Часть 140

Глава 140

Крам с несколько утомлённым видом поднялся, прошёл вдоль стола Слизерина, а затем повернул к указанной двери. Когда его фигура скрылась за дверью, волнение в зале улеглось, и все снова замерли в ожидании следующего чемпиона. Вскоре пламя вновь стало красным, и из него вылетел ещё один кусок пергамента. Дамблдор поймал его, развернул и прочёл: — Чемпионка Шармбатона — Флёр Делакур! — Ха-ха! Я снова угадал! — Рон был в восторге. — Чемпионом Хогвартса будет Гарри! Я так и сказал! — Да, да, да, сядь уже! — Гермиона и Невилл изо всех сил тянули Рона вниз, пытаясь усадить его на скамью. Сейчас он был похож на обезьянку! Флёр встала, встряхнула своими серебристыми волосами и, высоко подняв подбородок, гордо направилась к двери. Её фигура тоже скрылась за дверью, и аплодисменты в зале снова стихли. Наконец, пламя в третий раз стало красным. Ученики Хогвартса безостановочно переводили взгляды с Гарри на Седрика, гадая, чьё же имя вылетит из огня. Дамблдор поймал третий клочок пергамента, взглянул на него и не смог сдержать улыбки. Гарри приподнял бровь, готовясь встать. — Чемпион Хогвартса — Гарри Поттер! На этот раз ни Гермиона, ни Невилл не стали останавливать восторженного Рона. Они и сами вскочили на ноги от волнения. Рёв одобрения был таким громким, что, казалось, вот-вот снесёт крышу Большого зала. Все изо всех сил хлопали в ладоши, даже ладони онемели, но никто не хотел останавливаться. Седрик тоже встал и через стол Когтеврана помахал Гарри рукой. Пока Гарри шёл вперёд, все с восторгом смотрели на него и яростно аплодировали. Когда он подошёл к Дамблдору, тот улыбался так широко, что глаз не было видно. Он похлопал Гарри по плечу: — Иди. Гарри повернулся. Значок Хогвартса на его груди сверкал в свете огней. Но как только Гарри собрался пойти к двери, Кубок Огня, который должен был погаснуть, в четвёртый раз вспыхнул красным пламенем. Из него вылетел ещё один клочок пергамента. Дамблдор с серьёзным выражением лица поймал его. Лицо Гарри тоже стало очень мрачным. Он резко повернулся к преподавательскому столу. Все были в полном недоумении, и только на лице Крауча промелькнул интерес. В зале вновь воцарилась гробовая тишина. Все ошеломлённо смотрели на пергамент в руках Дамблдора. — Невилл Лонгботтом, — прочитал Дамблдор имя на бумажке. Все взгляды устремились к столу Гриффиндора. Невилл сидел с растерянным видом, ничего не понимая. — Мистер Лонгботтом, подойдите, — сказал Дамблдор и заодно подтолкнул Гарри, чтобы тот быстрее шёл в комнату. Гарри холодно стоял на месте, не говоря ни слова, его правая рука нащупывала волшебную палочку в левом рукаве. — Не делай глупостей, — прошептал ему в ухо едва слышный голос. Он обернулся и увидел, что на него смотрит профессор Грин. Уголки его губ были слегка приподняты. — Не волнуйся, доверься мне. Гарри едва заметно кивнул, затем посмотрел на растерянного Невилла и на всех остальных учеников Хогвартса, которые не могли поверить своим глазам. — Невилл — мой друг, и я ему верю, — твёрдо произнёс Гарри, и его голос эхом разнёсся по залу. У Невилла, который уже шёл вперёд, глаза покраснели. Он посмотрел на Гарри. Их взгляды встретились, и Гарри серьёзно кивнул ему, после чего, подгоняемый Дамблдором, вошёл в комнату. Войдя в комнату, Гарри увидел, что двое чемпионов, пришедших раньше, сидят у камина. Флёр, увидев Гарри, нахмурилась и, отвернувшись, уставилась в другую сторону, явно не желая с ним разговаривать. А вот Крам дружелюбно кивнул Гарри, указывая на свободное место у камина. Гарри ответил на приветствие, но не стал садиться рядом. Вместо этого он нашёл стул недалеко от входа и сел, молча ожидая. Вскоре вошёл Невилл. Его кулаки были крепко сжаты, и лишь увидев Гарри, он немного расслабился. — Гарри... — голос Невилла дрожал. Гарри подошёл и похлопал его по плечу: — Не волнуйся, я всё знаю. — Нас пришли позвать? — Флёр встала, поправила одежду и, вздёрнув подбородок, невежливо обратилась к Невиллу. Невилл пробормотал что-то невнятное. Флёр нахмурилась и повторила вопрос. Невилл посмотрел на Гарри, который ободряюще на него смотрел. Он глубоко вздохнул и твёрдо ответил: — Нет, я — четвёртый чемпион. — Что? — Флёр выглядела крайне удивлённой. Даже Крам озадаченно нахмурился. Не успел Невилл сказать что-то ещё, как дверь снова открылась, и в комнату вошёл Дамблдор в сопровождении целой группы людей. — Я не признаю этого! Дамблдор! Тебе лучше... Слова Каркарова внезапно оборвались. Он с ужасом схватился за горло, его рот открывался и закрывался, но не издавал ни звука. Сзади раздался слегка насмешливый голос: — Мне не нравится, как вы обращаетесь с нашим директором, Каркаров. Гарри посмотрел в ту сторону. Конечно, это был профессор Грин. Он улыбался, но в его глазах не было ни капли тепла, отчего по спине пробегал холодок. — Достаточно, — сказал Дамблдор. Профессор Грин усмехнулся и едва заметно шевельнул пальцами. Голос Каркарова вернулся, но тот больше не осмеливался ничего говорить, с опаской поглядывая на профессора Грина. Мадам Максим подошла к Флёр, и они быстро о чём-то переговорили по-французски, после чего замерли в ожидании объяснений от Дамблдора. — Невилл, я должен спросить ещё раз: ты опускал своё имя в Кубок Огня? — спросил Дамблдор. Невилл решительно покачал головой: — Нет, директор Дамблдор. Дамблдор кивнул и посмотрел на остальных. — Все вы знаете, что я установил возрастное ограничение для Кубка Огня. А после некоторых напоминаний я добавил кое-что ещё на саму линию. Сказав это, Дамблдор взмахнул палочкой, и перед ним появились имена и названия школ, сотканные из золотых нитей. Вскоре имена разделились на три группы, по одной для каждой школы. Имя Невилла одиноко оказалось в отдельной группе сбоку. Дамблдор указал на имя Невилла. Остальные имена исчезли, а рядом с именем Невилла появилось время: 01:12. — Где ты был в час ночи, Невилл? — спросил Дамблдор. Невилл не спешил с ответом. Подумав, он медленно сказал: — Я спал. Все мои соседи по комнате были там. — Ты не выходил из гостиной Гриффиндора? — спросил Дамблдор. Невилл кивнул. — И что это доказывает? В это время его соседи могли спать. Кто знает, не выходил ли он тайком? — мадам Максим не выглядела убеждённой. — Не торопитесь, у нас есть и другие свидетели, — сказал Дамблдор. Он подошёл к одному из портретов в комнате. — Будьте любезны, не могли бы вы пригласить сюда Полную Даму? Человек на портрете кивнул и быстро исчез. Через две минуты в раме появилась Полная Дама, придерживая юбки. — Директор Дамблдор, вы меня искали? — Я хотел бы спросить, выходил ли кто-нибудь из гостиной Гриффиндора после отбоя? — спросил Дамблдор. Взгляд Полной Дамы забегал. — После отбоя и до трёх часов ночи никто не выходил. После трёх я пошла выпить с Виолеттой и вернулась в семь. Никто не остался запертым снаружи. — Спасибо за содействие, мадам. Можете возвращаться, — помолчав, сказал Дамблдор. Полная Дама сделала реверанс и поспешно исчезла из рамы. — Теперь доказано, что Невилл действительно не опускал своё имя в Кубок Огня, — сказал Дамблдор. — Чтобы обмануть такой магический артефакт, как Кубок Огня, требуется могущественная магия. Думаю, среди присутствующих не так уж много тех, кто на это способен, — сказал профессор Грин, бросая странный взгляд на всех в комнате. Все замолчали. В комнате снова воцарилась тишина. — Так что теперь делать? — спросил Людо Бэгмен. — Его имя вышло из Кубка Огня, значит, магический контракт заключён. Мы не можем просто отказаться, — низким голосом произнёс Крауч. После этих слов все снова замолчали. Как бы им этого ни хотелось, изменить этот факт было невозможно. Пришлось признать, что у Хогвартса два чемпиона. Крауч объяснил некоторые правила Турнира, после чего вместе с Людо покинул комнату. Их участие больше не требовалось. Только взгляд Гарри неотрывно следил за спиной Крауча. Теперь возникла новая проблема. Каркаров и мадам Максим в один голос заявили, что Гарри и Невилл живут в одной спальне и слишком близки, что несправедливо по отношению к Краму и Делакур. После обсуждения, по настоятельному требованию профессора Грина, было решено, что Невилл на весь год переедет в кабинет профессора Защиты от Тёмных искусств, где для него можно было обустроить отдельный люкс. Спросив мнения Невилла, окончательное решение было принято. О багаже Невиллу беспокоиться не пришлось — домовые эльфы соберут его вещи и доставят на место. Ему нужно было немедленно следовать за профессором Грином. Гарри кивнул Невиллу и похлопал себя по карману, намекая на связь через пергамент. Только после этого Невилл ушёл с профессором Грином. Остальные тоже стали прощаться. Каркаров хотел что-то сказать Дамблдору, но в итоге промолчал, лишь тяжело хмыкнул и быстро увёл своих людей. Когда все ушли, Гарри вернулся в гостиную Гриффиндора. Там царило безудержное веселье. Никто не обращал внимания на проблему Невилла, все праздновали то, что оба чемпиона Хогвартса были из Гриффиндора. Ускользнув от одной группы празднующих за другой, Гарри наконец нашёл уголок, где сидели Рон и Гермиона, не вписываясь в общую атмосферу. Они не отрывались от пергамента. Увидев Гарри, Гермиона с тревогой посмотрела на него. — Не волнуйся, с Невиллом всё в порядке. Дамблдор уже всё выяснил, это было не по его воле, — сказал Гарри. Гермиона нахмурилась: — Это ужасно. — Почему не меня выбрали? А где Невилл? — пробормотал Рон, его перо быстро скользило по пергаменту. Гарри всё объяснил, но Гермиона так и не расслабилась. — Профессору Грину можно доверять? — Не волнуйся, — кивнул Гарри. Достав пергамент, Гарри отправил сообщение Невиллу, советуя ему усердно учиться у профессора Грина, но, конечно же, самому разбираться, чему стоит учиться, а чему — нет. — Готово. В Пуффендуе Седрик всех успокоил, в Слизерине Драко тоже навёл порядок. Когтевранцы, как всегда, держатся в стороне, у них нет возражений, — Рон с облегчением выдохнул, отбросил перо и потряс запястьем. — Отличная работа, — с одобрением посмотрел на него Гарри. — Следи за любыми странностями в школе. Невилл обычно очень тихий, кто-то может быть недоволен. Рон закатил глаза. Вот уж действительно, нужно было показать некоторым, что значит, когда обе руки — оружие. И тогда бы они не возмущались. — Не волнуйся, я знаю, что делать, — согласился Рон, но всё ещё бормотал себе под нос, почему же выбрали не его. Они все прекрасно понимали, что кто-то вмешался, и цель была одна — Гарри. Ещё полмесяца назад Гарри подтвердил своё участие, и его сила была признана всей школой, в этом никто не сомневался. Тот, кто стоял за этим, выбрал Невилла лишь потому, что из всей их компании Невилл был самым незаметным, его почти не было видно в школе, и его легко было упустить из виду. Отношения Гарри и Невилла, разумеется, были вне всяких сомнений. Даже первокурсники знали, что они очень дружны. Таким образом, цель закулисного кукловода была ясна: использовать Невилла, чтобы помешать Гарри. Ведь при таких хороших отношениях Гарри не мог же смотреть, как Невилл идёт на верную смерть? А если Гарри останется в стороне — ещё лучше. Это внесёт разлад в их дружбу, а другие, видя это, сочтут Гарри бессердечным. Со временем репутация Гарри будет испорчена. Одним выстрелом — двух зайцев. Как ни посмотри, беспроигрышный вариант. Убедившись, что в тылу всё спокойно, Гарри попрощался с друзьями и ушёл. Вернувшись в спальню и увидев пустую кровать Невилла, Гарри рассмеялся от ярости. В следующее мгновение он исчез из комнаты. Дамблдор сидел за своим столом и молча ждал. Когда появился Гарри, Дамблдор не успел и рта раскрыть, как тут же вскочил с места. В следующую секунду весь его письменный стол разлетелся в щепки. Оглушительный грохот разбудил спящие портреты. Они оглядели обстановку и молча покинули свои рамы. Фоукс издал пронзительный крик, и, вспыхнув огнём, исчез из кабинета. — Подожди! — поспешно крикнул Дамблдор. Гарри не обращал на него никакого внимания. Его палочка снова взметнулась. Ещё один взрыв — и кресло, в котором обычно сидел Дамблдор, тоже превратилось в обломки. — Выслушай меня! — крикнул Дамблдор, ловко увернувшись от очередного заклятия. Бах! Распределяющая шляпа взвизгнула. Дамблдор поймал её и забросил во внутреннюю комнату. Шкаф, на котором она стояла, исчез, а на пол с грохотом посыпалась куча серебряных приборов. Вскоре кабинет директора представлял собой сплошные руины. Все предметы, которые можно было взорвать, были уничтожены. При этом Гарри контролировал свою магию настолько хорошо, что ни пол, ни стены не пострадали. Пострадали лишь мебель и предметы обстановки.