Глава 13. Не сломленный

Утро началось так же, как и вчера, и позавчера. Джон проснулся рано, хотя мог бы поспать подольше — но привычка работать в лаборатории, вставать по расписанию и сразу включаться в процесс делала своё дело. Сначала он заставил себя не думать о Ло. Просто делать обычные вещи: умыться, приготовить себе завтрак, заняться чем-то по дому. Однако это оказалось сложнее, чем он ожидал. Ло был где-то поблизости, но не привлекал к себе внимания. Он вёл себя так, будто его тут нет — не говорил, не смотрел в сторону Джона, не вмешивался. Однако Джон всё равно ощущал его присутствие. Это было странное чувство: он не видел Ло, но знал, что тот наблюдает. Иногда Джон бросал мимолётные взгляды в его сторону. Ло действительно не сидел на месте. Он ходил по дому, разглядывал стены, окна, двери. Будто пытался понять, где он оказался. Джон ничего не сказал. Просто наблюдал.

***

Ло двигался неспешно, но внимательно. Его взгляд скользил по предметам в комнате, по книгам на полке, по редким вещам. Иногда он трогал их, переворачивал в руках, но почти сразу откладывал, будто теряя к ним интерес. Джона это начинало раздражать. Он молчал, но всё сильнее чувствовал, как в нём закипает что-то непонятное. Когда Ло в очередной раз приоткрыл дверцу шкафа и заглянул внутрь, Джон не выдержал: — Ты что, инспекцию проводишь? Ло даже не обернулся. — Нет, — спокойно ответил он, продолжая изучать полку. Его голос был настолько будничным, что Джон почувствовал себя глупо. Он не знал, что хотел услышать в ответ — возможно, какое-то объяснение или даже оправдание. Но Ло просто констатировал факт, как если бы Джон спросил его, идёт ли дождь. Но Джону что-то казалось странным. Лололошка не выглядел, как человек, который считает этот дом временным убежищем. Скорее, он относился к нему как к чему-то, что пока не мог понять. Не чужое, не своё — просто пространство, которое требовало изучения. Джону вдруг стало не по себе от этого взгляда. Он видел, как Ло оценивает обстановку, будто пытаясь разгадать её, а не привыкнуть.

*** 

Джон склонился над записями, бессистемно листая страницы. Мысли с трудом собирались в связные выводы, и он машинально постукивал пальцами по столу, потом встал и начал прохаживаться по комнате. Ему так думалось лучше — движение помогало сосредоточиться. Он даже не сразу понял, что Ло наблюдает за ним. Тот сидел в кресле у окна, безразлично рассматривая улицу, но когда Джон в который раз развернулся и направился в другую сторону, услышал негромкое замечание: — Ты всё время двигаешься. Джон остановился. — Что? Ло на мгновение замер, будто осознав, что сказал это вслух. Его поза осталась расслабленной, взгляд не оторвался от окна, но напряжённость в плечах выдала его. — Когда злишься или думаешь, — сказал он ровно, но чуть тише. — Не можешь усидеть на месте. Джон прищурился, рассматривая его. Ло избегал прямого взгляда, будто ничем не интересовался, но… он ведь заметил. Значит, следил за ним? Джон уже открыл рот, чтобы спросить что-то, но передумал. Не сейчас. Ло сделал вид, что ничего не произошло. Джон тоже позволил разговору угаснуть. Но внутри что-то щёлкнуло. Ло признавал его присутствие. Хоть немного.

***

Вечер выдался тихим. Джон сидел за столом, делая пометки в своих записях, а Ло, как обычно, молча находился в комнате, не мешая, но и не уходя. Он не проявлял интереса к записям, не задавал вопросов. Просто находился рядом — почти незаметный, если бы не его присутствие, ощущавшееся на грани сознания. Джон привык к этому молчаливому соседству, но внезапно Ло нарушил тишину. — Я не верю тебе. Джон замер, задержав дыхание. Он медленно поднял голову от записей. — Что? Ло не смотрел на него. Он сидел, опершись локтями на подоконник, и задумчиво наблюдал за улицей. Сказанное повисло в воздухе, и на мгновение показалось, что он передумал продолжать. Но затем Ло всё же заговорил: — Это слишком нереально… — Ло слабо качнул головой, будто сам не до конца верил в происходящее. — Всё это. Ты, этот дом, твои попытки разговаривать со мной, вести себя так, будто мы можем просто… существовать рядом. Джон нахмурился, но Ло продолжил, не давая ему вставить ни слова: — Ты всё равно смотришь на меня так же, как они. Как на проблему, с которой надо разобраться. Только вот… — Он замолчал на секунду, чуть прищурившись. — Ты слишком стараешься делать вид, что нет. Джон хотел возразить. Хотел сказать, что это не так, что он не такой, как остальные учёные. Но язык не повернулся. Потому что частично Ло был прав. Он действительно смотрел на него как на загадку, которую надо разгадать. Не как на подопытного, но как на ключ к болезни, на шанс понять природу вируса. Молчание затянулось. Ло медленно выдохнул, и голос его стал тише, почти безразличным: — Но я не знаю, чего хочу. — Ло говорил тихо, но в этой тишине не было растерянности. Только усталость. — Я не хочу быть просто подопытным. Он чуть наклонился вперёд, глядя в тёмное окно. В его взгляде не было отражения света, только темнота, сливающаяся с ночной улицей. — Но, видимо, другого выхода у меня нет. Эти слова прозвучали спокойно, почти отстранённо, будто он уже смирился с этим. Будто эта мысль давно засела в его голове, и он повторял её снова и снова, чтобы привыкнуть. Но Джон заметил: Ло сжал пальцы в слабый кулак. Едва заметно, но всё же. Смирение было временным. Джон просто смотрел на Ло, осознавая нечто новое. Человек перед ним — он не просто носитель болезни. Не просто объект изучения. Он тот, кому страшно. Тот, кто не знает, что делать, не видит выхода. Кто держится отстранённо не потому, что хочет этого, а потому, что не привык к другому отношению. Но он не из тех, кто сдаётся. Ло будет бороться до последнего, пока есть хотя бы крошечный шанс. Он не станет просто ждать своей участи — не в его характере опускать руки. И особенно если кому-то рядом нужна помощь. А сейчас, похоже, помощь нужна была Джону. Ло не знал, будет ли лекарство создано, но пока есть хотя бы маленький шанс, он оставался здесь. Он был готов пойти на эксперименты, был готов стать тем, на ком Джон будет проверять свои теории, если это приблизит его к цели. Или, может, дело было не в Джоне, а в самом заболевании. Ло не хотел, чтобы болезнь продолжала забирать людей. Не хотел, чтобы ещё кто-то столкнулся с этим. Он не знал, сколько у него осталось времени, но уходить в неизвестность было хуже. Если он потеряет себя там, снаружи, он станет угрозой. И тогда его точно никто не остановит. А здесь был Джон. Тот, кто сможет, если что, поставить точку. Джон не знал, была ли эта черта частью болезни или тем, каким Ло был раньше. Но в нём она читалась ясно: противоречивая, не до конца понятная, но настоящая. Ло не доверял Джону, держался настороженно, но если бы вдруг случилось что-то непредвиденное… Джон почти не сомневался, что Ло помог бы. Почему? Он не знал. Но теперь понимал одно: Ло не был сломлен. Он не смирился. Просто пока не видел дороги вперёд. И если Джон действительно хотел помочь… ему нужно было перестать видеть в Ло только разгадку.