Часть 118

Глава 118

При этой мысли Гарри невольно рассмеялся вслух. Тук-тук-тук! — Гарри! Ты еще не спишь? Который час! Петунья недовольно постучала в дверь, напоминая о времени. Было уже почти час ночи, а у него все еще горел свет, и он хихикал. Наверняка, как и Дадли, тайком играл в игры или читал комиксы. Гарри в панике сгреб все со стола в ящик, быстро выключил свет и компьютер. — Уже сплю, сплю. Увидев, что свет погас, Петунья развернулась и ушла. Гарри скривился и с облегчением вздохнул. Он еще раз взглянул на новый стол и компьютер на нем, прежде чем заснуть. Этот компьютер дядя Вернон купил еще до начала каникул и, как только Гарри вернулся, установил и настроил его в комнате. Хотя Гарри им почти не пользовался, за несколько дней он привык включать его каждый раз, возвращаясь в комнату. Даже если он ничего не делал, ему было приятно видеть светящийся экран. Проснувшись на следующее утро, Гарри увидел, что тетя Петунья была мрачнее тучи, а ее лопатка издавала скрежещущие звуки. Лицо дяди Вернона было скрыто за газетой, но Дадли выглядел как обычно. Гарри не понимал, в чем дело. После завтрака дядя Вернон, долго кряхтя, наконец, объяснил. Оказалось, что тетя Мардж собирается приехать погостить. Тетя Мардж никогда не любила Гарри, и каждый ее приезд оборачивался для него неприятностями. Однажды ее собака даже гонялась за ним и кусала. Раньше дядю Вернона это бы не волновало, но теперь все было иначе. Магия, которую Гарри использовал дома, доказывала, что он не позволит Мардж издеваться над собой. А убедить Мардж было для Вернона почти невозможно: они наговорили ей столько плохого о Гарри, что изменить ее мнение за короткое время было нереально. Гарри усмехнулся. Это было как нельзя кстати. Ему не нужно было ломать голову, как придумать предлог, чтобы уехать на несколько дней. Вот он, готовый повод! И Гарри прямо сказал, что ему нужно уехать в поместье Поттеров на несколько дней, точное время он не знал, но как минимум на неделю. Вернон прикинул в уме. Мардж сказала, что приедет на несколько дней, но точного срока не назвала. По прошлому опыту, это было не больше трех дней. Так что он с готовностью согласился. В качестве компенсации Вернон даже предложил купить Гарри какую-нибудь популярную среди молодежи видеоигру, чем вызвал жгучую зависть у Дадли. Тот заявил, что тоже может уехать, но получил решительный отказ. В конце концов, одной из главных целей приезда Мардж было повидать Дадли. Если он уедет, на кого ей смотреть? Гарри не отказался от доброго предложения Вернона, сказав, что они поговорят об этом по его возвращении, и быстро поднялся наверх собирать вещи. Всего через десять минут Гарри уже стоял у двери с чемоданом. Он радостно помахал рукой Дурслям и быстро побежал к соседнему дому номер пять. Петунья с каким-то смешанным чувством смотрела ему вслед. Ей казалось, что они поступают с ним слишком жестоко. — Почему мне кажется, что это нас бросили? — не удержался Дадли. Петунья взглянула на своего крупного сына. Даже без влияния магии он все еще был вдвое больше Гарри. — Не думай об этом. Лучше порепетируй, как будешь встречать Мардж. Дадли почесал затылок и, широко улыбнувшись Вернону, произнес: — Добро пожаловать, тетя Мардж! Я так по вам скучал! — Отлично, вот так! — Вернон удовлетворенно похлопал Дадли по плечу, и они вместе вошли в дом. Тем временем Гарри в приподнятом настроении ворвался в дом номер пять. Дамблдора не было. По слухам, его недавно видели на острове Уайт. В ближайшее время он не вернется, но у Гарри был свой ключ, и для использования камина ему не требовалось разрешения Дамблдора. Вернувшись в поместье Поттеров, Гарри снова достал стопку документов и принялся их изучать. Он не собирался устраивать побег из тюрьмы, а хотел понять, что за человек этот Геллерт Грин-де-Вальд. Нельзя же было выпускать на свободу еще одного Темного Лорда, похожего на Волдеморта. С одним еще не разобрались, зачем создавать себе новые проблемы. Однако, судя по собранным Гарри материалам, между ним и Дамблдором определенно что-то было. Идеи, которые он когда-то выдвигал, и поступки, которые совершал, казались Гарри слишком радикальными и не соответствующими той эпохе. Его называли Темным Лордом, возможно, потому, что во время войны он убил немало людей, но, по мнению Гарри, у каждой стороны была своя правда, и это ни о чем не говорило. Если бы тогда победил Грин-де-Вальд, кто знает, каким бы сегодня был магический мир. Проведя целый день за изучением материалов, Гарри наконец принял решение: он вытащит этого человека. Не ради чего-то другого. Старик того же возраста, что и Дамблдор, да еще и с какой-то тайной связью между ними. Будут поддерживать друг друга, и это хорошо. А то Дамблдор вечно придумывает какие-то фокусы. Если он сам себя доконает, где Гарри найдет такого удобного козла отпущения… то есть, такого уважаемого профессора. Приняв решение, Гарри начал готовиться. Нужно было взять с собой различные зелья, почистить волшебную палочку, надеть одежду и украшения с защитными чарами. И, конечно, взять с собой деньги. Ведь это Германия, и с деньгами в кармане чувствуешь себя увереннее. Он предупредил Римуса, что собирается немного попутешествовать, и, не дожидаясь возражений, направился к международному камину в Министерстве магии. Заплатив один галеон за проезд, он получил горсть пороха, который был темнее обычного Летучего пороха. Говорили, что это специальная международная версия, которая не продается в розницу. Даже чистокровные семьи, желающие выехать за границу, должны были стоять в очереди, чтобы его купить, если только они не предпочитали медленно лететь на карете. Путешествие оказалось не из приятных. Гарри, с зеленым лицом, вывалился из камина в немецком Министерстве магии. Сотрудник помог ему подняться и на ломаном английском посоветовал быть осторожнее, после чего сунул ему туристический буклет и ушел. Буклет был на немецком. Гарри лишь взглянул на картинки, молча убрал его в карман и достал из сумки заранее подготовленную карту. Найдя безлюдный уголок, Гарри достал метлу и мантию-невидимку, взлетел и полетел прямо к Нурменгарду. Он хотел добраться туда как можно быстрее. В незнакомой стране иностранному мальчику лучше не испытывать человеческую натуру. По какой-то причине немецкое Министерство магии находилось очень близко к Нурменгарду. Всего через полчаса полета Гарри достиг своей цели. Черный замок. Гарри приземлился перед замком и, подняв голову, посмотрел на абсолютно темное строение, в котором не было ни единого огонька. Он невольно подумал, что если бы здесь был Снейп, ему бы этот замок точно понравился. Как-никак, это была тюрьма. Гарри еще размышлял, как обойти охрану, когда вдруг понял, что здесь нет ни одного стражника. Гарри остался невозмутим. Похоже, тайна была немаленькая. Он попробовал толкнуть ворота замка, и они абсолютно бесшумно и плавно открылись перед ним. Гарри подумал, что за этим замком ухаживают лучше, чем за Хогвартсом. Даже ворота Хогвартса, которыми пользовались каждый день, при открывании издавали легкий скрип. Гарри понял одно: хозяин этого места знал, что он пришел, знал, кто он, и знал его цель. Хозяин этого места ждал его. Гарри недовольно цыкнул, снял и убрал мантию-невидимку. Он перестал красться, вместо этого вызвал в холле зеркало, привел в порядок свой внешний вид и только потом пошел вверх по единственной лестнице. У Грин-де-Вальда был дар предвидения, это Гарри знал из собранных материалов. Но никто не говорил, что его дар был настолько точным. Прямо как у Трелони. По мере того как Гарри поднимался, в замке постепенно зажигался свет. Он не был ослепительным, но освещал путь ровно настолько, чтобы было видно дорогу. Лестница казалась бесконечной, вокруг не было ничего, кроме стен. Гарри даже подумал, не схитрить ли и не воспользоваться метлой, но обнаружил, что его сумка не открывается. Сердце екнуло. Гарри тут же положил руку на пояс с зельями, убедился, что его палочка и зелья на месте, и, немного успокоившись, смиренно продолжил подниматься. Он не знал, сколько ступенек преодолел и как далеко прошел. Ему уже казалось, что он так дойдет до самого неба. Наконец впереди появилось что-то новое — дверь. Гарри подошел, немного отдохнул, вытер пот со лба, чтобы не выглядеть слишком растрепанным, и тихонько постучал. Из-за двери не было ответа. Гарри не придал этому значения и продолжал стучать с интервалом в пять минут. Он стучал целый час. Когда Гарри уже начал наколдовывать себе на пальцы металлические накладки, дверь наконец сдвинулась с места, бесшумно приоткрыв щель. Гарри легонько толкнул, и дверь открылась. — Прошу прощения, — громко сказал Гарри и вошел. За дверью была пустая каменная комната. Каменный стол и стул, каменная кровать. Кроме этого, ничего. В стене было огромное окно без стекол и даже без привычных для тюрьмы решеток. Ветер с высоты врывался внутрь, пробирая Гарри до костей. Глядя на эту, мягко говоря, суровую обстановку, Гарри не удержался, достал палочку и преобразил каменную мебель, сделав ее мягкой и удобной. Затем он наколдовал на окне большое прозрачное стекло, чтобы защититься от холодного ветра, и только после этого сел. Наконец Гарри перевел взгляд на каменную кровать. В углу сжался сгорбленный силуэт, укутанный в черное рваное одеяло. Если не присматриваться, можно было и не заметить, что там кто-то есть. — Мистер Грин-де-Вальд, отсюда можно почувствовать ветер из Хогвартса? — Гарри начал без предисловий, нанося удар прямо в сердце. Темная фигура вздрогнула, и раздался хриплый голос: — Мальчик, за такие слова тебя могут и убить. Он не научил тебя, как нужно разговаривать? — Он? Дамблдор? К сожалению, нет, — Гарри пожал плечами и, заметив, что его сумка снова открывается, начал доставать вещи. Чайник, чашки, чай, печенье, сахар, молоко, мед. Он заставил весь стол, а затем неторопливо с помощью магии начал кипятить воду и заваривать чай, ни словом не упоминая о цели своего визита. Грин-де-Вальд больше ничего не говорил, тихо сжавшись в углу, словно в комнате по-прежнему никого не было. Чайник с черным чаем быстро закипел. Гарри налил одну чашку, добавил что-то по своему вкусу, а в другую насыпал смертельную дозу сахара и с помощью левитации отправил ее к кровати. — Ты хочешь меня отравить? — с подозрением спросил Грин-де-Вальд, глядя на густую, похожую на сироп жидкость. Гарри пожал плечами. — Это любимый напиток директора Дамблдора. Я думал, у вас схожие вкусы. Грин-де-Вальд замолчал. Он протянул бледную, иссохшую руку, взял чашку с «чаем» и, сделав маленький глоток, почувствовал, как заболело горло. — Вы знаете, зачем я пришел. Что вы видели? — с любопытством спросил Гарри. Грин-де-Вальд показал свое лицо. Седые, спутанные волосы закрывали почти все лицо, видны были только необычные разноцветные глаза. Он пристально посмотрел на Гарри и улыбнулся. — Все изменилось. Раньше я видел его смерть, и свою смерть. Я испробовал много способов, но не мог изменить то, что видел. Но однажды я вдруг перестал видеть. Была только пелена тумана. — В этом тумане был ты, но вроде бы и не ты. Ты пришел сюда, а потом — сплошной туман. Я ничего не мог разглядеть. Гарри продолжал пить чай, а в голове у него проносились мысли. Все изменилось, скорее всего, из-за того, что он каким-то образом попал на сто лет в прошлое и проучился там пять лет. Каким бы он был, если бы не побывал в прошлом? Представив себя одиннадцатилетнего, встречающего Драко, Гермиону и Рона, Гарри вздрогнул. Рон бы точно сбил его с пути. — Поэтому я и спрашиваю: зачем ты пришел? — сказал Грин-де-Вальд, не сводя с Гарри глаз. Гарри тоже поставил чашку и посмотрел на Грин-де-Вальда. — Я хочу, чтобы вы вышли отсюда. — Невозможно. Он не согласится, — тут же отказался Грин-де-Вальд и, опустив голову, снова попытался сжаться в углу. — Он собирается найти Воскрешающий камень, — добавил Гарри. Грин-де-Вальд внезапно вскочил и бросился к Гарри. Только тогда Гарри понял, насколько высоким был этот человек, все время сжимавшийся в углу. Он был почти такого же роста, как Дамблдор, но ужасно худой, словно его мог сдуть порыв ветра. — Воскрешающий камень? Ты серьезно? — глаза Грин-де-Вальда горели так ярко, что, казалось, могли обжечь Гарри. — Но эта вещь не может по-настоящему воскресить человека, вы же понимаете? — спокойно сказал Гарри, не выказывая ни малейшего испуга. Грин-де-Вальд пристально посмотрел на него, затем медленно повернулся и, вернувшись, сел на край каменной кровати, широко расставив ноги. — Так чего же ты на самом деле хочешь? Говори всё. Тебе меня не обмануть.