Глава 11. Ночевка

      Наконец-то пришёл день, когда дети должны были переночевать в палатках. С самого утра в корпусе царила необыкновенная суета. Стоило только им узнать о том, что сегодня вечером все будут разбивать «палаточный городок», как они, не сдерживая радости, принялись бегать по комнате, собирая спальные мешки, фонарики и всё, что могло пригодиться на ночь под звёздами.       Сакура тоже проснулась на удивление бодрой и в хорошем настроении. Едва успела позавтракать, как уже оказалась втянутой в общий хаос подготовки. С самого утра к ней подходили десятки детей: кто-то с вопросами, какой спальник лучше, кто-то — как разжигать костёр и не поджечь пол-леса, а кто-то просто бегал вокруг неё, порой причитая о том, что забыл дома любимую подушку.       — Спокойнее, спокойнее! — смеялась она, пытаясь разобраться в куче вопросов. — Со всем успеем разобраться. На её лице не было и тени прежних тревог. Она собирала списки, отмечала, кому нужна помощь, искренне улыбалась и даже, когда в который раз кто-нибудь наступал ей на ногу, не раздражалась, а лишь отмахивалась с доброй усмешкой. Даже Саске повеселел и стал активнее участвовать в общих сборах. Жизнь в лагере налаживалась.       Пока дети разбегались за своими вещами, Какаши с Наруто и Ино вышли на поляну, чтобы начать разметку для палаток. Уже через полчаса там выросли несколько готовых каркасов, над которыми развевались куски ткани, — явно нуждались в доделке, но выглядело всё это очень бодро.       — Сколько раз говорил, что надо внимательно читать инструкцию, — раздавался голос Какаши, который направлял парней, а сам двигался между палатками, помогая затягивать верёвки и укреплять колышки.       Среди всей этой суматохи Сакура подошла с кипой дополнительных тентов и верёвок.       — Вот тут у нас ещё материал на случай дождя, — деловито сказала она, с улыбкой вручая пакет Наруто.       — Класс, — отозвался парень, мигом ныряя в пакет и начиная приспосабливать эти тенты к палаткам.       Дети бегали туда-сюда, кто-то нёс гитару для вечерних песен, кто-то собирал хворост для костра, а кто-то находил повод пошалить — например, Темари с подружками привязали к палатке Чоуджи старую верёвку, чтобы «подтягивать себе еду прямо в палатку» (как они сами сказали). Какаши, заметив, что парочка мальчишек носится с канистрой для воды, вскинул бровь:       — Просто не перелейте всё на саму поляну, — пробормотал он, пытаясь быть строгим, но при виде счастливых лиц детей лишь вздохнул и пошёл помогать тянуть тент.       Сакура поймала его взгляд, перекидываясь короткой усмешкой. Казалось, они оба были довольны таким переполохом — весёлым, беззаботным, таким нужным им обоим.       Ребята, закончив установку палаток, выстроились перед вожатыми в ожидании дальнейших указаний. Лица у всех были взволнованные, кое-кто даже успел выпачкать штаны в земле и теперь бегал, отряхивая их.       — Ну что ж, — объявила Сакура, с улыбкой оглядывая их. — Мини-«отряд палаточников», — похоже, мы готовы к ночи под звёздами. Проверим ещё раз колышки — чтобы вас не унесло, если ветер поднимется!       Смеясь и гудя, дети снова расползлись по своим «домикам», увлечённые совершенствованием ночлега. Наконец наступил приятный момент затишья: палатки стояли ровными рядами, внутри разложены спальники и фонарики. Сакура осмотрелась, прикидывая, как, оказывается, приятно наблюдать за этим кипучим процессом, и поймала себя на мысли, что давно не получала такого беззаботного удовольствия от лагерных хлопот.       Она бросила взгляд на Какаши — он спокойно проверял, всё ли в порядке, протягивал руку кому-то из ребят, кому нужна была помощь затянуть узел. Увидев, что Сакура на него смотрит, он коротко кивнул ей с лёгкой полуулыбкой. Кажется, этот день и впрямь должен пройти как-то особенно светло.       Так и прошли предобеденные часы: в радостном хаосе, смехе, подшучиваниях и лёгком волнении от предстоящей ночёвки в палатках. Никто уже не думал о дрязгах, а громкие детские голоса создавали самый настоящий фон беззаботной радости.       Дети носились по полянке, где только что закончилась установка палаток, переполненные энергией и воодушевлением. На каждом шагу раздавались визги и смех: кто-то шмыгал в чужие палатки, кто-то устраивал розыгрыши. Девочки отчаянно пытались выгнать парней из своего «личного пространства», а те, разгорячённые весельем, невольно чуть не завалили одну из палаток, пытаясь продемонстрировать, «как правильно нужно держать тент».       — Наруто! – кричала Ино на всю поляну, когда он вместе с парой других парней уже пытался разместиться в её палатке. – Ты что, забыл, что у меня здесь женская территория?!       — Ой, да перестань, мы просто… – он успел лишь скромно улыбнуться, прежде чем Ино с серьёзным лицом, но всё же не скрывая улыбки, буквально вытолкала его оттуда.       Сакура наблюдала за всей этой суетой, то и дело посмеиваясь про себя. Ей нравилась эта живость, шум, как будто на один день все позабыли о проблемах и полностью погрузились в лагерь и в своё детство. Чуть дальше она увидела, как двое мальчишек, дурачась, неудачно опёрлись на край одной из палаток, и та стала опасно крениться вбок. С криком «Эй, вы там!» Какаши подскочил к ним и спас палаточную конструкцию от краха в последний момент. После этого мальчишки, стыдливо потупив взгляды, потихоньку сбавили обороты.       К этому времени Темари и Хината, отыскав Сакуру, подбежали к ней с заговорщицкими лицами. Они перешёптывались, словно сообщая что-то невероятно важное, пока наконец не решились напрямую к ней обратиться.       — Слушай, – начала Темари, глядя на Сакуру самым серьёзным взглядом, – мы тут подумали: останься-ка с нами в палатке. У нас будет «ночь гаданий».       — Да! – подхватила Хината, чуть пританцовывая от волнения. – Мы возьмём свечи, карты… В общем, хотим устроить что-то весёлое и таинственное. Приходи, пожалуйста! Нам без тебя никак.       Сакура немного растерялась, но тут же улыбнулась, проникшись азартом девочек. Ей было забавно наблюдать, как они всё распланировали: свечи для таинственной атмосферы, возможно, сказочные истории. Да и у нее самой настроение было соответствующее – совсем не хотелось упускать шанс повеселиться.       — Ладно, – сказала она, делая вид, что долго обдумывает предложение. – Не обещаю, что смогу всю ночь гадать, но прийти готова. Надо же с вами эту ночёвку провести «по-полной».       Девочки радостно переглянулись и захлопали в ладоши. Обе с воодушевлённым лицом помчались назад к своей палатке, видимо, уже разрабатывая план таинственных гаданий и выбирая, как создать «магическую» атмосферу.       Сакура, провожая их взглядом, почувствовала какое-то приятное тепло внутри. Дети были полны идей, а её саму уже не покидало ощущение, что этот день – просто праздник, полный смеха и дружеских розыгрышей. Вдалеке она заметила Какаши, который вновь поправлял растяжки одной из палаток, и вдруг поняла, что сегодня всё вокруг кажется легче и радостнее, чем обычно. А впереди ждал ещё вечер у костра и обещанные ночные истории под звёздным небом.       

***

      Вечер подошёл незаметно. После ужина дети, переполненные энтузиазмом, ринулись к костровой площадке, чтобы наконец-то зажечь ожидаемый костёр. У кого-то из них были в руках гитары, кто-то нёс коврики и сидушки, а кто-то – тёплые пледы. В воздухе витал возбуждённый гул, а небо темнело так быстро, что каждый спешил найти лучшее место у костра.       Какаши в это время отвлёкся на то, что несколько палаток, казавшихся вроде бы идеально выставленными, начали крениться. Он ворчал, разглядывая неверно вбитые колышки, и помогал паре ребят поправить их, чтобы ночью полотно не съехало на спящих.       Пока Какаши не смотрел, Шикамару, который поначалу держался спокойнее, выдвинул коварную идею:       — Эй, давайте, пока никто не видит, попрыгаем через костёр!       Наруто тут же вскинул брови, перекинулся коротким взглядом с Саске и рассмеялся:       — Ха, идея! Ну-ка, кто смелый?       Саске мигом подхватил, глядя на девчонок с вызовом:       — Ну что, Ино, Хината, Темари, кто хочет перепрыгнуть костёр, пока не пришёл наш капитан?       Девочки не сразу ответили. Ино, хотя и не боялась самих прыжков, понимала, что Какаши может серьёзно отругать за такую выходку. Хината вообще смотрела на всё это с круглыми глазами, явно сомневаясь в такой затее.       — Какой дурацкий вызов, – проворчала Ино, хоть и с двигающейся улыбкой. – Если Сакура узнает, нас убьёт.       — Или Какаши, – тихо добавила Хината.       Но Наруто и Саске уже замахали руками, разгоняя воображаемые преграды, и пытались показать, что они «мастера прыжков». Шикамару тоже подпирал их своим спокойным тоном, будто говоря: «А что такого?».       Тихо задыхаясь от своей же смелости, Наруто отступил на несколько шагов назад, собираясь сделать разбег. Саске повторил за ним, засмеявшись:       — Если что, скажем, что это была идея Шики!       Девочки испуганно переглянулись, не зная, стоит ли останавливать эту затею или поддаться авантюре. Всё вокруг завораживало: языки пламени рвались вверх, дети были полны азарта.       — Ой-ёй, – только и успела вымолвить Хината, когда Наруто сделал первый рывок.       Всё это время Сакура была занята организацией места у костра, не подозревая, какую махинацию придумали ребята. Но очередной громкий смешок и возгласы «Сейчас, давай, бегом!» заставили её обернуться. На другом конце площадки парни уже брали разгон и, похоже, собирались действительно прыгнуть над пламенем.       Они сделали несколько быстрых шагов разбега, потом решительно оттолкнулись и совершили прыжок. Казалось, пламя едва не коснулось их, но, словно по волшебству, они перелетели через костёр, сопроводив свой успех громким криком.       — Получилось! – завопил Наруто, приземляясь на ноги и почти сразу падая на бок от смеха и выплеска адреналина.       — Вот это было мощно, – отозвался Саске, скашивая глаза на пламя, словно ещё не веря, что всё вышло.       Дети вокруг ахнули, а кто-то начал хлопать в ладоши и смеяться, понимая, насколько это было опасно, но в то же время впечатляюще. Ино выдохнула с облегчением, хотя продолжала качать головой, не одобряя столь сумасбродный поступок. Хината присела на корточки, схватившись за голову, пытаясь прийти в себя от пережитого страха.       — Вы что, совсем не дружите с головой?! – буркнула Ино, хотя в глазах у неё светилась искорка восхищения. – Если бы промахнулись, были бы ожоги на всю жизнь…       Наруто, потирая щиколотку, которая слегка у него заныла при приземлении, расплылся в довольной ухмылке:       — Но получилось же, да? Видели, как круто?       Тут к костру подошла Сакура, уже успевшая заметить их «подвиги» со стороны. Она осмотрела парней и с лёгким недоверием перевела взгляд на пламя:       — Вы вообще рехнулись, да?       Она была полна желания отругать их по-матерински, ведь это было действительно опасно. Но энтузиазм и искренняя радость, которые читались на лицах ребят, её слегка разоружили.       — Прыгнули и… – начала она, но Наруто перебил:       — Давай, Сакура, ты тоже! Попробуй! Ты же любишь разные трюки.       Сзади подключился Шикамару, как будто специально провоцируя ее:       — Ну же, покажи им класс. Мы же знаем, ты смелая!       Сакура хотела уже было отмахнуться от их призывов, представляя, что будет, если она действительно попытается перепрыгнуть пламя. Но затем, осознав, что у неё есть внутренняя потребность тоже испытать этот адреналин (тем более что вечер, костер, общая радость так и располагали к сумасшедшим поступкам), она, чуть прикусив губу, решила согласиться.       — Ну ладно, – сказала она, пытаясь выглядеть беззаботно, хотя внутри сердце билось сильнее. – Но если что, будете потом рассказывать страшные истории о том, как я обожглась.       — У-ху! – подхватили дети, отступая в стороны, освобождая дорогу.       Она сделала несколько шагов назад, потом глубоко вдохнула. Костёр вспыхнул ярче на очередной порции веток, детский шум утих, и в этот момент Сакура побежала. Сердце колотилось в груди, и на миг ей показалось, что пламя стало вдвое выше, но она не остановилась. Отбилась от земли, прыгнула, и…       В полёте перед глазами мелькнуло раскалённое оранжевое пламя, словно она действительно вошла в какой-то рискованный мир. Земля мягко встретила её, когда она приземлилась, пошатнувшись, но устояла. Вокруг взорвались крики ликования и смех. Сакура, чуть дрожа от избытка адреналина, обернулась: костёр остался позади, и она всё же не задела пламя!       — А-а-а! – запищали девочки, устроив ей овацию, – Сакура, ты молодчина!       Сама Сакура начала смеяться, осознав, что сделала – это было не только страшно, но и великолепно. Несколько мгновений она вообще не могла вымолвить слова, чувствуя приятную дрожь в ногах. А Наруто с Саске протянули руки в знак «пятюньки», и она весело хлопнула по их ладоням.       Вокруг продолжалась радостная суета, пока кто-то не крикнул:       — Быстро, прячемся! Смотрите, Какаши идёт!       Все мгновенно затихли, притворившись паиньками, чтобы не получить выговор. Но в глазах детей сияли искры восторга от того, что они только что видели и сделали. А Сакура, всё ещё ощутив себя живой до кончиков пальцев, понимала – иногда такие маленькие моменты безрассудства необходимы, чтобы почувствовать полный вкус летнего лагеря и свободы.       Какаши заметил их ещё издалека. Он шёл быстрым шагом, сжимая кулаки, а взгляд у него был таким, что дети поняли: тут шутки не пройдут. Когда он подошёл поближе к костру, всё вокруг притихло. Парни сделали вид, что заняты палками, Ино прикусила губу, Хината отшатнулась на шаг, а Шикамару и вовсе попытался слиться с ночной тенью.       — Что здесь происходит? — спросил Какаши, не повышая голоса, но звучавшим так сурово, что дети инстинктивно сделали шаг назад.       Сакура, заметив это, встала перед ними, как будто прикрывая своей фигурой, и невинно расправила руки. Её сердце ещё колотилось после прыжка через огонь, но она старалась держаться спокойно:       — Да так... просто весело проводили время. Никакого экстрима.       Он только приподнял бровь, скользнув взглядом по одежде ребят и Сакуры, будто видя, что кто-то уже успел обжечь подол или перемазаться в пепле. Очевидно, он понял, что здесь случилось.       — И это вы называете «просто»? — в его голосе прозвучала металлическая нотка. Он бросил на парней стальной взгляд, и они, выдохнув, попытались спрятаться за Сакуру.       — Эй, капитан, не сердись, — попытался шутливо заговорить Наруто, но голос чуть дрожал, — мы-то что, просто… проверяли, кто смелее…       — Точно, — постарался Саске поддержать друга, — всё под контролем, никто не обжёгся.       — Пока никто, — коротко отозвался Какаши, оглядывая костёр.       Ино шептала что-то Хинате, а те, кто были не причастны, только переглядывались, ожидая «выговора» от Какаши. Они знали: если вожатый решил, что поступок небезопасен, то в лучшем случае всем грозят разъяснительные беседы и отдельные задания по лагерным делам.       — Да ладно тебе, Какаши, не будешь же ты их наказывать за маленький порыв? — с мягкой улыбкой проговорила Сакура, стараясь сгладить обстановку.       Он перевёл взгляд на неё, заметив, что она тоже тяжело дышит и выглядит более взбудораженной, чем обычно. Судя по блеску в глазах, она тоже участвовала в «фокусах».       — Маленький порыв? — переспросил он, с трудом сдерживая недовольную нотку.       Тут Наруто, видя, что она тоже попала в «список подозреваемых», решил проявить инициативу:       — Ну, Сакура-то прыгнула круче всех! — выпалил он в залихватском порыве.       Какаши на долю секунды закрыл глаза, делая глубокий вдох, и после паузы бросил на Сакуру короткий взгляд. Теперь всё было ясно.       — То есть все успели развлечься, пока я поправлял палатку? Превосходно. — он развёл руками, и, казалось, не знал, как реагировать.       Дети начали подначивать, понимая, что не избежать выговора, но так хоть не они одни будут виноваты:       — Эй, капитан, или тебе просто страшно признать, что Сакура смелее? — прокричала Ино, чуть ли не смеясь.       — Да-да, неужели проиграешь Сакуре? — подхватили остальные, чувствуя легкий азарт — если уж влететь, так всем вместе.       Секунда молчания… Какаши окинул их взглядом, и в воздухе повисла напряжённая тишина. Все застыли, включая Сакуру, ожидая приговора или нечто более серьёзного. Но Какаши вдруг усмехнулся краешком губ, хотя всё ещё выглядел крайне недовольным.       — Ладно, — произнёс он, — считаем, что все получили предупреждение. Если повторится, все будете отрабатывать дополнительное дежурство. И не выдумывайте «круче всех прыгнула». — Он бросил короткий взгляд на нее, словно понимая, что она тоже в этом участвовала, но не желая сейчас устраивать разнос.       Дети облегчённо вздохнули, но тут же стали переглядываться, уползая за спину Сакуры, будто всё ещё боялись, что Какаши передумает и введёт наказание.       — У-у-у, — прокатился шёпот в толпе, — нас пощадили.       — Сакура, ты наш защитник! — прошептал Наруто, прячась за её плечом.       Сакура ухмыльнулась, пожав плечами и как бы извиняясь перед Какаши за ребят. Он лишь вздохнул, наблюдая за смешанными чувствами детей, отвёл взгляд от полыхающего костра и перекинул его снова на нее.       — Надеюсь, больше никаких безумств до конца вечера?       Она пожала плечами:       — Посмотрим… — в её голосе была искра веселого неповиновения, ведь лагерь только начинал жить в эту звёздную ночь.       Быстро стемнело, и костёр, разгоревшийся к вечеру, стал центром притяжения для всех. Кто-то уже разложил сладости, кто-то нёс гитару, а девочки, укутавшись в пледы, сели поближе друг к другу, чтобы вместе уткнуться в мягкие одеяла и не мёрзнуть от лёгкого ветра, дующего со стороны озера.       На импровизированных шампурах весело шипели и подрумянивались маршмеллоу. Дети переговаривались, примеряясь к тому, сколько ещё веток стоит подкинуть в огонь, чтобы тот разгорелся ещё ярче, но при этом не становился слишком высоким (чтобы Какаши, точно так же, не начал отчитывать).       Сакура тоже устроилась у костра. Она довольна была тем, как прошёл день: прыжки через огонь, уговоры Какаши не наказывать детей, их безумная подготовка к палаточному лагерю — всё сливалось в один тёплый, искрящийся поток событий. Казалось, каждый раз, когда она ловила на себе взгляд какого-нибудь ребенка, он улыбался, и она в ответ тоже не могла не улыбаться.       — Ну что, маршмеллоу готовы! — выкрикнул Наруто, доставая очередную обугленную, но чертовски привлекательную карамельную пенку. Несколько детей подхватили его тон, и в лагере раздался общий гам.       Искры летели над пламенем, как маленькие светлячки, и, глядя на них, Сакура вдруг «зависла» на пару секунд, будто погрузилась в собственные мысли. Языки пламени то и дело бросали блики на лица детей и на её собственные руки, сжимавшие плед. Картина была чем-то завораживающая, в которой запах дыма, звук трескающих веток, детский смех и свет от костра соединялись воедино.       — Эй, Сакура, — позвала её Ино, сидевшая рядом, укутанная в пёстрый плед, — ты чего так задумалась? Всё хорошо?       — А? — она вздрогнула и повернулась к ней, встряхивая головой. — Да, всё отлично… я просто… любуюсь.       Вдалеке она заметила Какаши, который степенно подошёл с новой связкой веток. Похоже, он тоже замедлил шаг, поймав на мгновение её состояние. Но Сакура не стала уточнять, что именно её так завораживает. Эта картина ночного лагеря, искр, озера на фоне — всё вместе было слишком красивым, чтобы об этом говорить. Хотелось просто ощущать. Чуть сжала плед в руках, почувствовав, как приятное тепло от костра поднимается к её лицу. И всё внутри заполнялось мягкой радостью этого летнего вечера, где проблем больше не существовало ни для неё, ни для детей, сидящих вокруг огня.       Ребята всё сильнее распалялись, и после того, как маршмеллоу были опробованы, а костёр уже вовсю светился яркими языками пламени, кто-то из ребят предложил сыграть в «Сломанный телефон». Идея мгновенно подхватилась остальными — веселее всего, когда вокруг костра все рассаживаются, начинают шептать и непонимающе ухмыляться, пытаясь утаить слова от следующего участника.       — Ну что, давайте, — скомандовала Ино. — Садимся в кружок. Чоуджи — вперёд, и не забудь потушить свою еду! Только не пересказывайте совсем громко, а то будет не интересно!       Все мигом подхватили эту затею и расселись поближе друг к другу по кругу — кто-то на коврике, кто-то на пледе. Жар от костра приятно грел лица, а вечерний воздух освежал спины. Сакура и Какаши тоже оказались в кругу.       — Давайте я начну! — вызвался Шикамару.       Все затихли, вытягивая шеи к нему. Шикамару прикрыл рот ладонью и наклонился к Наруто, что-то тихо-шёпотом прошептал. Наруто медленно закивал и, сдвинув брови, пересказал услышанное Саске. Тот моментально расплылся в улыбке и, на всякий случай, уточнил:       — Ты что сказал? «Крыжовник шутит в луже»?       — Тш-ш, — Наруто только показал на рот: никакой поправки нельзя делать вслух.       Саске передал то, что понял, дальше — Тен-Тен, и тут уже смех становился громче. Потому что Тен-Тен, округлив глаза, передала фразу Хинате. Когда фраза дошла до Какаши, то его брови чуть приподнялись, но на лице оставался бесстрастный вид. Он наклонился к Сакуре, и, не подав вида, что что-то смешное, тихо пересказал:       — «Куча конфет жужжит на крыше».       Сакура чуть не захлебнулась от собственного смеха, когда услышала эту бессмыслицу. Она взглянула на Какаши, который нацепил своё обычное спокойное выражение, но в глазах читалась искорка веселья. Она прислонилась ближе к Ино и прошептала то же самое, уже немного запинаясь от смеха.       Ино оставалось только подхватить последний обрывок абсурдной фразы и озвучить её громко:       — «Куча конфет… хм… жужжит… на крыше?!»       На этом моменте круг дружно взорвался от смеха. Наруто, держась за живот, пытался прокричать:       — И что было изначально-то?!       Шикамару, давясь от хохота, вернул «оригинальную» фразу:       — Я сказал: «Крошечный кот мурлыкает в луже»!       — Да как?! — Саске упал на бок, потирая глаза. — Как оно превратилось в «кучу конфет»?       Какаши тихо улыбался, глядя, как дети радуются этой нелепости. Сакура, запыхавшись от смеха, утирала слёзы, не в силах перестать ухмыляться, представляя «жужжащие конфеты на крыше». На один миг их взгляды с Какаши пересеклись: в его глазах было что-то тёплое, почти домашнее.       — Ладно, давайте ещё один круг! — предложила Темари.       Дети с готовностью начали второй раунд. Тёплый свет костра мерцал на их лицах, а раскалённые угли излучали жар, придавая уют этому уголку под открытым небом. Смешная, искажённая фраза вновь начала свой путь по кругу, и в этой неразберихе фраз, улыбок и доверительных взглядах чувствовалось, что для всех это не просто игра, а тёплое живое общение, которое останется с ними надолго.       Вечер подходил к тому приятному моменту, когда игры постепенно утихали, а на смену им приходили тихие разговоры и уютная атмосфера у костра. Кто-то из мальчишек принёс гитару и, с энтузиазмом взяв её в руки, попытался наиграть знакомую, но очень простую мелодию из двух аккордов. Звучало это не слишком умело: пальцы путались, струны глухо бренчали. Но дети поддерживали даже такую самодеятельность – они похихикивали и хлопали в такт, словно подбадривая музыканта.       — Дай-ка сюда, – вдруг с важным видом выхватил гитару Наруто. – Я вам сейчас покажу мастер-класс!       Его лицо светилось смесью самоуверенности и желания блеснуть. Он пристроил гитару к коленям, поправил плечи и, склонив голову, медленно начал выводить знаменитое «Кузнечик», перетирая струны не слишком гладко. Но видом своим он старался показать, что «тут всё под контролем», хотя на некоторых местах гитара жалобно позвякивала, сбиваясь с ритма.       Дети, смеясь и хлопая, подыгрывали его энтузиазму, кто-то сдерживал смешки, наблюдая, как Наруто пытался не скривиться от собственных ляпов. Наконец он закончил короткий проигрыш и с улыбкой осмотрелся:       — Ну как вам? Никто из вас лучше не сыграет!       — У нас тут нет профессионалов, – прокомментировал Чоуджи, ёрзая на месте. – Похоже, что… никакой музыки сегодня не будет.       — Ага, – вздохнула Ино. – Жаль, думала, может, споём что-нибудь.       Тут послышались тихие голоса: «Может, Какаши умеет?», «А может, Сакура?». Какаши лишь покачал головой, показывая, что ему доверять инструмент не стоит. А все взгляды сразу же обратились к Сакуре.       — Сакура, – окликнула Хината, – Ты же наверняка умеешь!       Сакура, чуя на себе столько пар глаз, чуть смутилась. Она взяла гитару из рук Наруто, покрутила колки, проверяя строй, и слегка дёрнула за струны. Инструмент был настроен кое-как, так что ей пришлось немного повозиться, поправляя звук под свой слух. Дети окружили её полукругом, затаив дыхание: возможно, сейчас наконец-то зазвучит настоящая музыка.       — Ну ладно… Но я давно не играла, – предупредила она, скромно опустив глаза. – Не ждите многого.       Она провела рукой по струнам, и послышались гармоничные аккорды, гораздо мягче и стройнее, чем то, что издавалось раньше. На ее лице мелькнула сосредоточенная улыбка: она наслаждалась этим моментом. Это было её время. Пальцы заскользили по грифу, и она начала играть простую, но красивую мелодию. Мелодию, которая легко отзывалась в детских сердцах.       Сначала девочки негромко подпевали, будто стесняясь своих голосов. Но вскоре, по мере того как Сакура уверенно вела мелодию, Ино и Хината дружно подключились, запевая чуть громче. Постепенно к ним присоединились и парни – кто-то отбивал ритм ладонями по коленям, кто-то просто раскачивался в такт.       Возле костра установилась такая душевная обстановка, когда каждый чувствовал себя частью большой дружной компании. Сакура, замечая, как её музыка объединяет их всех, начала чуть усложнять аккорды, переходя на другую мелодию — более ритмичную. Дети подхватили темп: кто-то тихо подвывал, кто-то даже смешно срывался на «ляляканье», но всем было хорошо и тепло. Даже Какаши, сидящий чуть в стороне, слушал с непроницаемым лицом, но в какой-то момент на его губах мелькнула спокойная улыбка.       Когда мелодия закончилась, несколько мгновений стояла тишина, словно никто не хотел разрывать волшебство звуков. Потом все вместе выдохнули: «Ух ты!»; «Классно, Сакура!»; «Потрясающе». Она опустила гитару и чуть смущённо улыбнулась, чувствуя, как внутри распускается приятное чувство гордости за то, что всё получилось так здорово.       — Пожалуй, это было лучше «Кузнечика», – потёр затылок Наруто, делая вид, что совсем не обижен.       — Я б сказала, несравнимо, – хихикнула Ино, подмигнув ему.       В этот короткий момент у костра произошло настоящее единение — и хоть оно было совсем непродолжительным, но для каждого стало особенным. Сакура почувствовала, как сердце наполняется радостью и теплотой, а дети, счастливые, просили повторить ещё одну песню… или даже две, пока тёплый огонь не угас и настроения хватало на песенки под звёздами.       Костёр постепенно догорал, разбрасывая всё более редкие искры в ночном воздухе. Атмосфера за кострищем становилась чуть спокойнее: мальчишки всё ещё подбрасывали ветки, дурачились и что-то оживлённо обсуждали, а Какаши стоял рядом, следя, чтобы они, уже изрядно уставшие, не наделали глупостей.       На другом краю поляны девочки поглядывали на Сакуру со значением, словно ждали, когда можно будет тайно сбежать и заняться своим особенным «делом». Взгляды Ино, Хинаты и Темари то и дело обращались к палаткам, которые стояли чуть в стороне от всего лагерного шума. Это был явный сигнал: вечер уже близится к позднему, самое время для «женского шабаша».       Вскоре кто-то тихо потянул Сакуру за рукав кофты – и она поняла, что это условный знак. Поднявшись с пенька, на котором сидела, она встретилась с заговорщицкими улыбками девочек.       — Пойдем, – улыбнулась Ино, подмигнув. – Нам нужно обсудить кое-что важное… В палатке.       — «Обсудить», да? – усмехнулась Сакура, прекрасно понимая, о чём речь.       Она оглянулась на мальчишек: Наруто, Саске и Шикамару громко спорили о каком-то новом челлендже, а Какаши, с невозмутимым видом, периодически одёргивал их. Похоже, пока они увлечены своей темой, это идеальный момент улизнуть.       — Отлично, у нас есть время, – прошептала Темари, радостно кивнув девочкам.       Сакура, следуя за их нетерпением, аккуратно отошла от костра вместе с девочками. И уже спустя пару минут они оказались возле большой палатки, где в полутьме тускло горел фонарик и лежали подготовленные свечи, карты и даже какая-то подозрительная ветка с листочками, видимо, для «гаданий на будущую любовь».       Другие девочки уже собрались и ждали их внутри палатки. Царило волнительное оживление: кто-то сел в круг, кто-то расстелил плед на полу, а Ино уже громогласно объявляла:       — Сегодня у нас самая магическая ночь, девушки!       Хината, смешно подёргивая плечами, добавила:       — И, наконец, без мальчишек, ура!       Темари усмехнулась:       — Все страхи и опасения оставляем за порогом! Сейчас мы выясним, что кому суждено…       Сакура тихо рассмеялась, смотря на этот задор. Она чувствовала, что, несмотря на всю нелепость таких «гаданий», девочкам очень хотелось этой романтики, ощущений тайны и доверия. И ей, к слову, тоже было любопытно окунуться в лёгкую сказку без какого-либо давления.       Она опустилась на колени в центре палатки. Посреди разложили несколько свечей, аккуратно прикрытых от ветра. Девчонки распределились вокруг, почти плечом к плечу, и всё вокруг зашептало от их перешёптываний.       — Сакура, – обратилась к ней Ино, держа в руках незнакомую колоду карт, – ты будешь вести гадания. Пожалуйста, не отказывайся. Мы же верим, что у тебя есть особое чутьё, а?       Сакура фыркнула от смеха, но взяла колоду в руки. С непривычки карты показались ей необычайно магическими в свете мерцающей свечи. Она понимала, что здесь нет никакой реальной магии, но зная, как для девочек это важно, решила сыграть свою роль.       — Ну ладно, – произнесла она полушёпотом и выпрямила спину, чтобы придать себе загадочный вид, – начнём…       И за разговором, тихим смехом и первой же попыткой «шабашного» гадания, они совсем позабыли о времени. Мальчишки под началом Какаши ещё долго сидели у едва тлеющего костра, а в девичьей палатке царили загадка и веселье: свечи мигали, карты ложились в затейливые расклады, а будущие мечты сворачивались в смешные и трогательные интерпретации, заставляя каждую девочку пищать с восторгом.       Первой Хината подала руку, и Сакура для начала «символически» провела по ладони, добавляя атмосферы. Потом разложила несколько карт в линию.       — Давай посмотрим, кто тебя тайно любит, – с улыбкой пояснила она.       Хината задержала дыхание, опустив взгляд на карты.       — Тебе светит неожиданная встреча… Скорее всего, с кем-то старше, – она приподняла одну карту, — Вот «Всадник», что значит шаг вперёд, путь… Но вот тут падает «Туз Червей», что может указывать на нечто романтическое.       — Ох, Сакура, ну уж не знаю… «Старше меня» – сказала Хината и потупила взгляд.       — Наруто? — слишком громко воскликнула Ино, а потом прищурилась. — Или лучше Неджи?       — Всё может быть. – ухмыльнулась Сакура. – Главное, следи за окружением.       Все коротко посмеялись, довольные развлечением.       Теперь пришёл черёд Темари. Она с присущим себе хладнокровием подалась вперёд, поглядывая на свечи, словно ожидая чего-то сверхъестественного. Сакура снова раскинула несколько карт и, изображая таинственное лицо, начала комментировать:       — Тут у нас карта «Валет...» – Сакура сделала вид, что вчитывается, — … и рядом «Тузы», значит, кто-то из местных парней… высок, часто поддерживает тебя… Может, Шикамару? – подмигнула она.       Темари, вспыхнув, громко запротестовала:       — Что? Нет, да вы что! Он же постоянно говорит «Как я тут оказался?», а не «Как я оказался рядом со мной…»       Темари с насмешкой тряхнула головой:       — Ну-ну, посмотрим. Сама потом удивишься!       Ино и Хината многозначительно переглянулись, тихонько прыснув от смеха.       Наконец очередь дошла до Ино, которая к тому моменту уже успела исступлённо теребить плед от нетерпения. Она выпалила:       — Сакура, всё! Давай самое главное гадание: кто мне сужден?       Все вытянули шеи к картам, Сакура сделала вид, что тщательно тасует. И вдруг, когда разложила на коленях несколько карт, поняла: сочетание слишком очевидно указывает на знакомое лицо.       — Так… — пробормотала она, не зная, как подать новость. Но девочки это и сами заметили: «Валет» (символ молодого парня) и «Десятка Червей» совпали в таком раскладе, что, по их «магическим» правилам, означало близость и тайную симпатию.       — Ай! – Темари первой завизжала, распознав намёк. – Да это же…       — Саске!!! – воскликнули они хором, глядя на рисунок карт с раскрытыми глазами.       Ино, вся красная, схватилась за голову:       — Тише вы! – но уже поздно: внутри палатки поднялся шум и восторженное хихиканье. Девочки глупо хохотали, тыкали пальцем в карты, не зная, как выразить свою реакцию.       Услышав визги и крики, парни моментально оживились у костра. Наруто первым наклонился к палатке:       — Эй, что там у вас творится?! Давайте проверим!       — Без паники, сейчас зайдём… – поддержал его Саске, тоже подпирая полог палатки.       Но девочки действовали молниеносно: Темари мигом подскочила и преградила путь, а Ино бросилась к входу, почти выталкивая их обратно:       — Нет-нет-нет, у нас тут «женский шабаш», уходите!       — Серьёзно, мы тоже хотим узнать, что за ор? – хмуро добавил Шикамару из-за спины.       Однако совместная сила девчонок оказалась сильна, и они дружно выгнали парней, не дав ни малейшего шанса проникнуть внутрь.       — Прочь, прочь! – радостно кричала Хината, а Сакура лишь улыбалась, прислонившись к стенке, наблюдая, как палатку шатает от общего азарта.       В конце концов парни вынужденно отступили под одобрительный девичий гомон. Внутри девчачьего царства по-прежнему гремел восторженный шёпот и смешки, а Ино сидела, закрыв лицо руками и покраснев от самой мысли, что карты так громко «спалили» её тайный воздыхательный интерес к Саске.       Когда визжание вокруг карт утихло, и были разложены и остальные гадания для желающих, Ино подняла взгляд на Сакуру. В её глазах горело любопытство:       — Ну-ка, теперь твоя очередь! Раз уж все девочки гадали, то и ты не отвертишься.       Девочки тут же подхватили, радостно закивали, поддерживая идею. Сакура возразила было, мол, ей уже не по возрасту такие развлечения, да и она сама не верит в гадания. Но голос подружек был единым и настойчивым:       — Давай-давай, хватит отговорок! Покажи нам, что там у тебя в картах!       Под тихий смех и подбадривания Сакура всё же уступила и вновь взяла в руки колоду, правда, уже нервничая чуть больше, чем перед гаданиями детям. Когда дело зашло о её собственных чувствах и судьбе, оказалось, что она не так уж хотела знать, что там «выпадет». Но отказать девочкам было невозможно: атмосфера веселья и интереса склонила чашу весов не в её пользу.       — Ну хорошо, – вздохнула она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, – сами смотрите, девчонки, только если что, не вините меня в результатах.       Ино мигом заняла место напротив и, чуть потерев руки, как если бы занималась магическими ритуалами, выдала:       — Сакура, возьми-ка эти карты и потяни три штуки на удачу.       Она покорно повиновалась, чувствуя лёгкое сердцебиение. В воздухе царило гадательное напряжение, а свечи отбрасывали пляшущие тени на их лица. Первую карту она перевернула — какая-то мелкая масть, означающая частые ссоры. Десятка пик, что сулила крушение планов и болезненные хлопоты. Но настоящая «бомба» развернулась на третьей: большой «Король» червовой масти, притом рядом со знаком, часто указывающим на… сильные чувства.       — Ого! – вырвалось у Хинаты. – Ничего себе… король!       Темари в восторге всплеснула руками:       — Смотри, смотри, это ж точно… сильный мужчина, причём недалеко от тебя!       Ино, всё ещё борясь с остатками смущения после собственного «Саске», теперь загорелась новой целью:       — Да это же Ка… — она, чуть было не выпалила вслух, но вовремя осеклась, смутившись. Девчонки понимающе переглянулись и громко захихикали.       — Э-э, мы не будем называть имён, но… – Тен-Тен выразительно подняла брови.       Сакура резко взмахнула рукой:       — Да вы что, девочки? Какая ещё любовь? Да ну! – она пыталась отмахнуться, но румянец на её щеках говорил сам за себя. Она понимала, что девочки явно намекают, к кому этот «Король» может относиться. И она не могла отрицать, что у неё внутри всё легонько дрогнуло.       — Ну-ну, – тянула Темари, обводя взглядом подруг, – кажется, у нас в лагере есть один такой «король»…       — Точно! – с заговорщицкой улыбкой подтвердила Ино, подмигнув Сакуре. – И недалеко ходить не надо.       Сама Сакура смутилась, чувствуя, как её сердце стучит чуть быстрее. Внутренне она понимала, о ком идёт речь, и воспоминания о том, что между ними с Какаши было за последние дни, всплывали в голове. Но она не хотела сейчас всё выкладывать перед девочками. Просто насмешливо фыркнула:       — Король… Подумаешь, может, это и не он вовсе! – проговорила Сакура с нарочитой небрежностью. – И вообще, это же просто игровые карты, не забивайте себе голову.       Однако девочки буквально прыгали от любопытства. Темари прикусила губу, Ино пыталась расспрашивать дальше, а Хината уже потирала руки и перешёптывалась: «Ну, теперь точно всё ясно».       Сакура смотрела на этот огонёк в их глазах и улыбалась. Может, это всего лишь веселая ночная игра. Но внутри у неё поселилось приятное и отчасти волнительное чувство: а что, если девочки «вспороли правду»? И пока девочки бурно обсуждали варианты, кто же этот загадочный «Король», она сама задумалась, не сама ли судьба с помощью этих смешных ритуалов подталкивает её к тому, что давно уже зреет в её душе.       Гадания по картам переросли в более приземлённую и весёлую игру — девочки решили разложить обычный «Дурак». Как только на столе (точнее, на расстеленном одеяле) появились карты, вся таинственная атмосфера немного рассеялась, сменившись азартом и лёгким шутливым соперничеством.       — Всё, пришло время показать свои навыки, – подмигнула Темари, начиная сдавать карты участницам, что согласились играть.       Сакура, всё ещё слегка смущённая после намёков на «короля», попыталась сосредоточиться на раскладе. Но её мысли всё время возвращались к тому, что девочки натолковали ей во время гаданий. В итоге она не заметила, как у неё быстро кончаются козыри, а нужные карты выходят слишком рано. А девчонки только радостно ухмылялись и посмеивались, обмениваясь победоносными взглядами.       Наконец, очередная раздача закончилась тем, что у Сакуры осталась одна карта, которой прикрыть её никто не мог, и девочки вскричали:       — Всё, вожатая, ты у нас дурак!       Ино хлопнула в ладоши:       — А теперь наказание! Чур, жестокое.       Хината покачала головой, пытаясь придумать что-нибудь:       — Может, пусть… съест вот тот обугленный маршмеллоу? Или придумаем что-нибудь повеселее?       Темари щёлкнула пальцами:       — Точно! Пусть пробежит вокруг всех палаток… э-э… ну три раза, да?       Все радостно поддержали это предложение, а сама Сакура, осознав, что «провалилась» в этой партии, лишь вздохнула и покорно встала.       — Хорошо, – смеясь, сказала она. – Вы сами напросились.       Она вынырнула из палатки под любопытные взгляды тех девчонок, что остались внутри, и побежала вокруг палаточного городка. Мерцающий свет костра и фонарей падал на её фигуру, отражался в отблесках ночи. Три круга — вроде бы немного, но Сакура решила пробежать их на полном серьёзе, как будто это вызов судьбы.       Среди мальчишек, сидевших у тлеющего костра, раздались недоуменные возгласы: кто-то фыркнул от смеха, кто-то заозирался в поисках объяснений, а Наруто даже вскочил, пытаясь понять, не случилось ли чего. Но тут их внимание привлёк Какаши. Он с приподнятой бровью наблюдал, как Сакура в хорошем темпе оббегала ещё одну палатку, чуть тяжело дыша, но весело хохоча, когда ей на пути попадались какой-нибудь рюкзак или брошенная кем-то куртка.       — Что за наказание здесь творится? – тихо спросил он у Наруто, уперев руки в бока.       — А-а… Там у них в палатке «Дурак»… и кто проиграл, тот, ну… – парень пожал плечами. – Ничего опасного, капитан, не волнуйся!       Какаши, приподняв вторую бровь, лишь кивнул. Когда Сакура проносилась мимо него, он коротко улыбнулся, как бы спрашивая без слов: «Ты вообще в порядке?». Но она лишь с азартным блеском в глазах показала ему «большой палец» и проскочила дальше по кругу.       Когда она закончила свои три забега, из палатки девочки громко захлопали, выползая наружу, чтобы похвалить «Дурака» за старательное исполнение наказания. Сакура, тяжело дыша и отмахиваясь от волос, с которых сыпались крохотные брызги пота, улыбнулась:       — Ну что, довольны? — спросила она, осматриваясь вокруг.       Хината громко захлопала:       — Сакура, ты — лучший «дурак» за всю историю лагеря!       В ответ раздался общий смех. Какаши, наблюдая это со стороны, опустил голову, пряча лёгкую улыбку. Он привык к её энергии, но рад был увидеть её в таком задоре. И в это странное тихое мгновение между смехом и суетой их взгляды снова пересеклись. Сакура, обдуваемая ночным воздухом, была счастлива, хоть и запыхалась. А он, кажется, на мгновение почувствовал, что именно так и должны выглядеть тёплые летние ночи в лагере.       Парни, заслышав, что девочки так весело играют в «Дурака» и устраивают друг другу всякие дурацкие наказания, не могли остаться в стороне. Когда она уже отдышалась после своего кругового забега, Саске подошёл к ней с хитрой улыбкой:       — Эй, Сакура, а почему только вы там веселитесь? Мы тоже хотим показать, на что способны.       Наруто хлопнул его по плечу, подхватив:       — Ну да, мы же тоже играть умеем. Только у нас будет не просто игра, а «команда на команду»!       — Мы давно хотели такую командную разборку устроить, — вставил Чоуджи, который всегда попадал в эпицентр событий, хоть сам особо и не стремился к этому. — Команда девочек против команды мальчиков. Игра в дурака, 2 на 2.       Ино с Хинатой весело захихикали, бросая взгляд на девушек, но Наруто уже поднимал руку, призывая всех к порядку:       — Короче, девчонки, выберите двоих, кто выйдет против нас. Точнее, против нашей мощной команды.       — Да-да, — подтвердил Саске, покосившись на Какаши. — У нас ведь есть свой «капитан». И кто, как не он, сможет сделать вас… хе-хе...       На слове «ка-пи-тан» Наруто выразительно взглянул на Какаши, как бы призывая его к ответственности за парней. Какаши, который в этот момент спокойно подкидывал несколько веток в костёр, приподнял бровь и, повернувшись к компании, спросил с лёгким прищуром:       — Я-то тут при чём?       — При том, что без тебя мы не сможем их победить, — нагло заявил Наруто. — Надо как следует стратегию продумать, а ты у нас спец по контролю и порядку.       Сакура усмехнулась, развеселённая видом парней, которые деловито совещались. Она уже приготовилась отказаться, намекая, что «не так уж она и сильна в картах», но девочки быстро обсудили между собой детали. Ино прошептала что-то Хинате, та закивала, и они кинули общий взгляд на Сакуру и Темари.       — Да, девчонки, выбираем вожатую и Темари. Вы у нас самые стойкие в таких азартных баталиях, — объявила Ино громко, лишь подмигнув Сакуре. — Справитесь, а мы подстрахуем!       — Ого, — хмыкнула Темари, — значит, я в деле? Ну, отлично. Сакура, готова показать этим умникам класс?       Сакура быстро прикинула, сколько ещё осталось сил на новую партию, и в конце концов дала согласие, кивая.       — Ладно, почему бы нет? Что уж там... Нужно ведь доказать, что «корпус девчонок» умеет обыгрывать даже «капитана».       — Хорошо, идёт, — заключил Шикамару своим размеренным тоном. — Тогда мы с Какаши берём на себя мужскую честь корпуса, как «капитан и главный стратег», да?       Саске ударил кулаком по ладони, подбадривая их:       — Чувствую, сейчас будет что-то крутое. Надо приготовиться к наказаниям!       Какаши пожал плечами, немного смутившись из-за шума вокруг. Но он всё-таки не отказался — пусть и с долей скептицизма в голосе, ответил:       — Хорошо, сыграем… Но предупреждаю сразу, карты — не моя стихия.       С этими словами «большая четвёрка» — Сакура и Темари против Какаши и Шикамару — уселась на расстеленном пледе у костра. Остальные дети мгновенно образовали тесный полукруг вокруг них, желая наблюдать за баталией и подначивать каждую из сторон. Некоторым даже выдали фонарики, чтобы они освещали карты для игроков.       — Итак, правила предельно ясны: «дурак» 2 на 2, проигравшие выполняют глупости? — уточнила Темари, лукаво улыбаясь и глядя в сторону Наруто, — верно?       — Именно, — подтвердил он. — Причём глупости ещё никому не известны, придумывать будем по ходу игры.       Ино, глядя на Сакуру, громко объявила:       — А мы, девчонки, болеем за вас! — потом повернулась к Хинате, и те зааплодировали, задавая «боевой настрой».       Сакура почувствовала прилив возбуждения от всеобщего внимания. Пока Темари быстро тасовала колоду, она украдкой посмотрела на Какаши, который сидел напротив, сосредоточенно разглядывая костёр. Она понимала, что для него это новая роль — играть в дружеской атмосфере, да ещё на глазах детей. Но внутри почувствовала приятную волну адреналина.       — Начинаем! — крикнул кто-то из толпы.       Игра началась. С первого взгляда всё выглядело невинно, но азарт разгорался с каждой минутой, ведь на кону была возможность наказать проигравших — и никто не хотел оказаться тем «дураком»!       Вначале обе команды старались действовать согласованно: Сакура и Темари переглядывались, надеясь выманить у парней ценные козыри, в то время как Какаши с Шикамару использовали каждую возможность, чтобы опередить девушек. Вокруг стоял общий гул и смех, а дети, сгрудившиеся вокруг, время от времени комментировали ходы, постукивая фонариками в землю.       Темари, уверенно раздавая первые отбойные карты, быстро начала избавляться от своей «руки». Сакура, сидевшая по диагонали, могла при желании подбросить ей ещё ненужные карты – так можно было быстрее «потопить» соперника. Но что-то внутри неё говорило: «Пусть лучше Темари выходит сама, без лишней помощи». Возможно, ей самой хотелось отыграться как следует, возможно, она не хотела ронять «честь соперника» слишком быстрым прикрытием.       И действительно, после пары кругов Темари, даже не подозревая о решении Сакуры, первой избавилась от всех карт. Дети вокруг заухали:       — Отлично! Девчонки ведут в счёте!       Сама Темари довольно ухмыльнулась и откинулась на плед, разглядывая, как тает азарт в глазах противников.       Шикамару со своей стороны тоже показал, что недаром его называют «главным стратегом корпуса». Он и Какаши уже несколько ходов выжидали, пока Сакура потратит крупные козыри, и, когда настал момент, Шикамару ловко подбросил ей часть своей «мелочи» так, что она вынуждена была принять, а сам вскоре радостно выкладывал последнюю пару карт на отбой.       — Отлично сыграно! — подкалывали его парни. Шикамару не возражал, с философским спокойствием приняв овации.       Теперь оставались двое: Сакура и Какаши, с примерно одинаковым количеством карт в руках. Остальные ребята наблюдали, словно за напряжённым финальным боем. Девочки ее окружили:       — Давай, не сдавайся!       — Подкидывай ему, у него козырей мало осталось! — шептала Ино, навалившись на плечо Сакуры.       В ответ парни, стоявшие за Какаши, указывали на расклад:       — Смотри, она вот-вот выйдет из козырей, нужно выбить её масть!       — Капитан, не ведись на приманку, пусть сама бьёт!       Никто не хотел уступать победу. Сакура вскользь посмотрела на его лицо: он выглядел сосредоточенным, проверяя оставшиеся карты. Волна адреналина прошла по её телу – вдруг она ощутила азарт, какой давно не испытывала. Это уже не просто «Дурак», а настоящее противостояние, в котором каждый ход вызывал вздохи болельщиков.       — Так… — проговорила Сакура, подбрасывая ему карту с пиковой мастью, — придётся бить, капитан! Есть ли у тебя ещё козыри?       Какаши, не показывая лишних эмоций, выложил аккуратную карту, закрывая её ход. Похоже, какой-то козырь у него ещё остался. Она, прикусив губу, перевела дух. Собственно, у неё тоже был туз одной масти, но если она использует его сейчас…       — Бей ту картину, это пустяк! — подсказывал Наруто, глядя сверху.       — Не слушай их! — кричали девочки. — Смотри, он специально подманивает!       Ситуация была напряжённой: у них оставалось по несколько карт, но каждый из этих несколько мог стать решающим. Она понимала, что, если сейчас не выбьет у него последние козыри, он легко забьёт её с ходом. А Какаши, похоже, ждал как раз того момента, когда Сакура решит рискнуть.       Соперники встречались взглядами через расстеленные карты. Дети вокруг затаили дыхание. Это был яркий миг, когда ночная прохлада и огонь от костра смешивались с оживлённым гомоном, а двое соперников держали в руках, казалось, судьбу всей команды.       — Давай же, добей его! — смеялась Ино, но тихо, чтобы не раскрыть карт слишком явно.       — Сакура, не руби все козыри, прибереги один! — крикнула Хината, прикрывая ладонью рот.       Парни в ответ лишь ухмылялись и тыкали пальцами в сторону Какаши, дескать: «Продержись, капитан, ещё чуть-чуть!»       Сакура, ощущая, как её сердце бьётся быстрее, сделала очередной ход, словно ища бреши в его защите. Он тут же подкинул ей карту, надеясь загнать её в тупик. Окружающие ахали. И пока неизвестно было, кто станет победителем, оба были уверены лишь в одном – сдаваться не собирался никто.       Когда напряжение дошло до предела, Какаши совершил последний ход, а Сакура уверенно отбила его картой, которой никто не ожидал. Вокруг сразу взорвались радостные крики, а сам Какаши, нахмурив брови, глянул на ее опустевшую руку. Партия была сыграна – и, к удивлению многих, проиграл именно он.       Парни вокруг сразу зашумели, кто-то ахал, кто-то отчаянно смеялся:       — Фу-у! Поддался! – запротестовал Наруто, воздевая руки, будто не желая верить, что всё закончилось так быстро.       — Ну да, капитан, нас подвёл, – подыграл ему Чоуджи, с досадой потирая затылок.       Зато у девочек волна ликования. Темари хлопала в ладоши, Ино напоминала недавнее поражение парней:       — Вот видите, кто тут сила, а вы всё поддакивали своему «стратегу»!       — Сакура, ты наш герой! – подбежала Хината, сияя от радости. – Молодец, так им!       Девочки, глядя на поверженных соперников, быстро собрались в круг, что-то настойчиво перешёптываясь, придумывая шуточное наказание для парней. Шепот сопровождался смешками и кивками – было понятно, что кого-то ждёт небольшая кара за проигрыш. Сакура наблюдала за ними с лёгкой улыбкой, переводя дыхание после такого напряжённого финала.       В этот момент её взгляд скользнул к Какаши. Он стоял чуть в стороне и смотрел на неё – по его лицу невозможно было прочесть, злится он или нет. Но вдруг он тихо улыбнулся краешком губ, медленно вытащил из кармана карту. Туза. Козырь. Положил его на раскрытую ладонь и чуть приподнял, показывая Сакуре. Видимо, он мог разыграть эту карту раньше и легко выиграть, но не сделал этого.       Сакура на секунду замерла, осознав, что это был словно его благородный жест – дать ей шанс проявить себя в «честной борьбе». Внутри неё разлилось тёплое чувство, словно эти несколько секунд поняла о нём что-то новое и очень важное. Она мягко улыбнулась ему и чуть кивнула, в знак благодарности за такой «подарок». Он тоже кивнул в ответ, пряча туз обратно в карман – будто их небольшая тайна.       У девочек сверкали глаза, когда они, отсмеявшись, обернулись к парням:       — Эй, проигравшие, стройтесь! Мы уже знаем, что вы будете делать! – громко возвестила Темари, перебирая в руках колоду карт.       Парни хором заохали. Какаши лишь кивнул, принимая правила этой весёлой суматохи, понимая, что наказание будет шуточным. Но после короткого зрительного контакта с Сакурой, он не жалел. Ему казалось, что всё случилось ровно так, как должно было.       Девочки обступили друг друга тесным кружком, пересмеиваясь и бросая короткие взгляды на парней, которые старательно делали вид, что не волнуются. Но, судя по кислым физиономиям Наруто и Саске, они уже подозревали, что «вызов» будет не самым безобидным.       — Итак, — начала Ино, подняв палец, как диктующий закон, — у нас есть пару идей. Первое: вы должны пробежать вокруг костра на четвереньках и рычать, как дикие звери!       — Фу, нет, это уже не смешно, — перебила её Тен-Тен, с наигранной серьёзностью поднимая брови. — Ладно, есть идея получше.       Они зашептались чуть громче, наконец с лукавыми ухмылками отвернулись к парням. Парни дружно застонали, кое-кто с облегчением вздохнул, но увидев хитрые улыбки девочек, поняли: всё будет не так просто. Хината, которая до сих пор только хихикала, высунула голову из круга и сообщила:       — У нас тут для каждого есть своя скороговорка. Но не просто произнести её быстро три раза, а ещё и при каждом повторе приседать!       – Это же элементарно, – хмыкнул Наруто, ещё не догадываясь, что за слова ему достанутся.       Девочки с победным видом раздали парням бумажки. Наруто получил листок со скороговоркой: «У ежа – ежата, у ужа – ужата». Саске досталась фраза: «Шла Саша по шоссе и сосала сушку». Шикамару получил: «Карл у Клары украл кораллы», а Какаши достался набор «Фока – мокра, а Мокра – Фока. У Фоки – пена, у Мокры – нога». Остальным мальчикам – не менее легкие скороговорки, такие как «Корабли лавировали» и «На дворе трава».       – И не забудьте приседать! – подмигнула Темари. – Три раза без запинки.       Парни построились в небольшой ряд у костра, девочки собрались вокруг, уже хихикая в ожидании конфуза. Наруто первым решил взять быка за рога:       — У ежа – ежа… – и тут же заткнулся, осознав, что «ехжу» не выговорить. – Постойте…       Попытавшись присесть и повторить быстро, он сбился в словах:       — У ужа… кар… да как там?! – его плечи тряслись от собственного смеха, а вокруг уже стоял общий гул веселья.       Саске, наблюдая Наруто, начал свой «Шла Саша…» довольно уверенно, но на второй круг его язык заплёлся, и вместо «сушку» он чуть не сказал «шушку», при этом забыл один присед. Девочки захлопали в ладоши, приговаривая: «Не сдавайся! Приседай, не путайся!». Он, покраснев, пыхтел, приседая и пытаясь выговорить чётко фразу.       Шикамару, видя всю эту суету, вначале вообще встал, словно статуя. Ему досталась самая хитрая скороговорка, и он лишь лениво шевелил губами, произнося что-то типа: «Карл… у Клары… кора… кларнет…» – затем начал приседать, запоздало вспомнив, что это тоже часть наказания. Парни вокруг смеялись, девочки едва держали равновесие от хохота. Сам Шикамару, не привыкший к такому вниманию, смиренно бормотал, понимая, что выполнить идеально всё равно не получится.       Но настоящей кульминацией стало выступление Какаши. Взяв лист, он лишь мельком его глянул, кивнул и начал чётко, без пауз, произносить:       — «Фока – мокра, а Мокра – Фока. У Фоки – пена, у Мокры – нога. Фока – мокра…» – и так три раза.       Причём при каждой концовке он аккуратно приседал, держась ровно, будто отрабатывая дисциплину. Дети присвистнули: «Вот это да!» – он идеально выговорил фразу, не запутавшись ни разу и не потеряв равновесия.       – Смотри-ка, капитан отжигает, – расхохотался Наруто, глядя на то, как он сам чуть не провалился со своими «ежатами и ужатами».       – Круто, – Саске только вздохнул, завидуя такой чёткости.       Когда все «пытки скороговорками» закончились, и каждый парень насмешил присутствующих по-своему, девочки, залившись смехом, принялись обсуждать результаты:       – Ну, Наруто, ты точно запомнишь, что у ежа – ежата, – хохотала Темари.       – Шикамару вообще едва шевелил ртом, – добавляла Хината, – «ленивый Карл»…       – Зато капитан, – подмигнула Ино, взглянув на Какаши, – молодец, всё в точку. Я думала, ты хоть запнёшься.       Сакура стояла чуть в стороне, наблюдая, как весело парни отдуваются после наказания. Взгляд её ненадолго задержался на Какаши: он, казалось, совсем не смущён, лишь слегка поправлял ворот футболки. Внутри неё поднялось тёплое чувство восхищения. Вот так… Он мог бы, возможно, ошибиться ради веселья, но ведь нет – взял и сделал идеально. Она улыбнулась ему, кивнув, как бы молча говоря: «Удивил меня, молодец».       Какаши перехватил её взгляд и, понятливо нахмурив бровь, словно ответил: «Да это ерунда». Но в ответной улыбке, которую он позволил себе, она почувствовала незримую связь, ещё глубже, чем все смешные штрафы и скороговорки.       Когда дети закончили с наказаниями, кто-то из девочек предложил:       — Давайте перед сном поиграем ещё в одну игру? Самую простую, но такую весёлую: «Одно слово – одна история».       Все с радостью согласились – это как раз то, что можно легко сделать в темноте, сидя у потухающего костра или уже у входа в палатки. Они расположились в кружок, кто-то уселся на покрывала, кто-то на корточки, а кто-то примостился на корягу. Фонарики выключили или отложили, оставив только небольшой свет костра, чтобы чувствовать спокойную атмосферу.       — Правила простые, – пояснила Ино. – Каждый по очереди говорит ровно одно слово. Мы идём по кругу, и так у нас получается история. Если кто-то сбивается или затягивает паузу, тот вылетает – ну, или просто награждается легким смешным «штрафом», вроде подпрыгнуть на месте. Но главное – не прерывать ритм!       Дети загудели. Наруто уже предложил начать первым, поглядывая на вожатых, чтобы убедиться, что они тоже готовы. Сакура, хоть и устала за день, с охотой согласилась – она любила подобные игры, где каждый может подключиться. Какаши усмехнулся, но тоже не возражал: почему бы не поучаствовать?       — Ладно, – кивнул Наруто, потирая руки. – Начинаем!       Он глубоко вдохнул и произнёс:       — «Однажды…»       Тут же Саске добавил:       — «В…»       Ино продолжила:       — «Летнем…»       Остальные дети с радостью подхватывали.       — «Лагере…»       — «Дети…»       Настала очередь Какаши. Он посмотрел на всех, будто раздумывая, что такое вставить, и выдал:       — «Громко…»       Теперь Сакура. Она скрыла лукавую улыбку, чтобы придать истории направленность:       — «Прыгали…»       — «Через…»       — «Огромный…»       — «Костёр…»       И ритм пошёл всё быстрее, ведь каждый старался не задерживать слов. Ино быстро вставила:       — «Пылающий…»       — «Ярким…»       — «Пламенем…»       — «Пугая…»       — «Всех…»       — «Комаров…»       Наруто фыркнул, улавливая неожиданно смешной поворот:       — «Которые…»       — «Озверели…»       — «Из-за…»       — «Резкого…»       — «Запаха…»       Какаши, стараясь выдержать ритм:       — «Подгоревших…»       — «Штанины…»       Чоуджи, чуть запнувшись:       — «Бегали…»       — «Кругами…»       — «Наталкиваясь…»       — «На…»       — «Спящих…»       — «Ежей…»       (На этом месте кто-то из детей прыснул, представляя себе сонного ежа, на которого налетают комары и ребята.)       — «Которые…»       — «Обиженно…»       — «Кололись…»       — «Протестуя…»       — «Против…»       — «Ночного…»       — «Беспредела…»       — «Точка!»       Все вокруг взорвались смехом – фраза «Точка!» означала, что история подходит к логичному (или нелогичному) финалу. Они представили, как дети «громко прыгали» через большой костёр, пугая комаров и сонных ежей, которые «обиженно кололись». Столь абсурдное сочетание слов вызвало бурю веселья.       — Ну и сюжет, – выдохнула Ино, смахивая слёзы от смеха. – «Обиженные ежи» – это что-то новенькое!       — Кто бы мог подумать, что так всё получится, – покачал головой Наруто, пытаясь унять хохот. – Сакура, Какаши, вы молодцы, успевали быстро слова подкидывать.       — Да… – кивнула Сакура, ощущая приятную усталость. – Это было весело.       Какаши просто улыбнулся одним краешком губ, глядя, как дети хохочут и обмениваются фразами из получившейся «истории», будто пытаясь её переиначить или продолжить.       Когда шум лагеря стих, и дети наконец-то «разошлись по койкам» в палатки, на поляне возле костра остались лишь остатки углей и мягкий шёпот тёплого ветра. Какаши, обошёл каждую палатку, пересчитывая ребят, чтобы убедиться, что никто не ушёл бродить по ночному лесу. Всё было спокойно, и в воздухе витал аромат дружеского веселья, только что угасшего вместе с костром.       Сакура тем временем, решив воспользоваться передышкой, взяла фонарик и отправилась к озеру, чтобы ополоснуть руки от липких остатков маршмеллоу и почувствовать свежесть воды. Она прошла по узкой тропинке, медленно обходя коряги и мокрые от вечерней росы листья. В свете слабого фонарика всё вокруг выглядело сюрреалистично и таинственно.       Вдруг её внимание привлёк яркий аромат, долетавший из ближайших кустов. Приостановилась и подняла фонарик повыше: перед ней открылась небольшая поляна, усыпанная ночными цветами. Они едва подсвечивались лунным светом и почти светились сами, казалось, будто кто-то разложил там цветочные узоры специально, чтобы удивить случайного путника.       Она сделала несколько шагов вперёд, мягко отодвигая стебли. Аромат стал сильнее, обволакивая её, словно приглашал задержаться. И поддавшись этому приглашению, Сакура погасила фонарик и прошла к середине поляны, оглядываясь вокруг. Казалось, здесь само время остановилось — никакого лагерного шума, только приглушённый шелест воды где-то вдали, да лунное свечение на нежных лепестках.       Сакура почувствовала, что не хочет торопиться никуда, так что аккуратно опустилась на колени, а затем и вовсе легла на спину, скрестив руки под головой. Небо, усыпанное звёздами, раскинулось над ней, и это зрелище захватило всю её реальность в один миг.       Она тихо вздохнула, ощущая, как отходит суета дня, из головы исчезают все хлопоты — смешные наказания, скороговорки, эстафеты и даже внутренние переживания, что были связаны со взглядами Какаши. Здесь и сейчас существовали только эти цветы вокруг и огромное небо над головой.       — Как же здесь красиво, — прошептала она, не ожидая ответа. Улыбнулась сама себе, чувствуя, как приятная усталость мягко заполняет тело, а сердце переполняет благодарность за то, что в такой простой вечерний момент можно найти настоящее волшебство.       Лежала неподвижно, глядя на звёзды, когда услышала чьи-то шаги. Сначала тихие, приглушённые, словно человек осторожно крадётся по тропинке, не желая потревожить ночную тишину. Сакура чуть приподнялась на локтях, пытаясь разглядеть в полумраке силуэт.       — Вот почему ты так долго, — прозвучал спокойный, чуть негромкий голос.       Какаши остановился у края цветочной полянки и перевёл взгляд с лежащей Сакуры на небо над ней. Освещённый мягким сиянием луны, он выглядел почти как часть ночного пейзажа – тихий, некричащий, с особенным спокойствием во взгляде.       Сакура улыбнулась и вздохнула. Её сердце всё ещё трепетало от этой невероятной красоты ночи.       — Я хотела просто помыть руки, — пояснила она, садясь, чтобы лучше видеть его лицо, — но наткнулась на эту поляну… и, честно, не смогла уйти.       Он молча выслушал её слова. Потом шагнул поближе и, без лишних вопросов, опустился рядом на спину, вдыхающий аромат цветов. На миг показалось, что он не знает, о чём говорить, но вместо слов он вытянул руку вверх и попытался поймать одну из ярких звёзд.       — Дотянуться не выйдет, — заметила Сакура с полушутливой улыбкой.       — Да уж, — тихо хмыкнул он, продолжая рассматривать небо. — Но иногда ведь хочется.       Они замолчали. Словно само это тихое созерцание – уже диалог, и все слова, которые можно было бы сказать, кажутся излишними. Слабый аромат ночных цветов и лёгкая прохлада озёрного бриза делали пространство вокруг почти нереальным.       Сакура снова легла и почувствовала, как её сердце чуть сжимается от признательности и нежности к этому моменту. Внезапно сказались усталость и волшебство ночной тишины: весь день был таким бурным, а сейчас они просто вдвоём на крохотной лужайке, под бесконечным небом.       — Дети улеглись, и осталось понять, почему ты до сих пор не вернулась…, — произнёс Какаши, всё ещё глядя наверх. — А ты, оказывается… — он не договорил, но она догадалась о продолжении.       — Кажется, твоя проверка прошла успешно, — усмехнулась она, наклонившись, чтобы сорвать крохотный цветочек у локтя. — Я в порядке, просто…       Не знала, как объяснить ту тягу, которая удерживала её в этом месте.       — Просто бывают такие моменты, — закончил Какаши за неё. Он осторожно протянул руку к лепесткам, словно проверял их нежность пальцем. — Когда нужно остановиться и… дышать.       Двое на ночной поляне, окутавшись ароматами цветущих растений, словно в мягком покрывале. Небо над ними мерцало бесчисленными звёздами, а луна спокойно заливала всё вокруг бледным светом. В каком-то мгновении Какаши отвёл взгляд от неба и посмотрел на нее.       — Знаешь… — проговорил он почти шёпотом, — ты очень красивая.       Она чуть вздрогнула от неожиданности, потому что совсем не ждала подобных слов. От его тихого, но твёрдого голоса в груди у нее что-то замерло. Подумала, что, может, она ослышалась, но нет — это прозвучало совершенно отчётливо. Лицо её слегка порозовело, и она, смущаясь, опустила глаза.       — Спасибо… — выдохнула она, вдруг понимая, что не знает, как продолжить. — Ты… — чуть нервно улыбнулась. — Ты тоже неплох, когда не ругаешься на всех.       Какаши коротко усмехнулся, чуть наклонив голову набок.       — Не ругаюсь, значит? Ну, посмотрим, — отозвался он, и голос прозвучал мягче, чем обычно.       Его взгляд был слишком близок; в лунном свете его черные глаза казались бездонными, и ей вдруг захотелось узнать их тайну. Сакура откинула волосы с плеч, словно подбирая слова, как бы пытаясь оправдать свою неловкость или сгладить неожиданную паузу.       — Мне… приятно, что ты так сказал. Просто… — Она не закончила фразу, но в её дыхании звучала признательность.       Они молча обменялись улыбками, и Сакура, вдруг не в силах скрыть охватившую её тёплую волну, слабо сжала кулаки, борясь с желанием сделать что-то резкое — то ли обнять его, то ли просто протянуть руку. Но поняла, что не хочет спугнуть этот спокойный момент, пропитанный ароматом ночных цветов и тихим шелестом ветра.       — Вернёмся вместе? — наконец произнесла она, когда заметила, что ветер становится прохладнее, а мокрая трава под локтями уже немножко знобило кожу.       — Да, — коротко ответил он, медленно вставая на ноги и протягивая ей руку.       Сакура улыбнулась, принимая его помощь. Взгляд, которым они обменялись в этот миг, был полон и признательности, и тихого смущения. Словно не только аромат цветов, но и вдруг возникшая близость позволяли почувствовать что-то, куда глубже обычной лагерной суеты.       Ночь оставалась неизменной: звёзды всё так же сияли, цветы источали сладкий аромат, когда они вместе уходили по узкой тропинке, лишь изредка перекидываясь короткими взглядами, пока не достигли палаточного городка. Там, у самого входа в небольшой открытый круг, им пришлось остановиться. Вокруг мерцали несколько фонарей, и, хотя ночь была спокойной, в воздухе ощущалась лёгкая вибрация тревоги и приятного волнения.       — Мы впервые за эту смену спим отдельно, — тихо проговорила Сакура, обхватывая себя руками, словно прячась от прохладного ветра, или, может, от собственных мыслей. Голос её дрогнул, и она сразу отругала себя за то, что слишком явно показала волнение.       Какаши приподнял бровь, слегка усмехнувшись, и, стараясь разрядить обстановку, улыбнулся:       — Боишься?       Сакура фыркнула с деланой обидой, хотя внутри ощутила мгновенный прилив тепла.       — Я просто… не привыкла. Ведь мы всё время были в одном корпусе.       Он, не говоря ни слова, подошёл на полшага ближе. Их глаза встретились, и Сакура почувствовала, как её сердце бьётся быстрее. Он протянул руку, чтобы заправить выбившуюся прядь волос за ухо. Пальцы на миг коснулись её виска, и она затаила дыхание от его мягкого прикосновения.       — Не волнуйся, — сказал он негромко, не убирая руку. Его большой палец чуть скользнул по ее щеке. — Я всегда рядом.       Слова повисли между ними, превращаясь в тихое обещание. Она на секунду закрыла глаза, чтобы запомнить это прикосновение и тот тёплый жар, что разлился внутри от его слов.       — Ладно, — прошептала она, отклоняя голову, чтобы окончательно высвободиться из нарастающего напряжения, но и не желая его прекращать. — Спокойной ночи.       — Спокойной ночи, Сакура.       Они ещё миг стояли, не решаясь разорвать зрительный контакт, словно боялись, что в ту секунду, когда отведут глаза, магия рассеется. Но потом она вскинула подбородок, улыбнулась ему и, чуть замешкавшись, повернулась к своей палатке. Каждый шаг по влажной траве отдавался гулом в ушах. А Какаши, оставшись стоять на месте, почувствовал странную лёгкость, будто часть тревог дня растворилась во тьме.