Глава 4

      Важный навык, который приобрёл Авантюрин, работая в КММ — оставаться невозмутимым в любой ситуации.       Его улыбка не потухла и ни один мускул на лице не дрогнул, когда глава концерна Хакада при встрече сразу объявил о традиции мидзукайских переговоров — принимать с партнёрами вместе сауну. Она принадлежала, конечно же, самой семье Хакада, и находилась в их огромном загородном особняке.       — Вам повезло, — беззаботно рассмеялся Иори Акаши — на удивление искренний молодой человек, который, судя по всему, часто говорил именно то, о чём думал. — В некоторые общественные сауны столицы не пускают с… татуировками, — добавил он и взмахнул рукой. Его взгляд был прикован к шее Авантюрина, нет, скорее к шее Какавачи, и его «товарному коду». Конечно, он привык к перешептываниям и удивлённым расспросам, но Акаши оказался слишком прямолинейным.       — А это не татуировка, — спокойно ответил Авантюрин. Улыбка застыла на его лице. — Это клеймо.       Он увидел, как губы Акиры Хакада сжались в тонкую линию. Тишина в тот момент говорила громче, чем любые слова.       Уклад жизни мидзукайцев не прекращал удивлять Авантюрина. Он как положено принял холодный душ и только после этого отправился в общую сауну с мужчинами, которых видел впервые в жизни. Встреча оказалась ошеломляюще откровенной для него, даже несмотря на окружение, которое казалось приверженным приличиям и традициям. Он сел ровно, но расслабленно и уверенно. Против желания и воли Авантюрин теперь видел Хакада и Акаши по пояс без одежды, как и они могли видеть его, особенно шрамы на его коже, которую уже давно не видело палящее солнце родной Сигонии. Авантюрин уловил мелькнувшее на плоском лице Акиры Хакада любопытство и интерес к его спине, где был когда-то красный рубец от кнута хозяина, наказавшего его за дерзость. Другого раба, новичка, тогда убили. Какаваче снова повезло. На одной руке остался шрам от раны, которую нанёс ему хозяин, а на другой белел… Авантюрин встряхнул волосами, отвлекаясь от воспоминаний, что могли испортить ему настроение на весь день. Нет, не сегодня, когда он должен блистать.       Акаши открыл рот, глядя на руку Авантюрина, будто собирался что-то сказать, но глава дома Хакада подался вперёд и остановил его.       — У нас говорят, что нужно очищать своё тело и помыслы каждый день, — мягко сказал Хакада. Авантюрин отчего-то сразу вспомнил, что именно этот мужчина по слухам стал любовником танцовщицы Таоки после двух неудачных браков, и еле удержался от усмешки.       — Голым людям нечего скрывать, — добавил Иори, вольно развалившись на скамье. Вода была очень горячей, но Авантюрин обладал природной устойчивостью к жару. Он лишь улыбнулся и издал приятный смешок, располагавший к нему людей безотказно.       — Друзья мои, намерения на коже не написаны, — он прищурился, отчего Иори напрягся и даже отсел, взглянув ему в глаза, которые неизменно удивляли, а может даже пугали мидзукайцев. Авантюрин говорил не только себе, но и о них двоих.

***

      — Женщины должны быть спокойными, полезными и незаметными.       Пальцы Авантюрина постучали по бледно-голубой поверхности стола — бесшумно в комнате для конференций, поскольку услышать сейчас можно было лишь спокойный голос Хакада. Его помощник переключал слайды презентации, на которые Авантюрин в то мгновение даже не посмотрел. Ему захотелось рассмеяться, когда он услышал это категоричное утверждение, и вспомнил, как вела себя Таоки в казино — шумно, вызывающе, привлекательно.       — Хм. Именно так считают многие мужчины на нашей планете, — объяснил Хакада, будто извиняясь. — Именно это убеждение почти двадцать лет назад вдохновило уже известный вам проект под названием «Идеальная жена».       Конечно, убеждение. Не жажда заработать денег. Хорошо, именно это желание Авантюрин не мог осудить.       Рядом с ним сидел Ной в форме КММ с чёрным корпоративным блокнотом, куда он записывал тезисы презентации. Рука его быстро выводила слова аккуратным почерком, лицо оставалось бесстрастным. Авантюрину, честно говоря, не хотелось задумываться, что чувствовал его ассистент. Слишком много было отвлекающих от предмета презентации факторов. Иори Акаши заёрзал на стуле, что непоседливый ребёнок, но промолчал.       Сам Авантюрин надел в тот день один из новых костюмов, которые купил вчера вместе с Киёко. Да, фасон и цвет были более сдержанными, чем у обычных костюмов, что он носил, но именно в новой одежде Авантюрин чувствовал себя увереннее. Он машинально смахнул с рукава пылинку и выпрямился.       — Авантюрин-сан, вы интересовались нашим мнением. У семей Хакада и Акаши нет официальных комментариев по поводу необходимости в проведении эксперимента в прошлом, — мягко продолжил Акира, он сложил руки на столе перед собой. Голос его звучал приятно, размеренно, как у терпеливого учителя. — Сначала мы поговорим об истории его проведения кратко. Даже если вы ознакомились с документами, хочу подчеркнуть и напомнить, что успешного результата не было. Исследователи, чьи имена даже не сохранились помимо Вакабаяси, совершили ошибку и перепутали функционал и базовые настройки — эксперимент был крайне неудачным. К сожалению, узнать детально о проведении и его истории мы не можем, но мы уверены в одном — госейхито были созданы благодаря некой энергии, неизвестной силе, которую больше никто не видел и официально её попросту не существует.       Мимо тенью скользнула помощница семьи Хакада, одетая в платье обычной горничной, невысокая девушка, лицо которой Авантюрин не мог запомнить, сколько бы ни приглядывался, не считая длинного тонкого шрама на щеке. Именно ей он отказал, когда она начала ему прислуживать и подавать костюм после сауны, будто он был не просто гостем, а господином. Помощница аккуратно поклонилась и поставила чайник вместе со сладкими рисовыми пирожками на стол. Авантюрин откинулся на спинку стула, когда осознал полный смысл того, что ему сообщил Хакада.       — Неизвестная энергия, — повторил он тихо, пока Ной рядом ставил крестик в блокноте — обозначение переменной. — И вы хотите найти её?       — Естественно, — ответил Иори, неожиданно вмешавшись в разговор. Он сел прямо. — Мы сняли копию данных об эксперименте, точнее об… обрывках, которые сохранились с тех пор. Для вас, — он нервно потёр переносицу. — Вы можете прочитать и проверить.       — Да, а здесь краткое изложение всех собранных материалов, — продолжил Хакада. Его помощник быстро передал небольшую папку Ною, снова поклонившись. — Мы можем утверждать, что эта необычная сила — скажем так, неизвестная переменная действительно была задействована. А мы, люди деловые, не любим иметь дело с чем-то скрытым. Нам нужно разрешение на проведение разведывательных работ на острове Мейнохама, в частности, в шахтах...       — Секунду, — прервал его Авантюрин и вежливо улыбнулся, — пока поговорим о нюансах именно как деловые люди. Что касается истории… Исследовательница Такано Кароши упомянула, что на лабораторию двадцать лет назад напали и уничтожили материалы исследований, а также убили персонал. Расскажите мне об этом подробнее.       Иори снова поёрзал на стуле и выдохнул. Он будто желал тоже казаться серьёзным и важным человеком, прямо как его партнёр из семьи Хакада.       — Мы думаем, что это была партия... организация… «Тысяча журавлей» называется. О ней многие знают в столице.       — Я пока не слышал нигде это название, — ответил Авантюрин. Он наклонил голову и поджал губы. Что-то в происходящем ему не нравилось.       Хакада выдохнул, и Авантюрин с удивлением заметил, что он начал нервничать и поправлять галстук. Почему-то воображение Авантюрина сразу нарисовало неуместную картину, как помощница Хакада помогла надеть ему костюм после сауны, принятой с партнёрами. Правда, это помогло почувствовать себя увереннее. Любой, даже самый могущественный человек, был в первую очередь просто человеком. Например, как его первый хозяин, которого он убил.       Помощник Хакада нажал на пульт, появился следующий слайд — красный флаг со множеством журавлей, нарисованных красивыми крупными штрихами кисти.       — Организация поддерживает незаконные профсоюзы рабочих, которые принадлежат нашим с Акаши-саном заводам. В основном благодаря довольно…насильственным методам, — сказал Акира и поджал губы. — И в принципе все стихийные и организованные движения в префектуре Нанива, но суют свой нос в дела и в других префектурах тоже. Насколько мы знаем, у движения примерно пять лидеров, но у нас есть только примерные описания и сведения об этих людях. Мы подготовили для вас документы.       Пальцы Авантюрина замерли, он выпрямился и наклонил голову набок. Ной продолжал что-то быстро строчить в блокноте, его ручка двигалась с таким мастерством, словно была кистью профессионального художника.       — Объясните мне, пожалуйста. Почему рабочие на ваших заводах решили организовать незаконные профсоюзы? — спросил Авантюрин и приподнял брови. Да, вопрос им не понравился. Иори открыл рот, чтобы что-то сказать, но отвернулся, скрестив руки на груди. Ему явно стало неуютно и захотелось уйти.       — Индексация зарплаты была маленькой, по их мнению, — сказал он наконец и закатил глаза. — Они вечно чем-то недовольны. Ну, этим бездельникам лишь бы в го играть на деньги и ничего не делать.       — Да, это случилось после ударного выполнения годового плана, — мягко сказал Хакада, но продолжать не стал, лишь поправил галстук. Авантюрин против воли усмехнулся. — С отчётами по прибыльности концерна вы также сможете ознакомиться. Результаты впечатляющие, и проблем нет, но хотелось бы нарастить темпы производства, это раз. А два —сократить издержки.       «Сократить издержки за счет зарплаты этих самих рабочих, — подумал Авантюрин, отпив из стакана воды. — Что ж, и такой способ существует». Он снова взглянул на своего сотрудника, человека аккуратного, исполнительного, тихого и честолюбивого. Совесть кольнула в груди, почти там, где Авантюрин хранил свой опорный камень. Мог ли он подвести тех, кто приехал с ним на Мидзукай-VII? Нет, не время было думать об этом.       — Перейдём к возражениям, — тихо сказал Авантюрин, расслабившись и откинувшись на спинку стула. — Даже если эксперименты будут проводиться скрытно и успешно, рано или поздно общественность узнает об их результатах. Вы думаете, что реакция будет положительной?       Глаза Иори расширились. Возможно, он не ожидал от представителя КММ подобных вопросов.       — Вы не совсем понимаете людей Мидзукай-VII, — сказал он и покачал головой. — Мы относимся к этому иначе.       — Спокойно, — вставил Хакада и поднял руку. — Возражение господина Авантюрина ожидаемо и разумно. У общественности больше вызывают вопросы искусственные войны, которые по своей природе остаются…механическими. Благодаря просветительской деятельности КММ многие узнали о ваших войнах с императором Рупертом и антиорганическом вирусе. Именно его боятся люди, особенно в высших кругах, а не искусственно выращенных органических людей.       Аргумент был неприятным для Авантюрина, но весомым. Ной продолжал конспектировать их разговор со своей обычной педантичностью. Почему-то Авантюрин испытал лёгкую неловкость, когда он поднял голову от блокнота.       — Простите, Хакада-сан, имею возражение. Антиорганический вирус способен поразить любое существо во вселенной.       Помощник Горо ответил мгновенно, не раздумывая:       — На основе данных мы выдвигаем предположение, что та самая неизвестная сила будет ему противостоять.       — Хорошо, секундочку, — сказал Авантюрин и скрестил руки на груди. Всё-таки он тоже готовился к этой встрече со вчерашнего дня, когда расстался с Киёко. — Если просветительская деятельность КММ настолько успешна, то вы прекрасно знаете, кто такая Полька Какамонд. Не думаете ли вы, что можете привлечь её внимание?       Теперь уже Акира Хакада забарабанил пальцами по столу. Его помощница наклонилась, подлив ему воды в стакан и отступила, но глаза её следили за ним не отрываясь. Только сейчас Авантюрин заметил, что её лицо и лицо помощника в костюме были абсолютно одинаковыми. Близнецы, внешность которых он не мог никак запомнить.       — Эксперименты уже проводились, и я могу вам точно сказать, что тогда внимание Польки Какамонд и эона Эрудиции они не привлекли. Разрушение лаборатории выглядело иначе. По результатам расследования было вынесено заключение, что там побывала группа людей, а не одна госпожа Какамонд. Она всегда наносит точные и единичные удары своим скальпелем.       Повисла тишина, липкая и отвратительная. Авантюрин выдохнул, но облегчения это не принесло, словно вокруг стало особенно душно, затылок его стал тяжёлым. Сейчас ему хотелось уйти отсюда, встретиться с Киёко, выпить что-то алкогольное, сыграть партию в покер…       — Законная база, — продолжил Авантюрин.       — Парламент над этим работает. У них будет много времени — по нашим расчетам реализация проекта займет много времени — от пяти до восьми лет.       — Почему прошлые эксперименты проводились без ведома КММ?       Хакада замялся, и Авантюрин заметил, что ему стало жарко. Да, наверное, особенно неприятно потеть как раз после принятой сауны.       — Мы не можем сказать точно, знала о них КММ или нет, — вмешался Иори, теперь его голос звучал мягче и вежливее. — Проект финансировался промышленным концерном Исихара, которого больше не существует, как и всех документов. Про учёных сами знаете — их убили всех. От нескольких из них даже мокрого места не осталось, поэтому родственникам даже нечего было выдать, — он сказал, покрутив в руках карандаш, и сам смутился под конец своего замечания, потому что снова прозвучал грубо.       Они говорили одно и то же. Подумав об этом, Авантюрин выпрямился. Настало время для ограниченной рациональности. Он даже не знал, сколько времени сможет выторговать для себя, чтобы принять настолько сложное решение.       — Я попросил исследовательницу Такано Кароши подготовить концепцию проекта и план через неделю, — сказал он, улыбаясь снова. — Но вы должны понять, что недели на принятие решения не хватит. Мы можем назначить следующую встречу через две недели, но вы должны понимать, что и этого может быть недостаточно, и возможно, что встреча станет лишь промежуточной. У меня есть предложение для вас. Рассмотрите его.       Авантюрин помолчал несколько секунд и продолжил.       — Я бы хотел посмотреть на ваши предприятия. Возможно, самые крупные. Выбирайте сами, — сказал он, дружелюбно улыбнувшись. — Мне всё-таки нужно ознакомиться с вашей работой.       — Конечно, господин, — сказал Хакада, театрально положив руку на сердце. — Давайте мы свяжемся с вашим ассистентом через две недели, и мы назначим новую встречу…       — А сейчас, — вмешался Иори, скрестив руки на груди, — давайте устроим обед, отдохнем, послушаем музыку, сыграем, — он мгновенно оживился и повернулся к помощнице Хакада. — Момо-чан…       — Да, Момо, распорядись, чтобы подали обед, — сказал Хакада. Глаза его сузились, а голос стал строгим. Девушка кивнула и тихо ушла. Авантюрин просто наблюдал за ними молча, когда Ной встал так же бесшумно, взяв подмышку свой небольшой портфель. Хакада мгновенно развернулся к ним. — Нет, господин Ной, вы тоже можете остаться.       — Спасибо большое, — тот поклонился, и Авантюрин с удивлением отметил, что он был рад этому приглашению.       

***

      Не хотелось этого признавать, но Авантюрин проголодался, поэтому с аппетитом принялся за поданный обед. Он ловко покрутил палочки в пальцах, затем посмотрел на лапшу с бульоном — помощница Момо назвала её рамэном. Авантюрин прищурился, когда заметил в своей миске рядом с яйцом несколько полукруглых морепродуктов розового цвета.       — Это креветки, — бесцветным голосом объяснила Момо и исчезла из виду. Авантюрин подцепил одну палочкой. Он отметил про себя неловкость, с какой всегда уверенный и спокойный Ной пытался есть свой рамэн.       — Вкусно, — тихо заметил Авантюрин и продолжил есть. Он не знал, стоило ли ему продолжать разговор о работе за обедом и каковы были законы мидзукайского этикета. Наверное, стоило обратиться к более светским темам для беседы. Ной откашлялся и улыбнулся, обращаясь к Хакада и Акаши.       — У господина Авантюрина очень плотное расписание, — соврал он, не моргнув и глазом. — Если у вас есть планы на сегодня…       — Да, я думаю, мы можем сыграть в космические шахматы и послушать музыку, если Авантюрин-сан не возражает, — ответил Хакада, наклонив голову на бок. Казалось, он был недоволен, словно понял, на что ему намекнул Ной. Тот лишь кивнул и продолжил есть, неуклюже цепляя лапшу палочками. Иори был на удивление молчалив, но Авантюрин понимал, что он скучал, поэтому решил занять себя поеданием рамэна, попросив дополнительную порцию прежде, чем остальные доели даже одну. Судя по выражению лица Хакада, умеренность в еде ценилась мидзукайцами сильнее, чем хороший аппетит.       Авантюрин подтвердил свою готовность провести время с представителями могущественных семей и поднялся из-за стола. Его даже распирало любопытство и желание осмотреть особняк или хотя бы какую-то его часть. Ной встал аккурат с ним и резко выпрямился, словно куда-то торопился. Его всегда светлое и мягкое лицо отчего-то стало жёстким. Стоило Хакада отвернуться, как он остановил Авантюрина одним движением руки, схватившись за его рукав с твёрдой точностью.       — Господин, — едва слышно он сказал, искоса взглянув на остальных. — Прямо перед этой встречей Иори Акаши говорил со мной. Он предлагал свои услуги по…нахождению интересных для вас развлечений, поскольку имеет нужные связи и опыт.       Брови Авантюрина даже приподнялись в удивлении, но он мгновенно смахнул с себя лишние эмоции. Значит, ещё один игрок в окружении. Значит, хочет сблизиться с ним, Авантюрином. Он кивнул в ответ Ною, но промолчал, поскольку Хакада снова обратил на них внимание.       

***

      Что действительно поражало воображение Авантюрина, так это особняк семьи Хакада несмотря на то, что он успел его осмотреть изнутри как следует. Ему показалось, что здесь везде были лестницы — мраморные, деревянные, даже бетонные, маршевые и винтовые, монолитные и изогнутые. Дом внутри был будто скроен из разных кусков, переходящих друг в друга гармонично, но было также то, что он заметил почти сразу. Он не заметил мидзукайских традиционных мотивов нигде. Увидел любовь к роскоши, какая была у некоторых… богатых людей с Пир-Пойнт — огромные люстры, гобелены, картины с другими главами семьи в классическом стиле, никакой мидзукайской традиционной живописи. Разве что Авантюрин отметил про себя обширную коллекцию холодного оружия на стенах всего второго этажа от двери к пространству между частью дома, где жила прислуга, и до очередного лестничного проёма наверх и вниз. Именно здесь он увидел хоть что-то мидзукайское — клинки разных размеров, размещенные на стенах как коллекция. Авантюрину хотелось протянуть руку и дотронуться до самого длинного и изогнутого меча, но его окликнул Иори.       — У Хакада много родственников? — спросил Авантюрин, сложив руки за спиной. Глава дома был впереди на несколько шагов, показывая что-то важное Ною.       — Верно, гораздо больше, чем у меня, — ответил Иори и отчего-то горько улыбнулся. Авантюрин снова оглянулся, прикоснувшись ладонью к порогу большой комнаты — мягкое дерево в тёплых цветах. Здесь было уютно, и ему обстановка даже понравилась. Акаши продолжил, — но не думайте, что Хакада — исключительно примерный семьянин.       — Да, я знаю, — сказал Авантюрин и прищурился, убедившись, что Хакада и Ной их не слышали.       — Не всё знаете, — Иори сказал это неожиданно дружелюбно по сравнению с тем, как они общались на презентации. Его тёмные глаза, казавшиеся Авантюрину уставшими и такими же погасшими, как у него самого, хитро прищурились. — Он очень склонен к особенным развлечениям… для любителей боли, — Иори весело рассмеялся, из-за чего Ной оглянулся на них. Авантюрин промолчал, поскольку у него не было желания комментировать личную жизнь хозяина особняка. Его больше заинтересовало отношение к ней Иори. Тот покачал головой. — А ещё Хакада довольно высокомерен. Уверяю вас, я не такой, — он подмигнул и прибавил шагу.       Затылок Авантюрина будто сдавило клещами, но он сдержал тяжёлый вздох и последовал за Акаши.       Вполне очевидно Авантюрин уже начал уставать от количества людей вокруг и необходимости общаться с ними не потому, что его в принципе угнетали шумные собрания, нет. Он испытывал скорее острое желание в развлечении, а не светских беседах с важными людьми, от которых зависела его жизнь, и наоборот, когда от него зависело их благополучие.       Но даже он развернулся стремительно из-за удивления, когда увидел Таоки, торжественно вышедшую в большую комнату для приёма гостей. Она сияла гораздо ярче, чем позавчера, одетая в блестящие зеленые шелка. Бриллианты на её заколках слепили, что показалось ему странным. До этого Авантюрин нигде не видел и не замечал на Мидзукай эти обработанные камни, ни просто их упоминания. Когда Таоки ему улыбнулась, он скрестил руки на груди и сел на неудобный стул за столик с космическими шахматами. Развязной походкой она подошла ближе и поклонилась в язвительном знаке уважения. Авантюрин издал лишь смешок и обратил внимание на Хакада, который только что надел на костюм светло-коричневый хаори, что выглядело забавно.       — Сыграем, — сухо сказал он. Иори Акаши не проявил интереса к игре. Краем глаза Авантюрин заметил, что он разговаривал с Горо и Ноем.       Как только партия в космические шахматы началась, со стороны фортепиано раздалась быстрая и бодрая мелодия. Таоки с улыбкой на лице играла её, активно двигаясь, словно занималась спортом, а не сидела за музыкальным инструментом. Хакада нахмурился и посмотрел на неё, после чего она продолжила играть уже сдержаннее. Однако музыка была громкой, даже тяжёлой и местами диссонансной.       — Я вас не слышу, — сказал Авантюрин, подняв голос. Он сделал свой ход, едва сосредоточившись на игре. Хакада сконфузился и поднял руку, что дало Момо сигнал. Та подошла к Таоки и наклонилась к ней. Спустя пару мгновений музыка стала спокойнее и тише.       — Простите, — произнёс Хакада, сделав очередной ход ферзем. — Вы знакомы, верно?       Авантюрин усмехнулся, даже не стараясь сдержать себя. Не в покер играли всё-таки.       — Да, мы встретились позавчера. Конечно, Таоки-сан вам об этом рассказала и о том, что произошло тоже.       Хакада слишком резко подвинул очередную фигуру в отличие от Авантюрина, чьи движения были невесомыми и плавными.       — Ваша слава бежит впереди вас, поэтому я не удивился, — немного хриплым голосом произнёс Хакада. На его лицо упал свет, и Авантюрин заметил, что он вспотел. — Но я не думал, что вы в первые же дни найдете… особенное место вне закона.       — Казино. Говорите прямо, — сказал Авантюрин и подвинул ладью. Партия развивалась стремительно. — Нас всё равно никто не слышит.       — В моём доме азартные игры запрещены, как и на всей планете, — чётко произнёс Хакада, поджав губы, и сталь в его голосе была слышна даже с музыкой фортепиано на фоне. Авантюрин горько усмехнулся, потому что он понял: этому человеку он не нравился. Вот он, ключ к ситуации. Пальцы Авантюрина дотронулись до фигуры, затем отпустили её. Он задумался.       — Вы тронули фигуру… — начал было Хакада, но резко замолчал, поджав губы.       — Однако Акаши-сан любит эти игры, верно? — спросил Авантюрин и подвинул ферзя вперёд. Да, он прекрасно знал, что делал, потому что рядом с его ферзём находился конь противника. Бездонно-тёмные глаза Акиры Хакада внезапно блеснули торжеством. Авантюрин добавил, — значит, вы не одобряете его увлечений?       — Партнёрам необходимо относиться к слабостям друг друга…с пониманием, — добавил Хакада.       — Это у вас взаимно?       Хакада проглотил наживку и подвинул пешку, чтобы заманить ферзя, а Авантюрин лишь миролюбиво передвинул коня. Партия продолжалась.       — Не могу знать, — ответил Хакада и поджал губы, двигая другую пешку. Авантюрин улыбнулся и подвинул ферзя. Шах. Хакада добавил, — вам не стоило отвлекаться от партии, Авантюрин-сан, — его имя Акира произнёс свистящим полушепотом, съедая его ферзя и убирая его с доски.       — Или вам не стоило, — мягко сказал Авантюрин, и показал на своего коня. — Шах и мат, Хакада-сан.       Лицо Хакада приобрело неприятный розовый оттенок злости. Авантюрин даже забеспокоился, но тот сразу выдохнул и успокоился. За всю жизнь Авантюрин видел мало настолько вымученных неискренних улыбок, как эта.       — Хотите покурить? — спросил Иори Акаши, появившийся рядом так же внезапно, как побледнел Хакада. — О, Авантюрин-сан выиграл. Интересно.       — Да уж, я думал, что он в основном увлекается азартными играми, — пробормотал Хакада, вставая. — Помните, Акаши-сан, никакого курения у меня в доме. Я отлучусь.       Авантюрин положил ногу на ногу, наблюдая за тем, как ушёл Хакада — походка его была нетвёрдой. Он наклонился к Таоки и начал ей что-то выговаривать, лицо его снова покраснело.       — Нет, спасибо, я не хочу сейчас курить, — ответил Авантюрин, чтобы отделаться от Иори. Сейчас он был не готов к разговору с человеком, который очень хотел стать его компаньоном. Главы концернов разыгрывали только известные им карты.       Не они одни — к Авантюрину развязной и уверенной походкой направилась Таоки. Затем она резко поклонилась ему чуть ли не до самых пят. И честно говоря, у Авантюрина возникло колючее ощущение, что каждый присутствующий в этом доме неожиданно возжелал с ним пообщаться. Видимо, как он подумал, ему только и оставалось, что принимать всех так, сидя, возможно, подождать ещё и слуг.       — Здравствуйте, Тори-сан… или как вас там, Авантюрин? — весело спросила Таоки. — Как поживает Киёко-чан? Думаю хорошо, такие как она долго живут и не стареют…       — Всё замечательно, — Авантюрин негромко прервал этот поток слов. Он задумчиво взял в руку фигурку ферзя и покрутил её в пальцах. — Я и подумать не мог, что вы сразу расскажете о нашей встрече Хакада-сану. Вы с ним, наверное, очень близки.       Таоки издала короткий и злой смешок. Она стояла перед ним, не садясь, лишь склонившись в фальшивом и насмешливом знаке почтения.       — Я следую принципу полного доверия в отношениях с такими хорошими людьми как он, — сказала она и ухмыльнулась. — Ни вы, ни Киёко-чан этим похвастаться не можете, верно?       — Мы познакомились только позавчера, — ответил Авантюрин, таким образом отклонив её попытку его уколоть.       — Но вы уже доверились ей и пошли с ней в игорный дом, преступив черту закона, — ехидно заметила Таоки. Она пыталась звучать драматично. — Я знаю, что вы заядлый игрок и к вам подошла потому, что хотела предупредить: у Хацуно-сан — которой принадлежит тот игорный дом, если вы забыли — сейчас серьёзные проблемы. И в ближайшее время открываться она не будет нигде, — пропела Таоки и присела на краешек кресла, где до этого находился Хакада. — Но я буду доброй и помогу вам советом, а может даже покажу направление к…       — Нет, спасибо, моя дорогая, — мягко ответил Авантюрин. Его раздражение выдавало лишь легкое постукивание ногой под столом. И он снова покрутил в руке ферзя. — Я решил воздержаться от игр в ближайшие несколько недель. У меня очень много работы, ежедневник моего помощника исписан от корки до корки, — он снова взглянул на фигурку, задумавшись. Кем же станет его королева в этой игре? Неужели Киёко? Именно от неё бы он принял приглашение сходить в казино.       Таоки фыркнула.       — Зря вы так, — сказала она и скрестила руки на груди, затем замолчала. Хакада вернулся, бросив на неё строгий взгляд, но она даже не пошевелилась. Тогда Хакада легонько толкнул кресло, что заставило Таоки вскочить. Авантюрин наблюдал за этой пантомимой с ироничным интересом, но он выдохнул с облегчением, когда Таоки исчезла. Правда, подозрение закралось в голову мгновенно — слишком театрально себя вёл Хакада. Что если он попросил Таоки подойти к Авантюрину с предложением компаньонства, чтобы следить за ним?       Да, Авантюрин действительно устал.       Стоило Хакада сесть обратно, как он сразу поднялся с места.       — Я хочу перекурить, — объяснил Авантюрин и, не глядя на Хакада, он отошёл. В проёме он, правда, чуть не столкнулся с Акаши, который открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел.       Авантюрин направился к чёрному выходу на задний двор наугад, но понял, что может заблудиться. Он встретил Момо, которая сразу с подозрением прищурила глаза.       — Мне нужно отойти на пять минут, — с неохотой объяснил он, и его снова накрыло чувство, что он уже где-то встречал эту девушку со шрамом на щеке. Она показала направление лёгким движением руки направо и удалилась. На душе стало тяжелее, будто портреты важных и богатых хозяев дома на стенах смотрели на него с осуждением.       Свежий воздух принёс облегчение и дал сил открыть глаза широко, чтобы осмотреться. Почувствовав укол совести, Авантюрин вытащил из кармана небольшой золотистый портсигар и обычную чёрную зажигалку. Он курил редко, но не потому, что КММ не одобряло наличие вредных привычек у сотрудников. Просто не испытывал потребности в курении.       Преодолев чувство, что за ним кто-то следит, Авантюрин закурил лёгкие сигареты и прикрыл глаза. Когда открыл обратно, то заметил красоту сада вокруг, правда, отличную от того, что он видел в центральном Императорском саду. Переплетение дорожек, каменные фонари, необычные деревья с фиолетовыми плодами, которых он раньше не видел, мох — всё создавало неповторимое впечатление, которое удивляло ещё и контрастом с огромным особняком в центре, снаружи также непривычном для мидзукайской архитектуры. Даже сзади Авантюрин издалека заметил беседку, а ещё дальше что-то вроде чайного домика. Такие он видел в туристическом путеводителе, который листал Ной.       Мимо пролетела беспечная бабочка — бледно-зелёная с чёрным сложным рисунком, на первый взгляд похожий на крапинки рядом с длинными линиями, как на цветке, и задние крылья украшал такой же рисунок, но красный. Авантюрин в удивлении моргнул, когда бабочка присела на бледные растения, которые росли рядом с местом, где он стоял, гроздьями. Не успел он выдохнуть полной грудью, как бабочка взлетела и затем уселась прямо ему на нос. Может, ей тоже понравились его глаза? Авантюрин даже смог вытащить сигарету изо рта, и бабочка не улетела, но он всё-таки затаил дыхание. Бабочка лишь раскрывала и закрывала крылья.       Да, этот сад был прекрасен — он являл собой величие человеческого разума в сочетании с красотой природы. Однако чувства, охватившие Авантюрина, оказались настолько сильны, что он даже не мог их объять и понять. И сейчас бы он снова ощутил себя чужаком, совсем как в Императорском саду, но это маленькое создание, которому жить оставалось несколько недель, признало в нём часть окружения.       Бабочка снова расправила крылья и мягко взлетела. Авантюрин проводил её взглядом, забыв о сигарете. Рука сама потянулась к телефону в кармане, и снова в груди кольнула вина. После всего, что он здесь увидел и испытал, его мысли всё равно возвращались к Киёко и желанию встретиться с ней.