1.

— Юми, ну же, улыбнись. Ты моя самая любимая малышка, клянусь мизинчиком. — Моя сестричка такая красивая и милая, кажется, моё сердце не выдержит. — Ли Юми, если ты сейчас же не примешь лекарства, я превращусь в злого брата. — Не забудь взять шарф. Там сильный ветер. — Что бы ни случилось, я всегда буду рядом, моё сокровище. Каждое сказанное им слово, эхом раздавалось в голове, подпитывая изнывающее сердце новыми порциями тупой боли. Юми устала задыхаться в истерике уже бесчисленное количество времени, устала кричать от раздирающих внутри чувств на протяжении мучительно долгих месяцев, устала закрывать глаза и видеть перед собой его родную, до невозможности тёплую улыбку. Слишком устала. Срывая очередной календарный лист, Ли безумно хотелось сжечь все страницы разом, дабы каждый раз её еле живое сердце не падало куда-то вниз при виде нового дня, который снова пройдет без него. Девушка уже давно не смотрела прогноз погоды, не брала с собой зонтик, не надевала шарф, ведь надобности каких-то ноль целых и одна тысячная, — ей по-банальному всё равно что там за окном, когда на душе уже бесчисленное количество дней льют дожди, изредка сменяемые холодным затишьем. Блондинка, кажется, уже и забыла какого это гулять по ночному Тэгу, любоваться рассветом, наедаться сладостей до отвала, да и просто бродить по осеннему парку, — вокруг чересчур много частичек, напоминающих о нём. Единственный неизменный маршрут — дорога до школы и обратно, в место, которое назвать домом язык уже не поворачивается. Всегда лучезарно улыбающаяся Юми почти что разучилась растягивать губы в искренней улыбке, изредка выдавая лишь подобие. Ей больно. Невыносимо больно даже думать о возможности радоваться этому миру без него. Ли Ючан — её самая родная частичка. Частичка, которая уже никогда не дополнит маленькую потерявшую себя девочку. С самого раннего детства блондинка буквально тонула в любви своего старшего брата, который пытался как можно незаметнее заполнить собой безразличие со стороны родителей. Всем вокруг было ясно, что Юми далеко не желанный ребёнок, скорее лишний предмет в доме, на который нужно тратить деньги. Да и осталась девочка в этой семье лишь из-за острой необходимости поддерживать иллюзию счастливого семейства, которое могло быть разрушено потоком сплетен и негодования. Старший брат — единственная ниточка, прочно связывающая с этой жизнью давно уже всё осознавшую девушку. Единственная ниточка, дыхание которой незаслуженно оборвалось несколько месяцев назад. Единственная ниточка, которую Ли готова была вернуть ценой своей собственной никому не нужной жизни. *** Спустя болезненные несколько месяцев, прожитых в одиночестве, Ли всё ещё до ужаса хотелось расцарапать себе ладони, дабы те не тянулись к его вещам, фотографиям, книгам, которые так беззаботно остались лежать в его комнате, столь наивно полагая, что хозяин обязательно ими воспользуется. Полностью разбитой и потерянной Юми последние дни стало настолько одиноко и холодно, что ни одно одеяло не смогло бы согреть, ведь ничто не сравнится с теплом, которое дарили объятия её Ючана. В тот день блондинка могла лишь обессиленно лежать на полу, обхватив руками любимую футболку брата, которая всё так же носила его запах. Проведя в своеобразных объятиях почти целые сутки, девушку будто по щелчку пальцев окутало неведомое наваждение. Секунда. Юми снова соприкоснулась с миром, который всё это время продолжал дышать без неё. Школьнице чрезмерно захотелось бежать как можно дальше, чтобы оставить горечь от потери позади, а лучше и все болезненные воспоминания разом. В который раз за день сердце заныло, желая избавиться от сковывающей скорби. И непонятным образом оказавшись у моста, Ли не думала, что опасно стоять вот так вот около пропасти, от которой её отделяло всего несколько шагов. Просто не хотела. Юми жадно хватала ртом воздух, стараясь восполнить ту давящую пустоту, так легко образовавшуюся внутри. Сейчас, именно в этот момент, блондинка готова была распрощаться со всем: горечью, печалью, болью и собой. Последние несколько месяцев были действительно мучительными. Адовыми ни больше, ни меньше. Даже тётя, взявшая племянницу на попечение, после отказа родителей, не могла заглушить всю ту бурю, что отчаянно бушевала внутри израненной Юми. Ей хотелось к брату, до одури хотелось. И плевать, что ради исполнения желания придется распрощаться с жизнью. Но суждено ли? Тихий, едва уловимый голосок, заставил продрогшую на ветру девушку обернуться. Возле неё, переминаясь с ноги на ногу стоял маленький мальчик, в руках которого находилась одна единственная роза. Только Ли хотела сказать, что детям следует быть дома в такую погоду, да и вообще, находиться в таком месте может быть небезопасно, как малыш протянул ей ту самую розу и быстро скрылся с глаз, кинув напоследок короткую фразу: — Ты только живи, тёть. И на мгновение, на какую-то мимолетную секунду ей стало легче. Ровно настолько, чтобы найти в себе силы, дабы на всё ещё ватных ногах вернуться в квартиру и поставить розу в воду, не позволив ей увянуть раньше положенных дней.

***

Дорогой Ючан, кажется, я снова могу дышать без всей той боли и сожалений, сковывающих мою душу последние полгода. Конечно всё ещё с трудом, но даже так. Я ведь молодец? Сегодня сотый день с того момента как я получила первую розу, которая стала ключом, постепенно сменившим ледяной пробирающий до костей ветер на согревающую улыбку солнца моей скудной жизни. Я всё чаще ловлю себя на мысли, что это ты дал знак, дабы отрезвить меня. Наверное, получилось. Первый день, да и несколько последующих, мне было всё равно и я лишь старалась не потерять себя, удержаться на плаву. Но спустя четыре розы я поняла, что мне непривычно интересно что же будет дальше. Если честно, меня не волновало злая ли это шутка или же подарок судьбы, я ждала каждый день свой ключ к жизни, который позволил мне продержаться уже целых девяносто девять дней. Братик, а я ведь даже улыбнулась несколько раз. Оказывается, всё ещё не разучилась. Надеюсь, у тебя всё хорошо. И моя любовь греет тебя даже если ты далеко. Знай, что я скучаю. Сильно. Усевшись у окна, девушка подставила личико под ласкающие лучи уходящего солнышка. Небо принимало багровые оттенки, из приоткрытой форточки залетал лёгкий ветерок. Дышалось и правда намного легче. А предвкушение о получении новой, как раз таки сотой розы, вызывали лёгкую улыбку. Юми была безмерно благодарна человеку, который каждый божий день дарил нечто столь ценное для неё. И даже когда на улице была знойная жара, сильный ливень или же ледяной ветер, девушка получала свою белую как облако розу. Дышать и правда становилось легче. Во времена, когда боль от потери сковывала лёгкие и напрочь пронзала и без того израненное сердце, белая роза стала символом надежды, которая подарила возможность сделать шаг дальше. Если бы Ли рассказала свою историю людям, безусловно нашлись бы те, кто прокрутил бы пальцем у виска, рассмеялся, да что там, попросту назвал бы бесполезным. И в какой-то мере блондинка даже согласилась бы с ними. Но не сейчас, когда практически умерла, если бы не внезапное внимание со стороны совершенно незнакомого человека. В моменты полной потерянности и осознания отсутствия рядом самого ценного и необходимого, очень важно найти нечто, что поможет подняться. Вдохнет жизнь. И Юми нашла. Точнее, её нашли. Сегодня розу доставили вместе с коробочкой вкуснейших пончиков. Попытки выпытать у молоденькой девчушки хоть какую-то информацию о заказчике, уже в который раз не увенчались таким желанным успехом. Расстроенно вздохнув, Ли по привычке поставила цветок в воду. На секунду ей показалось, что роза была по-особенному красива, но школьница тотчас же отмахнулась от этой мысли. Глупости. Ведь каждая из сотни лично для неё была незабываемой. Если бы кто-нибудь спросил как давно блондинка пытается разузнать хоть что-нибудь о человеке, который на протяжении стольких дней по крупицам собирает её и заново учит радоваться мелочам, она бы не ответила. Не смогла. Сама ведь не раз задумывалась об ответе на казалось бы такой лёгкий вопрос, но в итоге лишь растерянно пожимала плечами. Проведя весь вечер в раздумьях, Ли незаметно для себя провалилась в удушливый сон. В голове то и дело мелькали кадры из прошлого, которые девушка так сильно желала забыть, похоронить в самых дальних закромах своей юной души. Но не случилось. Давние образы столь настойчиво кружили в этом липком кошмаре, дышать лишь становилось всё труднее. Хотелось вырваться, убежать, проснуться и взглянуть на уходящее солнце за окном, почувствовать себя живой и хотя бы чуточку счастливой. Только вот прошлое всё не отпускало, медленно пожирая и без того затуманенный рассудок школьницы. После случившегося с Ючаном, Юми разорвала все связи с их общими знакомыми, сменила номер телефона, закрылась в их с братом квартире и более не видела никого из шумной компании детства. И уже начала забывать их голоса, улыбки, лица, или же ей просто хотелось верить в это. Но очередной ночной кошмар за какие-то несколько минут перечеркнул все приложенные с таким усилием старания. И всё. Сознание будто вырвалось из железных оков, безжалостно подкидывая беспомощной девушке воспоминания, в которых всего за секунды можно было утонуть. Исчезнуть. И, наверно, даже умереть. Самым ярким воспоминанием разбушевавшегося сознания была улыбка, чёртова улыбка Ким Тэхёна, которую Ли старалась вырвать из сердца как можно раньше. Одному Богу было известно как сильно блондинка хотела избавиться от всего, что напоминало ей о том, что брата нет в живых и Ким– первое, о чём не хотелось помнить вовсе. С самого детства у неё с Ючаном было всё на двоих, и лучший друг брата тоже был один на двоих. Маленькой девочке это нравилось настолько, что спустя года, она и не заметила, что Тэхён стал неотъемлемой частью их жизни, прочно врастая в каждую минуту её с братом существования. Только вот после того, как Чана не стало, видеть брюнета стало невыносимо больно, до раздирающего изнутри крика. И Юми решилась. Вот так вот просто вычеркнула парня из своей подвешенной жизни, объяснив своё поведение лишь кратким «не могу». И пожалела. Насколько ей было больно слышать его вкрадчивый голос, ровно настолько же было невыносимо давиться глухой тишиной. Каждый вечер школьница думала, а что если...? И сколько таких если пришлось утопить в своих слезах, закрыть далеко-далеко и никогда, никогда больше не произносить в своём доме его имя. Распахнув глаза от резкого света, Юми неловко свалилась на пол. За окном вовсю сверкала молния, поддерживаемая сильным, порывистым ветром. Девушка до ужаса боялась такой погоды и каждый раз находила защиту в объятиях брата, или более редко, Тэхёна. Ли дернулась. Сейчас это невозможно. Недавно посетивший её сон, тотчас же возник в голове, накрывая и без того напуганную школьницу с новой силой. Она сама отказалась, сама хотела забыться, сама ведь избавилась от всего, что могло согреть и успокоить в очередной непогожий день её надломленной жизни. И не раз убеждалась, что поступила правильно. Ведь иначе сошла бы с ума. Без вариантов. Ли не готова была каждый божий день видеть лица знакомых и уж тем более слышать их смех, ведь тогда бы жадно ждала появления брата, который как всегда опаздывал после тяжелого учебного дня в университете. Новый раскат грома заставил девушку подпрыгнуть и по неосторожности перевернуть стоящую неподалеку коробку с пончиками. Растерянно выдохнув, блондинка расстроенным взглядом окинула лежавшие на полу сладости. Почему-то стало так обидно. Не из-за утерянной возможности насладиться выпечкой, далеко не из-за этого. Просто осознание того, что ей давно уже не дарили сладкое, вонзилось в самое сердце с такой силой, что, казалось бы, оно и вовсе расколется пополам. Смахнув с глаз слёзы, Юми рукой нащупала непонятно откуда взявшийся клочок бумаги. Удивленно моргнув, девушка никак не могла вспомнить тот момент, когда положила возле коробки что-то подобное. Хмыкнув, Ли заинтересованно раскрыла свернутый в несколько раз тетрадный листок и замерла. На листе размашистым почерком были выведены строки, которые она не ожидала увидеть даже в самом желанном сне. — Вместе со 101 розой я подарю тебе нечто большее, чем коробку пончиков. Возможность встретиться со мной. Надеюсь, ты будешь ждать этого так же сильно как и я.