Часть 84

      Миха пихает меня в бок, когда мы сидим за столом, и указывает бровями на стенку. Там висит фотография молодого мужчины на фоне Инженерного замка.       — Вживую городом полюбуетесь, жуйте быстрее и за работу.       А чего это Сыр-бор их тоже запрягает? Вообще-то пацанов сюда официально не ссылали.       — Парни здесь не работают.       Зря сказал. Председатель медленно кладёт ложку на стол и пристально смотрит на меня.       — Ты, рекрут, у нас теперь за главного?       — Просто…       — Не отвлекайся и шевели челюстями. Обед не резиновый.       Сыр-бор дожидается, пока я заново примусь за суп, и только потом начинает есть сам.       Наконец мы выходим покурить на пороге. Мишка только набирает в грудь воздух что-то сказать, как снова является наш надзиратель.       — Он учился в Ленинграде. Хотя в основном их в поля гоняли, то на учения, то по колхозам.       — А вы где военное училище заканчивали?       Председатель хмыкает и сводит брови, глядя на Мишу.       — А похоже, что я его заканчивал?       — Вас выгнали?       Шура хрюкает и отворачивается. А что я, блин, должен из его фразы понять?       — Нет, боец, учиться мне нравилось. Хоть и после только заочно.       Председатель бросает папиросу на землю и раздавливает её сапогом.       — Ну, отдохнули и хватит, сходите, церкву подметите, а то крыж выносили, всё тресками позасыпали. Потом, рекрут, слева от алтаря ключ возьмёшь, замкнёшь и мне принесёте. Добро?       Я киваю, Сыр-бор возвращается в дом. Чертыхается, выходит, практически швыряет в меня моей палкой и снова исчезает.       Я всё равно ни фига не понял.       — После чего он не мог учиться очно?       Пор пожимает плечами:       — После местной психушки?       — Я б не удивился.       Шура делает мне знак глазами на открытую дверь и прикладывает указательный палец к губам. Да шучу я. Просто надоели уже эти загадки. Но наши размышления прерывает шум машины внезапно затормозившей у ворот. Из неё появляется заплаканная девушка, ровесница Кати и Ленки, которую поддерживает за локоть Юрий Михайлович. Но раньше, чем незнакомка доходит до порога, Миха шепчет мне в ухо:       — Это дочка Аслановича.       Мишин отец здоровается с нами, а девушка никак не реагирует на происходящее. Юрий Михайлович стучит по наличнику двери.       — Мирка, ты?       Девушка испуганно поднимает тёмные глаза.       — Вроде ж на позже домовлялись…       Председатель выходит на порог и ошарашенно замирает.       — А чего не на ферму адразу? Ладно, чакайте, я возьму документы и поедем вместе.       — Дядь Серёж, просто я на грузовике…       Меня передёргивает от внезапного появления Митькиного близнеца. А Мирослав замирает, уставившись на гостью. Та бросает на него робкий взгляд и отворачивается, а парень смотрит на неё, не отрываясь.       — Держи ключ, Мирик, только обережней: не тримайся за печь.       Мирослав не двигается, а девушка, пытаясь не смотреть на парня в ответ, решается взглянуть на нас и почти отшатывается. Миша кивает ей.       — Здравствуй, Самира!       Шурка выразительно шепчет нам с Пором:       — Так они тёзки, получается.