Часть 37

      Мишка пытается отдышаться, опираясь на вбитые в землю колья. Я знаю, что сейчас он на меня злится, потому что я, это самое, ну… Потому что я оказался прав.       — Да, блин, Мих, ну на хрена было закидываться непонятной дрянью? А если бы он тебе в самом деле дал яд?       Миха поднимается и пихает меня в плечо.       — И что тогда? Ты бы просто ещё больше его зауважал. Да ты, Князев, просто сам, ё-моё, как его, марионетка, вот, председатель промыл тебе мозги, а ты всему веришь и всего боишься. Как ты с таким характером собираешься играть в нашей группе?       — Мих, а это поведение делу поможет? Если ты по глупости влипнешь в жуткую историю? Или отец тебя закинет учиться реально на Дальний Восток?       Мишка достаёт сигарету.       — Иди, жри свою приманку, когда вернёшься, добазарим.       — Горшок, да, я реально хочу поесть. Потому что я с утра на ногах. Я, б…., впилился в дерево, попал в ураган и случайно погладил волчонка. И только я выдохнул, как припираешься ты и, хренак, а не закинуться ли мне сверху наркотой. Если это было ради группы, то я выхожу из неё прямо сейчас.       Миша сверлит меня глазами.       — Это просто какое-то колдунское суперзелье.       — А может, Сыр-бор обманул тебя и скоро начнётся приход, а после отходняк?       Потом вспоминаю слова начальника.       — Не кури, мне больше сегодня нельзя.       Я жду, что Мишка взорвётся опять и выскажет мне всё про трусость и, ну и вали такой умный на все четыре стороны. Но Миха шутливо пихает меня в сторону хаты, а потом обнимает за плечи, подстраиваясь под мой шаг.       — Ну, боксёр из тебя, Андрюха, конечно, совсем х...... Так ты тому психу не накостыляешь.       Я молчу. Я надеюсь больше с Митькой никогда не встречаться.       Возле дома мы с Мишкой, обливая друг друга, моем руки и заходим в хату. Тамара Ивановна раскладывает еду. Миха с опаской таращится на грибы, а Сыр-бор посмеивается, глядя на него.       — Для добрых видений, боец, ешь, не пужайся. Лучше скажи мне, чего это Саша повадился сюда часто технику гонять? Столько почты у нас, пока завод работал, не имелось.       Миша сжимает губы, но потом отвечает.       — У него девушка здесь.       — На ферме?       Мишка качает головой.       — Нет. Деревенская.       Сыр-бор с силой кладёт на стол вилку, но ничего не отвечает. Потом поднимает глаза на Мишу и абсолютно спокойно говорит.       — Побелку в сарае возьмёте и печь у Андрея закрасите. Хату лесника я отомкнул. Через час я приду из конторы и поедешь, малец, обратно в госпиталь. Со двора оба никуда не идёте. А ты, Миш, с Сашей болей пока не езди.       — Почему?       Сергей Борисович смотрит на жену, а потом в окно.       — Время сейчас штормовое, опасно.       Тамара Ивановна задумчиво кивает.       — Короткими ночами зарницы ярче.       А потом спохватывается, глядя на наши пустые тарелки.       — Поели, хлопцы, то ступайте до хаты, я сама приберу.       Тамара Ивановна тянется к тарелке, а Сыр-бор, не отрываясь, продолжает глядеть в окно. Мне ничего не видно, солнце слепит. Мишка шепчет в ухо:       — Ушёл в астрал.       Я прыскаю от смеха, и мы быстро выметаемся из дома, но начинаем ухахатываться уже на пороге.       Машина, на которой приехал Миша, стоит на краю деревни, а возле неё незнакомый мне мужчина. Он нас не замечает, а силится что-то высмотреть в кабине.       — Кто это, Мих?       Я показываю Мишке на машину, а человек, будто испарился.       — Андрюх, тоже начал призраков видеть?       Мишка лыбится, но мне почему-то не по себе. Даже волчицу я испугался меньше.       Я рисую Михину рожу на печке, он возмущённо пыхтит, а потом всё-таки начинает опять ржать. Вздыхаю, что фотик остался дома, и закрашиваю свои художества. Мишка берёт гитару.       — Нам надо тему свою словить. Ну типа, как в Пьянке.       — Ага. Сейчас напою: Я ел грибы несъедобные, Мутило меня до беспамятства. И надпись моя надгробная Гласила…       Раздаётся выстрел почти рядом с домом. Начинают лаять деревенские собаки, мы выскакиваем на улицу. Председатель с ружьём за плечом бежит к краю деревни и машет нам рукой.       — А ну, брысь. С утра с батькой своим вертаться будешь. Замкнитесь, бойцы, и фиранки опустите.       Миша пытается высмотреть, что там, а я случайно оборачиваюсь в другую сторону. И вижу, что у дуба за забором в странной позе лежит парень в военной форме.