Часть 38

      Я зажмуриваю глаза, а когда открываю их, тело исчезает. Нет, ну два призрака за один вечер — это уже слишком. Я направляюсь к забору, загребая сапогами землю. Блин, опять придётся ноги мыть. Миша догоняет меня и хватает за рукав.       — Андрюх, ты куда собрался?       — Охотиться на привидений.       Миха не отпускает мою рубашку.       — Князев, ты сдурел? Надо валить отсюда срочно. Может, твой Сыр-бор — не военный и не колдун, но точно поехавший.       — Поэтому мне надо проверить.       Мишка качает головой.       — Ты выстрел слышал? Хочешь пулю в лоб получить? Давай просто спрячемся у забора.       Я выдёргиваю рукав, поскальзываюсь на грядке и сажусь на землю от резкой боли в ноге. Горшок наклоняется ко мне.       — Андрюх, ты чего?       — Ничего. Сейчас всё пройдёт. Надо подойти к дубу…       Миха садится рядом со мной.       — Нет смысла так просто бегать по лесу. Нам нужен план. Допустим, ты видел человека возле машины. Мы можем глянуть сначала там на наличие следов.       — Я видел труп на опушке. В военной форме. Может, это Сашка, но я не смог отсюда понять.       Миха смотрит на меня испуганными глазами.       — И кто его утащил? Сыр-бор туда не мог так быстро дойти.       — Я не знаю.       Раздаётся треск, Миха толкает меня в междурядье, а сам падает в соседнее. Из-за дерева показывается рыдающая девушка с топором в руке. А к ней уже действительно бежит Сыр-бор. Он смотрит по сторонам и кивает на деревню головой.       — Иди к Тане, дочка. Топор поклади и ходи. Я после зайду и порешим.       Девушка роняет топор и кидается к председателю на шею.       — Я тату забила, дядь Серёж. Он Шурку душить почал, я на им повисла, а он не выпускал. А потом вы стрелили, а я его тюк. А он… Он не дыхает болей. Я ему кличу, а он лежит. А Шурка мой…       Девушка всхлипывает ещё сильнее.       — А мы с им поспели уже...       Сыр-бор утешительно гладит её по лопаткам.       — От, говорили тебе, Жанка, не вилять хвостом. Ведала ж, девка, что батька строгий, гулять до свадьбы не велит, ось и довела старика до греха.       Нормалёк. У них там два трупа в лесу, а он убийцу к сестре жены отсылает. Просто огнище. А не пошли бы они на хрен! Гляжу на Миху, он кивает, что того же мнения. Мы встаём с грядки.       — Мы всё слышали.       Сыр-бор дёргается, а потом выдыхает. И исчезает из вида. Ну, ох..... Он привык, что от меня угрозы можно не ждать? А вот нет. Я начинаю орать.       — Мы всё расскажем Арсену Аслановичу. А он точно завтра приедет с моими документами и…       Я не успеваю договорить про то, что из-под земли меня достанет. Да и не хотелось бы реально из-под земли. Ещё бы пожить. Сыр-бор вдруг выходит из-за дерева и смеряет меня взглядом.       — Дело говоришь, рекрут. Про документы свои. Ты полнолетний, вот и будешь дружкой Шуркиным. Пером писать уже почти научился.       Жанна испуганно глядит на Сыр-бора.       — Дядь Серёж, а сукня? А стол?       Сыр-бор ей легонько трёт кулаком по макушке.       — Жених полубездыханный валяется, а она туда же: наряды и сласти подавай. Баба Нюра карамелек пусть тебе отсыплет. Ей много сахара не надо. И платье похоронное у ей возьмёшь. Она аккурат белое себе в магазине отхватила.       Мы с Михой переглядываемся. Я говорю, как можно спокойнее, но голос всё равно срывается почти на писк.       — Я не буду кем-то там на свадьбе у мертвеца.       И тут же получаю лёгкий подзатыльник. Подошедшая сзади Тамара Ивановна качает головой.       — Горазд ты, Андрейка, языком ляпать. Совсем он у тебя без костей. Ещё и изгваздался весь опять, точно с могилы вылез. Зачем только в баню ходил?