Под цветущей сакурой

Всё произошло так быстро, что Мику даже не успела ничего осознать. Вот так бывает — вчера ты ещё не подозреваешь о том, что завтра встретишь свою любовь, а она встречается — и ничего не сделаешь. Нет, это не была любовь с первого взгляда. Она пришла чуть позже, чем в первый взгляд. Началось всё с того, что они с подругами пошли в парк любоваться цветущей сакурой. Год выдался тёплым, поэтому началось цветение очень рано — в начале марта. Мику надела розовое кимоно с синим бантом, взяла с собой розовый зонтик, заранее закупилась сладостями и лёгким алкоголем — в общем, была в полной боевой готовности на это ханами. День выдался солнечный, дождя не предвещалось, так что с самого начала было очевидно, что праздник ничему не удастся испортить. Примерно сорок минут заняла дорога до парка, после чего девушки разложили под свободным деревом скатерть и начали устраивать пикник. Мику чуть не пролила саке на кимоно подруги, поэтому её попросили немного погулять, пока они сами тут всё закончат и затем позовут её. Мику не обиделась — она сама хорошо знала о своей неловкости. Пообещав вернуться через полчаса, она отправилась вверх по главной парковой дороге. Людей в парке было неисчислимое множество — как местных жителей, так и туристов. Мику не боялась заблудиться — она знала этот парк как свои пять пальцев. Но всё же в такой толпе было немного некомфортно и она стремилась выбирать места, где людей было поменьше. В какой-то момент она заметила боковую дорожку и решила на неё свернуть. Ей показалось, что там не так много народа, как на главной. Вскоре выяснилось, что разница невелика, но возвращаться Мику уже не хотелось. И тут она увидела под одним из деревьев фигуру молодого мужчины. Их взгляды случайно пересеклись. Его глаза были пронзительно-синими, как сапфиры. Мику невольно вздрогнула. Она отвернулась и сделала вид, что не заметила его. Подождав несколько минут, девушка снова обернулась. Юноша всё ещё на неё смотрел. Тогда Мику собрала волю в кулак и решила к нему подойти. — Мы знакомы? — спросила она. Незнакомец вышел на свет. Это был молодой человек со смугловатой кожей и короткими синими волосами, в синем кимоно, хагоромо и шарфе. — Лично нет. — произнёс он весьма приятным голосом. — Но мы несколько раз пересеклись. Я помню ваше лицо, хотя и не знаю имени. — Моё имя Хацунэ Мику. — смущённо проговорила девушка. — Хацунэ Мику? Не слышал. — улыбнулся парень. — Меня зовут Кайто. — он учтиво поклонился ей. Мику улыбнулась ему в ответ. Юноша ей понравился. Похоже, они могли бы стать друзьями. — Вы пришли сюда любоваться сакурой? — спросила она. — Вроде того. — Кайто оглянулся. — Это намного скучнее, чем я представлял. Мику в глубине души даже возмутилась. С самого детства, каждую весну её семья участвовала в празднике ханами и она искренне не понимала, как можно считать такое прекрасное явление природы «скучным». — Может быть, проблема в том, что вам никто не составил компанию? — спросила она. — Возможно… Вообще-то я звал друзей, но все сказали, что заняты… А отец нехорошо себя чувствует… — неловко рассмеялся Кайто. — Возможно, вы правы. Всё настроение мне испортили своими отказами, вот и брожу тут… Совсем один. — он провёл пальцами по волосам. — А может быть, тогда ты пойдешь со мной? Уверена, мои друзья позволят тебе присоединиться к нашему пикнику. В этом действительно не было ничего вульгарного в её глазах. Это был всего лишь жест доброй воли. Мику в тот момент даже не подозревала, что произойдет дальше. — Ну… Если они действительно будут не против, то я согласен! — Пошли скорее! — она взяла его за руку и потащила в глубь парка, где расположилась их компания.

***

— Мику! Наконец-то! Мы тебя уже заждались! — воскликнула её подруга, когда они подходили к скатерти под деревом. — Ой, а кто это с тобой? — Это Кайто! Я встретила его в парке! — улыбнулась Мику. — Он тоже хотел пойти любоваться сакурой с друзьями, но они все отказались, так что он оказался здесь один! Я предложила ему присоединиться к нам, вы же не против? Не бойся, Кайто, садись, места хватит! — Рада знакомству, господин Кайто. — произнесла мачеха Мику. — Вы, похоже, большой ценитель японских традиций стремления к прекрасному. — Я поэт. — Поэт? Вы пишете стихи? Как изумительно! — подруга подвинулась немного в сторону, освобождая место новому гостю. — Даже не столько стихи, сколько песни. — Кайто и Мику сели рядом на траве возле скатерти. — Я, кроме этого, ещё и музыкант. Я… Я бард, да, вот. Мою профессию можно определить как «бард». — Скромностью не страдает. — не без нотки восхищения в голосе шепнула одна из девушек на ушко другой. — Мама, налей нам саке! — воскликнула Мику. — Давайте уже выпьем! — Не торопи события, Мику, полакомиться ты ещё успеешь. Я предлагаю… Раз уж господин Кайто заявил себя бардом, может быть, он что-нибудь нам споёт? — улыбнулась мачеха. — Я принесла с собой кото — собиралась поиграть сама, но раз уж нам подвернулась такая удача, то можем попросить его. — А мне за это саке и сладостей дадут? — пошутил Кайто. — Ох, молодежь. — вздохнула женщина. — Вам интересны только низменные наслаждения. — Дадут, дадут! И пусть только попробуют не дать! — воскликнула Мику, хватая со скатерти блюдце с моти и протягивая его Кайто. Кайто засмеялся. Моти он всё-таки съел. Мачеха Мику достала из сумки небольшое кото и протянула его юноше. Кайто сначала робко тронул струны, затем уже более уверенно провёл по ним рукой, а потом заиграл удивительной красоты мелодию и запел. Песня, хоть и была, очевидно, авторской, звучала почти как старинные народные японские стихи. В ней с помощью множества сложных и тонких метафор рассказывалось о юноше, который тяжело заболел и умер от неразделённой любви. Мику почти сразу поняла, что он выбрал именно эту композицию неслучайно: возлюбленную, не ответившую ему на чувства и тем самым его погубившую, исполнитель называл «прекрасной, как цветущая сакура». Мачеха и подруги слушали, затаив дыхание. Вскоре Мику заметила, что к ним начали оборачиваться люди с соседних пикников. Все они тоже замолкали и внимательно слушали, пока песня, словно бы смешиваясь с ароматом цветов и шелестом ветвей, летела над парком высоко-высоко, в голубое небо.

***

Лодка мягко скользила по поверхности реки. Озарённые солнцем лепестки, упавшие с ветвей на воду, казались выточенными из чистого розового кварца. Шум человеческой жизни остался где-то на берегу, а здесь их окружало лишь щебетание птиц и плеск вёсел. Солнечные лучи проникали сквозь ветки сакуры и причудливым узором переплетались на дне лодки. Мику понимала, что ей хорошо. Наконец, Кайто отпустил вёсла и выпрямился. Похоже, он устал грести и лишь из уважения к Мику не посмел передать ей эту работу. — А ты хорошо придумал взять в аренду лодку. — улыбнулась Мику. — Здесь сакура выглядит ещё красивее, чем на берегу. — Не думаю, что ты первая, кто это заметил. — рассмеялся Кайто. — Но ты права, здесь чудесно. Хотя, конечно же, смотрел он не на цветы. Смотрел он в её глаза. А её глаза сияли от счастья и казались ему в тысячу раз красивее цветов. — Хорошо, что я тебя встретил. — словно бы случайно произнёс он. — Ты удивительно красиво поёшь. И стихи у тебя прекрасные. — отозвалась Мику. — Это не лучшая из моих песен. — А какая лучшая? Кайто усмехнулся. — Лучшую я ещё не написал. Лепестки кружились над водой, устилая реку мягким розовым ковром. Лодку медленно несло вниз по течению. Мику любовалась цветущей сакурой, а Кайто… А Кайто любовался Мику. «Но мне почему-то кажется… Что она будет посвящена тебе.» — Мику… — робко начал он. — Мы едва знакомы, но мне почему-то кажется… — Что? — Что мы с тобой… Неуловимо похожи. Я не знаю даже, влюблён ли я в тебя, но считаю, из нас бы вышла красивая пара. Может, это даже хорошо, что я пришёл сюда сегодня один? Ты такая весёлая и искренняя. Разве не странно, что ты так легко предложила мне пойти с тобой, а я так легко согласился? У меня такое ощущение, будто нас, что называется… Свела судьба. — Правда? — её глаза широко распахнулись и ещё ярче засияли. — Тогда… Почему бы нам не начать встречаться? — Я… Я как раз хотел предложить, просто подумал… Это как-то странно. — Я буду рада считать себя своей девушкой. — прошептала Мику. Затем она наклонилась к его лицу… ...А то, что произошло дальше, нам знать не дано, потому что в этот момент их лица скрывает от нас ветка цветущей сакуры.