Призер, самокатчик и шоколадка.

Алла Школьникова — замечательная девочка, учится на четыре, даже четыре с плюсом, знает столько пословиц, поговорок, афоризмов и фразеологизмов, что вам и не снилось, интересуется древним русским и участвует в олимпиадах — надо сказать, очень успешно, занимая призовые места. И такая умная девочка пользуется популярностью у тех, кому нужна помощь с учебой. Стас и Света Русановы, которые друг другу приходятся четвероюродными братом и сестрой, охотно списывают у нее домашние задания, но, правда, и не прочь послушать ее объяснения непонятного материала. Алла не возражает, только в шутку иногда ворчит про не любящих трудиться школьников. Зато что она любит — так это смотреть, как Света играет в спортивные игры и как Стас катается на самокате (а еще на велосипеде, роликовых коньках, — а зимой — на лыжах и коньках — и учится на скейтборде) и повторяет бесстрашные трюки. Их одноклассник Андрей Костров метко прозвал Стаса каскадером. Алла давно очень крепко дружила с Русановыми, и их даже сложно было представить по отдельности. Но новость о том, что Стас и Алла начали встречаться, все равно вызвала немало удивления. А отношения ведь были очень даже замечательными. Алла теперь сидела за одной партой со Стасом — в девятом классе классная руководительница Василиса Валерьевна разрешила ученикам садиться так, как им самим захочется — и несмотря на то, что это было место прямо перед учителем — первая парта второго ряда, — ребята все равно иногда могли отвлечься от урока. Хотя Алла была ответственной ученицей, теперь, если она чувствовала, что достаточно понимает материал, могла карандашом написать что-то в тетради и прочитать ответ. Так они общались на уроке: писали друг другу сообщения прямо в школьных тетрадях, а потом стирали записи и начинали новые — Стас, который раньше часто забывал взять какие-то учебные принадлежности, теперь мог забыть что угодно, кроме карандаша и ластика. Но долгое время все думали, что это все еще дружеское общение. Сами же Стас и Алла не говорили одноклассникам об отношениях, потому что не видели смысла, и не показывали чувства в школе, потому что Алла считала, что в учебном заведении нужно соблюдать деловую обстановку — может, и с некоторыми оговорками, но хотя бы немного дисциплины должно быть. Но одним утром одноклассница Женя Беляева увидела сцену, открывшую ей глаза. К школьным воротам, держась за руки, подошла эта милая пара. Алла что-то прошептала на ухо спутнику, приобнимая его за плечи, а он, со смехом что-то ответив, бережно поцеловал ее в щеку. Женя глазам своим проверить не могла — и не могла не поделиться этой новостью с подругой — старостой Аленой Мининой. Почти по соседству с ней сидел король сарказма (самопровозглашенный, по правде говоря) Андрей Костров, который быстро разнес известие по всей параллели девятых классов. А потом подошел к самим виновникам торжества. — Поверить не могу! Наша правильная почти отличница Алла, одна из тридцати лучших участников регионального этапа всероссийской олимпиады по русскому языку и образец чего-то среднего между простой заучкой и скромной пионеркой, учившейся лет так сорок назад, оказалась под дурным влиянием какого-то разгильдяя. — Сам ты разгильдяй, — фыркнула Алла. — Правда, на самом деле, тебе подходит это определение, почитай значение этого слова, а то некоторые представители нынешней молодежи имеют тенденцию общаться изначально негативно окрашенными словами, совершенно не понимая их изначального смысла. Спасибо, что не проматерился. Услышав интересные обсуждения, к парте подошла Женя: — Ну тебя, Андрей, я тебе вообще ничего не рассказывала, отстань от людей, — беззлобно, но совершенно не шутя махнула рукой девочка, намекая на просьбу-приказ уйти. А после она обратилась к Алле и Стасу. — Один вопрос. Вы чего раньше не говорили, что... встречаетесь? — Так, это все, может, и интересно, но я предлагаю обсудить это за пределами школы, потому что здесь надо соблюдать деловую обстановку, — Алла, ни капли не смущаясь и не злясь, тем не менее поставила четкую точку. Ну, или точку с запятой, раз пообещала продолжить разговор. После школы у ворот собрались все, кому не лень. Аллу знали, как призера регионального этапа олимпиады (между прочим, олимпиада по русскому языку, в которой так отличилась Алла, была фактически проверкой знаний древнерусского языка и потому иногда называлась самими участниками олимпиадой по иностранному языку), Стаса — как бесстрашного самокатчика, их обоих — как друзей, но роман — это было что-то совершенно новое. И к истории подключились ученики самых разных классов среднего звена. Их было примерно семь. Пару человек главные герои даже не знали. — Надо сказать, меня удивляет, что так много людей удивилось этой новости, — начала Алла. — Но знаете, это все же сложно было представить. Вы прямо как противоположности, — взяла опрос в свои руки одноклассница Вероника Дружинина, обожавшая новости. — Как это произошло? — Это интервью? — весело удивился Стас. — Давайте не будем возводить культ личности в рамках школы, — решила утихомирить всех Алла. Она говорила без осуждения и строгости, но со спокойной серьезностью. — Наши отношения не были тайной, но увидеть вы ничего не могли, потому что в школе таким интригам не место. А создавать здесь подобие передачи по телевизору совсем неуместно — среди нас нет звезд, добровольно делящихся своей жизнью в социальных сетях и как раз на интервью. Если есть вопросы — задавайте лично. Но соизмеряйте, пожалуйста, уровень общения с частностью вопроса. Мы все прояснили? — Спасибо за ответ, — временно отступила Вероника, собиравшаяся на правах одноклассницы позже узнать побольше. Довольно смотрела реакцию некоторых особенно удивленных наблюдателей Света и не уставала усмехаться. Обычно людям все равно на других. Так что эта ситуация ее забавляла. Улыбалась и Маргарита Жданова, которая хорошо общалась с Аллой и вне школы и потому почти сразу узнала об отношениях относительно известных, как оказалось, одноклассников. А Алла и Стас продолжали жить своей жизнью. В один день Алла научила партнера некоторым хитростям игры в шашки, в следующий он позвал ее в парк, чтобы показать недавно выученный трюк, а днем после, обращаясь с возлюбленной очень уж обходительно, попросил: — Дай, пожалуйста, списать домашку по русскому. — Так вот к чему это. А я уж подумала... — с шуточной грустью вздохнула Алла. — А вот возьму и не дам. — Почему? — Потому что надо самому учиться, — болтая ногами, словно действительно невинная образцово-показательная школьница, с улыбкой ответила Алла. На другой перемене Стас достал из рюкзака шоколадку и угостил свою девушку: — Будешь? — Давай, — согласилась Алла, а когда взяла дольку, добавила, почти смеясь: — Русский язык списать все равно не дам. Стас вздохнул, конечно, но говорить ничего не стал. Добрая учительница Элина Даниэлевна все равно не будет ругаться от одного не сделанного домашнего задания, а на Аллу он просто не мог обижаться. Не хотелось.