Глава 7. Уезд

      Учебный год подошёл к концу

      Мицури стояла у ворот школы, скрестив руки на груди. Вечерний воздух был прохладным, но она не чувствовала холода — внутри всё сжималось от тревоги. Сегодня он задержался дольше обычного. Она надеялась, что это просто совпадение, но сердце подсказывало другое.       Когда дверь школы наконец открылась, и Обанай вышел, её дыхание перехватило. Он выглядел так же, как всегда — строгий костюм, ровная осанка, спокойный взгляд. Но в его глазах читалась какая-то усталость, и это было первым, что её испугало и растерянность.             — Послушай. Нам надо с тобой поговорить. Прямо сейчас. — с тяжёлым вздохом сказал тот, приобняв девушку за талию. — Ты ведь понимаешь, что всё меняется?             — Понимаю, но к чему вы это говорите? — с дрожью в голосе спросила она, подняв свои глаза.             — На ты. Называй. Мы же… Уже практически женаты. — с грустью прошептал тот. — Если ты меня дождёшься.              — Что это значит, любимый? — тревога накрыла её с головой. — Что произошло? Тебя выгнали?             — Нет. Меня перволят. В другую школу. И я там… Останусь.       Канроджи закашлялась, обняв его руку, прижимаясь. Она уже со слезами на глазах смотрела на него. Ей не хотелось отпускать. Хотелось быть с ней.             — Прости. Я не могу тебя с собой забрать. — с отчаянием прошептал тот снова, отворачивая голову.       Остальная часть их прогулки прошла в абсолютной тишине. Никто не мог и слова сказать. Даже отстранились от друг друга. Десятиклассница с розовыми волосами была до ужаса напугана.       Когда пара дошла до одного из домов, они только сухо посмотрели на друг друга и Канроджи все же подошла к нему с красными глазами, поцеловала в щечки своего любимого и ушла внутрь дома, скрываясь за дверью.

***

      Мицури захлопнула дверь своей комнаты, спиной прислонилась к ней и медленно сползла вниз. В груди всё ещё горело от боли, а в голове эхом звучали его последние слова, сказанные ранее, чем был подход к дому.

«Прощай, Мицури.»

      Она зажала уши руками, как будто это могло стереть воспоминание. Сердце бешено стучало, дыхание сбилось. Девушка не выдерживая, закричала, пытаясь так успокоиться.             — Несправедливо… — прошептала она, когда чуть успокоилась, а затем вдруг выкрикнула: — Это не честно! Голос её сорвался, и в тот же миг слёзы хлынули с новой силой. Она ударила кулаками по полу, но это не принесло облегчения. Ей было дурно от того, что с ней так поступили. Почему он не может взять её с собой?! — Почему?.. Почему я не сказала что-то ещё?! Почему не остановила его?! Она вскочила, шатаясь, прошла по комнате, не зная, куда себя деть. Грудь сдавило так сильно, что казалось, она не сможет вдохнуть. Она сдёрнула с полки тетрадь и со всей силы швырнула её в стену. Бумаги разлетелись по полу. — Чёрт… — Мицури зажала рот рукой, чтобы не разрыдаться в полный голос. Девушка опустилась на кровать, сгорбившись, сжимая в пальцах рукава своей кофты. Тело дрожало от рыданий, которые она больше не могла сдерживать. Учиница была сильно привязана к нему и явно не хотела отпускать.             — Обанай-сэнсэй… — всхлипнула Канроджи, уткнувшись в подушку.       Она плакала долго. Плакала, пока слёзы не иссякли, а тело не стало тяжёлым от усталости. Боль не уходила, но потихоньку превращалась в пустоту. А в комнате воцарилась тишина…

***

      Обанай закрыл за собой дверь, сбросил обувь и прошёл вглубь квартиры. В темноте он не стал зажигать свет, просто бросил сумку у стола и сел на диван.

Тишина давила.

      Он провёл рукой по лицу, задержав пальцы на висках. Гулкая пустота внутри давала о себе знать, но мужчина не позволял себе её ощущать. Всё было правильно. Всё было неизбежно.       Но перед глазами снова встало лицо Мицури — расширенные от шока глаза, дрожащие губы, слёзы, которые она не смогла сдержать. Тот закрыл глаза и запрокинул голову, тяжело выдохнув.

«Мне… Мне будет вас не хватать…»

      Эти слова пронзили его сильнее, чем он ожидал. Не ожидая, что привязанность сработает и на него. Обанай не отвечал ей тогда, потому что знал — если скажет хоть что-то, если позволит себе мягкость, он не уйдёт. Но теперь, сидя в полутёмной квартире, он понял, что чувства внутри него всё же осталось там, у школьных ворот, вместе с её слезами.       В груди сжалось. Мужчина потянулся за сигаретой, но, вспомнив, что бросил, ради Мицури просто провёл пальцами по губам и сжал кулак, в котором раздавил вредную привычку. Завтра утром он уедет. Оставит всё позади. Но она останется в его сердце навсегда!       Но почему же тогда это не похоже на облегчение? Тот с печалью посмотрел на свой телефон. Ему хотелось слушать её. И смотреть. Наблюдать за их детьми. Целовать каждый день любимую Канроджи и мальчика… Или же девочку. Детей, которые будут от НЕГО.

***

      Уже спустя несколько часов, тот собрался полностью. Все вещи были упакованы. И мужчина направился к железной дороге. Но совершенно не ожидал увидеть там… Мицури?! Она будто его ждала! Но к сожалению, ему пришлось обойти её и не показываться на глаза.       Только в отьезжающем поезде, тот осмелился написать ей:

«Я обязательно вернусь, родная ❤️»

      Уже в новом городе - Одзиро, тот продолжал вести свои уроки в сельской школе. Но мысли о возлюбленной все также проследовали его.