Часть 1

Смотрящему было больно наблюдать за Лололошкой. Он видел, как тот страдает, как страх и отчаяние пожирают его изнутри, оставляя лишь пустую оболочку от некогда яркого, живого мироходца. Видел, как одиночество превращает его в тень самого себя… И ничего не мог с этим поделать. Он лишь молчал, холодно, безучастно наблюдая за происходящим. История повторялась. Когда-то, бесчисленное множество лет назад, сам Смотрящий был одинок. Его существование проходило в бесконечном наблюдении. Он следил за узниками в тюрьме Времени, иногда его взгляд падал на миры смертных, но всё это было… пустым. Бесконечно цикличным. До тех пор, пока не появились они. Первые. Существа, чьё могущество могло сравниться с силой богов. Но, у них была душа, личность. В них было что-то, что привлекало даже столь древнее существо, как Смотрящий. Он долго наблюдал за ними со стороны, изучал, следил за их победами и поражениями, но вскоре он захотел познакомиться с ними лично. Первые встретили его по-разному. Кто-то был насторожен, кто-то проявил дружелюбие, а кто-то и вовсе не придал значения его появлению. Лололошка и Туилин сперва относились к нему с опаской, сдержанно подбирая слова, не доверяя ни единому движению. Вальдхар и Эграссель же, напротив, приняли его сразу. Остальные просто признавали его присутствие, соблюдая формальную вежливость. Но Смотрящему этого было достаточно. Впервые за долгие тысячелетия он не был один. Со временем они начали лучше понимать друг друга. Эграссель, увлечённый наукой, был рад возможности взаимодействовать с таким уникальным существом, как Смотрящий. Сначала он рассматривал это лишь как исследовательский интерес, но со временем… Всё изменилось. Это стало настоящей дружбой. Вальдхар, напротив, не пытался копаться в сущности Смотрящего. Ему просто нравилось рассказывать истории, забавные и не очень, зная, что перед ним есть тот, кто всегда выслушает. Туилин поначалу держалась настороженно, тщательно выбирая каждое слово, но постепенно стала доверять ему. Пусть он и был странным, пугающим, но… добрым. В меру своей природы. Но больше всего изменился Лололошка. Сначала мироходец и не думал доверять Смотрящему. Он держался на расстоянии, был холоден, порой даже враждебен. Но потом, сам того не замечая, стал чаще пересекаться с богом. Лололошка начал помогать Смотрящему искать преступников, они вместе изучали Пустошь ( потом Лололошка показывал все эти исследования Эграссе ), там Лололошка впервые услышал голос Смотрящего. Он был… жутковат. Но это не имело значения. Смотрящий лишь выглядел устрашающим, но на деле… Он был кем-то гораздо большим, чем просто могущественное существо. Шло время. В прямом и переносном смысле. Лололошка стал для него не просто другом. Он стал сыном. И пусть Смотрящий никогда не скажет этого вслух, в глубине души он относился к мироходцу именно так. Но счастье… оно всегда уходит. Тадмавриель. Как же Смотрящему хотелось стереть этого эльфа из реальности. Всё произошло слишком быстро. Архей был запечатан. Почти все Первые исчезли, отправившись в другие реальности, спасаясь, скрываясь… Боль этих существ была невыносимой. Их друг, их семья… Всё исчезло. Но хуже всех было Лололошке. Он остался. Просто не мог уйти. Не хватило сил. Хандра. Ненависть. Опустошённость. Искра, некогда сияющая ярким светом, угасала. Его эмоции стали нестабильными, его сила — неконтролируемой. Он разрушал миры, даже не осознавая этого. А Смотрящий лишь с тоской наблюдал за тенью своего друга, восстанавливал миры, но молчал надеясь что боль утихнет. В какой-то момент Лололошка пришёл в себя. Понял, кто он. Где он. Но это не принесло облегчения. Боль не исчезла. Она лишь трансформировалась. В жажду мести. Он хотел убить Тадмавриеля. Разорвать его на части. Смотрящий пытался отговорить его, напоминая, что Эграссель не хотел бы этого. Что какой бы силой ни обладал мироходец, Тадмавриель бессмертен. Но Лололошка уже не слушал. В какой-то момент он даже спросил: «Почему ты просто не отправишь его в Тюрьму Времени?» Смотрящий отвёл взгляд. Как ему сказать правду? Как объяснить, что чтобы запечатать Тадмавриеля, сначала нужно уничтожить Эграсселя? Их силы связаны, неразрывны, и он никогда не пойдёт на это. Но даже если бы он смог… он не был уверен, что Тюрьма Времени удержала бы существо с силой Междумирки. Лололошка не понимал. Он решил, что Смотрящий просто не хочет спасать Архей и Эграсселя. Ненависть разъедала его изнутри. Смотрящий надеялся, что время его исцелит. Что однажды Лололошка снова увидит мир в красках. Что очнётся, прозреет. Но он ошибся. Вместо этого мироходец нашёл Организацию. Существ, отвязанных от Времени. Они убивали богов, бессмертных, тех, кто существовал вне законов мироздания. Они бросали вызов самому порядку бытия, не осознавая, насколько это опасно. Именно поэтому они никогда не нравились Смотрящему. Лололошка захотел присоединиться к ним. Он верил, что с их помощью сможет уничтожить Тадмавриеля. Смотрящий впервые так сильно паниковал Он никогда раньше не испытывал настолько сильного страха. Потеря Эграсселя уже ранила его ледяное сердце. Но потеря Лололошки… Он не мог этого допустить. Отчаянный шаг Смотрящий понял: если Лололошка вступит в Организацию, его не спасти. Тогда он решился на неэтичный, отчаянный поступок. Он решил стереть его память. Стереть всё, что произошло после запечатывания Архея. Пусть лучше он начнёт жизнь заново… чем уничтожит себя. Смотрящий олицетворение времени, ему без особых проблем можно переместиться в прошлое и стереть память сразу после того момента как Архей запечатали.