Глава 16

Спокойная жизнь в школе действительно закончилась: теперь Серафима проводила с Денисом каждую перемену. Он надеялся, что после его односложных ответов она все же поймет, что стучится в закрытую наглухо дверь, и оставит попытки давить на него. Однако Серафима, к его несчастью, была весьма настойчивой не только в учебе, но и в личной жизни. Прошло всего каких-то две-три недели, а Денис уже привык к напряжению, появлявшемуся во всем теле, когда он пересекал территорию школы. Несмотря на то, что он так и не сказал ей четко «да» или «нет», Серафима не напоминала об этой их договоренности. Словно забыла об этом. Возможно, она решила брать его измором — в надежде, что нервы Дениса сдадут быстрее, чем ее, и он сдастся. Серафима обожала появляться внезапно. Денис никак не мог понять, как она умудрялась подгадывать момент, чтобы выскочить как черт из табакерки. Ему на ум снова пришла мысль, что Серафима следила за ним, но Денису очень не хотелось думать об этом. Переменами все не ограничилось. Один раз Серафима даже попыталась уговорить Давыдова поменяться с ней местами, но тот все эти недели недружелюбно зыркал в их сторону и, наверное, поэтому в ответ на эту невинную просьбу разразился очень грубой тирадой в адрес девушки. Серафима выглядела явно расстроенной. Когда она выскочила из класса, Денис поблагодарил соседа, но Давыдов лишь угрюмо поджал губы и уставился в учебник. При мысли о том, что сосед по парте опять на него злился из-за Серафимы, Денис поник. С того момента, как он перешел в эту школу, он чувствовал себя одиноко. Даже несмотря на то, что воссоединился со Златой и поддерживал какое-никакое общение с Катей. Яна до сих пор не отвечала на его сообщения, а Олегу Денис почему-то не осмеливался написать, чтобы поделиться своими переживаниями. Ему казалось, что они все же не настолько были близки для этого. Кроме того, у Олега тоже началась новая жизнь. Как тот рассказал ему в начале года, вскоре после развода родителей он выяснил, что его мама была беременна от своего нового мужчины. Олег даже поссорился с ней из-за этого. Когда Денис предлагал все же поговорить обо всем спокойно, Олег отказывался. Уверял, что не сможет сохранить самообладание, да и лишний раз волновать маму не хотел — во время беременности нужен был покой и позитив. Поэтому, насколько Денису было известно, Олег со своей мамой до сих пор не разговаривал. Нередко проносилась мысль, что бывший одноклассник тоже мог чувствовать себя одиноко, но даже этого было недостаточно, чтобы Денис отважился ему написать. С Олегом они не виделись с момента последнего экзамена, и, видимо, из-за этого их только начавшая складываться дружба ослабла. Только сейчас, когда он начал остро нуждаться в близком друге, Денис понял: не стоило надеяться, что все как-нибудь само сложится. Нужно было и ему прикладывать усилия, чтобы дружба развивалась и крепла. Пока Денис ехал в метро и лениво пролистывал ленту в соцсети, ему пришло смс от Ларисы. Она спрашивала, сможет ли он забрать ее с продленки. На вопрос, почему она не хотел остаться подольше, Лариса ответила, что сильно поссорилась с Даней и тот вместе со своими приятелями доставал ее. Денис тяжело вздохнул и напечатал в ответ, что заберет ее. Убрав телефон в карман, он с неудовольствием подумал, что этот Даня, с которым Злата вроде бы хорошо поговорила, почему-то никак не хотел понять, что к Ларисе лезть не стоило. Видимо, решил, что опасность миновала, когда не увидел больше Злату в школе. При мысли о том, что у Лариски больше не осталось никого, кто мог бы ее защитить, руки Дениса сжались в кулаки. Что ж, похоже, пришло время действовать самому. Раз ни родители, ни учителя не могли повлиять на этого хулигана, придется ему заступиться за сестренку. Денису было очень страшно, ведь если взрослые не справились, с чего он взял, что у него получится? Однако, призвав на помощь какой-никакой жизненный опыт, он решил вытащить из кармана главный козырь. Тот, которого мальчишки возраста Дани и Ларисы боялись как огня. Оказавшись в школе, Денис сразу увидел Лариску. Уже в куртке, она сидела на лавочке и с надеждой смотрела в сторону выхода. Когда их взгляды встретились, Лариса схватила свой ранец и так быстро, как могла, пошла к нему. — Привет. — Денис крепко стиснул ее в объятиях и перехватил ее рюкзак. — Давай помогу. — Денис, я больше сюда не приду, — грустно сказала Лариса и опустила голову. Приобняв сестру за плечо, Денис отвел ее к лавочке. Усадив Лариску на нее, он сел рядом. — Что случилось? Это из-за Дани, да? Лариса закивала, и Денис мягко погладил ее по спине. — Он меня достал! Все время меня за косички дергает! — всхлипнула она и подняла на него полные слез глаза. — А Ольга Игоревна только говорит, чтобы я не обращала внимание! Типа я ему нравлюсь, но он не знает, как это показать, потому что мы маленькие. А он… он мне вообще-то учиться мешает. Как я могу не обращать внимание? Слушая ее рассказ, Денис ощущал, как в нем поднималась злость. Может, Дане и нравилась Лариса, но это не означало, что она должна была терпеть издевки, обидные прозвища и нежеланные прикосновения. — Вы из-за этого сегодня поссорились? — Да. Но не только: они… Даня и его друзья… Они начали говорить гадости… про тебя. — Лариска снова посмотрела на него грустными глазами. — Сказали, что ты нытик и ненастоящий мужчина. Потому что настоящие мужчины не плачут, они защищают слабых. А ты этого не делаешь, поэтому ты сам слабак. А еще они сказали, что Злата жирная и похожа на лошадь. Хотя это совсем не так! Горячий гнев, бурлящий в венах Дениса, резко превратился в настоящую ярость. Один раз ему уже пришлось опровергать некрасивые слова про Злату. Не слишком удачно, но первый блин всегда комом. Несмотря на то, что нелестные ярлыки задели его, Денис старательно напоминал себе, что в этот раз будет иметь дело не со своим ровесником, а с маленьким мальчиком. Кроме того, они в школе, а здесь он точно не сможет драться. Не хотелось бы объясняться с учителями и выслушивать нотации по поводу того, что нужно выбирать равных по силе соперников. Денис это и так понимал, но злость из-за обиды, причиненной сестре, захлестывала его словно тропический ливень Юго-Восточную Азию. А насмешки ее одноклассников над его неумением постоять за себя и других неожиданно вызвали желание доказать, что это не так. — Он еще здесь? Денис с ужасом понял, что произнес это совсем не похожим на свой голосом. Лариса, очевидно, тоже услышала разницу. Потому что взглянула на него уже сухими глазами. — Да. Но ты же не будешь его бить? Денис ощущал, как его ноздри раздувались подобно парусу на яхте. Крепко сжав руки в кулаки, он попытался резко расслабить их, чтобы справиться с чувствами, но далось ему это непросто. Лариса же подергала его за рукав: — Денис, ты же не будешь бить Даню? Он же маленький. А ты большой. — Я не буду его бить, — подтвердил Денис, хотя абсолютно не был в этом уверен. — Продленка ведь там же, где и в прошлом году? Позже, стоя в коридоре вместе с тем самым Даней и Полиной Петровной — Денис посчитал, что правильнее будет проводить этот разговор в присутствии учительницы, — он смотрел на одноклассника сестры строгим взглядом. Внешне Даня был обычным мальчишкой. И Денис никак не мог понять, почему он уже второй год так отвратительно себя вел с Ларисой. — Даня, почему ты пристаешь к Ларисе? — Денис скрестил руки на груди. — Она тебя хоть раз обзывала? Мальчишка потупил взгляд и помотал головой. — Может, подножку ставила? — Нет, — прошелестел Даня. Денис слегка приподнял брови: — Списать не давала? Даня снова помотал головой. Глубоко вздохнув, Денис согнулся так, чтобы его глаза были на одном уровне с Даней, и спросил: — Тогда почему ты так плохо с ней обращаешься? Даня упорно молчал. Полина Петровна резко ткнула его в плечо: — Отвечай! Тебе вопрос задали вообще-то! — Полина Петровна… — Денис хотел было попросить ее быть немного помягче с мальчишкой, но Полина Петровна продолжала: — Значит, как девочек изводить, ты первый, а как отвечать за свои поступки — сразу в кусты? И ты вроде еще что-то говорил про брата Ларисы? — Полина Петровна, это неважно, — пробормотал Денис, уже ощущая сожаление по поводу того, что начал этот разговор. Учительницу молчание подопечного явно выводило из себя, потому что она крепко стиснула плечо Дани и прошипела: — Повтори Денису в глаза то, что ты и твои друзья говорили о нем. Даня по-прежнему молчал, но на мгновение поднял глаза. Денис почувствовал себя слабаком, ведь неподдельная печаль и тоска во взгляде мальчишки вызвала у него жалость. Ему резко расхотелось прижимать Даню к стенке и во все горло требовать извинений перед Ларисой. Хотелось поговорить с ним по-человечески. Ведь все-таки не просто так он не отставал от Ларисы уже второй год. — Я… я сказал… — чуть ли не плача, заговорил Даня. Полина Петровна с нажимом повторила его слова, мотивируя продолжать, но Даня замолк и с испугом посмотрел на Дениса. Тот снова вздохнул: — Ты сказал, что я нытик и слабак. А еще что моя дев… моя подруга — толстая и похожа на лошадь. Ты правда так считаешь или ты просто хотел уколоть Ларису? Глаза Дани наполнились слезами, и Денис добавил: — По дороге к кабинету Лариса, кстати, успела мне рассказать, что ты и ее толстой обозвал. Ну… Не толстой. Жирной. И сказал, что она похожа на свинью. — Это не я сказал, — проскулил мальчик. Денис сдвинул брови к переносице: — А кто? — Это Плато-о-он, — с надрывом протянул Даня. Денис снова скрестил руки на груди. — Странно. А Лариса мне сказала, что именно ты ее свиньей назвал. — Просто Платон ей нравится, — внезапно расплакался Даня. — А я нет. Вот она и говорит, что он не виноват. Она всегда все на меня валит. А сама… — Что, поймали за руку и теперь пытаешься Ларису очернить? — взъярилась Полина Петровна, а мальчишка расплакался еще сильнее. Сердце Дениса болезненно сжалось. Кажется, он был все-таки прав: Лариса Дане банально нравилась, но, судя по всему, не отвечала взаимностью. Зато смотрела на какого-то Платона, который плохо к ней относился. Денис тяжело вздохнул — уже в какой раз за сегодня. Он не ожидал, что бороться с кавалерами сестры придется уже так скоро. У него была надежда, что это случится лет на пять попозже. — Полина Петровна, можно я поговорю с Даней с глазу на глаз? — попросил Денис. — Обещаю, бить не буду. Полина Петровна смерила его недоверчивым взглядом, а затем зло зыркнула на Даню, который весь скукожился и будто уменьшился. — Ну поговори, — выдохнула Полина Петровна и посмотрела на него ледяными голубыми глазами. — Но если все-таки решишь выпороть — скажи. Ремнем поделюсь. А то родителям, видимо, некогда свое чадушко воспитывать. После того, как Полина Петровна ушла, Денис немного приблизился к Дане. — Не бойся меня, — попросил он, заметив испуганный взгляд мальчишки. — Я не буду тебя бить. Ты мне лучше скажи: родители тебя дома не бьют? По лицу Дани снова потекли слезы, и он закрыл лицо руками. Поднявшись на ноги, Денис подошел к нему еще ближе и аккуратно погладил по голове. — Бьют, похоже, — мягко заключил он. — И ты поэтому донимаешь Ларису? Даня мотал головой, а потом вдруг поднял на него взгляд. — У меня в прошлом году сестра родилась, — негромко сказал он, во все глаза глядя на Дениса. — Валя. Я терпеть ее не могу! Она мне всю жизнь испортила! Без нее было лучше! На него снова накатил приступ рыданий. Денис легонько похлопал Даню по спине, чтобы тот поскорее справился с захлестывающими эмоциями. Когда Даня снова смог говорить, то выдавил: — А Русакова… в смысле Лариса… она так похожа на Валю! У нее точно такие же глаза! И учителя ее больше любят. Как и родители Валю. Поэтому… она меня бесит! — Лариса? — уточнил Денис, и Даня кивнул. Снова похлопав мальчишку по спине, Денис произнес: — Знаешь, я тебя понимаю. Когда видно, что родители относятся неодинаково к тебе и твоим братьям-сестрам, это больно. У меня тоже так было… — Ларису мама тоже больше любит, чем тебя? — с надеждой посмотрел на него Даня. Горько усмехнувшись, Денис ответил: — Нет, мама нас одинаково любит. Она у нас золотая. А вот папа… Папа всегда больше любил Ксюшу. Нашу сестру… — Его голос дрогнул. — Она погибла в прошлом году. — А, я знаю! — кивнул Даня. — Ларисы тогда еще в школе не было. Денис кивнул в ответ: — Да. И папа даже не скрывал, что Ксюшу любит больше меня. Знаешь, как мне было обидно? Очень! Очень сильно! И я тоже очень сердился на Ксюшу. Думал, что если бы ее не было, папа бы меня любил… Но потом, когда мы стали старше, мы с Ксюшей подружились. Потому что она не пользовалась тем, что папа больше ее любит, а видела эту несправедливость. И мы с ней были на одной стороне. Думаю, за это надо сказать спасибо маме. Даня смотрел на него с печалью, и Денис снова провел рукой по его плечу. — Я знаю: неприятно, когда родители уделяют больше внимания сестре, а не тебе. Но это не повод обижать других людей. Тем более что Лариса не твоя сестра и не сделала тебе ничего плохого. Даня отвернулся. Денис снова присел так, чтобы стать поближе к нему. — Дань, ты вот говорил, что я ненастоящий мужчина, потому что не прибегаю защищать Ларису. Но я же вот, пришел. Заступился. Ты все еще считаешь, что я ненастоящий мужчина? — Нет, — сдался Даня и бросил на него тоскливый взгляд. Денис слегка улыбнулся: — А ты? Ты думаешь, ты настоящий мужчина? Ты же не заступаешься за более слабых, а наоборот, обижаешь их. — Даня смущенно потупил взгляд. — Не стоит навешивать ярлыки, если не знаешь человека. Да и если знаешь… тоже не стоит. А что касается Ларисы, то мне кажется, она тебе нравится. Поэтому ты и ищешь способы привлечь ее внимание. — Не нравится мне Лариса! — воскликнул Даня и тут же исправился. — Ну, в смысле… Может, дружить с ней можно, но так чтобы… нет. Не нравится. Денис улыбнулся шире: — Ты же знаешь, что дружбу можно предлагать другими способами? Не дергать за косичку, а например, вместе сыграть в какую-нибудь игру на перемене? Даня погрустнел: — Лариса всегда только с девчонками играет. А пацанов они не принимают в игру. Говорят, что мы тупые. А еще она дружит с Софией. И София все время меня бьет. — Потому что заступается за Ларису или просто так? — уточнил Денис. Даня пожал плечами: — По-разному. С удовлетворением кивнув, Денис наконец выпрямился. Тихо ойкнув из-за едва ощутимого щелчка в спине, он снова заговорил: — Дань, перед Ларисой надо извиниться. Она тебе не причиняет вреда, тогда почему ты так себя ведешь по отношению к ней? То, что она похожа на твою сестру, не дает тебе права так к ней относиться. И к сестре тоже, кстати. Даня надулся и отвернулся. — Дань… — Я не буду извиняться, — пролепетал он и бросился обратно в кабинет, пока Денис пытался прийти в себя от неожиданного поведения Дани. Он-то надеялся, что тот осознал неправильность своего поведения. А он вон как… Когда мрачный Денис вернулся к Ларисе, она чуть ли не запрыгала от нетерпения: — Ну что? Ты поговорил с ним? — Поговорил, — нехотя отозвался Денис и сел на скамейку под окном. — Извиняться Даня отказывается. Зато я теперь знаю, почему он плохо себя вел по отношению к тебе. — Почему? — загорелись любопытством Ларискины глаза. — Даня сказал, его младшая сестра очень на тебя похожа. Она его раздражает, поэтому и ты тоже. Но я сразу сказал, что это не оправдывает его поведения, — заверил Денис. Лариса неуверенно кивнула, а затем вдруг улыбнулась: — Спасибо, Денис! Ты самый лучший! Приняв сестренку в объятия, Денис мягко провел рукой по ее спине. Лариска положила голову ему на плечо. — Спасибо, что защитил меня, — неожиданно добавила она, из-за чего Денис был готов растечься лужицей от умиления. Несмотря на то, что сам он себя видел исключительно нытиком и хлюпиком, Лариса не прекращала видеть в нем рыцаря. И это очень льстило. В то же время Денис считал, что именно благодаря вере Лариски в него он все-таки стал смелее. И именно ее вера в него и его силу помогла ему вступиться за Злату, когда Лёша начал говорить о ней гадости. — Не за что. — Денис ласково погладил ее по голове. — Старшие братья для того и нужны. Пойдем. — А Даня когда-нибудь извинится передо мной? — поинтересовалась Лариса, передавая ему свой ранец. Надев свой рюкзак и взяв вещи сестры, Денис как можно увереннее сказал: — Со временем, может быть. Выйдя из школы, Денис воспрял духом. Оказывается, говорить по-мужски было не так уж и страшно. Конечно, в этот раз его соперник был на восемь лет младше его, но возраст — не гарантия адекватности: его ровесник вполне может оказаться нормальным парнем, с которым получится спокойно поговорить, в то время как ученик начальной школы может оказаться агрессивным и даже полезть в драку. Предвкушая, как он сначала пообедает, а потом вместе с Ларисой попьет чай, Денис ненадолго прикрыл глаза. За уроки, пожалуй, он сядет попозже. Вместо этого они с Лариской лучше что-нибудь посмотрят или почитают вместе. Они и так не слишком много времени проводили вдвоем, а с момента перехода в новую школу Денис посвящал все свое время учебе и отдыху наедине с собой. Когда они вышли за территорию школы и направились к дому, раздался возглас: — Денис! Резко остановившись, Денис ощутил, что вопреки морозу ему было душно и жарко. Сердце забилось как ненормальное — стук отдавался в ушах. Дыхание тут же сбилось, а все мышцы разом одеревенели. Обернувшись, Денис судорожно сглотнул. Человек, которого он бы не хотел ни видеть, ни слышать как минимум еще столько же, сколько уже прожил, сейчас стоял и внимательно смотрел на него.