Глава 10. Суд Алисы

Алиса иногда задумывалась, по какой причине Зеро все время злится рядом с ней. Да, конечно, она перешла границы несколько раз, но его реакция была слишком сильной.  Ей нужно было его оттолкнуть, а в результате он решил наоборот пристально следить за ней. Это с одной стороны было для неё сильно изматывающим, а с другой стороны было спасительным отвлечением от тоски по Такуме и от поиска расшифровки ежедневника главы гильдии. Точнее шифр был понятным, вот только оставалось понять, какой смысл закладывал Хаято в слова. Чтобы отвлечь Зеро Алиса пробовала разное - игнорировала его, отвечала на все его вопросы, издевалась, использовала Юки как отвлекающий маневр, но он раз разом возвращался к наблюдению за ней. Тогда она подумала пойти на мировую и заварила чая побольше, чтобы за время дежурства попытаться заставить его бросить идею со слежкой. Но все вышло совсем не так, как она планировала. Она не понимала, что произошло, и почему его сознание потухло. Она была совершенно беспомощна и бесполезна.  Зеро просто уснул и в этом не было ничего особенного. Почти ничего. Его сон длился уже целую неделю. Во сне ему всё время что-то не нравилось, пугало или смущало, но ничего членораздельного он не говорил - в основном метался по кровати или мычал. Что-то внутри Алисы говорило: это не сон, а агония его сознания, но она не понимала причин. По понятной причине Ягари и Каен не стали обращаться к человеческим врачам, но и просить у ночного класса данные вампирских медиков они не могли. Юки поставили в известность о недуге Зеро, и она согласилась никому больше не говорить. Когда информация об «отсутствии» Зеро дойдет до других учеников ночного класса, то они условились сказать, что у Зеро снова обострилась жажда и он неадекватен. Учителя считали, что Зеро уехал к родственникам по семейным обстоятельствам. Ягари и Каен решили не запирать его в темнице, а оставить его в комнате. Потому что Зеро точно не был опасен ни для кого. Об этом свидетельствовали знаки, что стали видны на его руках, груди и ногах — двигающиеся лианы, буквы, цветы. Живые татуировки блуждали по его телу и все время причудливо меняли положение. Ягари, Каен и Алиса скрывали это от Юки, но от другой её помощи они не отказались. Кто-то из наставников или Алиса всегда дежурили у постели Зеро. Кто-то из наставников или Юки проводили время за поисками в библиотеке. Алиса изучала литературу из тех источников, что ей удалось оцифровать и загрузить на планшет ранее.  Юки пришла перед обходом в комнату Зеро, когда Алиса злобно тыкала в планшет, представляя как под её пальцем трескается стекло. — Ни… хе… — Алиса повторяла одно слово по слогам, но когда увидела, что рядом Юки сказала цензурно, — Ничего.  — У меня тоже. Три книги отсмотрела и… ну ты правильно сказала. — Да что же с ним такое? — запрокинула голову Алиса.  — Повтори, ещё раз ваш последний диалог, я уверена, что там есть зацепка, — попросила Юки. Алиса почти никому не могла рассказать правду, поэтому снова повторила заученную короткую версию. Юки молча кивала. Они просидели пару минут в тишине. — Можно я возьму его за руку? — Юки смущённо опустила глаза. — Юки, ты же знаешь, что там капельницы и все такое, поэтому руки привязаны и прикрыты одеялом, — соврала Алиса. — Я видела, — еле слышно произнесла Юки. — Что? — оторопела Алиса.  — Я увидела мельком, когда Ягари поправлял капельницу, — призналась Юки, вслепую под одеялом сжимая руку Зеро. — Юки, помнишь, я тебе говорила? — нахмурилась новенькая. — Ты сказала, что мне не стоить многое знать. — Да. И это одна из этих вещей, — тихо произнесла Алиса, её голос звучал устало, — Возможно это самая опасная вещь, которую можно было узнать. — Его запечатали с помощью какой-то магии? Раньше Ягари уже запечатывал жажду Зеро в печать. Но эта печать сильнее и… Пока Юки говорила, Алиса пересекла комнату, открыла дверь, оглядела проход и заперла дверь. — Думаешь, я не хочу ему помочь? — тихо произнесла она, её голос звучал устало. — Думаешь, я не пытаюсь найти ответы? Но ты не понимаешь, Юки. Эти знаки… они не просто магия. И если мы сделаем что-то не так, это может его убить. А если об этом узнают не те, кто должен, его используют. Или уничтожат. Алиса отвернулась, её плечи напряжённо вздрагивали. Юки чуть потянула на себя руку Зеро. Там где Юки касалась его, тонкие линии словно оживали, проступая под её пальцами, как будто кожа Зеро была страницей таинственной книги, которую они не могли разгадать. Юки ахнула. — Юки, — неодобрительно покачала головой Алиса. — А если я его поцелую? Как думаешь он очнется? — сказала Юки, пытаясь обрести уверенность в голосе. — Не думаю, но если он очнется, я ему обязательно расскажу, — съязвила Алиса. — Когда, — поправила Юки. — Что? — переспросила Алиса, не поняв, что подруга имела ввиду. — «Когда» он очнется, а не «если». Или ты в это не веришь? — грустно сказала Юки.  — Я не знаю, во что верить, — призналась Алиса. — Я не знаю, что мне делать. Мне так страшно. Алиса смотрела на Зеро и думала о том, что ей нужно было позволить продолжить за ней следить. — Мне тоже страшно. Сейчас я… жалею о многом, — произнесла Юки, гладя предплечье Зеро. — Юки, что ты будешь делать, если… когда… он очнется?  — Сейчас это совсем не важно. — Ты же знаешь, что ему больно? — спросила Алиса, а Зеро, как на заказ, протяжно замычал. — Я это слышу. — Я не… — начала Алиса, но кто-то дернул за ручку двери, Юки быстро привела Зеро в порядок.  За дверью стоял Ягари, который подменял девушек у постели Зеро на время их дежурства по академии.  ***  Одноклассники спокойно восприняли факт того, что Кирио «пришлось уехать из-за проблем у дальних родственников», потому что он не был им интересен и даже немного пугал своей угрюмостью. Ночному классу тоже было все равно на Зеро, так как они считали его существом «третьего класса», а факт того, что он ненавидел вампирскую сущность и был охотником, делало его чуть ли не предателем. Поэтому отсутствие Зеро не было замечено никем.  Алисе было грустно подмечать эту схожесть с Зеро. Они оба существовали в мире по какой-то причине, но их отсутствие никого не волновало. Алиса усмехнулась тому, что её постоянное отсутствие в пансионате не сильно бросилось в глаза её соседкам, пока осенью не объявили о «переводе» Алисы из Португалии в Румынию.  Но в отличии от неё Зеро делал всё, что в его силах, чтобы сделать мир лучше, но его не вознаграждали вниманием. А Алиса… она сама не знала, что и зачем она делала. Не знала, что должна делать. В этих мыслях Алиса лежала на кровати в четверг утром, в икру ноги неприятно впивался корешок книги. Алиса медленно посмотрела на часы и решила отпереть ворота дневного отделения без пробежки. Учебный год заканчивался, близился апрель, и за окном становилось тепло. Алиса одела школьную форму, взяла планшет и пошла к воротам, опустив голову в планшет. Каждую ступеньку, каждый уголок академии она уже знала, как свои пять пальцев. В электронном архиве она вроде нашла что-то интересное. Чтение захватывало, она читала и изумлялась отвратительности темного обряда, который предлагалось провести в этой книге. Да и всё содержимое книги было ужасно, Алиса отметила себе, что стоит эту книгу сжечь, когда она её встретит в следующий раз. Алиса автоматом открыла ворота и, шевеля губами, пошла вдоль рва по большому кругу вдоль академии, повторяя путь, по которому любила обычно бегать. Кусты и деревья позеленели, теперь на скамейках можно было уединенно посидеть. Особенно утром, когда ученики дневного спешили на занятия и завтрак. Но по старой привычке Алиса наблюдала за происходящим вокруг краем глаза.  Алиса как раз зацепилась за то, как можно попасть в чужой сон, и почти уверена была, что это оно, хоть список ингредиентов был ужасающим. Но в конце кто-то приписал тушью «не выжил». Перепроверять как-то не хотелось. В голове зазвенел неприятный звоночек интуиции. Было странное событие, которому она не придала значения. Алиса подняла голову, пытаясь определить сколько времени прошло между этим моментом и тем, как вампиры прошли в сторону академии.  Минут пятнадцать. Что они делали в школе? До открытия библиотеки совсем чуть-чуть. Алиса понеслась проверить библиотеку, а затем быстро добралась до столовой.  На всякий случай. Но никого. Алиса сосредоточилась, пытаясь воспроизвести то, что произошло в ту минуту, когда они прошли мимо — две парня и девушка. Что-то она услышала у впереди идущих, что неприятным человечком осталось в голове, а вот третий парень… шел, смотря на неё. Алиса бросилась в свою комнату к третьему телефону, включила VPN рандомной страны, чтобы проверить, что переслал ей компьютер главы гильдии. И всё поняла. Алиса ворвалась в комнату Зеро, когда там находились и Каен, и Ягари. — Они назначили суд над Владом на сегодня! — взволнованно кричала она, — Он через полчаса. Прокурор - старая женщина, она почтой не пользуется! Если она не придет, судья дело закроет. — Как? Откуда? Почему? — растерялся Каен. — Где она живет? — спросила Алиса. — В Акацуру, — ответил Ягари. — Боже это такой крюк, мы не успеем, — Алиса плюхнулась в кресло и закрыла руками лицо.  — Алиса, — Ягари встряхнул её за плечи. — Если ты хочешь все сделать правильно, то задержи их, а я привезу прокурора в суд.  — А я? — спросил Каен. — А на тебе остается Зеро. *** Алиса никогда так не вела машину. Это странным образом опустошило её голову ото всех остальных мыслей. Она давила на газ, четко отбирала по одной мысли себе в голову и рассматривала её, отбрасывая лишнее и оставляя только суть. Мысли было всего три, но очень продуктивные. На парковке была машина Канаме, так что Алиса написала сообщение Такуме «Не вмешивайся», на тот случай, если он действительно был там. Досмотр она прошла быстро. В гильдию нужно было специальное разрешение, чтобы вносить оружие, но обычно на некоторые вещи глаза закрывали. Но не сегодня.  Первая мысль, которая посетила её в машине: «Они усилят охрану». Поэтому в машине она сняла всё, что могло вызвать вопросы, и браслет в том числе. Оставила только заколки в волосах, но они не вызвали вопросов.  Алиса ворвалась в зал суда как фурия, резко толкнув двери. Ей хотелось сказать что-то, но она прочувствовала как изменилась спокойная атмосфера, что царила в помещении, пока они ожидали прокурора. Она стала катализатором всех возможных реакций в этой комнате, и к химии это не имело никакого отношения.  Она замедлилась, четко вышагивая шагами по середине зала между двумя огромными рядами для зрителей.  Алиса надменно подняла подбородок. Пока шла по проходу, она смотрела прямо перед собой на судью, но по привычке анализировала все, что попадало под периферийное зрение.  В зале сидело всего один человек и четыре вампира. На первом ряду справа, прямо за столом ответчика сидели: Ичиджо Асато, Куран Канаме и Хошино Сейрен. Через два ряда от них сидел Ичиджо Такума.  Что делали ученики академии в этом зале суда - загадка интересная. Мотивация Асато и Канаме не очень ясна. Но рассадка говорила сама за себя — Сейрен пришла как телохранитель, а Такума явно не такого времяпрепровождения ожидал.  Слева на последнем ряду сидел какой-то охотник, который даже не пытался сделать вид, что он тут сидит не для галочки. Он спал. Слева, за столом истца, никого не было. Ягари был в пути. За столом ответчика сидел только один мужчина, видимо переводчик. До того как Алиса ворвалась в зал, адвокат ходил из одного конца в другой и что-то говорил судье, но теперь он остановился и замолчал. Хождение адвоката нервировало четырех охранников, что стояли по углам основной «сцены» — круга обвинения. В центре на возвышении как и положено сидел судья, который всем своим видом пытался показать, что ему все равно на появление Алисы, но она всё видела в его глазах.  Она тут нежеланный персонаж. Справа от судьи замер секретарь. На месте для допроса слева сидел черноволосый мужчина лет тридцати, его волосы были зализаны назад, узкие кроваво-красные глаза были четко зафиксированы на ней. Тонкий нос был вздернут, будто он был выше всего происходящего в зале. Узкие губы Влада искривились в улыбке. Любимый атласный черный костюм идеально сидел на его фигуре. Алиса почувствовала внутреннюю дрожь и мурашки по телу. Хотелось плакать. Кажется, она разучилась сдерживать эмоции. Цепеш привстал на месте оглядывая Алису, чем заставил нервничать всех в зале. Она отметила, что он держал руки перед собой, хотя обычно предпочитал заводить их за спину. Она заметила блеск наручников на руках.  Скамья подсудимых была пуста. Все, кроме спящего мужчины, смотрели на неё.  Такума со смесью удивления и тревоги. Асато с отвращением.  Переводчик с безразличием. Алиса дошла до первого ряда и села слева, на одном расстоянии от Влада и судьи. На последнего она не переставала смотреть всё это время. Краем глаза, она увидела как трусливый адвокат перебежал в правую часть зала суда, чтобы не мешать Владу смотреть на Алису. Между ними оставалась трибуна и невысокая ограда отделяющая обвинительный круг от скамеек для публики. Воздух тяжелел с каждой секундой. Наконец Влад сел. Адвокат, подошел к переводчику, чтобы что-то сказать, но не успел. — Тебе идет эта одежда, — сказал Влад, привлекая внимание Алисы. Ей всегда было сложно сразу понять, что говорит Влад. Говорил он мало, предпочитая жесты или действия. А вот когда говорил, то редко подбирал слова, используя безумную смесь волошкого, румынского и португальского. Алисе казалось, что он неплохо знал многие языки, но из-за недостатка общения забывал как говорить. Португальский он вспомнил, чтобы научить Алису тем словам, что обычно использовал Влад. Телефон в её руке завибрировал, она посмотрела на начало уведомления. Она повторно отправила сообщение Такуме. Алиса скрестила руки на груди, а взгляд вернула судье, который ещё сильнее занервничал. — Переведите, пожалуйста, — секретарь обратился к переводчику. — Я не знаю этого языка, — смутился языковед. Судья посмотрел на него, но никак не прокомментировал. Затем покосился на Влада, который всё время не спускал глаз с Алисы. А Алиса не спускала глаз с самого судьи, поэтому тот ещё раз нервно сглотнул.  — Госпожа Минами, вы не могли бы помочь с переводом? — спросил судья. Алиса заинтересовано наклонила голову, слегка улыбаясь. Но она промолчала, позволяя тишине захлестнусь этот зал. Тишина усугубляла атмосферу в помещении. Присутствие Влада было невыносимо тяжёлым, почти осязаемым. Несмотря на внешнее спокойствие, Влад источал нечто первобытное, заставляя всех ощущать себя беспомощными свидетелями борьбы хищника за свою добычу. Телефон завибрировал, но на сей раз не у Алисы, а у Такумы. Он с усилием оторвал взгляд и посмотрел в экран: «Не смей влезать в это». Второе сообщение. Если бы оно было от Алисы, то она бы его написала секунду назад, но существовала отложенная отправка. Может быть ему стоит вмешаться?  Он написал в ответ «?», и поставил отправку через две минуты. Отложив телефон, Такума стал считать про себя. — Я бы не хотел выносить вам выговор за неуважение к суду, — максимально мягко сказал судья в ожидании ответа Алисы. — Я берегла… — только произнесла Алиса, и атмосфера тут же разрядилась. Влад откинулся назад, удовлетворенно улыбаясь. Алиса совсем забыла, как ему нравился её голос — её пение, слова, крики. — Берегла ваши нервы. Но вижу, что зря переживала за… Влад подался вперед. Атмосфера сменилась резко, словно контрастный душ. Воздух накалился до предела, будто сама реальность сжалась под весом силы, исходящей от Влада. Алиса спокойно посмотрела на уведомление в телефоне. На выходку Влада она не обратила внимания. Старая тактика. Горячо-холодно. Страсть-ненависть. Надежда-разочарование. Боль-удовольствие. — Думаю, Влад с удовольствием обучит вас этому языку, — произнесла Алиса. — Алисия, — откликнулся на своё имя в её устах Влад.  Он называл её на старинный лад, добавляя дополнительные гласные и шипяще протягивая букву «с». Он знал, что это не нравилось Алисе, но ему было всё равно. Главное то, что нравилось ему. Алису передернуло. Влад довольно улыбался. Зал снова выдохнул. Кто-то сзади прочистил горло, скорее всего Такума. Алиса подняла руки чтобы поправить пучок, заодно ослабив положение нескольких шпилек. Прижав кулак к затылку, она незаметно покачала указательным пальцем, чтобы Такума не вмешивался.  Судя по воцарившемуся молчанию, знак он понял. Судья так нервничал из-за взгляда Алисы и Влада, что он начал оправдываться:  — Госпожа Минами, вынужден вам сообщить, что группа экспертов провела расследование, в рамках которого пришла к выводу, что для обвинения господина Цепеша нет достоверных оснований. Вы оба стали жертвой обстоятельств и жестокой игры между европейской и английской гильдиями и не более. Прокурор получила данные сведения на почту вместе с приглашением на заседание. Её отсутствие - неуважение к суду. По регламенту мы должны подождать еще пятнадцать минут, после все обвинения будут сняты.  Алиса молча анализировала слова судьи несколько минут, неосознанно начала кусать губы и нервничать. Реакция Влада не заставила себя ждать, он оживился, ища чем ещё зацепить Алису. Это было не просто, ведь он сам закалил её дух. — Кхм, — продолжил судья, — Вы девушка молодая, ваша голова забита девичьими глупостями, вас легко одурить. Мне жаль, что вас втянули в этот конфликт. Влад откинулся на спинку стула, не отводя взгляда от Алисы, словно ловил каждое её движение. Его улыбка, изогнувшая тонкие губы, была одновременно ласковой и пугающей, как у хищника, который наконец нашёл свою добычу. — Алисия, — медленно произнёс он, растягивая каждую гласную так, что шёпот проникал вглубь, вызывая самые неприятные воспоминания. — Ты всегда так... нервничаешь, когда понимаешь, что проиграла? Алиса не выдержала и закрыла глаза, но по её щеке скатилась предательская слеза. Влад засмеялся демоническим, неестественным смехом.   Это ещё больше погрузила в воспоминания.  Она слышала его смех в последний раз, тогда… — Тоже вспоминаешь ту ночь? — снова на сложной комбинации языков прошипел Влад. Судья чуть привстал, будто собирался прекратить их словесную дуэль. Взгляд Влада, холодный и неизменно властный, заставил его замереть и вернутся на место.  Влад издал едва слышный рык досады. Когда он вернул взгляд на Алису, она смотрела прямо на него. Она заставила себя улыбнуться, с вызовом вскинув подбородок. — Ты переоцениваешь своё место в моей жизни, — она скрестила руки на груди, её тон стал колючим. — Ты капля крови в моём мире, — ухмыльнулся он. Алиса и засмеялась настолько искренним чистым смехом, что все замерли, включая Влада. Он и забыл, что когда-либо слышал такой смех. Когда Алиса успокоилась, она с улыбкой встала и сделала шаг к ограде. Оперевшись на перила, она вывернула руку тыльной стороной, как делала это обычно, но сейчас она использовала свою привычку в других целях. — Мне всё равно, что произойдет в этом зале суда: осудят или освободят тебя, — Алиса решила продолжить говорить на смеси волошского и румынского, издеваясь над переводчиком, — Ты проиграл в ту секунду, как увидел меня. Я была отвлекающим манёвром.  Чистое безумие. Время замедлилось.  Она оставила левую руку на ограде, и слегка повернула корпус направо, изображая уход. Но на самом деле она сделала неуловимое движение правой кистью.  С нечеловеческой скоростью перед ней оказался Влад, впиваясь в левую руку когтями до кровавых подтеков. Возможно он сделал бы что-то ещё, но скованные наручниками руки мешали. Охранники сделали полшага к ним, но замерли в нерешительности. Алиса предполагала раньше, что они были подкуплены.  Теперь она это знала. Влад задрал её рукав, любуясь шрамом, что он оставил почти полгода назад. Они оба знали, что это шрам магический, и он мог вскрыть ей кожу в этом месте одним взглядом.  — О, Алисия, тебе ли не знать, что я всегда был... увлечён твоим чувством юмора, — произнёс он мягко, почти мурлыча. Она почувствовала, как за её спиной зашевелился Такума, но не дала ему шанса вмешаться, удерживая контроль над ситуацией. Она приблизилась к Владу. Это было опасно близко: она встала на цыпочки, прижимаясь нему всем телом и обняла его правой рукой за плечи.  Будто встреча старых друзей. Только вот её шея была опасна открыта для него. — Увлечён? — Алиса зашептала ему на ухо. — У тебя странное понимание этого слова. Как и у большинства, кто привык заставлять всех подчиняться себе. Влад, принимая её игру, опустил свои губы (и зубы) максимально низко.  — Я снова сломаю тебя, — прошипел Влад, слегка касаясь губами шеи Алисы.  Но спустя секунду Влад выпрямился как струна.  Вторая мысль, которая посетила её в машине: «Ей надо спровоцировать Влада, пока Ягари не приедет». Но Алиса понимала, что это опасно, поэтому всё время в правом рукаве лежала длинная, острая, серебряная палочка, которая прямо сейчас упиралась в сонную артерию Влада. Алиса понимала, что это оружие не убьёт вампира, тем более такого, как он, но она могла выиграть несколько драгоценных секунд до того, как охрана займётся своими обязанностями. Эта угроза заставила Влада усмехнутся, и больше в качестве издевки, чем признавая её победу, Влад отступил и поднял руки в защитном жесте. Но оба поняли, что не только он умеет играть в игры. К Алисе и Владу тут же подскочили охранники, один выбил из её руки палочку и схватил её за руку. Алиса пыталась избежать этого контакта, но не вышло. Двое схватили Влада. Один выбил из руки Алисы палочку. Прикосновение к Алисе стало для Влада триггером не только сейчас. В её последние дни в замке Влада решение отдать Алису другим вампирам обернулось против него, показав, как ревностно он относится к своим игрушки. Влад взревел и начал вырываться. Охранники ударили его током, потому что какими коррумпированными они не были, разъяренный чистокровный в сознании, это не тот персонаж, рядом с которым стоит находиться. Обмякшее тело Влада вынесли из зала суда. Скрестив руки рядом с Алисой стоял охранник, намекая на то, что устроенный ею беспорядок с рук не сойдет. Такума не выдержал и встал между охранником и Алисой, готовый возражать судье и пытаться восстановить справедливость для Алисы. Второй охранник поднял палочку для волос и положил на стол перед судьей. — Оружие в зале суда, — прокомментировал он. — Девичьи глупости, ну знаете заколочки, резиночки всякие. У меня этим голова забита обычно, — передразнивая голос судьи сказала Алиса. Судья загипнотизированный этими словами протянул руку и попытался взять палочку, но она выпала из его рук, а он поморщился будто от ожога. — Ваш создатель не говорил, что не стоит трогать вещи охотников? — тут же ледяным голосом произнесла Алиса.  Судья встал и посмотрел на неё злым взглядом. Дверь в зал распахнулась, но никому не было дела до вошедших. — Или вы не понимаете, на каком языке он разговаривает? — озвучила свою догадку она. — Да как вы смеете?… — начал судья, наклоняясь и указывая на Алису молотком. — А как смеете вы? Законом гильдии устанавливается, что судьи - люди. А вы - вампир. К Такуме подошел Ягари, пораженный этой сценой. Судья, который по своей воле обратился - это скандал.  — У тебя нет доказательств, — повысил голос судья.  — Жаль, что наши уважаемые зрители, — она махнула в сторону Асато, Канаме и Сейрен, — Не дадут честные «достоверные» показания. Но не переживайте, у меня всё записано. Третья мысль, которая посетила её в машине. Она схватила один из телефонов со скамейки и продемонстрировала интерфейс диктофона на нём.  — Вы сейчас угрожаете суду? — переспросил судья. — Последние полчаса вам не было дела до того кто, кому, как и чем угрожал.  Алиса нажала на кнопку отправки файла и развернулась. Ягари отступил назад, оттеснив Такуму, хоть их лица были очень обеспокоенными, но он понимал, что под руку ей лучше не попадаться. Госпожа прокурор испуганно смотрела за всем происходящим с предпоследних рядов. — Алиса… — прошептал Ягари. — Алиса закончилась, — её губы дрожали, но голос оставался твёрдым. Ягари решил дать ей пару минут посидеть в машине и оправиться. Так делала Саяка. Свист шин на парковке подсказал ему: Алиса так делать не стала. Спустя пару минут она припарковалась у супермаркета. Алиса сидела в машине, глядя сквозь стекло на входящих и выходящих из супермаркета людей. Кто-то смеялся, кто-то спешно загружал покупки в багажник... А она просто сидела, позволяя слезам катиться по щекам. На телефон падали смс и звонки: Ягари и… Такума.  Осознание того, что он всё видел, больно жгло.  Ещё больнее то, что он был там с ней, с Сейрен. И совершенно невыносимо было, когда он решил помочь Алисе. Да, он не сказал ни слова.  Но он был готов её защищать. Внезапно на дисплее отобразилось: «Следователь Ито». Она дрожащей рукой приняла вызов. И осторожно прислонила телефон к уху. — Привет. Я не знаю оставила ли ты мой номер. Это Ито Каору, — затараторил он в трубку, будто нервничал, — Я хотел узнать, как у тебя дела?  Алиса не представляла, как у неё дела. Она медленно отняла трубку от уха, ничего не говоря. Уже почти нажав на кнопку сброса, она услышала. — Я прослушал твою запись на форуме. Это ужа… Алиса зарыдала сильнее. Если это ужасно, то ей стоило рассказать всё, что с ней произошло в заточении. Ей не стоило сглаживать углы.  Она легла головой на пассажирское сидение. Телефон разрывался. Надо было его выключить. *** Алиса не знала, сколько времени прошло, прежде чем её пальцы перестали дрожать. Она выключила телефон, запустила двигатель и поехала туда, где было меньше людей и больше тишины. Лес встретил её привычной прохладой, и она почувствовала, как напряжение понемногу начинает отпускать.   Она привычно достала инвентарь из багажника, переоделась в удобную одежду и пошла в чащу поглубже, чтобы исключить столкновение с людьми. Лес был её убежищем, местом, где она могла остаться наедине с собой и своими мыслями.   Алиса заняла удобную позицию на склоне, вытащила винтовку и посмотрела в прицел. Всё вокруг было спокойно. Ни одной цели. Тогда она начала исследовать местность — привычно, методично, как учил её отец.   Из винтовки она не стреляла давно, но движения вспоминались сами собой: выдох, сосредоточенность, прицел. Надо было просто проверить, получится ли.   Алиса повела стволом, высматривая подходящую мишень среди деревьев. И тут в прицеле появился человек. Она резко опустила оружие, хмурясь. Такого быть не могло.   Каору.   Он шёл не один. Напарник держался за плечо, явно раненый. Каору осматривался, держа пистолет наготове. Он прикрывал их отступление.   Алиса проверила, нет ли за ними погони. Она была.   Группа людей, преследующая двоих охотников, двигалась быстро и беззвучно. Алиса быстро сменила магазин на серебряные пули и сделала предупредительный выстрел.   Процессия остановилась, и один из вампиров указал прямо на неё. В прицеле были видны их кроваво-красные глаза, сверкающие гневом.   — Чёрт, — прошептала Алиса, чувствуя, как адреналин начинает заливать её тело.   Пусть потом у неё будут проблемы, но сейчас… сейчас у неё было оружие, и была ненависть. Она спустила курок три раза. Парочка вампиров успела скрыться так быстро, что Алиса даже не успела отследить.   Она отследила в прицел то место, куда направлялись Каору и его напарник, параллельно набирая нужный номер. Догадка была верна. Только он бы взял. Только он бы не выключал его. — Слушай, я… — начал Каору, как только трубка была поднята.   — На север, быстро! — скомандовала Алиса и бросила трубку.   Каору даже не вздрогнул, моментально сориентировался в ситуации и направился к склону, где по странному стечению обстоятельств Алиса контролировала территорию.   Алиса продолжала следить за вампирами, готовясь к следующему выстрелу. Она знала, что у неё мало времени, но она также знала, что Каору и его напарнику нужно добраться до безопасного места.   Каору и его напарник двигались быстро, но осторожно. Они знали, что любая ошибка может стоить им жизни.   Алиса сделала ещё несколько выстрелов, чтобы отвлечь вампиров. Она знала, что это рискованно, но у неё не было выбора.   — Почему ты всегда оказываешься в нужном месте в нужное время? — прошептала она, глядя на Каору через прицел.   А потом её прошиб пот. «Случайности не случайны». Кто так ей говорил? Она не помнила. Если это судьба, то ей стоило поговорить с ним днём, тогда он бы не оказался в подобной ситуации. Алиса продолжала контролировать окружение, медленно спускаясь вдоль склона и прикрывая отступление Каору и его напарника. Её глаза не отрывались от прицела, а пальцы лежали на спусковом крючке, готовые в любой момент сделать выстрел. Каждый её шаг был точным и выверенным. Ей нужно было и следить за ситуацией, и среагировать, и помочь в отступлении. — Держитесь левее, — прошептала она, как будто они могли её услышать.   Но Каору, казалось, словно чувствовал её мысли: он скорректировал направление, помогая раненому двигаться быстрее.   Алиса знала, что у них мало времени. Вампиры были быстры, они умели предугадывать движение жертвы. Когда угол обзора перестал позволять контролировать ситуацию, она плавно убрала винтовку за спину и выхватила пистолет. Теперь нужно было двигаться быстрее.   Лес шумел вокруг, но Алиса прислушивалась не к листве — к шагам, дыханию, хрусту веток, выдающих погоню.   Наконец показалась её машина. Алиса оказывалась в подобных ситуациях, поэтому никогда не запирала её. Каору уже усаживал напарника на заднее сиденье.   Алиса подбежала, сняла с плеча винтовку и быстро передала её Каору, не тратя время на слова. Тот молча принял оружие, а она заняла место водителя.   Ключи наготове. Она завела мотор, и машина сорвалась с места, едва успела захлопнуть дверь.   Пистолет мешал держать руль. Кровь стучала в висках. Она не гнала так даже по дороге на суд. Её руки всё ещё дрожали, но она старалась сосредоточиться на дороге. Она знала, что они ещё не в безопасности, и любая ошибка могла стоить им жизни. В молчании они выехали на трассу. И как только увидели указательный знак, синхронно выдохнули.  — Насколько серьёзно ранение? — спросила она, не отрывая глаз от дороги.   — Не смертельно, — ответил напарник Каору, тяжело дыша. — Когти прошлись по плечу, но глубоко.   — Нужна помощь?   — Обойдусь. Просто отвези нас в гильдию.   Алиса кивнула. Она сама знала, что такое терпеть, когда болит, и не просить помощи.   — У вашей машины была засада, — сообщила она после паузы. — Если туда вернётесь, то захватите подкрепление.   Оба хмуро кивнули.   — Никогда тебя не видел в рядах охотников, — заметил напарник, разглядывая её в зеркало заднего вида.   Алиса чуть было удивленно не обернулась, но Каору вовремя пришел на помощь: — Эй, я говорил, чаще читай новости, может больше знать об одарённых девушках будешь, — усмехнулся он. — Я не состою в Гильдии, — спокойно ответила Алиса.   — Кажется, мы многое потеряли, — хмыкнул парень. Каору усмехнулся, откинувшись на сиденье.   — Алиса, а мне стоит знать, откуда у тебя оружие? Алиса холодно посмотрела ему прямо в глаза.   — Если хочешь добраться до города на этой машине, лучше ничего не узнавать. В салоне повисла короткая тишина. Напарник только хмыкнул, а Каору усмехнулся шире. — Спасибо, что помогла нам, — сказал Каору. *** Алиса остановилась на парковке у супермаркета. Той самой, на которой рыдала днём.  Она помогла им выбраться и спрятала оружие. Времени на то, чтобы полноценно разобрать и сложить его, не было. Со стороны, для камер, это выглядело так, словно она складывает кучу одежды подозрительной формы в багажник. Алиса закрыла багажник и нависла над ним на минуту.  На металл упала капля. Дождь? Или…? — Чёрт, — сорвалось с губ, — Чёрт… Она провела рукой по щеке. Почему она вечно рыдает, как какая-то плакса? Почему слёзы льются сейчас? Она замычала, разочаровываясь сама в себе, и сползла на землю. — Ты в порядке? — подбежал к ней испуганный Каору. — Ты же…?  — Я отвёл его и пошел домой, а тут ты, — Каору подошел ближе и присел на корточках рядом с ней.  Ночь была тихой, но парковка у супермаркета никогда не пустовала. Где-то вдалеке кто-то смеялся, а пара подростков, стоявших у входа, бросила на них любопытный взгляд. — Помнишь, я говорил, что готов помочь или выслушать, если потребуется? — напомнил Каору, протягивая ей руку, чтобы помочь подняться.  Глядя на его руку, она поняла, что в лесу она была готова ко всему, кроме того, чтобы увидеть смерть этих двоих. Все события последнего года — это череда жертв, боли, страданий. Она теряла людей, которых любила, теряла веру в справедливость, теряла саму себя. Каждый день был борьбой, каждую ночь её преследовали кошмары. И последние три месяца… даровали лишь видимость спокойствия. Она пыталась жить обычной жизнью, но внутри всё ещё бушевала буря. Она чувствовала себя как актриса, играющая роль, которую она никогда не хотела исполнять. А сегодня… сегодня она снова оказалась на краю. Суд, предательство, одиночество, погоня, смерть, которая была так близка. Она не могла больше терпеть. Ей нужно было что-то, что напомнило бы ей, что она ещё жива. Что-то, что вырвало бы её из этого бесконечного круга боли и страха. Она знала, что это неправильно. Она знала, что это может всё усложнить. Но в этот момент ей было всё равно. Ей нужно было это. Нужно было чувствовать, что она ещё может что-то контролировать. Именно поэтому она сделала это. Алиса притянула его за руку к себе, да и сама подалась вперёд. Второй рукой она ласково обхватила плечи Каору и впилась в его губы, будто это был спасательный круг. Каору замер на мгновение, чувствуя, как её губы прижимаются к его. Его сердце бешено заколотилось, но не от страха или желания — от растерянности. Он знал, что это неправильно. Знал, что она действует под влиянием эмоций, что завтра она может пожалеть об этом. Но в то же время он чувствовал, как её дрожь передаётся ему, как её пальцы впиваются, словно она боится, что он исчезнет. Алиса отпустила его руку, но схватила за куртку, сильнее утягивая его вниз за собой. Он навис над ней, неловко оперевшись на руки, и слегка приоткрыл рот, их языки встретились нежно лаская друг друга. Каору попытался отстраниться, но Алиса ещё сильнее втягивала в водоворот поцелуя, довольно мыча ему в рот. Этот поцелуй был одновременно и сладким, и горьким. А главное странным. Таким, от которого не отступают, но Каору должен был это сделать.  Он, опираясь на одну руку, постарался прикоснуться к руке Алисы, чтобы она отпустила его куртку, но ему пришлось словно вырвать ткань из её цепких пальцев. Теперь он мог отстраниться, но она не собиралась его отпускать. Каору ненавидел публичные сцены, ненавидел, когда на него смотрят. Но Алиса, казалось, не замечала людей вокруг. Её мир сузился до него, до этого момента, до её отчаяния. — Мы на улице, — успел выговорить Каору. — Плевать, — Алиса спустилась к его шее. — Алиса… — он взял её за плечи и мягко отстранил. Когда Каору оторвал её от себя, Алиса почувствовала, как её сердце сжалось. Её губы всё ещё горели от его прикосновения, но внутри она чувствовала пустоту. — Пожалуйста, — прошептала она, но её голос звучал уже не так уверенно. Каору смотрел на неё, и в его глазах читалась смесь жалости и понимания. Он знал, что она переживает, знал, что ей нужно время. Но он также знал, что они не могут оставаться здесь, на этой парковке, где на них смотрят чужие глаза. — Я живу недалеко. Давай успокоимся и там поговорим. Запри машину, — сказал он, помогая ей подняться.  *** Утром Каору вошёл на кухню, чувствуя, как неловкость сковывает каждое его движение. Он был рад, что Алиса не сбежала, но всё ещё не знал, как начать разговор. Комната наполнялась мягким светом рассвета, проникающим через окно, и казалась немного уютнее, чем обычно. Она стояла у окна в его футболке, которая была ей явно велика — рукава спадали с её худых плеч, а подол доходил почти до колен. Её волосы были слегка взъерошены, будто она провела ночь, беспокойно ворочаясь. Она медленно пила чай, держа кружку обеими руками, пытаясь согреться. Её взгляд был устремлён вдаль, словно она пыталась разглядеть что-то за горизонтом. Каору взял свою кружку с кофе, которую он приготовил себе на автомате, даже не задумываясь о вкусе или температуре. Он поглядывал на неё, но ней было всё равно до происходящего вокруг. Она даже не повернула голову. Каору встал рядом с ней, и отхлебнул, пытаясь рассмотреть вдалеке то, что видела она. Горячий напиток немного помог ему собраться с мыслями, но Алиса начала первая: — Я чувствую, что теряю контроль, — её голос был тихим, но отчётливым. — Всё, что происходит вокруг, всё, что я делаю... это как будто не я. Я не узнаю себя. Её слова повисли в воздухе, наполненном утренними звуками города за окном. Каору положил руку на её плечо, стараясь успокоить, но его прикосновение было осторожным. Он боялся испугать её. — Я бы хотел сказать, что я так тоже не поступал раньше, но… — начал он серьёзно. Обычно девушки или уже уходили, или ждали пока он проснётся, чтобы поговорить с ним о произошедшем. Подняв глаза на неё, он прочитал в её глазах только недоумение. Алиса не была ни одной из этих двух категорий. Для неё, как и для Каору, это был способ снять вспышку адреналина, унять страхи и выплеснуть эмоции. Просто почувствовать себя живым. Она не ждала от него моральной поддержки в том смысле, который он понимал. Её боль была глубже, чем просто эмоциональный срыв. — Я не об этом, — продолжила она, качая головой. — Не переживай, это от стресса. Спасибо, что откликнулся. Я пойду. Алиса сделала шаг назад, собираясь уйти, но Каору смутился и остановил её. — Стой, — сказал он, его голос был мягче, чем он ожидал. — Обычно девушки переживают из-за другого, но я понимаю, что в твоей жизни проблемы глобальнее. Я обещал, что тебя выслушаю, и я готов тебя слушать. Правда. Она повернулась к нему, и на её лице появилось выражение, которое сложно было расшифровать — смесь благодарности и внутренней борьбы. Затем она положила голову ему на плечо.  Они постояли так в тишине какое-то время. Алиса гладила его по спине легкими движениями, а он аккуратно проводил рукой по её волосам, словно боясь нарушить хрупкий баланс этого момента. — Тебе бывает не страшно? — спросил он, нарушая тишину. — На охоте? Мне всегда страшно, — призналась Алиса, её голос был тихим, но уверенным. — Но вчера было страшнее. Я будто бы разучилась понимать, что что-то плохое может случиться не со мной. Что другие могут быть в опасности, а я могу оказаться бессильной. Каору медленно кивнул, осмысливая её слова. Он понимал, что её страх был не просто результатом физической угрозы, а чем-то более глубоким — страхом потерять контроль над ситуацией, над собой, над жизнью. — Скажи Ягари, что ты в порядке, — произнёс он, отстраняясь. — Я приготовлю завтрак, и мы поговорим. Алиса недовольно хмыкнула, но решила выполнить его просьбу. Тем более, что пугать отца в планы не входило. Она знала, что Ягари будет беспокоиться, если не услышит от неё хотя бы пару слов.  Каору направился к холодильнику, доставая ингредиенты для простого завтрака. Его движения были уверенными, словно он таким образом пытался восстановить хоть какой-то порядок в мире, где всё слишком часто выходило из-под контроля. Алиса наблюдала за ним, чувствуя, как её сердце постепенно успокаивается.  Каору молча поставил на стол тарелку с яичницей и сел напротив Алисы. Она поблагодарила его коротким кивком, но ела медленно, будто бы её мысли были далеко отсюда.   — Ты всегда так тихо завтракаешь? — попытался разрядить обстановку Каору.   Алиса усмехнулась и сделала глоток чая.   — Когда есть, с кем поговорить, я обычно болтаю.   — Значит, это намёк?   — Кто знает, — улыбка на её лице была почти настоящей.   Каору кивнул и тоже сделал глоток кофе. Ему казалось, что он чувствует её напряжение физически.   — Ты не жалеешь, что помогла нам вчера?   Алиса даже не подняла на него глаз.   — Нет, — ответила она просто.   — Мне кажется, что я не заслужил твоей помощи, — сказал он серьёзно, не осмеливаясь взглянуть на неё. Алиса улыбнулась, смотря на Каору. Она восприняла это как шутку. — Я же бросил тебя, — продолжил он. Алиса подавилась чаем. — Прости, что?  — Когда меня перевели с должности следователя… — Каору… — Нет, послушай! Я так долго ждал перевода. Я очень старался. Я очень хотел начать заниматься настоящей работой, а не бумажной волокитой. Знаешь какие я дела разбирал? Полную чушь!  Алиса смотрела в глаза Каору, а он не смел поднять глаза, боясь что увидит в её глазах подтверждение своих страхов. — Когда мне дали твоё дело, я пришел на твой первый допрос и… я понял всё. Ты не давала никаких деталей. Но то, как ты говорила, с каким лицом… выдало тебя полностью. И я копал. Правда копал. Я слал столько запросов, чтобы добавить в дело больше информации. Чтобы было больше косвенных улик и свидетельств.  Алиса поняла, к чему он ведёт. Её горло сжалось, и вместо слов она протянула руку, чтобы ободрить его. Но он, чувствуя, что недостоен поддержки, убрал руку со стола.  — Когда меня перевели, я спросил, что будет с твоим делом. Мне сказали, что им займётся Такэси. Сам глава гильдии, представляешь? Я был уверен, что правосудие на твоей стороне.  Каору перевёл дыхание.  — Я был рад своему переводу, был рад твоей удаче. Но тогда на парковке, когда я увидел тебя со спины, я подумал… А будет ли у остальных время на то, чтобы заварить тебе чай и просто помолчать с тобой?  Воцарилась тишина, Алиса провела руками по плечам, но не скрестила руки на груди, словно не хотела никого винить, а просто очень странно обняла саму себя. — Чай ты заваривал отвратительный, — сказала она, улыбнувшись одним краем губ.  — Да я догадался, когда ты принесла свой чай, — Каору грустно хмыкнул. Вина его ещё не отпускала.  Алиса внезапно широко улыбнулась и перегнулась через стол, чтобы убрать один из непослушных локонов у него с лица.  — Каору, ты тут не при чём, — Алиса произнесла мягко, — Это политическая игра. Как бы ты не старался найти доказательства, и какие бы я обвинения не предъявила, всё было бы так же. Его рука замерла, прежде чем разрешить себе снова коснуться Алисы. — Всё к лучшему, — произнесла она. — Теперь я хотя бы готова к тому, что он вернётся. Каору накрыл своей рукой шрам на её руке, будто желая залечить его, скрыть, помочь. Так же как и шрамы в её душе. Алиса снова отвела взгляд, будто этот разговор не оставил в ней никаких следов. Но он знал, что это не так.