4. Северное сияние (джен, PG-13, переписки и чаты, драмеди, подростки)

— Липа! Ты тут? — Таня, я всегда тут. — Короче, я придумала новый фанфик про Киёнэ. — Вау! Почему я не удивлена? Это какой уже по счёту? — 48-й! — Офигеть. Месяц назад ты и знать не знала, что есть такой персонаж, а сейчас у тебя уже 48 работ про него! — Пока 47. Но хочу на неделе добить до 50-ти. — Ты просто генератор идей! — Конечно. — Я так быстро писать не могу. — Ну у тебя и работы более продуманные. Тебе бы издаваться. — Не хочу издаваться. Хочу просто писать в удовольствие. — Как знаешь. А я могу наклепать десять работ за неделю, а толку? Читатели нос от них воротят. — Я не ворочу. — Только ты и остаёшься. Остальные все бухтят, что работы сырые. Ну сырые, ну и что? Мне же надо как-то учиться писать. — Учись и не слушай их. Ты ведь для себя пишешь. *** — Липа, прикинь, у последней работы уже 59 лайков! Я научилась писать лучше? — Конечно! Ты пишешь лучше с каждой работой. — Если я однажды стану писать так же хорошо, как ты, ты не обидишься? — Смысл мне обижаться? Я только рада за тебя буду. — Я очень жду твоих новых работ. — Я пишу, пишу. Просто домашки много стали задавать, ничего не успеваю. — А я делаю не все уроки. Есть такие, которые сроду не проверяют. И такие, которые вообще не нужны. Например, география. — Как же ты будешь описывать разные страны? — Есть же гугл. Опишу как-нибудь. Как мне поможет писать фанфики табличка про полезные ископаемые в Египте? — Ну, это для общего развития. — Я сама себя разовью, не переживай. *** — Липа, представь, Пашка сказал одноклассникам мой ник на Фикбуке. Они пришли и написали мне всяких гадостей в комментах. И ещё ржали все уроки. — Какая мерзость! Я тебе сочувствую. — Ой, да ладно. Я сначала жутко злилась, а потом удалила все тупые комменты, сменила ник и выкинула это из головы. — Какая ты молодец! Я бы так не смогла. — Ой, да каждый бы смог. Не в стол же писать. А если выкладываешься, то нашествия троллей неизбежны! Приходится с ними бороться. — Я не рыцарь, чтобы бороться с троллями. — Все мы рыцари. Приходится учиться быть рыцарем, если учишься писать фанфики. *** — Липа, я хочу написать историю про Север. Расскажи, как вы живёте у себя в Мурманске. — Тебе не рассказывали об этом на географии? — Не смешно. Даже если бы рассказывали — надо узнать из первых рук. Ты видела северное сияние? — Конечно. Все его видели. — Ну вот, у вас все, а у нас на Юге его нет. А в тундре ты была? — Не довелось. — Как можно жить на Севере и не бывать в тундре? Где твой дух приключений? — Кто сказал, что он у меня есть?.. — А вот я везде была: на море, в горах, в полях. Однажды я заработаю денег и приеду к тебе. Вместе съездим в тундру. Будем собирать там ягоды и смотреть северное сияние. — Сияние зимой, а ягоды летом. — Не занудствуй. Я, может, два раза приеду. Всё успеем сделать! *** — Таня, всё в порядке? Тебя не было в сети три дня. — Да, тут просто мама заболела, не до того было. — Ладно, а то я уже испугалась. С мамой всё хорошо? — Да, более-менее. Знаешь, я после вчерашнего поняла, что мой фанфик про допрос в полиции — фигня полная. — Почему? — Ну не так там допрашивают. И вообще всё по-другому. — Откуда ты знаешь? — Ой, неважно. Надо фанфик переписать. *** — Липа, а почему на твоём аккаунте так мало фоток? — В смысле, мало? Целых десять штук! — Да, но они все однотипные. Просто твоё лицо. А где улица? — Улица на улице. — Ну а ты почему там не фоткаешься? — Да как-то не до того. Когда я там бываю, я занята другими делами. — Ааа, поняла. На улице ты напитываешься идеями для новых фанфиков. — Именно! *** — Липа, а что ты думаешь о детдомах? — Я о них не думаю. — Как считаешь, если человек провел несколько лет в детдоме, он от этого становится неполноценным? — Нет, с чего ты решила? — Не знаю. Просто размышляю. — Новая идея для фанфика? — Да. Похрустеть «стеклом». *** — Таня, тебя опять долго не было. — А, да у меня телефон разбился. Сейчас уже купили новый. Вернее, он не новый, но на новый денег пока нет. Короче, мне сойдёт. Я снова с вами. Прости, никак не дочитаю твою последнюю повесть. Она такая грустная, меня пока не тянет на грустное. Хочется чего-то позитивного. *** — Липа, а почему тебя так назвали? — Когда я родилась, как раз шли Олимпийские игры. Ну, родители и решили, что Олимпиада — отличное имя. Я с этого иногда сильно смеюсь. — Ты, наверное, в спорте звезда. — Не, я даже на физ-ру не хожу. — Почему? — Освобождение у меня. Проблемы со здоровьем. Я вообще на домашнем обучении. — Жаль, на физ-ре весело. Особенно играть в баскетбол. — Охотно верю! Мне бы тоже хотелось в него поиграть. — Так поиграй, чего ты ждёшь? Подумаешь, освобождение! От одной игры тебе не поплохеет. — Не могу я. Правда не могу. — Да что там мочь-то? Бегаешь и бьёшь рукой мячик. Не попала в корзину — ну и ладно, главное — хорошо побегать! — Не могу я бегать. — Тогда можно ходить. (Липа скидывает фотографию) — Ты просила моё фото на улице? — Подожди, Липа, это ты, что ли? — Конечно, кто ж ещё? — Но ты… Никогда не говорила, что ездишь на инвалидной коляске! — А зачем? Хоть в интернете я могу казаться обычным человеком. — Поэтому ты и не была в тундре? — Ну да. Ехать туда с коляской очень муторно, а своей машины у нас нет. — А что у тебя с ногами? — Я такой родилась. ДЦП. Родители надеялись, что если назовут меня Олимпиадой, то я поправлюсь и стану сильной. Не получилось. Ну ничего, параолимпийские игры тоже есть. А писать фанфики коляска не мешает. — Ой, как грустно… Если я когда-нибудь разбогатею, я найму машину и вывезу тебя в тундру с коляской. И помогу собирать ягоды. — Спасибо! Это очень трогательно. *** — Липа, ты спишь? — Нет ещё, а что? — Мне страшно. Я боюсь, что мне там будет плохо. — Где плохо? — В приюте. — Что ты будешь делать в приюте? — Жить. Мою маму лишают родительских прав. — За что?.. — Она пьёт постоянно. Я не хотела об этом говорить. Хотелось, чтобы хоть для интернет-друзей она была такой, какой я её помню в раннем детстве: трезвой, милой, заботливой. — А папа? — Он мне не родной, он мой отчим. Он и не собирался меня удочерять. Ему вообще плевать на меня. Он постоянно избивает маму. Когда я говорила, что она болеет, он тоже её избил. Нас допрашивали в полиции. А недавно отчим разозлился на меня за то, что спрятала водку, и разбил мой телефон. Потом, правда, ему стало стыдно, и он купил мне новый, за копейки у какого-то другого алкаша. Сейчас меня оформляют в приют. А оттуда потом в детдом. Я не знаю, что делать. Мне кажется, это клеймо на всю жизнь. — Таня, я не знала, что у тебя всё так плохо… Ты всегда такая весёлая, неунывающая. — А какой мне быть? Иначе не выжить в такой семье. А теперь у меня вообще никакой семьи не будет. Я даже не знаю, смогу ли регулярно выходить в интернет. — Слушай, Таня, давай я поговорю со своими родителями. Вдруг они согласятся взять тебя под опеку? Будешь с нами жить. — Зачем это им? У них наверняка и так проблем хватает. — Они всегда хотели ещё одного ребёнка. Но у них не получилось. Может быть, они проникнутся твоей бедой. — С побережья Чёрного моря до Мурманска дорого лететь. Кто захочет тратить на меня деньги? — Я их уговорю. В конце концов, ты моя самая близкая подруга. — Разве у тебя нет реаловых друзей? — Нет. Откуда им взяться? Никому не нужен инвалид, который постоянно сидит дома. Я общаюсь с несколькими людьми с реабилитации, но они для меня просто приятели. — Ну вот, теперь я ещё и за тебя расстроилась… — Не расстраивайся. У меня всё хорошо. Давай подождём, что скажут мои родители. Может быть, и у тебя наконец всё станет хорошо. Мои родители не пьют. С ними тебе будет весело. А ещё мы сможем вместе смотреть с балкона северное сияние! 1273 слова