Глава 39. Последние дни перед бурей.

Время на острове было интересным и богатым на новый опыт. – Тебе просто нужно ответить на вопрос, – нож вонзается в колено кричащего культиста. – Я что, многого прошу? Так продолжается уже довольно долго. Заманить к себе двух парней, что отбились от основного отряда, было не так уж сложно. Воинам, особенно, если они были низкого ранга, строго-настрого запрещали даже подходить к Кабуки. Чен берëг их, оставляя лично для себя. Парочка молодых воинов быстро заинтересовались силуэтом, который имел женские очертания. Вырубить разделившихся не составило труда. После их исчезновения, поисковый отряд начал обшаривать места, что были недалеко от дворца, так что пришлось быстренько грузить информаторов и лететь куда подальше. С тех пор, как Кассандра прибыла на остров, она начала веселиться. Пугать Чена видениями или кошмарами наяву было невероятно забавно. Его реакция наполняла ведьму энергией. После первого звоночка, лапшичник перепугался и среди ночи приказал своим болванчикам во главе с Клаусом прочесать остров вдоль и поперёк. Настолько сильно он испугался. Первый раз она появилась во время раунда с роликами. Девушка сидела на крыше, наблюдая за Мастерами стихий и Ченом. Под конец, даже когда все участники встали на сторону Ллойда, отстаивая его честную победу, он ни в какую не хотел присуждать её ему. Только вот стоило Кассандре появиться позади Мастеров, мужчина изменился в лице и всё же уступил, после чего быстренько сбежал. Ведьма доводила его до паранойи, нервных срывов и бессонницы, что, вероятно, было плохой идеей, ведь из-за этого он становился злее. По сути он отправлял своих идиотов в погоню за призраком (что иронично, учитывая то, какой враг будет следующим). Кассандра не оставляла следов своего прибывания на острове и солдаты возвращались ни с чем и очень уставшие. На следующий день после её прибытия, на острове появились Дарет и Ния. Смит быстренько проникла в ряды Кабуки и довольно неплохо там устроилась. После встречи с братом и своим любимым Джеем, зрачки которого имеют все шансы превратиться в сердечки, девушки начала вынюхивать секреты с ещё большим рвением. Кассандра наблюдала за всем из тени. В основном она была подле Чена и его ручного пёсика. С каждым днём паранойя магната крепла, заставляя Скайлор волноваться. Девушка переживала, что отец сходит с ума, но что делать она не знала. Мастер Янтаря могла только слушать бредни горе-папаши о ведьме, что идёт по его душу. Из-за этого он решил, что нужно как можно быстрее собрать все элементы и завершить турнир. Кассандра продолжала его изводить, насылая морок и пугая его. То внезапно появится за спиной, то ночью будет стоять в тёмном углу, ожидая вопроса: «здесь кто-нибудь есть?». Кажется, лапшичник поседел за эти несколько дней.

Ну и ладно.

После него, Кассандра переключилась на Клауса. Мужик, чем-то похожий на Снейпа... Хотя, почему «чем-то»? Тут даже думать не надо. Похож он на него своей немытой башкой. Даже причесончик не помог. Были мысли, что он ходит весь такой угрюмый из-за того, что в Хогвартсе ему сказали «мы Вам перезвоним». А ведь он очень хотел преподавать ЗоТи... Только вот книг о мальчике-которому-не-везло-по-жизни в этом мире не существовало. Забавным было его взаимодействие с Гармадоном. Бывший товарищ его раздражал. Сенсей всем своим видом показывал, что Чен и Клаус ему ой как противны, постоянно фырчал на них и отгонял от сына и ниндзя. Ван Хауст старался задеть его едкими замечаниями, на что Гармадон каждый раз отвечал быстрой остротой, из-за чего колдун кривился ещё больше. Один из таких разговоров её развеселил и заинтересовал. Клаус решил припомнить Сенсею историю с Мисако и подделкой письма, гадко ухмыляясь. Гармадон в долгу не остался и заботливо поинтересовался, не болит ли его рука? Колдун дёрнулся, лицо исказилось в гримасе гнева и он бы даже напал, если бы Чен не приказал ему вмешаться в состязание. Так ведьма поняла, что медальон, который Ллойд носил не снимая (это ведь подарок!), оказал более сильное воздействие, чем она думала. Украшение должно было стать защитным оберегом от тёмной магии. Но оно подействовало намного лучше! Клаус словил нехилый такой урон. Как она позже узнала, рука начала чернеть и движения давались через сильную боль. А чем больше он пользовался магией, тем быстрее проклятие прогрессировало. Но время на смех заканчивалось. Начинались проблемы. Нужно было разузнать, где именно держат Зейна и во время их с Коулом побега подстраховать парней. Именно так и родилась идея приманить собой парочку воинов. Шататься по катакомбам, можно сказать в слепую, не было никакого желания. Темниц там было много, а вот времени будет мало. Кассандра знала, как она выглядит. Знала, что она красива и привлекательна, сама ведь внешность создавала. Так что, двое воинов, которые могли только смотреть на женщин, чуть ли не вприпрыжку побежали к ней. Поняли, что ничего им не светит, парни слишком поздно. Капкан захлопнулся. Проворачивая нож в колене и слушая симфонию криков, ведьма ничего не ощущала. Их страдания не вызывали в ней наслаждения или жалости. Мольбы о пощаде ничего в ней не затрагивали. Всё равно, что насекомое прихлопнуть. В пыточных делах она не мастер, но, тем не менее, что-то умела. Пока она измывался над одним, второй сидел позади, наблюдая за процессом и осознавая, что то же самое ждёт и его. Это очень сильно давило на психику. Жить парни хотели и раскололись достаточно быстро. Кассандра была на семьдесят процентов уверена в правдивости их слов, ведь использовала проверенный метод. Задаешь одному вопрос, ответ на который он должен написать. Потом спрашиваешь другого. Совпал – правда. Не совпал – повышаешь уровень мучений. Первое время они ругались, уверенные в том, что их найдут. Потом надежда начала гаснуть и культисты начали умолять. Это им не помогло. Ровно, как и правда. Закончив, Кассандра замела следы и подбросила изуродованные тела ближе к дворцу. Сама же она пошла за консервной банкой и любителем поесть. Зейн и Коул успешно сбежали... Ну ладно, почти сбежали. Коул и Зейн не были бы Коулом и Зейном, если бы не решили вернуться на фабрику и спасти остальных. Ну, хоть обедом не стали. Уже хорошо. Убедившись, что недо-беглецы благополучно вернулись на фабрику и спрятались, Кассандра со спокойной душой пошла назад. Её подарок произвёл впечатление на всех и посеял панику и хаос. Чен и Клаус нервничали, воины никому не доверяли свою спину, даже своим. Появилась даже байка про мстительного духа, после того, как она оставила части тел погибших под кроватями нескольких главных в этой шайке. – Это отвлечёт внимание от Нии. Так думала Кассандра, идя к выходу из дворца. Завтра всё решится. – Её позвали к Мастеру? Бедняжка... За углом раздался женский голос. Выглянув, ведьма увидела двух Кабуки, которые шли и тихо обсуждали что-то. – Да... – выдохнула вторая девушка. – Новенькая, да ещё и совсем юная. Надеюсь, Мастер не будет слишком груб. От этих слов внутри всё сжалось. Ведьма напрочь забыла про книгу заклинаний и понеслась к покоям Чена. Уже на подходе она видела, как ручка двери дёргается. Чтобы не привлекать лишнее внимание, дева решила забраться в комнату через окно и воспользоваться элементом неожиданности. То, что она увидела там, заставило кровь вскипеть. Чен придавил Нию к кровати своим телом, медленно раздевая её, видимо, чтобы продлить удовольствие. Сама девушка была в каком-то обморочном состоянии. – Эй, я же сказал... – договорить недовольный лапшичник не успел, сразу получив посохом по своей мерзкой физиономии. Кассандра, не теряя времени, берёт девушку на руки и выпрыгивает из окна, начиная идти по черепице. За спиной слышатся крики Чена, который, к великому сожалению и некому удивлению, не вырубился. Как же хорошо, что она сейчас не в своём обличии. Смотря на лицо Нии, которая бормотала что-то неразборчивое, ведьма задавалась вопросом... Как долго проживёт Чен, если, а точнее, когда Кай узнаёт о покушении на девственность его любимой младшей сестрёнки?

***

Отнеся её в скрытую от чужих глаз пещеру, Кассандра намазала все укусы мазью и положила рядом с ней другую одежду. Чен не успел сделать больше, чем поставить несколько засосов и укусов на девичьей шее, что несказанно радовало. Ведьме было больше интересно, как это вообще могло случиться. Ния не глупа, чтобы вот так идти в логово зверя и пить то, что предложат. Ответ был достаточно прост. Чен отравил её не чаем. Он, наверное, сам пил напиток из чайника, и Ния подумала, что здесь опасности нет. На деле же препарат был в самой чаше. После побега дева отправила Саюри разведать обстановку. Чен от удара не вырубился и поставил всех на уши. До него дошло, что заклинание стащила именно Ния, а значит, завтра будет новое испытание. Всё будет проходить в лесу и это была хорошая возможность. К утру поисковая группа вернулась во дворец с Даретом, который так увлёкся музыкой, что заметил врагов только после того, как его вытащили из машины. С первыми лучами солнца Ния открыла глаза. Девушка сразу подскочила, начиная осматривать себя, желая, чтобы это было просто ужасным сном. Когда Смит заметила один засос её лицо изменилось, взгляд потух. Она просто закрыла лицо ладонями и горько заплакала. Кассандра наблюдала из тени за тем, как Самурай чесала ноготками шею и плечи, словно пытаясь соскрести следы, оставленные Ченом. Ведьма металась между двумя вариантами. Стоит ли сейчас подойти к ней и утешить или наоборот, придерживаться плана? Завывания Нии становились всё громче. Она не могла в это поверить. Её невинность, её первый раз... То, что должно произойти с кем-то особенным, с её возлюбленным, которому она всецело доверяет...

Это забрал мерзкий лапшичник.

Хотелось начать жрать землю, подобно змее сбросить кожу, ведь она была осквернена и испорчена. Какая же она дура... Нужно было сразу бежать оттуда! Ударить его, выпрыгнуть в окно, но никак не пить то, что он предложил... Смит начинает сильнее царапать кожу, как вдруг её за руки кто-то хватает. Она вскрикивает и оборачивается, готовясь драться. За спиной стоит Кассандра. Ведьма мягко улыбается, словно стараясь этим утешить. – Кэс... – плачет Ния и бросается к ней, обвивая руками шею и утыкаясь лицом в грудь. Девушка молча прижимает её к себе, поглаживая по голове и спине, начинает укачивать её, как дитя. Самурай продолжает рыдать до тех пор, как слëзы не закончились. – Кэс, он... Он..! – пытается сказать Ния, но слова застревают в горле. – Ничего, – говорит Кассандра. – Ничего не было. Он не успел. Эти слова эхом отзываются в голове Смит и она большими и мокрыми глазами смотрит на ведьму. – Я пришла раньше, – отвечает она на немой вопрос. Губы растягиваются в дрожащей улыбке и девушка вновь прижимается к её груди, бормоча благодарности. Кассандра, смотря на дрожащую фигуру в своих объятьях, принимает решение. – Нужно рассказать Каю.