Глава 4

Как башня из дощечек рушились шансы на жизнь. Стефания спряталась в своей комнате. «Я проиграла» На миг закусила фалангу указательного пальца и в волнении закрыла дверь. «Боже мой, я проиграла» Негодующе топнула ногой по ковру. Пальцы утонули глубоко в волосах. «Меня убьют» Сухие слезы, отчаянные попытки что-нибудь придумать. «Спасите кто-нибудь» Ладони печально укрыли глаза. В стенаниях девушка рисковала упустить звук шагов. Ее уже явно искали. Из всех трех комнат второго этажа ее была плотно закрыта. Стефания опомнилась и принялась крепко держать ручку. Ищущий должен пройти мимо. «Пусть думает, что я сбежала через окно» Окно было, действительно, открыто в гостевой пустой комнате. И вдруг послышались неторопливые, тихие шаги. Блондинка, затаив дыхание, угадывала по шороху, где проходил парень. Он посетил первую комнату с окном, походил в ней и вышел в коридор. Напряжение играло на нервах. Не забавно. Под влажной рукой дернулась ручка. И еще раз. Юноша потоптался у двери и для приличия зашел в оставшуюся комнату. Стефания протяжно выдохнула и с облегчением опустила металлическую ручку двери. Шаг назад. Еще один. И еще. И предательский скрип половицы. Девушка ахнула словно в себя и испуганно покосилась на дверь. Парень еще обследовал третью комнату. И, конечно, он услышал слабый скрип. Стефания застыла. «Надеюсь, он сюда не зайдет. Меня здесь нет. Уйди, пожалуйста, пройди мимо, мимо…» Ручка повернулась и в комнату вошел Питер. Он опустил перчатку на ручку и заинтересованно оглядел пространство. Картина, умеренно-розовые оттенки убранства, просторная кровать. И вдумчивый взгляд остановился на самой принцессе. Питер одарил ее приветливой улыбкой: - Красиво здесь. А почему ты убежала? Мы не доиграли. Стефания затравленно оглянула парня снизу-вверх и опасливо выставила вперед ладони: - Не подходи ко мне. Напускной задор стал выветриваться в ужимках Питера и уже более серьезно он повторил: - Мы не доиграли, - он переступил с ноги на ногу, – Поэтому тебе следует спуститься вниз. Лицезря холодок, граничащий с раздражением, Стефания часто задышала. Внутренняя дрожь передалась опустившимся рукам и голосу. Диафрагма тревожно поднималась и опускалась вниз. Как же он ее пугал. Питер вел себя спокойно. Предельно. - Что вы со мной сделаете? - Ты помнишь правила игры, - безмятежная улыбка напомнила об обещанной смерти. - Вы что, правда, убьете? – как-то приглушенно спросила девушка. Она не верила, не хотела, не представляла. Утром она была влюбленной, а днем должна быть мертва – эта мысль не укладывалась в голове. Губы подковкой, качание головы и пожатие плечами. - Может быть. Питер невозмутимо повел рукой в сторону и опустил, хлопнув по черным шортам. «Нет, я не пойду» Решение озвучивать не пришлось. Спустя долгую паузу юноша понял, что девушка струсила. И к неподвижной направился сам. Отступать некуда – Стефания боязливо оглянулась. Делать нечего, надо бежать. Глупо, осознанно, но попытка – не забавные игры. Ожидаемо, что девушку остановили. Парень фыркнул и поймал ее за талию, чтобы остановить прямо перед собой. Стефания опустила глаза, не собираясь сопротивляться. Разговор подождал долгие 10 секунд. - Не рекомендую грубить мне и Полу. Ей хотелось спросить: «А то что?», но ответ уже был ей известен. Стефания отвела взгляд в сторону. По позвоночнику пробежал холодок. Приглушенный голос юноши ложился на раздосадованное осознание: - Зачем убегать, когда игра не окончена? - Убери руки, - тяжело моргнула Стефания, предупредительно взглянув в синие глаза. Челка спадала на них, но не укрывала скептическую смешинку. - Не думаю, что это будет правильно. - Это будет правильнее всего. - Правильнее всего, уметь достойно проигрывать. Что ответить? - Пожалуйста, - мягкая попытка вменения. Видя непоколебимый настрой юноши, Стеф решила надавить на жалость. Он ведь мог понять, насколько им некомфортно и страшно. Он ведь мог прислушаться к ней и помочь сбежать от Пола. Помочь сестре… - Что? – в такт ей мягко и тихо спросил парень. - Отпусти меня. Помоги нам с сестрой. Ты же явно другой, - в аквамариновых глазах зажглась надежда, - не такой как Пол. Мы с сестрой никому про вас не скажем, пожалуйста, пусти. Я буду молчать… - А что, я согласен, - уверяюще кивнул Питер. Стефания удивленно и доверчиво посмотрела на юношу, - я, правда, не такой как Пол, - намереваясь испортить драматичный момент, деланно озабоченно добавил, - Все-таки он больше любит гольф, а я смотреть телевизор, - беспечная улыбка. - Нет, ты не так… Стефания сбилась, нахмурила брови. Заново набрала в грудь кислород, отрыла рот и… замолкла. Все безнадежно. И она поняла это. Под опущенными ресницами мелькнуло отчаяние и осколок разбитой надежды. - Мне вдруг стало интересно, - Питер отстраненно поглядел на пейзажное полотно за ее спиной и вернул тяжелый взгляд на Стеф, - тебя с самого начала привлекал Пол? - ..Меня никто не привлекал, он… отвратительный, - она поморщилась, все еще находясь в прострации после ответа. - Значит, тебя привлекает не Баттхед. Что ж, тогда я польщен, - медленно моргнул Питер, безапелляционно и спокойно продолжая гнуть свою линию, - тогда я буду джентльменом и пойду тебе навстречу. - Что? О чем ты? - Ты влюбилась и это нормально. Мне нетрудно, я с тобой пересплю. - Ничего не будет, - выразительно посмотрела на него девушка и вцепилась ногтями в его руки. Ей совершенно не нравилось, как они стискивали ее талию, - Я не влюбилась и в-вообще, отпусти, - Стеф старалась не паниковать. Но все прилагаемые усилия были напрасны. Питер улыбнулся ее немощности и своей власти и, не совладав с довольством, проговорил прямо в лицо, которая она старалась отвернуть: - Ты очень стеснительная, но это даже мило. Тогда я постараюсь помочь тебе, - любезная улыбка оскалом отразилась в округлившихся глазах. Стеф ощутила волну решимости от внешне спокойного парня, и воскликнула, когда он жадно и с силой прижал ее к себе. Ощущая тепло его тела, девушка вцепилась в плечи, намереваясь оттолкнуть садиста. Не силясь контролировать свои эмоции, она стала всхлипывать и выкручиваться из его хватки. Было неприятно, мерзко, страшно. Какой контраст между веселыми разговорами в гостиной. Питер в относительном равнодушии схватил первое и второе запястье, и резко переместил их за спину девушки, скрепляя обе одной рукой. Вторую поместил на затылок, фиксируя локтем тело. Стефания в волнении разрыдалась и потеряла надежду вырваться: Питер превосходил ее по силе. Синие глаза коротко и хищно оглядели лицо Стефании. В каких правилах прописано, что нужно делать с найденным человеком? Тонкие губы изогнулись в улыбке «Ни в каких» Питер полюбовался на неизменно привлекательное и блестящее от слез лицо. И не сдержался. К полным губам прижались мягкие. Питер требовательно поцеловал девушку, неспешно переходя от верхней губы к нижней. Девушка сдавленно промычала, силясь отвести лицо в сторону, но крепкая рука держала голову. Когда почувствовала влажное касание языка на сминаемых устах, задрожала в непередаваемом отвращении. Капкан, в который она попала, парализовал все тело. Попытки выскользнуть оказались тщетны. Питер оторвался от ее губ, чтобы одним движением голосу откинуть челку назад. Во взгляде контроль мешался с хладнокровием. Он не сгорал от желания, грязной похоти – он знал, что нужно делать дальше. И зачем. - Прекрати, - сквозь слезы жалобно попросила Стефания. Питер промолчал, вновь приблизив ее к себе за затылок. На этот раз касание губ было грубым. Язык уже не лизал губу, а проникал глубже. И тут Стефания механически сжала зубы и после того, как разжала, поняла, что еще способна сопротивляться. Питер отпрянул, закусив губу. Он отчужденно взглянул на притихшую девушку и скептически повел бровью, прежде чем на тон ниже сообщить: - Зря ты это сделала. Стефания не успела испугаться перемены в его настроении. Он повалил ее на кровать, тут же придавив своим весом. - Ай! Отвали! – натужно вскрикнула Стефания и высвободила руки. Питер приподнялся. Белые перчатки поймали руки в воздухе и прижали к груди. - И что теперь? Мне просто интересно, - насмешливо обронил Питер. Медленно моргал и наблюдал за суетливо выкручивающейся девушкой. Под шумок, Питер повернул к Вам голову, чтобы невозмутимо поинтересоваться: - А Вы на ее стороне? Наверное, думаете, что она выберется, да? Или Вам интересно посмотреть, что будет дальше? Вежливая улыбка на прощание. И помрачневший взгляд, дарованный Стефании. Она замерла. Страх стал перманентным. Не позволял кричать, придушившая горло. Бедная девушка молча помотала головой, глотая слезы. - Нет, не надо. - Конечно, не надо, - вторгся в тишину рассудительный голос. Стефания не сразу повернула лицо к говорящему. - Он или она переключит канал. Совершенно некомпетентно транслировать порнографию на культурном канале, - без раздумий вещал Пол, поправляя белую перчатку. Он стоял в дверном проеме, плечом облокотившись на косяк. Невинный честный взгляд остановился на девушке, - постыдилась бы, Стефания. Она возмущенно и непонимающе нахмурилась: не понимала, кто сошел с ума. Ее обвиняют? «Кажется, все» Пол укоризненно покачал головой. Он остановил что-то ужасное своим приходом. И Стефания была ему искренне благодарна, пусть и не осознавала это до конца. Питер слез с нее. Облегчение. Она слабо села на кровать и вытерла слезы ладонями. - Это все она, я бы никогда на такое не решился, - приглушенная и наивная реплика сопроводились указанием пальца. Нашлась виновница беспредела. - Знаю, Питер, - утвердительно кивнул Пол, скрещивая руки на груди, - Поэтому и пришел, чтобы она тебя не подставила. - Ты очень добр, Пол. Спасибо. - Обращайся. Пол весьма грубо вывел девушку за локоть из комнаты. И сопроводил ее до места расправы, очередной забавной игры. - Нэнси, - просяще позвала Стефания сестру. Будто та могла повлиять на несгибаемую линию Пола, защитить, уберечь. Она ведь старшая сестра: всезащитный образ мерк в печальных темных прядях, опущенных уголках губ и плечах. Дуэтный конвой обступил сидящую на полу Нэнси. - Меня убейте, не ее, - с усилием и грубо предприняла попытку защитить девушка. - Бивис, ты слышал? – весело хмыкнул Пол, - Самоотверженность как в лучших фильмах про гибнущих сестер от рук двух весьма обаятельных и вежливых красавцев, - наигранное воодушевление передалось Питеру. - Кажется, там они пошли навстречу Нэнси… - Да? - Да. - И что они сделали? – всерьез озадачился Пол, приподняв бровь и закусив губу. Стефания вредно дернула руку из тисков: безуспешно. - Они проявили великодушие. Пол закатил глаза и выпалил, чтобы Питер не томил, все-таки это его прерогатива: - Как? - Ну, - синие глаза невзначай пробежались по свитеру Стефании, - младшенькая разделась, чтобы старшей сестре дали позвонить в полицию. Или убежать, на ее выбор. - Бивис, - в небесном стекле засияли предприимчивые нотки. Пол протянул третье или четвертое имя товарища, и удивленно похлапал, - Вау, это гениально! Кто поставил этот фильм? Питер скромно потупился. Перчатка убрала челку с темной брови, и кеды потоптались на месте. Ресницы запрыгали в застенчивом признании: - Я. - Слышали, девочки? – сквозь зубы проговорил Пол, отдавая Стефанию в другие руки и занявшись Нэнси. Она поддавалась, слушалась. Он ее усадил на диван, между своих ног. Устроился удобно сам, но вот Нэнси пришлось прилегать к его телу, ощущать давление ног, рук, - Теперь вы просто обязаны поиграть в эту игру. К шее шатенки он приставил нож, когда-то брошенный Питером. И когда-то поданный ею. Кожу уколола длинная, поточенная утром пластинка. Нэнси впервые в жизни корила себя за хозяйственность. А вот Полу очень даже нравилась эта черта. - Хорошо поточен нож, - его губы коснулись ее уха, - Мне нравится. Нэнси дернулась всем телом, будто нервную систему пронзило электричество. Пол моментально оправился, плотнее обхватывая все ее руки, и в готовности полоснуть вправо, глядел на Стефанию. Питер галантно поклонился, придержав грудь рукой: - Прошу, - и уселся на диван как в театральное ложе. Нога замоталась в такт внутренней расхлябанности и жестокости юноши. Стефания боялась до смерти, что перчатки Пола окрасятся в бардовый цвет. Или ярко-красный, если он заденет артерию. И не глядя им в глаза, таким разным и похожим холодом веселья, стала раздеваться. На первых секундах решимости четкой была мысль, что ей нечего стесняться. «Я красивая». Но только кому она все это покажет?.. Движения замедлились. Пока Стефания снимала с себя кофту, Пол встрял с едким замечанием: - Ты все равно сегодня планировала раздеться. - Я ничего не планировала, - сдавленным от спазма голосом ответила она. - Планировала, - Питер энергично покивал, - Подтверждаю. - Питер подтверждает, - уверенная мягкая фраза перечеркнула шанс на бездействие. Округлые глаза острым стеклом впивались в Стефанию: она не нашла в себе сил возразить. Какой в этом смысл? Нэнси сочувственно глядела на сестру. Среди двух жестоких пар глаз затесалась успокаивающая. Стефанию несколько утешило сопереживание Нэнси. Именно поэтому ее не парализовывало от страха, а наоборот давало надежду: сняв одежду, все это закончится. Она не могла знать, что ошибается. Поэтому, подавляя в себе стыд, под пристальными взглядами расстегнула юбку. Питер предложил помощь, когда молнию заело. Стефания думала: «Лишь бы он не приближался» Нэнси закрыла глаза. Не решалась в этом участвовать. Невольно сконцентрировалась на дыхании Пола, что прижимал ножом к себе, и внезапно рассердилась. Он дышал размеренно, близко и спокойно. Его совершенно не трогало происходящее. Синициировал унизительную процедуру для Стефании, чтобы сильнее расшатать ее психику. Чтобы просто сломать. - Ненавижу вас, - сквозь зубы процедила Нэнси. - Нам приятно, что вызываем эмоции, а не равнодушие, - беззаботно ответил Пол, так как предчувствовал, что она разозлится. Добавил бензина в пылающее пламя. И сильнее надавил острием ножа на шею девушки, чтобы ненароком огонь не вырвался наружу. Холод неприятно морозил кожу. И едва пальцы расстегнули застежку лифа, Стефания взглянула на Питера. И поняла, что зря это сделала. Похотливый, насмехающийся и невероятно беспощадный взгляд. Из легких выбило воздух, и паника начала подступать. Стефания застегнула обратно и неуверенно сцепила руки в замочек на уровне груди. Пол утомленно закатил глаза: - Ну что опять? - Я не могу, - голос от волнения дрожал, и она переступила с ноги на ногу. Как же хотелось сбежать отсюда. Но сестра. - Я не буду, - совсем жалобно протянула Стефания. - Ой, да не стесняйся, - если бы блондин мог беззаботно махнуть рукой, он бы махнул, - Если тебе это поможет, то я бы с большей вероятностью сегодня провел с тобой ночь. С большей вероятностью. Вот это одолжение. - Это не поможет и этого бы не было, - в сердцах звонко заявила девушка. Намеревалась убежать. Вот-вот. Есть шанс на свободу, ведь не зря ее заставили раздеться у выхода. Конечно, специально. - Если бы я среагировал на твои не самые дорогие подкаты, дешевые, словом, то было бы. - Не спорь. Раздевайся, пожалуйста, - тихий голос Питера неумолимым холодом подстегнул к действиям. Единственная нить удерживала от побега – Нэнси. И парни это знали. Атмосфера стала напряженной. В душе стало невыносимо тяжело – Стефания на глубоком выдохе разрыдалась. Все же, вытерев слезы, девушка неспеша расстегнула лиф. Он был положен на подлокотник. Она даже не смотрела на садистов. Лишь словно издалека услышала напротив глухой всхлип. Подумала, что ей показалось. Преодолев волну стыда, опустила остальное нижнее белье. Вот и все. Но, прежде чем произнести эти три слова, Пол выждал паузу. Сильнее морального давления Стефания никогда не испытывала. Она была на грани. Между людьми ползла мучительная минута. «Скорее бы умереть» Скоро настанет скоро. Никак иначе. - Торжественно поздравляю с отыгранным проигрышем. Можешь одеться, спасибо, - шелковистая любезность сгладила радостную нотку, что так жестоко прозвучала. Пол был доволен. Стефания с трудом пошевелилась, чтобы заторможенно одеться обратно. Взгляды были уже менее колючими и пристальными. Оставили в покое. Хотя бы сейчас. Пол небрежно оттолкнул от себя Нэнси и сунул Питеру нож, прежде чем почесать бровь большим пальцем. Шатенка не заставила себя ждать: отскочила от юноши и тут же была прижата за плечо к дивану. Повернула голову и увидела суровые синие глаза. В них промчалась хитринка и тут же потухла. Питер придержал Нэнси и встал сам. Неторопливо, чуть неуклюже. И обратился к Стефании, что измученно натягивала на себя свитер. Когда одёрнула края, взъерошив волосы, прилипшие к опухшим губам, тяжело выдохнула. И в изнемождении уставилась на Питера, буквально отвечая взглядом: «Ну что еще, сволочь?» - Я не впечатлен твоими формами. Простая фраза. Апатия и беззаботность. Стефания пусто глядела в прохладную синеву. Ответить? Нет. Она выбрала молчание. Питер потоптался на месте, шумно выпустил воздух из легких и качнулся в сторону другого дивана. Надо было пройти мимо Нэнси и Пола. Что он и сделал. Нэнси осторожно взглянула на Пола, желая разгадать дальнейший план действий садистов. И когда отвернула голову, вмиг почувствовала колебание сбоку. А затем резкое давление на спину. Оно не прекращалось, оно разрезало свитер, кожу, позвонок и внутренние ткани. Питер покачнулся и при «падении» воткнул нож в спину Нэнси, чтобы опереться и не упасть. Она рвано выдохнула, с испугом и отрешенностью согнувшись над коленями. В ушах слышалось собственное дыхание, сбитое. И где-то далеко, сквозь туман раздался крик. Потом глухой шум, смазанная потасовка. Нэнси поняла, что ее ранили. «А что теперь?». Лица мучителей стали стираться. «Успею вызвать скорую?»: хрупкая, тревожная мысль испарилась, как и остальные. Девушка осталась верна своей рассудительности, до последнего момента. «А Стефания?..» Вскоре посторонние шумы утихли. Серость пасмурного дня сквозь окна утягивала Нэнси за собой. Она больше ничего не видела. Девушка умерла. - Нет, что ты сделал?! – истерила Стефания, медленно оправляясь от крепкой пощечины. Питер резко вырвал нож из трупа и направил на девушку. Рыдания было не подавить, но нападать она не решалась. - Оступился. Бывает. Легкие слова ошеломляли. Стефания с новым ужасом и страхом глядела на убийцу. И безмолвно плакала, ощущая полнейшую беспомощность.