Часть 6. Ревность Юки

Кросс Юки стояла перед дверью комнаты, в которой жила три года. Это было её пространство — знакомое, личное. Она грустно смотрела на ручку двери, понимая, что теперь даже не может прикоснутся к ней, так как вся комната была «вампиронепроницаемой», как выражался директор академии и опекун Юки — Кросс Каен. Юки прижалась лбом к двери и глубоко вздохнула. Ей казалось, что все произошедшее улеглось в её сознании, но оказавшись в академии, испытала невыносимую тоску по тем временам, когда Каен бегал вокруг неё со своей стряпней все время пытаясь её накормить как какая-то бабуля; когда Канаме оставался далеким и таинственным принцем ночного класса; когда Зеро был рядом каждую минуту и приходил на помощь; когда она смогла отплатить ему за его заботу поделившись с ним своей кровью.  Эта странная связь, что возникла после того, как Зеро стал пить её кровь, теперь, когда она тоже вампир, стала более понятна. Она пила кровезаменительные таблетки и порой хотела расцеловать таблетницу, а иногда хотела выбросить её из окна и кричать от отчаянья.  Юки услышала чьи-то шаги. Она поняла, что в такой странной позе её застукали и бессмысленно делать вид, что это произошло случайно. — Эта комната была моей в прошлом семестре, — прошептала Юки достаточно громко, чтобы её мог услышать человек за спиной. Она не знала, что хотела этим сказать, но слова вырвались сами. — Это того стоило? — прозвучал из-за спины женский голос. Юки в изумлении обернулась. — Ты о чём? — нахмурившись спросила Юки. Этот вопрос её надломил, но девушка, что стояла за спиной оказалась незнакомой, поэтому Юки держала лицо. — Извини, я не тебе, — мягко, но как-то отстранённо ответила девушка. В коридорчике были только они вдвоем, и напряжение повисло в воздухе, как натянутая струна. Юки шагнула ближе, её мысли метались в событиях последних дней. — Я видела тебя на балконе кабинета директора. И Зеро странно смотрел на балкон, — Юки решила высказать все, что крутилось в голове. — Он никогда так зло ни на кого не смотрел. Что ты сделала? — вопрос сорвался с губ неожиданно, голос чуть дрогнул.  Алиса слегка приподняла брови, её губы изогнулись в едва заметной усмешке, от которой у Юки по спине пробежал ледяной холод. — А ты Юки, верно? Ты вроде с тем, темненьким встречаешься, не так ли? Кажется его зовут Канаме. Эти слова резанули по Юки. Она отшатнулась, словно розоволосая девушка только что ударила её по лицу. Но не успела ответить, как новенькая продолжила, не давая ей возможности перевести дух. — Тебе не должно быть дела до того, как Зеро на кого смотрит. Он — не твоя собственность, Юки. И уж точно не пёсик, который будет сидеть и ждать, пока ты решишь, с кем тебе быть. Юки почувствовала, как сердце ускорило свой бег. Эта особа говорила так спокойно и уверенно, что её слова не могли не проникать глубоко внутрь. — Ты не понимаешь... — начала было Юки, но её снова перебили.  — Зеро красивый, сильный и умный. Толпа девушек не спросит твоего разрешения, когда начнёт падать к его ногам, — девушка слегка склонила голову и неприятно улыбнулась, — И он тоже не станет ждать тебя, когда встретит ту, к ногам которой упадет он сам. Слова больно ударяли в самое сердце Юки. Она ревновала Зеро к новенькой. Она ненавидела саму мысль о том, что он мог испытывать что-то к кому-то другому. Но Юки осознала, что ревнует не только к Зеро. Девушка заняла её комнату, её место стража, она общалась с директором о делах, о которых Юки не имела понятия. Розоволосая вторглась в её жизнь, заняв позиции, которые когда-то принадлежали только ей. — Почему ты так говоришь? — Юки пыталась сдержать нарастающее волнение, но её голос стал чуть более резким, чем она ожидала. — Тебе какое дело до Зеро? Незнакомка слегка усмехнулась, её глаза прищурились, словно она предвкушала этот вопрос. — Кстати, никакого. Но я девушка свободная, — ответила она с загадочной улыбкой. — А тебе самой не кажется, что ты слишком уж интересуешься? Может, проблема в тебе, Юки? Почему ты так ревнуешь? Ты должна быть с Канаме, или я что-то упустила? Юки не знала, что ответить. Вопросы загнали её в угол, вынуждая признать то, чего она не хотела осознавать. Ревность, страх, неуверенность — всё это смешалось в ней, мешая собраться с мыслями. Юки охватил гнев такой силы, что она не ощущала никогда. Она не отдавала себе отчет, когда схватила девушку прямо за горло, больно сдавив и подняв немного над землей. — Ты — страж, значит знаешь кто я, — прорычала Юки. Её разум был затуманен. Лицо девушки слегка покраснело, но выражение лица не изменилось. Отстраненность и скука в её глазах, а так же наставленное в лицо дуло маленького пистолета — Беретты Пико, отрезвило Юки, хоть оружие не могло нанести серьезных травм. Но Юки испугалась, испугалась саму себя. — Я… прости, — прошептала Юки, разжимая пальцы. Девушка ловко отшатнулась от неё, будто это движение было отработано на тренировках. — Ты — вампир, я — страж, значит ты знаешь какими навыками я обладаю. И не нужно считать себя вершиной эволюции только потому что у тебя клыки, суперсила и высокий вампирский ранг. Допустим мне ты раздерешь горло, но уверяю это крайне маловероятно. Скольких людей ты собираешься убить, чтобы не дать Зеро полюбить кого-то кроме тебя? Не дожидаясь ответа, девушка взялась за ручку двери и вошла в свою комнату. Юки хотела было постучать и попробовать продолжить диалог, но передумала. Лучше оставить её в покое. Нежеланные эмоции поднимались в ней, как волны, и она знала, что не готова столкнуться с ними вновь. *** Воскресное утро выдалось ясным, и Юки с волнением готовилась к двойному свиданию. Её мысли путались, как всегда, когда она находилась рядом с Канаме. Это было её первое настоящее свидание с ним, и она не могла позволить себе допустить ошибку. Она надела темный сарафан поверх белой классической блузки, темные колготки и полусапожки с небольшим, но изящным каблучком, чтобы соответствовать формальному стилю, подходящему для прогулки с Канаме.  С волнением поправив воротничок, Юки накинула на руку пальто и спустилась на первый этаж общежития ночного отделения. Канаме и Сейрен уже ожидали, хотя на часах было еще две минуты до назначенного времени. Ровно к назначенному времени пришел и Ичиджо Такума. Юки не сразу узнала вице-презедента — его обычный элегантный стиль был изменен на повседневный. Он был в джинсах, кроссовках и толстовке, но самым удивительным оказалось то, что классическое пальто отлично вписалось в новый образ, придавая ему какой-то новый, более расслабленный шарм. — Вау, Ичиджо! — Юки, не сдержавшись, воскликнула с улыбкой. — Ты сегодня выглядишь потрясающе. Эта одежда словно создана для тебя. Она обернулась к Канаме и Сейрен, которые стояли чуть в стороне. Канаме, с его безупречным вкусом и строгими нарядами, явно не оценил столь неформальный подход к внешнему виду, а Сейрен выглядела так, будто это было личное оскорбление. Ичиджо, словно уловив невысказанные мысли своих друзей, весело усмехнулся и оглядел себя. — Что скажешь, Канаме? Решил немного сменить стиль. Как тебе? Канаме выдержал короткую паузу, словно обдумывая ответ, и лишь слегка кивнул:  — Ты умеешь удивить, Такума. Сейрен не сказала ни слова, но её молчание было выразительнее любого комментария. Её глаза холодно окинули фигуру Ичиджо. Юки почувствовала нарастающее напряжение, но попыталась подавить свои ощущения. Ведь это должно было быть свидание, и она хотела, чтобы день прошел идеально. — Ладно, пойдёмте! — Юки постаралась внести позитивную ноту в разговор. Она взяла Канаме под руку и улыбнулась пытаясь сгладить момент. Но его прохладная реакция только усилила её тревогу. Они отправились к машине Канаме, чтобы добраться до города. Весь путь прошёл в молчании, которое никак не удавалось нарушить. Когда они прогуливались по набережной, Юки не могла избавиться от чувства, что что-то не так. Канаме и Сейрен держались отстранённо. Хотя это было первое официальное свидание для обеих пар, сдержанность их спутников резала по нервам. Юки пыталась втянуть Канаме в разговор, но его ответы были короткими и поверхностными. Напротив, Ичиджо шутил и рассказывал истории, наполняя воздух лёгкостью, которая контрастировала с напряжением, исходящим от его друзей. Ей всегда нравился Такума. В нём была лёгкость, которой так не хватало её отношениям с Канаме и Зеро. Канаме с его утончённостью и скрытыми мотивами, всегда казался Юки человеком, с которым нужно быть осторожной. В его действиях была власть, а в каждом слове — подтекст, который она не всегда понимала. Раньше ей хотелось понять его, стать частью его жизни. А теперь она часто чувствовала, что её собственная жизнь была лишь частью его большого плана, и это пугало её. Зеро был другим. Прямолинейный и искренний, он открыто демонстрировал свою боль и ненависть к вампирам. Но его тьма была такой сильной, что Юки иногда чувствовала, что не сможет выдержать её вес. Закрытость Зеро лишь усугубляла их отношения, отталкивая её, и не давала его внутренней боли вырваться. Но с Такумой всё было по-другому. Рядом с ним Юки могла расслабиться. Он не пытался манипулировать ею, не скрывал своих намерений. Их общение было лёгким, почти непринуждённым, и Юки нравилось это чувство свободы, которое он ей давал. Такума не скрывал своих чувств за барьерами. Когда они добрались до уютного кафе, Юки заметила, что напряжение со стороны Канаме и Сейрен не смотря на усилия Такумы и Юки никуда не исчезло. Заказав напитки, они сели за столик у окна. Канаме и Сейрен устроились ближе к окну, как будто стремясь создать физическую дистанцию от Юки и Такумы, которые сидели ближе к проходу.  Угрюмая часть компании заказала кофе и молча смотрела в окно, Юки заказала горячий шоколад, Ичиджо взял черный чай со сливками. — Вы очень милая пара, — сказала официантка, ставя заказанные напитки на стол.  — О, спасибо, но её сердце занято, — нашелся, что ответить Такума. — Ой, простите, я не хотела, — извинилась официантка. Но действительно на парочку были похоже именно Юки и Такума, а Канаме и Сейрен выглядели как те, кого пытались свести. — Такума, ты же обычно пьешь капучино? — заполнила неловкую паузу Юки. — О да, капучино — это классика, — ответил Ичиджо, улыбнувшись. — Но я решил попробовать чай для разнообразия. Вчера попробовал необычный сорт. Канаме слегка поднял бровь, но ничего не сказал. Сейрен холодно наблюдала за разговором, но её взгляд время от времени проскальзывал к Ичиджо, оценивая его манеру поведения. Юки сделала глоток горячего шоколада, чувствуя себя слегка неловко из-за молчания. — Да, чай — это не просто напиток, а целая культура, — сказала она, пытаясь вернуть легкость в разговор. — Я даже был на китайской чайной церемонии, — с улыбкой ответил Ичиджо, откинувшись на спинку стула. Юки улыбнулась, но краем глаза заметила, как Сейрен повернула голову и внимательно посмотрела на Ичиджо. — А это было до или после того, как господин Тога сделал тебе выговор за угон его автомобиля? — тихо, словно змея, прошипела Сейрен. Юки не нравилась Сейрен, потому что в диаметре десяти километров от Сейрен не происходило ничего без её ведома. Или она узнавала об этом спустя секунду. И не смотря на то, что она была телохранительницей Канаме, Юки казалось, что за этими отношениями стояло что-то большее. — Неужели твои пташки так исказили информацию? — выдавил Такума сквозь смех. — А что, разве он тебе не сделал выговор? — непонимающе моргнула Сейрен. — Мне, — акцентировал Такума, — Он выговора не делал.  — А мне сказали, что ты долго был в его кабинете. Так почему выговор он сделал не тебе, хотя в кабинете был именно ты?  Такума откинулся на стуле, вспоминая смешное лицо злого учителя Тоги. — Я подвернулся ему под руку. — Это не объясняет того, что ты там был долго, — холодно продолжила допрос Сейрен. — Он предложил мне работу по оцифровке архива за небольшую плату. Мне же нужно на что-то баловать своих девочек, — Такума подмигнул одним глазом Сейрен, затем вторым Юки. Юки улыбнулась. Сейрен закатила глаза. — А я слышал, — впервые поддержал диалог, сказал Канаме, — Что ты заполучил еще одну фанатку с дневного. — О, теперь, когда вы с Юки вместе, твой фан-клуб сократится в два раза. Все бегут к номеру два, — парировал Такума. — А твой фан-клуб не сократится, когда они узнают о том, что ты с Сейрен? — уточнил Канаме. Юки заметила, что перед ответом Такума  нервно пошевелил рукой. — Ты прав как всегда. Ох, и тяжко же придется Акацки, — отшутился Ичиджо. После того как они допили свои напитки, компания вышла из кафе. Когда они шли по пешеходной улице, Ичиджо, посмотрев на магазин чая, остановился. — Я сейчас, ребята. Мне нужно забежать сюда на минутку, — он сказал неожиданно для всех и для самого себя. Юки кивнула, а Ичиджо скрылся за дверьми магазина. Канаме и Сейрен переглянулись, словно обменявшись безмолвными мыслями, и продолжили стоять рядом, сохраняя своё молчание. *** Вернувшись в общежитие Юки легла на кровать и посмотрела в потолок. Она не могла не заметить странную атмосферу, царившую между Канаме и Сейрен. Их отношения всегда были загадочными для неё. Сейрен, беспрекословно выполняющая приказы и постоянно находящаяся рядом с Канаме, казалась ей больше его тенью, чем равноправной спутницей. Хотя она никогда не видела между ними романтических моментов, их связь всегда оставалась для Юки не до конца понятной. Это было чем-то большим, чем просто лояльность и верность — в их общении чувствовалось некое напряжение, словно они скрывали что-то важное друг от друга или, возможно, от всех остальных. То, что Ичиджо оказался на этом свидании с Сейрен, было для Юки ещё большим удивлением. Такума всегда отличался своим весёлым и лёгким характером, и Юки трудно было представить его рядом с такой сдержанной и холодной фигурой, как Сейрен. Они словно были противоположностями: Такума — живой, открытый, а Сейрен — тихая и непроницаемая. И теперь, после прогулки вчетвером, Юки чувствовала себя ещё более сбитой с толку.  Зачем Канаме предложил двойное свидание? Если это вообще можно было назвать свиданием. Постепенно к Юки пришло осознание того, что Канаме организовал это свидание не просто ради забавы или удовольствия. Ей стало казаться, что он специально выбрал такой состав, чтобы успокоить её ревность. Канаме, скорее всего, знал, что Юки волновалась о его отношениях с Сейрен, и потому сделал всё, чтобы показать, что между ним и Сейрен нет ничего личного. Это должно было развеять её сомнения, дать понять, что он рядом только с ней, а Сейрен — всего лишь его верная защитница, ничего больше. Юки беспокоило, что Такуму затащил в этот квартет Канаме, и только для того, чтобы она меньше ревновала, но получилось, что на этом свидании общались Юки с Такумой. Нет, Ичиджо честно пытался пойти на контакт со всеми участниками, но отклик нашел только у Юки.  Это свидание вместо того чтобы успокоить её сердце, лишь добавило ей новых сомнений. Её чувства к Канаме становились всё более запутанными. Но свидание так же дало понимание, что у Юки есть друг, с которым можно легко и непринужденно поговорить, если это ей понадобится. *** Новую систему охраны Юки не понимала. Она выходила вместе со всем ночным общежитием в сторону академии. Кирио Зеро или шел угрюмо за ними, или попадался в область видимости Юки на пару минут.  Зеро не пытался с ней говорить, а она не пыталась говорить с ним. Это было хорошо. Это бы не понравилось Канаме.  Последние слова, которые она сказала Зеро комом стояли в горле. Ей хотелось плакать, вспоминая их. Второго стража видно не было, но Юки это было на руку, потому что её слова о Кирио жгли ещё сильнее. Когда эти мысли пересекались Юки чувствовала, что задыхается, поэтому когда она шла к академии, она старалась быть максимально отстраненной. Занятия закончились и нужно было возвращаться в общежитие, она со своим младшим классом пошла в сторону общежития. Она весело болтала с Айдо, когда Римма топнула ногой, привлекая внимание Айдо. Айдо с Риммой увлеклись перепалкой друг с другом как обычно, и ушли вперед. Юки закатила глаза но, вампирское зрение зацепило два лица в тени окон академии. Зеро стоял в своей комнате, скрестив руки на груди. Наверняка он наблюдал за ней каждый день, изучив её расписание. Второе лицо было на том же третьем этаже. Новенькая сидела в библиотеке на подоконнике и читала книгу — до вампиров ей будто бы не было дела. Юки почувствовала укол ревности. Юки стояла тут, на пути в ночное общежитие, а Зеро и эта особа были в академии. Стражами. Учениками дневного отделения. Они были близко друг к другу.  Незнакомка зашевелила губами, возможно пыталась произнести сложный иероглиф, но Юки будто прочитала по губам «Это того стоило?». Её бросило в дрожь, она медленно пошла к общежитию считая шаги.  Большая часть сидела в общей гостиной и как обычно была занята разнообразными делами. Юки частенько присоединялась к настольным играм или каким-то обсуждениям, но сегодня она молча проскользнула мимо гостиной на лестницу. В коридоре она почувствовала как по щеке потекла слеза. Как раз в этот момент Ичиджо выходил из комнаты и увидел Юки. Первой его реакций была искренняя улыбка, как всегда. Второй — он прошел несколько шагов на встречу Юки, схватил её за плечи и завел в свою комнату. Крепко заперев дверь. Он отошел от Юки на пару шагов. — Юки, могу я узнать, что случилось?  Юки попятилась спиной к двери, уперевшись в неё со всхлипом сползла на пол. Она уронила голову на ладони. Плечи дрожали. — Вот держи, полегчает, — Такума протянул ей платок и чашку с черным чаем. — В этой комнате есть шумоизоляция. Не переживай, что кто-то услышит, и я никому не скажу. Услышав такие слова заботы, Юки оторопела. Поток слез прекратился. Она оставила платок на коленях и отпила чай, кивнув. — Хочешь сливки? Извини, что чай в пакетике, листовой очень специфичный. Юки помотала головой в знак отказа. Залпом выпила чай, хоть он и обжигал. Раньше она никогда не пила чай сразу после заварки, слишком горячо было. А теперь… теперь наверно можно в кипящей воде купаться. Слезы вновь проступили. Юки прижала нижние части ладоней к глазам как бы говоря самой себе «хватит». Он сел рядом с ней и словно чувствуя настроение Юки произнес: — Хочешь расскажу свой самый стыдный секрет?  Юки кивнула, не поднимая головы. Она надеялась, что очередная история Такумы поможет ей расслабиться. — В детстве мне нравилась девочка, и я даже нашел вуду-обряд в одной из книги дедушки и провел его. Назывался «обряд на вечную любовь». Я не помню даже, где на чердаке я спрятал ритуальные предметы. Не знаю, что должно было означать «вечная любовь», но после этого я всегда её видел во снах. Каждую ночь, каждый сон, я видел её и разговаривал с ней.  Юки замерла от неожиданности. История казалась бредом, но Такума был разоружающе искренним в тот момент. Она решила уточнить: — Ты ей тоже снился?  — Не знаю… я не успел спросить… её убили... Так странно, что мне больно из-за этого. Понимаешь, это не только, потому что моей подруги больше нет. Будто мы могли вырасти и… — Ичиджо тяжело вздохнул. Не смотря на то, что это событие произошло очень давно, было видно какой отпечаток оно оставило на душе Такумы. Не смотря на открытость, честность и беззаботность у Ичиджо тоже была непростая жизнь. Так сильно он отличался от тех двоих, что были в её сердце. Он так легко признавал свои чувства и делился с окружающими. — И ты не отпустил эти отношения? — спросила Юки. — Нет, наверное, ещё нет… редко, но она мне снилась… когда я… не важно, — ответил Такума. Она вздохнула. Юки не могла рассказать Ичиджо то, что было на её душе и что было причиной слез, потому что он оставался другом Канаме. Но Такума был очень эмпатичным человеком. Юки рыдала не только из-за ревности, но и из-за Зеро. Она не могла быть с ним, потому что он ненавидел таких, как Шизука, как сама Юки.  — Мы вернулись в академию, и мне стало тяжело, — призналась Юки, уводя тему в другое, безопасное русло. — Такой сильный контраст между жизнью человека и вампира. Я скучаю по многому. — Это нормально, Юки! — мягко улыбнулся Такума, — Все меняется вместе с тобой. Расскажи мне о том, чего тебе не хватает, может быть я подскажу тебе чем это можно заменить?  — Да, спасибо, — отстраненно ответила она, закрыв глаза словно собиралась прыгнуть в воду с разбега. — А ещё… мне страшно из-за своей силы. — Я всегда думал, что быть сильным — это здорово, — она почувствовала будто Ичиджо дернулся, когда отвечал ей. — Я недавно разозлилась и, кажется, если говорить прямо, то я напала на человека. — Ты укусила кого-то? — голос Ичиджо звучал очень обеспокоенным. — Нет, но я не понимала абсолютно ничего. Был лишь гнев. — Я не хочу сейчас говорить с тобой формально, но должен. Ты доложила об этом? — голос Такумы был полон разочарования. — Нет. — Но ты должна была! — Это страж, директор уже все знает. — Он тебя вызывал? — Нет. — Значит не знает, — сказал Такума, но помедлив продолжил, — Юки, я помогу тебе чем смогу. Но и ты постарайся наладить отношения со всеми людьми, что тебя окружают, и пока не научишься себя контролировать, не общайся с нарушителями спокойствия. — А если свой покой нарушаю я сама? — Юки понимала, что проблема не в незнакомке. А в том, что её слова —правда. Её не должен волновать Зеро, если она с Канаме. — Ну значит самое время мне рассказать про разные техники медитации. И могу я дать тебе очень неуместный совет?  — Да, конечно. — Помирись с директором, господином Тогой и Кирио. Они большая часть твоей человеческой жизни и разрыв с ними — тоже тяжело для психики. Если чувствуешь, что теряешь контроль, то начинай мысленно проговаривать то, что ты делаешь в этот момент. И уходи… уходи как можно дальше. — А ты когда-нибудь терял контроль…? — Чтобы кому-то причинить боль — нет. Ну как… как будто для людей процесс нашего насыщения может быть приятен, но я думаю, что ты поняла. Ты же не хотела выпить кровь этого человека? — Нет, дело было в другом... А ты когда-нибудь пил кровь человека, ну не из пакета? — Никогда.   — Это почти безболезненно. Но если жажда сильна… Ичиджо провел рукой по лицу, снимая наваждение. — Не надо, Юки. — Извини. Но тогда как ты…? — Устоял? Я сделал что-то на физическом уровне — схватился за стол или прикусил губу.  — И все? — Я думал о том, что меня отвлекло, какая-та сильная эмоция… смущение...  Юки встала и поблагодарила Ичиджо. Перед самой дверью она обернулась к нему, встав лицом к лицу, и спросила: — А ответишь мне на один вопрос честно? — Я на все вопросы стараюсь отвечать честно. — Канаме попросил тебя пойти на то двойное свидание?  — Это сложный вопрос. — Спасибо за честность. *** На следующий день, после медитации с Такумой. Юки стояла перед кабинетом директора и замерла в нерешительности.  Вопреки своей воле она слышала разговор директора с кем-то. — … и все машины на ходу? Правда? Это так здорово! — Я могу отвести их на обслуживание и проверить их учет, если вы позволите, — ответили Каену голосом той незнакомки.  — АЛИИИИСАААА! — протянул Каен. Юки удивилась тому, что он обращался к ней неформально, но буквально секунду удивилась в несколько раз сильнее. — Ну Каен, ну пожалуйста… — Тебе нельзя водить. — Но по международным я могу водить. — Тебе опекун запретил. — Ну он даже подписал бумаги на покупку машины. — Бумаги он всегда подписывает не глядя. — Каен, тогда найдите того, кто восстановит документы.  — Я знаю, кто может помочь. Юки подумала, что диалог закончен, и понимала, что чем дольше стоит у двери, тем больше шанс быть пойманной за невольным подслушиванием.   Резко выдохув, она постучала. За дверью притихли и выждали минуту. — Да, войдите, — наконец сказал отец. Когда Юки вошла, Алиса готовая выйти стояла у двери. Юки отметила, что Алиса застегнулась на все пуговицы, чтобы скрыть синяки на шее.  — Привет, Юки, — радостно защебетала Алиса. Затем она схватила Юки за руки своими руками в дружеском жесте. Затем развернулась и поклонилась директору, — Директор Кросс, благодарю за уделённое время. — П-привет, — немного запнувшись от удивления ответила Юки. Почему эта особа решила показать дружелюбность перед отцом? Когда она почти прошла мимо, Юки решилась: — Алиса, я зайду к тебе позже. Хорошо?  — Лучше загляни в библиотеку, я в южном корпусе обычно. — Да, хорошо. Алиса кивнула и закрыла дверь с улыбкой. Юки внутренне передернулась. Но осталась стоять с легкой полуулыбкой. Пока Алиса уходила, директор академии поднялся из-за своего стола и подошел к Юки.  — Юкииии, — очень мягко и нежно произнес Каен, открывая объятия для неё.  — Я очень скучала, — прерывисто ответила Юки, зарывшись в свитер Каена.  Она стояла так пару минут, ощущая как Каен все крепче её сжимает. Наконец эмоции переполнили его, и он, как это обычно бывало, стал хлюпать носом, а потом истерически разрыдался, причитая: — И папочка тоже скучал… и так беспокоился… я так боялся тебя потревожить… Юки… как ты?  — Я… нормально, на сколько это возможно в моей ситуации. — Ох, понимаю-понимаю. Расскажи мне все, что хочешь и можешь рассказать. Будешь чай? — Чай? — переспросила Юки. — Да, чай. Зеро мне приносит те сорта, что ему не понравились. А мне всё нравится. — А. Какая-то новая мода на чай?  Каен засмеялся, так как принял вопрос Юки за шутку. Юки улыбалась, но не знала как продолжить разговор. Отец наливал чай.  — Я рад, что вы подружились с Алисой. Вы обе недавно через многое прошли и возможно это вам позволит сблизится и поможет вам. Ну… не то, что я считал бы, что тебе нужна помощь. И Алиса её не просила, но в общем вы сами разберитесь. — Да мы не то, чтобы сдружились, просто перекинулись парой фраз, — сказала Юки, мысленно добавив «пока я чуть её не придушила». — О, ну думаю для неё это уже многое значило. Она такая же неразговорчивая как Ягари. Маловероятно. — Вкусно очень, — Юки отхлебнула чай. — Это с жасмином. Зеро не понравился, а мне кажется хорошим. — Как он? — Ты с ним не говорила?  — Немного. Он мне показался расстроенным, — Юки не смогла найти более подходящих слов для последнего диалога. — И я не спросила как он, к сожалению. Я подумала, что раз ты больше не просил для него моей крови, то ему лучше. — Ему действительно лучше, но всем лучше считать, что это твоя заслуга. — А чья это заслуга? — спросила Юки, но ответ почему-то сам пришел в голову.  Алиса. Это, конечно же, была она.  Эта мысль на мгновение вызвала раздражение. Но спустя секунду Юки выдохнула, преисполнившись самой капелькой благодарности. — Даже я не знаю, — ответил Каен, что удивило Юки. Он или скрывал, или действительно не знал. — А ты как? — перевел тему Каен. — Ну все не так страшно. Канаме меня немного… обучал… Сейчас мне помогает Ичиджо.  — Да? Здорово. А ты была в старом поместье Куран? Все прошло хорошо? — Я… наверно я не смогу туда вернуться, — неожиданно для себя призналась Юки, вспоминая кошмары, которые её преследовали пока она жила там. — Как Канаме принял эту новость?  — Я пока не знаю, как сказать ему об этом. Каен протянул ладонь и сжал руку Юки в ободряющем жесте. — Я всегда рядом, если тебе нужно поговорить. А если он тебя обидит, то я ему, — Каен злобно покачал кулаком в сторону своих наград гильдии.  — На скольких чистокровных ты охотился? — засмеялась Юки. — Ну это почти всегда самоубийство, но бывали случаи, когда охотники были вынуждены группами нападать на чистокровных. Группу я найду, не переживай. Зеро вообще в одиночку кинется тебя защищать, только намекни ему, — Каен немного заартачился на последних словах. — Ну да, Зеро это Зеро, — грустно улыбнулась Юки. — Я очень рада, что мне удалось с тобой поговорить. — Я тоже. Приходи почаще, и помни что папочка скучает, — он послал ей воздушный поцелуй. Юки попрощалась с отцом и направилась в библиотеку.  — Привет еще раз, — с нажимом сказала Юки, когда подошла к столу, где сидела Алиса. — Привет, — едва оторвав взгляд от страницы, ответила Алиса. — Почему ты не рассказала? Это обязанность стража, — Юки решила остаться стоять перед Алисой. — Я проверила. Обязанность стража номер два: доложить о нападении на ученика дневного отделения. Стражи, как и дисциплинарный комитет, если исходить из формулировок, это ученики академии, привлеченные к дополнительной работе. И не уточняется, к какому они относятся отделению. Если рассматривать меня, как ученицу дневного, то доложить я должна. Если как стража, то такой обязанности у меня нет. Нигде не указано, что я являюсь и стражем, и студенткой дневного одновременно. Судя по всему статус стража затер мой статус студентки дневного отделения. — Как-то сложно.  — В случае чего для оправдания перед директором Кроссом подойдет, — пожала плечами Алиса. — А тебя не волнует, что я сорвалась? — Я же тебя спровоцировала. Мне не стоило лезть не в своё дело.  — Но откуда ты это всё знаешь? — Архивы гильдии охотников. — Ты состоишь в гильдии? — Нет, — коротко отрезала Алиса, — Давай к делу, зачем ты пришла?  — Хотела узнать, почему ты не доложила об инциденте? И хотела сказать, чтобы ты не ждала, что я буду тебе должна. Это была твоя инициатива. — Не знаю, в каком мире живешь ты, а я живу в мире, где нужно отвечать за все свои слова, решения и поступки самостоятельно. Без мам, пап, братьев, сестёр или бойфрендов. Я знаю, что за меня беспокоится достаточное количество людей, в том числе и Каен, но я не собираюсь обременять его стычкой с тобой. И еще, в моем мире не все работает по принципу «Qui pro quo» [Услуга за услугу]. Каждое слово было как пощечина. Алиса словно залезала пальцем в самые потаенные раны в душе, а потом ковыряла, ковыряла, ковыряла. Юки отодвинула стул и упала на сидение, смотря в окно. — Алиса, я пошла, закрой библиотеку за собой, когда пойдешь патрулировать, — сказала библиотекарь в дверях, даже не проверяя помещения. — Хорошо! — откликнулась неуёмная правдорубка. Юки была в круговороте мыслей о том, какие у них отношения с Канаме.  О том, что раньше она всегда была готова помочь и ей всегда помогали, а теперь все что у неё было — это некий счетчик, что, кому, кто должен.  О том, что происходит с Зеро.  О том, что происходит в мире вампиров.  О том, как сложно стало жить.  О том, какой понятный и размеренный порядок был раньше. Так она просидела минут десять. Алиса все это время читала пока не зазвенел телефон. Она достала его и выключила звук, затем что-то сфотографировала. — «Меланхолия», — произнесла Алиса с трудом.  — Что? — Не видела такой иероглиф раньше. — Он сложный. — Юки, мне нужно в патруль. Хочешь обойти со мной школу? Юки с трепетом кивнула. Алиса заперла библиотеку, и они поднялись на четвёртый этаж. Алиса достала листок, и осматривала указанные в нем помещения. Они встретили Каена, который готовился к вечерним занятиям. Он сиял от радости. А девушки молча проходились по Алисиному чек-листу. На первом этаже прямо перед входом со стороны общежитий стоял Зеро. Юки вздрогнула. Алиса перевернула листок и показала Зеро. Он кивнул. — Пока, Юки, спасибо, что прогулялась со мной, — сказала Алиса и ушла наверх.  По лицу Зеро ходили желваки. Он направился из академии в сторону общежитий, Юки пошла за ним.  — Что она тебе сказала? — тихо процедил он. — Ничего, — тихо прошептала она. — Держись от неё подальше. От неё одни проблемы. — Она просто… — Она не следит за языком. Не слушай её, — предупредил Зеро. — Она говорит то, что выводит из себя, — улыбнулась Юки — И делает то, что выводит из себя, — добавил Зеро. Они совсем не громко засмеялись, не так как это было раньше, но этот смех будто бы восстанавливал их дружбу. — Мне пора, я оставила в общежитии учебники. — Мне тоже, я должен проверить окрестности и перекрыть мост в дневное отделение. — До встречи, Зеро. — До встречи, Юки!