5. you're already in my veins

Алиса стояла на балконе, её пальцы крепко сжимали холодные каменные перила. Воздух был наполнен влажным туманом, который словно окутывал её, проникая сквозь каждую пору кожи. Перед ней простиралось бескрайнее море, но это уже не было просто видением — оно становилось реальным с каждой секундой. Волны поднимались всё выше и выше, будто намереваясь поглотить замок целиком. Алиса чувствовала, как её сердце начинает биться чаще, когда вода достигла второго этажа, её ледяные языки уже почти касались её ног. Она всматривалась вдаль, где среди волн появилась голова со знакомым цветом волос. Это была та самая девушка, которую Алиса видела раньше. Её длинные волосы развевались за спиной, словно водоросли, а глаза были устремлены куда-то вдаль, словно она знала, что делает, и точно понимала своё место в этом хаосе. Что-то внутри Алисы дрогнуло. Она больше не могла просто стоять и наблюдать. Её разум словно отключился, и тело само приняло решение. Не раздумывая ни секунды, она сделала шаг вперёд, перекинув одну ногу через перила, а затем спрыгнула прямо в воду. Холод ударил её, как будто тысячи игл одновременно впились в кожу. Но вместо того чтобы погрузиться в темноту морских глубин, Алиса внезапно оказалась в совершенно другом месте. Она стояла в большом, роскошном особняке, расположенном в Киото. Свет проникал сквозь широкие окна с бумажными перегородками, а воздух был наполнен запахом свежесрезанных цветов и благовоний. Но атмосфера была тяжёлой, напряжённой. Перед ней ходил взад-вперёд её отец, Ягари. Его лицо было суровым, а движения — резкими, будто он никак не мог найти себе места. На нём был традиционный чёрный костюм охотника на вампиров, его плащ слегка колыхался при каждом шаге. За ним наблюдала молодая Алиса — ей было около четырнадцати лет. Её глаза были красными от слёз, а руки дрожали, словно она пыталась сдержать очередной приступ рыданий. — Это была плохая идея, — произнёс Ягари, его голос был холодным, но в нём чувствовалась тревога. — Они придут за тобой. Рано или поздно они узнают, кто ты такая. — Они не знают про меня, — ответила юная Алиса, её голос дрожал, но в нём слышалась попытка быть решительной. — Местные жители никому не доверят информацию обо мне. Я… я для них просто ещё один ребёнок. Ягари остановился и повернулся к ней. Его глаза, такие же холодные и пронзительные, как у неё самой, изучали её лицо, словно он искал там что-то важное. — Может быть, может быть… — пробормотал он, качая головой. — Но надежда на это слишком хрупкая. Ты слишком заметна, Алиса. Твоя сила... она не может быть скрыта вечно. Алиса опустила взгляд, её губы задрожали. Она знала, что он прав. Всю свою жизнь она чувствовала, что отличается от других детей. Иногда её тело словно жило своей жизнью, реагируя на вещи, которые она не могла объяснить. И теперь, когда её мать ушла, эта сила стала ещё более очевидной. — Наложи на меня заклятие забвения, — внезапно выпалила она, подняв глаза на отца. В её голосе звучала решимость, хотя слёзы всё ещё текли по её щекам. — Чтобы я сама случайно не активировала эту силу. И отошли меня из страны. Ягари замер, его лицо стало ещё более суровым. Он подошёл к ней и опустился на корточки, чтобы оказаться на уровне её глаз. — Ты уверена? — спросил он, его голос стал мягче, но в нём всё ещё чувствовалась тяжесть. — Заклятие забвения — это не просто способ скрыть воспоминания. Оно изменит тебя. Ты можешь потерять часть себя самой. Алиса кивнула, хотя её сердце сжалось от страха. Она знала, что это единственный выход. Если её сила выйдет из-под контроля, последствия могут быть катастрофическими. — Я готова, — прошептала она, её голос был едва слышен. Ягари вздохнул и поднял руки, начав произносить слова заклинания. Алиса закрыла глаза, чувствуя, как её разум начинает затуманиваться. Последнее, что она услышала, был его голос, полный боли и сожаления: — Прости меня. Но в этом сне заклятие дало обратный эффект. Вместо того чтобы стирать воспоминания, оно словно разблокировало запертые двери в глубинах её подсознания. Она стала вспоминать всё то, что было намеренно забыто: как её мама демонстрировала силу, как она объясняла и рассказывала о ней, терпеливо отвечая на бесконечные детские вопросы. Каждый жест, каждое слово матери теперь обретало новое значение, наполненное болью и тайной. Особенно ярким стало одно из воспоминаний – старая фотография, которую Алиса нашла однажды в старом деревянном шкафу. На снимке были две девушки, стоявшие бок о бок, улыбающиеся сквозь годы. Одна была точь-в-точь как Алиса или её мама, а вторая была копией той самой загадочной девушки, что всё время появлялась у перил замка, вызывая тревогу и притяжение одновременно. — Кто это? — спросила тогда совсем маленькая Алиса, ей было тогда лет одиннадцать. Её пальцы бережно держали хрупкий снимок, будто боясь его повредить. Мать вздрогнула, словно вопрос застал её врасплох. В глазах её стояли слёзы, но голос был ровным и печальным. — Моя сестра, — ответила она после долгой паузы, в которой Алиса успела заметить, как мать судорожно сглотнула комок в горле. Это короткое объяснение тогда удовлетворило ребёнка, но сейчас, в свете новых воспоминаний, оно приобрело совершенно иной смысл. Что случилось с тётей? Почему она исчезла из жизни семьи? И почему её образ продолжает преследовать Алису даже сейчас? Воспоминание разбилось как стекло, рассыпавшись на тысячи осколков, и Алиса очнулась на кровати. Её тело, волосы, одежда, подушка, одеяло – всё было мокрым. Она машинально провела языком по губам, пробуя воду на вкус. Она была солёной, морской – последнее напоминание о недавнем видении. Алиса резко подскочила и подбежала к балконной двери, распахнув её настежь. Холодный воздух ударил ей в лицо, но там, где только что бушевало море, теперь простирались горы Трансильвании. Ни девушки, ни моря – ничего не осталось. — Что произошло? — Алиса вздрогнула от голоса рядом. Её мозг тяжело восстанавливал события последних восьми лет в единую временную линию.  Она моргнула вспоминая прибытие в пансионат на другом конце мира, учёбу, встречу с вампиром, восхищенные глаза бледных охотников, от которых этот несчастный сбежал, переезд в Румынию, её решение сдаться в плен Владу, темница, роль домашней зверушки. Влад впервые решил остаться в её комнате. Он шокировано рассматривал её и огромную лужу в комнате. С волос Алисы и её одежды капала морская вода, словно она только что вынырнула из воды. Каждая капля, падающая на пол, была как живое свидетельство того, что всё произошедшее — не просто сон или видение, а нечто большее, реальное и физическое. Холодные струйки воды стекали по её спине, пропитывая ткань платья, вызывая дрожь, которая пробегала по всему её телу. Её руки инстинктивно обхватили себя, пытаясь сохранить хоть немного тепла. — Мне приснилось, что я упала в воду, — произнесла Алиса, её голос был тихим, но честным. Она не знала, почему решилась сказать правду, но что-то внутри подсказывало ей, что сейчас это было необходимо. Влад втянул её обратно в комнату, его глаза блеснули в полумраке. Его взгляд скользнул по её мокрым волосам, по каплям воды, которые медленно стекали по её лицу, словно он пытался прочесть каждую эмоцию, каждую мысль, которую она пыталась скрыть. — Как в той песне? — спросил он, его голос был мягким, почти шёпотом, но в нём чувствовалась какая-то странная глубина, будто он знал больше, чем показывал. Алису передёрнуло от этого вопроса. Слова Влада ударили прямо в сердце, заставив её почувствовать холод не только физически, но и эмоционально. Она кивнула, стараясь скрыть свою реакцию, но её тело выдавало её: дрожь усилилась, а губы слегка дрогнули. Он снова посмотрел на неё, а затем осторожно протянул руку и провёл пальцами по её щеке, стирая каплю воды. Его прикосновение было мягким, почти невесомым, но оно вызвало целую бурю ощущений внутри неё. По её коже пробежали мурашки, а сердце забилось чаще. Это было странное сочетание холода и тепла, которое она никак не могла объяснить. — Иди за мной, — сказал он после короткой паузы, его голос стал чуть более решительным. — Тебе нужно согреться. Алиса хотела возразить, сказать, что с ней всё в порядке, но осознала, что её действительно знобит. К тому же в его голосе не было простой просьбы — это был приказ, облечённый в форму заботы. Она понимала, что спорить бесполезно, да и сил на это уже не осталось. Алиса думала, что он поднимет на ноги весь замок, но когда они вошли в его комнату, Влад начал действовать быстро и уверенно. Он разжёг камин, который находился в углу помещения, чтобы создать тепло, достал махровый халат и аккуратно накинул на плечи Алисы. Затем он наполнил ванну горячей водой, добавив несколько капель ароматического масла, которое наполнило воздух лёгким запахом лаванды. Алиса смотрела на все эти действия, чувствуя смесь благодарности и неловкости. Она привыкла к тому, что кто-то помогает ей с самыми простыми вещами, но его внимание было другим — более личным, более значимым. Когда ванна была готова, Влад жестом предложил ей войти. Она медленно опустилась в горячую воду, стараясь не смущаться его присутствия. Но это было трудно — его взгляд, мягкий, но пронзительный, казалось, проникал в самые глубины её души. — Зачем мне помогают мыться? Почему мне не доверяют расческу? — спросила она, наконец, задав тот вопрос, который давно крутился у неё в голове. Обычно она забывала об этом, когда видела Влада, но сейчас слова сами собой сорвались с её губ. Влад задумался на мгновение, его пальцы медленно касались поверхности воды, создавая лёгкие круги. Он не спешил с ответом, словно взвешивал каждое слово. — Знаешь, что делает вас особенными? — спросил он, его голос был мягким, но в нём чувствовалась глубина. — Вы все очень разные, но так похожи на неё. Алиса постаралась не демонстрировать свою реакцию на этот странный ответ. Она знала, что её внешность — не только необычный цвет волос — делала её экзотичной. Но его слова указывали на что-то большее. — Почему я похожа? — спросила она, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё сжалось. — Это в вашей сущности, в вашей природе, — продолжил он, его голос стал ещё мягче. — Все в вас видят того, кого любят, или любили когда-то. Эти слова больно ударили по её самолюбию. Она поняла, что Влад видит в ней не её саму, а кого-то другого. Это осознание вызвало глубокую боль внутри, но она постаралась скрыть свои эмоции. Хотя где-то в глубине души эта боль осталась, острая и неожиданная. — Все так старательно уничтожали записи о войне оборотней с вампирами, — усмехнулся он, его пальцы мягко коснулись её щеки, словно он пытался утешить её. — Они даже забыли про причины этой войны. Алиса замерла. Впервые она услышала про других существ от него. Не из странных воспоминаний, не из загадочных заметок в книге, не из странных ощущений внутри. Это был факт, произнесённый человеком, чьи знания не вызывали сомнений. — И какая была причина? — спросила она, её голос был тихим, но в нём чувствовалась настороженность. Она мягко провела щекой по его руке, будто кошка, выпрашивающая ласки. — Любовь, — ответил он, наклоняясь к ней. Его глаза встретились с её, и в них читалась какая-то древняя боль. — Это любовь, Алисия. Её глаза широко распахнулись. Это было её имя, но на старинный лад. Она считала, что он не знает её имени, но теперь поняла, что ошибалась. — Вампиры считают, что они вас уничтожили, — продолжил он, его голос стал ещё тише, почти шёпотом. — А вы этим воспользовались, спрятались среди людей, ослабли, но вы всегда готовы напасть из-за спины. Всегда готовы дать отпор. Именно поэтому за вами нужно следить. Вас нужно контролировать. Алиса вздрогнула, чувствуя, как каждое его слово проникает в её разум, открывая новые грани понимания. — А тебя приходится контролировать сильнее всех, потому что ты сопротивляешься больше других, — закончил он, его пальцы слегка сжались на её щеке. *** Когда Алиса проснулась, она нервно подпрыгнула. Две пары глаз впились в неё, словно пытались выжечь дыру в её душе. Она натянула на себя одеяло, как будто оно могло стать её щитом от этого мира. — Ты нас напугала, — произнесла Мария, пожилая вампирша, которая обследовала Алису ранее. Влад перевёл её слова, но его голос звучал холодно, почти механически. — А как я напугала себя? — нашлась, что ответить Алиса, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Что с тобой произошло? Ты так и не ответила ночью, — спросил Влад, его глаза сузились, словно он пытался прочитать её мысли. — Мне приснилось, что я упала в воду, а потом я увидела всё, что было до того, как на меня наложили заклятие забвения, — сказала она, избегая его взгляда. — Это невозможно, — нахмурилась Мария, её голос звучал как приговор. — Я же говорил, что она другая, — напомнил Влад, и в его тоне сквозило раздражение. Алиса удивилась, насколько эмоционально он говорил с этой женщиной. Было ли это защитой или признаком его неуверенности? — Простите, могу я нормально подготовиться к диалогу и… мммм… встретиться с вами в столовой? — предложила Алиса, стараясь звучать уверенно. Влад удивлённо повернулся к ней, его брови поползли вверх. В этот момент в комнату вошла Сисилия с подносом чая. Алиса, не дожидаясь разрешения, ловко обогнула служанку и решительно направилась в свою комнату.  Там уже было прибрано, но её не интересовала постель. Она мимоходом заглянула за штору. Горы. Просто горы. Но Алису интересовали более земные вещи. Когда она вышла из туалета, три пары глаз удивлённо сверлили её. Ей хотелось сказать что-то язвительное, но она сдержалась, зная, что после этого последует новая серия «уроков» от Влада. Алиса, чувствуя на себе тяжёлые взгляды, медленно расправила плечи и, стараясь сохранить спокойствие, произнесла: — Если вам так важно обсудить это сейчас, давайте поговорим здесь. Всё равно вы уже собрались, — её голос звучал ровно, но в нём чувствовалась лёгкая ирония, которую она тщательно скрывала. Она знала, что не может позволить себе открытое противостояние, но и подчиняться без сопротивления больше не хотела. Влад слегка наклонил голову, изучая её. Его взгляд был холодным, но в нём мелькнуло что-то, что Алиса не смогла прочитать — то ли подозрение, то ли интерес. — Ты стала смелее, — произнёс он, и в его голосе прозвучал лёгкий вызов. — Но не слишком ли? — Мне иногда нужно уединение, — ответила Алиса, кивая на дверь сзади. — В твоей комнате нет нужных мне удобств.  Мария, стоявшая рядом, скрестила руки на груди и бросила на Влада многозначительный взгляд. Она явно не одобряла его снисходительность, но промолчала. Влад сел на диван, игнорируя взгляд Марии, Сисилия поставила чашки чая перед двумя вампирами. Алисе пришлось держать чашку на весу, сидя на постели.  Мария машинально отхлебнула поставив чашку на туалетный стол вместо блюдца.  — Госпожа Алиса, если понадоблюсь, позвоните в колокольчик, — почтительно кивнула Сисилия, её голос звучал как обычно. Алиса, однако, едва обратила внимание на слова служанки. Её внимание привлёк звякающий звук — Влад, вместо того чтобы поднести кружку к губам, замер на мгновение, а затем поставил её обратно. Это было едва заметное движение, но Алиса сразу поняла: что-то важное только что произошло. Что-то важное было сказано, и она это упустила. Она сжала губы, чувствуя, как внутри неё нарастает тревога. Что-то изменилось, и она должна была понять, что именно, прежде чем это повлияет на её планы. Её взгляд скользнул по лицам присутствующих, пытаясь уловить хоть малейший намёк, но Влад, Мария и даже Сисилия оставались невозмутимыми. Только в глазах Влада мелькнула тень чего-то невысказанного — то ли удивления, то ли раздражения. Алиса почувствовала, как её сердце заколотилось сильнее. — И что ты увидела в воспоминании? — спросил Влад, его голос звучал напряжённо, почти резко. Он поставил чашку с блюдцем на столик с таким усилием, что они звякнули, и Алиса вздрогнула. — Я увидела… себя, — сказала она, делая паузу, чтобы подобрать слова. Её голос дрожал, но она старалась говорить чётко. — Но это была не я. Это была другая я. Та, которая знала, кто она на самом деле. Влад медленно подошёл к ней и присел на корточки, его движения были нарочито спокойными, но в них чувствовалась скрытая угроза. Алиса почувствовала, как её руки задрожали, и чашка с блюдцем в её руках зазвенела. Он прикоснулся к её лицу, его пальцы скользнули по её щеке, подбородку, вискам, словно он искал что-то — подсказку, след, ответ. Его глаза изучали её с такой интенсивностью, что Алисе захотелось отстраниться, но она знала, что это будет ошибкой. Сердце её бешено колотилось, а губы она закусила так сильно, что едва не почувствовала вкус крови. Он был её тюремщиком, но в то же время — искусителем. Его руки, его внимание, его действия стали для неё важны. Слишком важны. От этого осознания хотелось рыдать, но Алиса сдержалась, не проронив ни слезинки. — Алисия, что именно ты видела? — спросил он, его голос стал тише, но в нём появилась новая, опасная нота. Его рука скользнула к её горлу и слегка сжала его, не причиняя боли, но ясно давая понять, что он ждёт ответа. Алиса краем глаза заметила странную реакцию Марии. Пожилая вампирша, хотя и не понимала языка, на котором они говорили, явно уловила что-то важное. Возможно, дело было в имени. В её имени? Или в имени той, кого любил Влад? — Киото, папу, маму… много разных воспоминаний, — перечислила Алиса, стараясь звучать уверенно, но почувствовала, как давление его руки на её горле усилилось. Это не было больно, но явно означало, что он ждёт большего. — Я не знаю, их было много. Мама в основном показывала мне всякие мелочи. — Ты вспомнила только своё детство? — он слегка встряхнул её, и чай из чашки пролился на её сорочку. Благо, он не был горячим. Алиса хотела раздуть из этого нечто большее, но вдруг замерла. Она вспомнила детство, но не всё. Это был отрывок между двумя заклятиями забвения. Она вновь почувствовала эту стену в голове, плотную и непреодолимую. Но что-то внутри неё подсказывало, что не стоит пытаться её разрушить. По крайней мере, не сейчас. Лицо Алисы выражало такую странную смесь эмоций, что даже Влад отступил, слегка отстранившись от неё. Его взгляд стал выжидающим, словно он пытался понять, что происходит в её голове. Мария, напротив, подсела к ним на край постели, её глаза блестели пониманием, будто она что-то уловила в их разговоре. — Прости, — Алиса подняла глаза на Влада, её голос звучал тихо, но твёрдо. — Это правда только детство… та часть, что была скрыта от меня… про то, что я… — Всё хорошо, — Влад аккуратно обнял её, его движения были неожиданно мягкими, хотя он едва не выбил чашку из её руки. — Мы пройдём через это вместе. Снова. Ты и я, Алисия. Ты и я. Алиса осторожно дотронулась до его плеча свободной рукой, её пальцы слегка дрожали. Она не знала, что чувствовала в этот момент — облегчение, страх или что-то ещё, но кажется Влад не говорил с ней. Он говорил с кем-то другим. *** Комната была наполнена полумраком. Тяжёлые шторы сдерживали дневной свет, и лишь слабые лучи пробивались сквозь ткань, очерчивая мягкие контуры мебели. Алиса сидела на пуфе, задумчиво разглядывая себя в зеркале, но её мысли отвлекались на разговор с Владом.  Она не знала, почему всех так задело это имя. Алисия. Ей казалось, что Влад просто знает её настоящее имя, но было в этом что-то странное. Будто это имя значило для него больше, чем просто факт.   Лёгкий стук в дверь заставил её вздрогнуть.   — Войдите, — сказала она автоматически.   В комнату вошла Мария. Пожилая вампирша двигалась неспешно, но в её осанке читалась уверенность. Она закрыла за собой дверь, затем повернулась к Алисе и внимательно на неё посмотрела.   — Ты не Алисия, — сказала она на латыни. Её голос был тихим, но в нём чувствовалась твёрдость.   Алиса не дрогнула. Она подняла на Марию пустой взгляд, будто не совсем поняла, что та сказала.   — Вы ошиблись дверью? — спокойно поинтересовалась она на румынском.   Мария задумалась и сделала несколько шагов вперёд, приблизившись к Алисе.   — Не пытайся играть в это со мной, девочка, — продолжила она, по-прежнему говоря на латыни. — Я слишком стара для таких игр.   Алиса склонила голову набок, делая вид, что пытается разобрать слова. Она шевелила губами, показывая что пытается воспроизвести фразу, чтобы понять её.   Мария вздохнула и перешла на более простую жаргонную латынь, более похожую на португальский:   — Ты не она. И Влад не должен верить, что ты она. Это опасно.   Алиса задумчиво провела пальцем по краю одеяла, будто раздумывая, но ничего не сказала.   Мария сузила глаза.   — Ты слишком молода, чтобы понимать, что он делает, — её голос был жёстче. — Но я понимаю.   Алиса вскинула на неё взгляд, приподняла брови, изображая легкое удивление.   — Что он делает? — неловко повторила она.   — Он ищет то, что потерял, — ответила Мария. — И если он решит, что нашёл, последствия будут страшными.   Алиса выдержала паузу.  — В этом месте я боюсь при каждом вздохе, — отрывисто по-португальски произнесла она.   Мария закатила глаза и запричитала под нос: — Если она позволит ему видеть в тебе ту, кем не является, то бояться стоит всем остальным. Мария опустила взгляд на неё всего на несколько секунд, затем кивнула, будто сделала для себя какой-то вывод.   — Ты похожа на неё, — произнесла она медленно. — Но не она.   Алиса кивнула, она и не собиралась играть на чувствах Влада к кому-то далёкому. Мария прищурилась.   — Ты хороша в притворстве, но я вижу, что ты понимаешь больше, чем показываешь, — её тон стал ещё жёстче. — Не играй с этим, девочка. Ты не знаешь, что именно он ищет, но будь уверена — если найдёт, то от тебя ничего не останется.   Алиса оставалась неподвижной, прислушиваясь к затихающим шагам Марии за дверью. Только когда звук окончательно растворился в тишине, она медленно развернулась к зеркалу.   Ответ она получила всего один, но вопросов стало ещё больше.   Но теперь у неё была возможность проверить то, что давно не давало покоя.   Она сосредоточилась на своём отражении, внимательно изучая каждую черту лица. Ровный нос, чуть заострённые скулы, глаза, в которых отражалось напряжение. Алиса глубоко вдохнула и попыталась внести небольшое изменение — всего на долю секунды представить, что её нос чуть курносее. Простая, незначительная деталь.   Но едва она направила силу в это изменение, внутри что-то болезненно дёрнулось, словно запутавшаяся нить, натянутая до предела.   Острая боль пронзила голову, и через мгновение капля тёмной крови упала на кожу. Затем ещё одна. Алиса коснулась носа и увидела алые разводы на пальцах.   Она не запаниковала. В детстве у неё часто бывали носовые кровотечения, и тогда это не казалось чем-то серьёзным.   Но сейчас...   Она была в доме вампиров.   Алиса ощутила, как холод пробежался по спине, и поспешно направилась в ванную. Она всегда знала, что кровь лучше не останавливать, что лучше позволить ей выйти самой, но теперь перед ней стоял иной вопрос — как сделать так, чтобы никто не почувствовал запах?   Она склонилась над раковиной, позволяя каплям стекать в белоснежный фарфор, но тут дверь в комнату резко распахнулась.   Треск. Слишком резкий, слишком громкий.   Алиса вздрогнула и резко обернулась, вжавшись в угол ванной.   На пороге стоял Влад.   Он почувствовал.   Он уже был рядом.   Его взгляд метнулся к ней, затем к каплям крови, и в ту же секунду Алиса осознала, что понятия не имеет, что произойдёт дальше.   Он должен был выпить её кровь вчера. Она отключилась раньше, чем это произошло, но теперь... пил ли он кровь перед обедом? Или он пришёл сюда голодным?   Она не знала.   — Пожалуйста, — сорвалось с её губ прежде, чем она осознала, что сказала это вслух.   Она сжала руки в кулаки, но Влад уже был рядом, уже наклонялся к ней, заставляя посмотреть ему в глаза.   Голод.   Она увидела его сразу.   Слишком знакомый, слишком опасный.   И в этот момент внутри что-то дёрнулось — не боль, не страх.   Смех.   Не её.   Какое-то тихое, насмешливое фырканье, доносившееся из глубины её сознания.   Алиса застыла.   Зверёк.   Маленький, хитрый, издевающийся над её страхом.   Он насмехался.   Она услышала это ясно, отчётливо, и это потрясло её.  Влад напрягся, его пальцы сжали её подбородок чуть крепче.   — Нет, нет, только не снова. Что произошло? — спросил он хрипло, не отводя от неё взгляда.   Его рукав скользнул по её щеке, стирая липкую, ещё тёплую кровь. Ткань дорогого пиджака быстро пропиталась алыми пятнами, но Влад, казалось, этого даже не заметил.   — Я ждала, когда придёт Сисилия, чтобы привести волосы в порядок, и потом почувствовала каплю крови, — соврала Алиса. Ложь далась ей слишком легко, словно укоренившаяся привычка, и только после она осознала это.   — Послушай, это очень важно. Оборотни очень слабые, вам нельзя пользоваться силой, как бы соблазнительно это ни было. Я видел такое не раз.   Он говорил строго, но в его голосе прозвучала странная нотка — предупреждение, тревога. Алису резанули эти слова. Значит, он знал. Может, именно это случилось с Алисией? Может, именно это оставило шрам в душе Влада, сделав его таким, каким он стал?   Жалость болезненно кольнула сердце, но тут же сменилась чем-то другим — тревогой.   Влад смотрел на неё пристально, напряжённо, но теперь в его взгляде появилось что-то новое. Ожидание?   — Я не знаю, как это контролировать, — повторила Алиса, голос её дрогнул.   И тут внутри раздалось знакомое фырканье.   Громче.   Наглее.   Ей едва удалось сдержаться, чтобы не рассмеяться — ощущение было щекотным, пробежавшимся по телу, затронувшим даже кончики пальцев. Зверёк внутри лениво потянулся, словно растягиваясь в удовольствие, наблюдая за происходящим.   А потом он хищно облизнулся.   В тот же миг Алиса увидела, как между ней и Владом натягиваются тонкие нити связи.   Она задержала дыхание.   Голодным был не только Влад.   По телу разлилось тепло — оно не обжигало, но было таким глубоким, что Алиса вздрогнула. Непонятное чувство наполняло её руки, заставляя пальцы подрагивать.   Влад нахмурился, явно заметив что-то неладное.   — Алиса, — его голос прозвучал мягко, но требовательно. Он медленно опустил руки. — Если ты что-то чувствуешь, ты должна сказать.   Она знала.   Но не могла.   Как объяснить ему то, что происходит внутри? Как объяснить, что голод, который пульсировал в ней, не был её собственным, но всё же отзывался на присутствие Влада?   — Я чувствую, что мне тяжело устоять, но ты говорил, чтобы я так не делала, — тихо произнесла она, отводя взгляд.   Она видела, как его пальцы сжались, как его взгляд стал ещё пристальнее. Под её носом всё ещё текла кровь, запекаясь тонкой корочкой, и алые отблески вспыхивали в глазах Влада. Он отвернулся, будто не в силах больше смотреть.   Алиса вспомнила про расписание. Расписание, которое он сам же установил, чтобы держать себя подальше от неё.   Зверёк внутри напоминал маленькую лисичку, таких Алиса видела в Киото в избытке. Он не говорил, но своим видом ясно давал понять, что думает обо всём этом.   Алиса не знала, кто из них двоих был сейчас опаснее — Влад или эта хищная сущность внутри неё.   «Если ты его спровоцируешь, он сделает мне больно», — предупредила она мысленно.   «Вчера тебе понравилась боль», — читалось в глазах зверька.   — Прости, что нарушила порядок, — склонила голову Алиса. — Я приведу себя в порядок к моменту, когда придёт Сисилия. Я буду готова к обеду, как обычно.   — Да, мне лучше уйти, — Влад кивнул сам себе, в его голосе не осталось ничего, кроме холодной отстранённости. Он уже шагнул к выходу, когда что-то заставило его остановиться.   Его взгляд зацепился за Алису.   За то, как она медленно провела языком по верхней губе, слизывая каплю крови.   В следующую секунду он оказался рядом, сжимая её запястье.   — Смотри мне в глаза, — приказал он.   Алиса подчинилась, и в тот же миг по её коже пробежала боль. Влад провёл взглядом по её руке, и тонкий, едва заметный надрез тут же начал сочиться кровью.   А потом он опустил голову и провёл языком по ране.   Алиса резко вдохнула, но звук, что сорвался с её губ, был не стоном боли, а чем-то… другим.   Он пил её кровь.   Она чувствовала, как сила течёт в него, но… не только в него.   По нитям связи что-то откликнулось — Влад не забирал энергию, она возвращалась к ней. Это было… странно.   Глаза Влада вспыхнули. Он смотрел на неё пристально, жажда в них постепенно угасала, но теперь в этом взгляде появилось что-то ещё.   Он искал подвох.   Алиса не понимала, что происходит.   Но её маленькая лиса внутри довольно облизывалась, наблюдая за происходящим с откровенным любопытством. *** В тот день её везде сопровождала Сисилия. Влад не появился ни на обеде, ни ночью. Возможно, он рассчитывал, что это будет наказанием для Алисы. Возможно, он что-то заподозрил — что имел дело не с той же Алисой, что отключилась в его руках прошлой ночью.   У Алисы и без Влада было две проблемы.   Первая — понять, что делать с этой новой силой.   Вторая — огромный кусок её жизни, который оставался закрытым.   Прошлый раз она вспомнила что-то важное. Но почему? Из-за песни? Из-за откровения с Владом? Из-за того, что он довёл её до исступления?   Она не знала.   — Госпожа, вы плохо едите, — заметила Сисилия, осторожно пододвигая к ней тарелку. Алиса машинально взглянула на пищу, но не могла заставить себя проглотить хоть кусочек. Всё казалось слишком пресным, слишком безжизненным.   — Я не голодна, — тихо ответила она. Сисилия нахмурилась, но не стала настаивать. Она тоже чувствовала, что что-то изменилось.   Алиса перевела взгляд на окно, за которым простирался серый, промозглый день.   Часть её, какая-то глубокая, ещё неосознанная, жаждала тьмы.   Но другая часть — та, что боялась и не знала, что с этим делать — цеплялась за свет.  — Я могу прогуляться хотя бы по замку? — внезапно спросила Алиса. Сисилия на минуту задумалась, возможно ментально спрашивая разрешения у Влада, а затем осторожно кивнула. ***   Влад исчез, но его присутствие ощущалось везде. Ей казалось, что он следит за ней, даже если его нет рядом.   Сисилия не отставала ни на шаг, и от этого становилось только тяжелее. Алисе казалось, что даже воздух давит на неё, как будто её заперли в клетке.   Она остановилась у одной из стен, но Алиса чувствовала, что стоит и перед чем-то невидимым, но не менее реальным.   — Алиса? — осторожно позвала Сисилия. Она подняла руку и провела пальцами по холодному камню.   Тёмное пятно в сознании дрогнуло.   В нём было что-то заперто.   Что-то забытое.   И когда она закрыла глаза, она почти видела… Пустоту.   Темноту.   Искажённые, рваные образы, которые не давали себя ухватить.   Сердце пропустило удар.   Она отдёрнула руку и глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки.   — Всё в порядке, — сказала она. — Давай вернёмся в комнату. Хоть Алиса шла по коридору, отдаляясь от того места, но чувствовала невидимую стену. Стену, которая была рядом с ней каждую секунду. Стену, которая существовала в её голове. Что-то за ней ждало.  Что-то опасное, чего боялся даже хищный зверёк внутри. И если прошлая стена была стеклянной, то эта была мощнее в десятки раз. ***   Алиса снова не смогла заснуть. Лежала в темноте, слушая, как замок дышит ночью.   Её разум был слишком острым. Её тело — слишком напряжённым.   Она ощущала голод. Но это был не обычный голод. Он шёл не из желудка, а откуда-то глубже. Она сжала пальцы, вглядываясь в потолок.  Алиса тихо встала с кровати и подошла к двери. Её рука легла на ручку, но она не осмеливалась её повернуть. Она прислонила голову к дверному косяку. Что она делает? Хочет пойти к своему палачу? Ей нельзя выходить из комнаты, без разрешения, без сопровождения. Она и не была уверена в том, что найдёт его комнату самостоятельно.  Она увидела нити, они всё ещё были соединены ими. Так Алиса найдёт Влада. И пусть он реагирует на это поведение, как хочет.  Алиса повернула ручку и увидела в коридоре Влада. Он, скрестив руки, гипнотизировал стену перед собой, оперевшись на противоположную. Он был так задумчив, что казалось, даже не заметил её. Он ничего не говорил.   Просто смотрел.   Долго.  Так, будто видел что-то, что ещё не мог объяснить.   Алиса молчала, изучая его взгляд. Блики света падали на его лицо, подчеркивая резкие черты. Алиса чувствовала потребность сказать ему что-то, но зверь призывал молчать. Ей было страшно, что он может сделать, если решит, что она пыталась сбежать. Алиса открыла рот и набрала воздуха в легкие, но он опередил её. — Я давно не чувствовал потребности в том, чтобы прийти в чужую комнату. Его голос был тихим, почти задумчивым, но в этой задумчивости сквозило что-то опасное. — Но ты здесь, — спокойно заметила она, не отводя взгляда. — Да, — Влад слегка склонил голову. Он сделал шаг вперёд, — Ты знаешь почему? Она знала. Чувствовала. Но не могла сказать вслух. Нити между ними были натянуты, как струны, и, казалось, достаточно было малейшего движения, чтобы они зазвучали. Алиса хотела податься вперед к нему, но он предостерёг: — Не двигайся.  Он мягко приблизился к ней, провел рукой по щеке, шее и повел её ниже — к талии. Влад наклонился и едва заметно, неуловимо коснулся её губ своими губами.  Алиса моментально запылала, эта сцена почти повторяла их первый поцелуй, но сейчас это не было решением… это была проба.  — Я не она, — прошептала Алиса. Какие бы цели она не преследовала, как бы к нему не относилась, но играть с его чувствами было неправильно. И опасно. — Молчи, — грубо сказал Влад, впиваясь в её губы своими губами, и поднимая её за бедра к себе. Её пальцы вцепились в его плечи, ноги плотно обвили его талию, и она чувствовала, как каждый его вдох, каждый его жест отзывается в ней волной тепла и желания. Зверёк внутри замер, переполняясь радостным ожиданием. Влад посадил Алису на туалетный столик, что стоял рядом с дверью, и одной рукой скользнул под сорочку, оставляя холодные следы на коже. Зверёк внутри неё радостно заворчал, одобряя каждое движение.  Алиса нетерпеливо скинула сорочку с себя, и была готова сорвать пижаму с Влада. Ей было плевать на прелюдию, плевать на открытую дверь, плевать на неудобный стол с зеркалом. Она не размыкала ног и пыталась притянуть его ближе. — Так не пойдёт, ведь только хорошие девочки получают то, что хотят, — напомнил Влад.  — Прости, я соскучилась. Ты не приходил два дня, — Алиса отпустила его и виновато опустила глаза. Влад почувствовал эту манипуляцию, но она надавила на слабое место. Он спустил пижамные штаны вместе с трусами и позволил им свободно упасть. Одновременно он приблизился, и направив её к себе, придерживая за бёдра, вошел в неё. Алиса изогнулась принимая его полностью.   Её сознание словно слилось воедино с лисицей. Она видела иначе, она чувствовала иначе, она думала иначе. Каждое движение Влада, каждый его вдох, каждый взгляд — всё это отзывалось в ней эхом, усиленным нитями, которые связывали их. Она чувствовала, как энергия течёт между ними, как будто они стали единым целым, и это было одновременно пугающе и невероятно. Влад замедлился, его рука легла на её горло, слегка сдавливая, напоминая Алисе, что хозяином положения был только он. Она плотнее обхватила его ногами, а он в ответ сжал руку чуть сильнее, и в её глазах вспыхнул огонь. Она не боялась. Наоборот, это только подстегнуло её. С её губ сорвался глубокий стон, который разнесся по коридору. Давление на шею стало ещё сильнее, и Алиса почувствовала легкое головокружение, казалось весь мир сузился до Влада и ничего не происходило ни до, ни после этого мига. Алисе нужно было вдохнуть, чтобы выразить своё внутреннее состояние, но она не могла. Каждая клеточка тела полнилась жгучим кислородом. — Ты моя, — прошептал он хрипло, его голос был полон власти и страсти. — Только моя. Она не могла больше сдерживаться. Её тело дрожало, её сознание было на грани, и она чувствовала, как нити оплетают их совсем близко, становясь такими короткими, что каждый их вздох, каждое движение отзывалось в другом теле, словно они были одним целым. Каждый нерв её кожи был оголён, каждая клеточка кричала о необходимости чего-то большего, глубже, сильнее. Влад почувствовал эту перемену — её тело стало ещё более отзывчивым, её прикосновения — жаднее, а взгляд — почти хищным. Он медленно убрал руку от её горла, но вместо того чтобы отстраниться, нагнулся ниже, его язык скользнул по излюбленному месту на шее, где лучше всего чувствуйся пульс. — Пожаа… — Алиса не успела договорить. Слово застряло в её горле, когда ноготь Влада легко надавил на кожу, вызывая короткую, острую боль. Но эта боль превратилась в волну удовольствия, которая накрыла её с головой. Она закричала — крик вырвался из глубины её существа, эхом разнёсся по коридору, смешиваясь с рычанием, которое вырвалось из её собственного горла. Это был уже не только её крик — это был крик зверя, который теперь полностью освободился, выплескивая всю свою силу наружу. Влад же полностью отдался моменту. Бьющееся в сладостной конвульсии женское тело под ним отзывалось на каждое его движение, каждый его жест. Прекрасный вкус крови на языке заставлял его клыки выдвигаться ещё дальше. Внутри него боролись два желания: одно — вонзиться в неё, погрузиться в этот источник жизни, другой — сохранить контроль, потому что это было слишком опасно. Но их движения продолжали разгонять кровь в её жилах, и она буквально сочилась из небольшой раны на шее, каплями стекая по его подбородку. Алиса вцепилась в него ногтями, царапая спину, потому что боль от его отметины казалась ей частью удовольствия, усиливая каждое ощущение. Она была не в силах отличить боль от радости, её мир сжался до этих точек контакта между ними. Он почувствовал, как её ноги, обвивавшие его талию, медленно разжимаются, а пальцы, царапавшие его спину, теперь легко скользят по коже, успокаивая, исцеляя. Это движение было искренним и нежным, вызывая странное почти забытое ощущение. Влад закрыл глаза, расставаясь в нём. Он впился пальцами в её ягодицы и одним мощным толчком излился в неё. Они остались так на мгновение — их тела всё ещё связаны, их дыхание слилось в едином ритме. Алиса чувствовала, как её сердце постепенно начинает биться спокойнее, как её тело расслабляется в его объятиях. Но даже в этом послевкусии страсти их нити продолжали пульсировать, словно напоминая о том, что связь между ними стала ещё сильнее. Влад осторожно провёл пальцем по ранке на её шее, которая уже начала затягиваться. Его прикосновение было таким мягким, что она даже не почувствовала его. Затем он склонился и легонько поцеловал это место, словно прося прощения за свою жестокость.