"Один шаг"

      Она всегда знала, что умрет не от старости.              Эта мысль не пугала её, не вызывала дрожи в руках или судорожных вздохов. Просто знание, холодное, как формула, выведенная на бумаге. Мир в котором она жила, диктовал свои законы: если ты здесь - значит, вероятность смерти в разы выше, чем где-то там, где не звучат сирены и не пахнет гарью.       Но страх - это не про неё.       В детстве её пугали не монстры под кроватью, а пустота в голове, которая ощущалась когда люди говорили о своих чувствах. Она запоминала лица, слова, обстановку, реакции, могла повторить чужой монолог слово в слово, но не всегда понимала, что чувствует сам человек. Ей это казалось странным - как можно не контролировать свои эмоции?       Потом она поняла, что большинство людей просто по-другому устроены. Они чувствуют и не могут от этого избавиться. А она могла.       Но для понимания эмоций других людей, у неё был младший брат. Они до её 13 лет не могли сойтись в характерах, до той степени что доходило до рукоприкладства. Потом они выросли и оба признали что их вражда бессмысленна. В итоге, она помогала ему с учебой и связями среди общества, а он успокаивал их родных когда всё было плохо, и отгонял от неё мудаков, которые пытались ей пользоваться, пробиваясь в друзья.       Она добилась от родителей того, чтобы младшего отправили учиться за границу по его призванию.       А через год началась война. Тогда же она поняла, что смерть - это не зло и не добро. Это просто факт.

***

      Первое правило выживания - знание местности.       Ещё до войны она любила карты. Любила сложные маршруты, где нужно было ориентироваться не по указателям, а по деталям рельефа, где можно было запоминать поворот не по тому, что так сказано в описании, а потому что чувствуешь топографию как часть себя.       Спорт дал ей дисциплину, умение дышать ровно на длинных дистанциях, рассчитывать силы. Тхэквондо дало баланс, контроль, знание болевых точек и умение защищаться. Плавание - ощущение воды, которая может либо унести, либо спасти. Триатлон научил, что тело может больше, чем кажется.       Теперь все это было не просто набором умений, а инструментом для выживания.       С детства у неё было острое восприятие деталей. Она видела больше чем люди вокруг. Запоминала каждую мелочь, вроде смены тона покраски у волос соседки, разных царапин на стенах, замечая новые, каждый неестественный изгиб тропинки, каждый раз, когда отец возвращался домой чуть более напряжённым чем обычно.       Её отец был военным.       Он не рассказывал сказок про героев, не идеализировал службу, но и не жаловался. Просто был тем, кем был. Их жизнь, это ночные телефонные звонки и люди, которые приходили в дом, обсуждали серьезные вещи, оставляя за собой ощущение опасности, думая что ребенок не понимает, но она понимала.       А теперь эти люди шли рядом с ней.

***

      Группа двигалась быстро, но бесшумно. Трое бойцов и она.       Андрей - высокий, худощавый как и её отце, напряжённый как струна. В нём чувствовалась выдержка, но и усталость. Он привык просчитывать, привык держать всё под контролем, но давно понял, что в войне контроль - иллюзия.       "Крот" - низкий, коренастый, с быстрыми, нервными глазами. У него было чутьё, интуиция, которая спасала его не раз. Он постоянно замечал опасности, но не всегда мог объяснить, в чем именно дело.       Тихон - младший из бойцов, ему было двадцать два, парень с лицом, которое ещё не потеряло юношеской мягкости. Он казался слишком живым для этого места - улыбался, шутил. На фронте он недавно, но автомат держал правильно.       И она - самая самая младшая, ей 17. На мальчишку похожа больше, чем многие пацаны. Мужская одежда, худощавое телосложение, короткие, вечно торчащие в разные стороны, покрашенные в цвет травы волосы, но смотрелось это будто так и надо, и абсолютно не девичий характер.       Она помнила из с детства. Они были сослуживцами её отца, только Тихон новеньким в их отряде был. Теперь они шли рядом, но уже не как друзья семьи, а как люди, которым нужна её помощь.       Она знала дорогу лучше чем они. — До лесополосы триста метров, потом вдоль балки, там дальше овраг, - сказала она. — Долго ты в голове такие штуки держишь? - спросил "Крот". Она пожала плечами. —Всегда.       Он хмыкнул, а Андрей кивнул, не спрашивал, откуда ей это известно. Он уже понял, что её память не ошибается.       Мелочи.       Земля под ногами - чуть мягче, чем обычно, мягче чем должна быть.       Деревья впереди стоят странно, будто что-то их согнало в одну линию.       Птиц нет, но не так, как после артобстрела. Иначе.       Всё это мелькало в голове, но она ещё не может собрать пазл воедино.

***

      Куртка удобно сидела на плечах, сумка не мешала. В карманах - полезные мелочи: моток паракорда, огниво, перочинный нож, аптечка. В сумке - стандартный набор для выживания. Оставаться одной в лесу она могла неделями.       Но сейчас она была не одна.       Тишина.       Она ударяет по слуху сильнее, чем любой звук, даже обычно весёлый Тихон перестал шутить.       Что-то не так.       Она замедляет шаг. Остальные замечают это и тоже сбавляют темп. — Что? - тихо спрашивает "Крот", тоже чуя неладное.       Она хочет ответить, но вдруг понимает, чувствуя что-то под подошвой берцов.       Мина.       И она уже стоит на ней.       Мелькнул страх .       Не за себя.       За них.       Мысли скачут быстрее, чем биение сердца. Выхода два, либо она стоит и ждёт, пока найдут способ ее спасти (шансы невелики), либо...       Простая математика.       Они достаточно далеко, не заденет. —Назад!       Она резко смещает центр тяжести, падая вбок.       Щелчок.       Вспышка.       Боль.       Зелёные волосы липнут ко лбу, спутанные грязью и кровью.       Андрей рванул вперёд, но "Крот" схватил его за руку.       Тихон побледнел как мел.       Она увидела их лица. « Вижу ли я их в последний раз? » мелькает в голове. А потом « База недалеко, они должны добраться. »       Нет страха. Лишь небольшое сожаление.       Просто один шаг.       Глаза закрываются.       Тишина.