Глава 5. Признание

      Летний вечер в Токио наполнялся теплом, ароматами цветущих деревьев и мягким светом уличных фонарей. В воздухе витал запах жареных кальмаров, сладкой ваты и карамельных яблок – традиционные угощения фестиваля. В такие моменты город казался волшебным, а сердца влюблённых – бьющимися в унисон с пульсом самой природы.       Обанай Игуро, молодой математик, был не из тех, кто часто выбирался на божий свет, особенно в такие дни. Он привык к упорядоченному миру чисел, где логика правит балом, к тому же летнее солнце слишком вредило его коже.       Но с момента, как в его жизни появилась девятиклассница — Мицури Канроджи, всё изменилось. Она была воплощением лета – тёплой, милой, взрывной, как салюты в городе. Импульсивной и очень жизнерадостной.       Сегодняшний день был особенным – математик первый пригласил в место, где они никогда не были. Но не на обычное свидание. Он хотел что-то сказать. Важное. Обанай, несмотря на свою сдержанность, тщательно подготовился. Мужчина предложил встретиться в парке, где проходил фестиваль, и даже заранее изучил карту, чтобы избежать столпотворения.       Когда он увидел Мицури, его сердце на мгновение замерло. Она была в светло-розовом юкате с узорами в виде цветущей сакуры, её длинные волосы заплетены в небрежную косу, а глаза сияли от нетерпения, такой наряд был не с проста! В честь фестиваля!             — Обанай-сан! — воскликнула она, подбегая и беря его за руку. — Ты правда пришёл! Я думала, что это шутка...       Он слегка отвёл взгляд, пряча лёгкий румянец за повязками, которые, несмотря на летнюю жару, всё ещё носил, не снимал их никогда. Казалось, что тот буквально родился с ними или что они наклеены на его кожу. Это немного пугало.             — Разве я мог не прийти? Ты же настояла, — ответил он суховато, но уголки его губ дрогнули в улыбке. — И... Напомнила, заранее.       Парочка шла среди множества лавочек, где продавались различные сладости и сувениры. Мицури с восторгом хватала Обаная за руку, указывая на каждую вещь, но больше всего, ей приглянулась небольшая лавка справа от них:             — Смотри, какая милая маска лисы! Тебе точно пойдет!             — Я думаю, мне не идёт такой стиль… — пробормотал он, но девушка уже ловко надела маску ему на лицо.             — Теперь ты выглядишь таинственно, как герой романтической истории! И... Мне нравится, очень сильно...       Обанай только вздохнул, но позволил ей продолжать. Она выбрала и для себя. Уже скоро на ней появилась не обычная маска кролика и, смеясь, та взяла его за руку. Минутами позже, они оказались у главной сцены, где шла танцевальная программа.             — Давай потанцуем! — предложила Мицури. — Я училась этому несколько лет!             — Я не умею, — честно признался он. — Да и не...             — Ничего страшного, я научу!       Прежде чем он успел возразить, она уже потянула его за собой в круг. Под светом фонарей и под аккомпанемент традиционной музыки они кружились среди других пар. Сначала Обанай чувствовал себя неловко, но, глядя на счастливую Мицури, он понял, что впервые за долгое время ему не хочется думать о чём-то рациональном. Он просто наслаждался моментом. Девушка была по истине счастлива. Она смотрела ему в глаза каждую секунду, а её губы растягивались в прекрасную улыбку.       После танцев они отправились к реке, где можно было пустить бумажные фонарики.             — Загадай желание, — прошептала Мицури, передавая ему маленький фонарик.       Мужчина вздрогнул. Он не знал... Что может быть. Не верил в желания от фонариков, но красочная улыбка Канроджи вдохновляла его. Выдохнув, тот сказал просебя:

«Пусть эти мгновения никогда не заканчиваются. И она даст мне... Согласие.»

      Он отпустил фонарик на воду, и тот поплыл, отражая звёздное небо. Его бывшая ученица улыбнулась:             — Обанай-сан, ты счастлив?       Он посмотрел на неё – на её сияющие глаза, тёплый взгляд, солнечную улыбку. Его сердце забилось еще быстрее, чуть ли не выпрыгивая из груди.             — Да, — ответил он. – С тобой – да. И я бы... Хотел, чтобы... Всегда так было.             — Что ты имеешь ввиду? — удивлённо спросила девушка, хихикая.             — Мицури... Ты выйдешь за меня? — мужчина встал на одно колено, вытащив из-за спины фамильное кольцо, которое передал ему отец уже много лет назад.             — Ты... Ты снова шутишь? — краснея спрашивала спутница. — Быстро встань с колен, на нас же все смотрят.             — Не шучу. Ответь. Будешь ли ты...             — Я не могу. Не могу сейчас ответить. У нас разница в 20 лет! Понимаешь?             — Я старик для тебя?             — Нет же... Я не хочу, чтобы ты загубил свою репутацию. И как же школа... Тебя будут высмеивать пед. состав...             — Мне плевать. Выходи за меня. Я постараюсь... Сделать тебя счастливой и сам... Буду безумно счастлив, особенно рядом с тобой.       Девушка замерла. Их первое свидание без кого-либо... Прошло идеально. Она боялась ответить. Особенно, когда увидела на своем телефоне сообщения от Гию.

«Не соглашайся»

            — Я согласна. — с дрожью в голосе ответила Мицури, тут же кинувшись к Обанаю в объятия, которые мигом её согрели и успокоили. Без лишних слов и вопросов.       Игуру застыл. В этот момент для него даже математика потеряла свою логику перед простым, но непоколебимым чувством, которое называлось любовью. Он понимал, что ей только 17, а ему... Уже 36... Благо, она этого не знала. ​