, что не знаю, но он и не пытался скрыть свою личность. Даже оставил подпись с завитушками. Это один из сегодняшних главных героев. — Хоть я и не понимаю, откуда у него такая самоуверенность, но я уверена, что он хочет повторить вашу прошлогоднюю дуэль. Уголок рта Гарри дернулся. Та дуэль была всего лишь спектаклем, который они со Снейпом разыграли. Что тут повторять? И тем более, кому? Локхарту? — Я надеюсь, эта статья выйдет в подходящее время, понимаете? — медленно и раздельно произнес Гарри. Движения Риты замерли. Она обернулась к Гарри и внимательно вгляделась в его лицо. — Что значит «в подходящее время»? — Сами увидите. Кстати, эта комната в вашем распоряжении. А я пойду, — Гарри с улыбкой кивнул ей, открыл дверь и скрылся в толпе. Рита с подозрением посмотрела на появившихся на дуэльной платформе людей. Она знала, что Снейп очень силен — она присутствовала на прошлой дуэли. А вот Локхарта, кроме как на обложках его книг, она никогда в деле не видела. Может быть, мистер Поттер боится, что Снейп проиграет Локхарту, и это повредит его репутации? В конце концов, в прошлый раз у них была ничья. Или это очередные игры чистокровных семей? Рита посмотрела на выпавшую из кармана Гарри записку со ставками. Коэффициенты были просто ужасающими. Содрогнувшись, Рита заставила себя перестать об этом думать. Чем больше знаешь, тем быстрее умрешь, а она ведь умная женщина. … Протиснувшись к краю дуэльной платформы, Гарри посмотрел на Локхарта, который без умолку хвастался на сцене, и спросил: — Почему еще не начали? Где Снейп? — Говорят, он выйдет оттуда, — Рон с надеждой посмотрел на дверь с другой стороны платформы. — Локхарт еще сказал, что приготовил для Снейпа подходящую дуэльную мантию. Надеюсь, она не черная, а какого-нибудь другого цвета. Гарри на мгновение замолчал. Вероятно, эта мантия уже превратилась в лохмотья и была выброшена в мусорное ведро. — Еще пять минут до семи тридцати. Зная привычки профессора Снейпа, он придет вовремя, — сказала Гермиона, взглянув на часы. Гарри кивнул, показывая, что услышал, и перевел взгляд на толпу студентов. Близнецы с раскрасневшимися от возбуждения лицами прятались в углу и пересчитывали деньги. Перси стоял неподалеку и наблюдал за ним. Слизеринцы стояли тихо. Драко, стоявший во главе, с презрением смотрел в другую сторону. Там сгрудилось несколько старшекурсников, которые с мрачными лицами сверлили его взглядом. Впрочем, Гарри понимал, что на большее, чем просто сверлить взглядом, они не способны. Пока Гарри отдыхал, Римус времени зря не терял. Эти семьи подкупили Питера Петтигрю, чтобы тот на суде изменил показания и утопил Малфоев, полностью разрушив их планы. Хотя с помощью Веритасерума и других средств освобождение Сириуса не затянулось бы надолго, без осложнений бы не обошлось. Но они не учли, что Гарри в тот день тоже будет в зале суда. Он так напугал Питера Петтигрю, что тот, естественно, забыл обо всех договоренностях. Их методы были настолько грубыми, что достаточно было провести небольшое расследование, чтобы выяснить все их прошлые прегрешения. Когда Римус вышел на люди, он был вне себя от ярости. Если бы Сириус не лежал в Святом Мунго, он бы ворвался в дома этих семей и устроил там резню. Но и сдерживаться он не стал. Он объединился с Малфоями и другими семьями и нанес по этим домам сокрушительный удар. Они не могли купить ничего по рыночной цене, даже на предметы первой необходимости для них были установлены завышенные цены. Всего за месяц их и без того не слишком богатые хранилища были опустошены. А когда они, не выдержав, начали продавать фамильные ценности, торговцы сговорились и сбили цены так, что те не составляли и десятой части реальной стоимости. Членов их семей, работавших в Министерстве Магии, под разными предлогами уволили, а их магазины бойкотировали другие крупные семьи. Эти несколько семей уже не могли держаться на плаву и теперь повсюду искали пути для примирения, а точнее, капитуляции перед Поттерами и Малфоями. Римус как раз занимался оценкой их активов. Он даже прислал Гарри список, на случай, если ему что-то приглянется. Если Гарри ничего не выберет, то их дальнейшая судьба была весьма туманна.