XXIV

      Спортивные кеды упрямо тянут ступню девушки вглубь сугроба, когда она плавно приземляется за забором своего дома. Тихий треск разорвавшейся ткани заставляет девушку материться, но рассматривать потери она не спешит. Холод и влага просачиваются через тонкую ткань обуви и спортивного костюма, и уже очень скоро пальцы на ногах сводит легкой судорогой. Пережить ее можно, особенно, когда в голове навязчиво маячит единственная мысль: выбраться живой и невредимой. И все же погодные условия совершенно не располагают к тому, чтобы одежда была такой легкой. Микаса думала о том, чтобы выйти в холл и облачиться в куртку и зимние ботинки, но страх перевесил самосохранение на весах. В шкафу был найден самый теплый спортивный костюм молочного цвета, из коробки в глубине шкафа были извлечены кеды в тон. Свет в гостиной так и остался включенным, вместе с телевизором и рабочим ноутбуком.       В машине такси довольно тепло, но это никак не спасает девушку, дрожащую от холода и нервов. Пальцы сжимают второй телефон, в котором забит только один номер, но позвонить ему сейчас Микаса не решается, даже несмотря на то, что уже назвала водителю его адрес. Телефон со злосчастной перепиской остался дома, но девушка успела сфотографировать экран, чтобы показать Леви.       Лифт поднимается на нужный этаж слишком медленно, и в голове брюнетки успевают родиться и погибнуть миллион мыслей. Замерзший палец жмет на кнопку звонка, она делает глубокий вдох и медленно выдыхает через рот. Встречается взглядом с серой радужкой глаз любимого мужчины, когда тот распахивает перед ней дверь.       - Микаса?       - Я согласна, Леви.       Радужка полностью заполняется черным зрачком, время застывает на мгновение, кажущееся вечностью. Микасе хочется зажмуриться и ущипнуть себя для того, чтобы проснуться.       «Это сон! Это ужасный сон! Я сейчас проснусь!»       - Думаю, на пороге такие вещи обсуждать не стоит. Проходи.       Леви отходит в сторону, держась дрожащей ладонью за дверную ручку. Пропускает Микасу вперед, отмечая про себя то, как ему хочется выругаться. Но бить ее своими эмоциями, не узнав причины того, почему она заявилась к нему в такое время и в таком виде, не решается. Девушка стоит на пороге, как вкопанная, и будто не решается пройти дальше.       - Что с костюмом? – Леви рушит тишину единственным логичным вопросом, когда замечает разорванные по шву спортивные брюки.       - Я… неудачно перелезла через забор.       - Теперь у меня еще больше вопросов. Но сначала иди и прими горячий душ. Я пока сделаю чай. А потом поговорим.       Теплые капли воды, постепенно становясь все горячее, скатываются по окоченевшей коже тела. Микаса стоит под душем, пытаясь прийти в себя и раскладывая по полочкам все, что произошло с ней этим вечером. Ее накрывает нервная истерика, и громкий смех отскакивает от стеклянных стенок душевой кабины. По щекам неконтролируемо текут слезы. Может быть, все не так уж и плохо, и случившееся просто подтолкнуло ее к верному решению, принять которое самой у нее не получалось. Сердце будто освобождается от стягивающего чувства цепи, которая сковывала его тоской по Леви. Она ужасно скучала все это время, и стоило только увидеть его глаза, на душе сразу стало спокойно и уютно, будто она пришла домой, где ее всегда ждут.       Внешнее тепло паром обволакивает девушку, когда мягкий ворс полотенца проходится по нежной коже, ставшей красной от перепада температур. Чувствительность постепенно возвращается каждой клеточке ноющей болью, и Микаса начинает дрожать от того, что внутри все еще холодно. Она слишком много времени провела на морозе. Девушка кутается в белый махровый халат, который, как ей кажется, способен согреть ее внутренности, если полностью завернуть в него тело. А возможно, ей просто не хочется попадаться на глаза Леви.       Мужчина терпеливо ждет ее, сидя на диване в гостиной, перед которым стоит журнальный столик. Над чашкой с чаем витает теплый пар, а в легкие скользит аромат трав и сладкого меда. Микаса присаживается на край дивана, будто в первый раз находится в этом доме, но заметив приподнятый уголок губ и теплоту в глазах, смелеет и откидывается на подушки. Горло обжигает не только температурой янтарной жидкости, но и чем-то другим.       - Что там?       - Настойка из трав, чтобы согреть внутренности.       - Вкусно.       - Пей, налью еще. Тебе нужно согреться, иначе завтра сляжешь с температурой.       - Спасибо, - Микаса опускает взгляд в пол и вспоминает, как впервые попала в обиталище Леви почти так же, как и сейчас. В то время между ними еще не было такого доверия, но свою теплоту и уют он дарил ей уже тогда.       - Рассказывай.       - С чего начать?       - С того, как ты здесь оказалась и почему в таком виде.       Девушка молча тянется за телефоном, который предусмотрительно бросила в кресло прежде, чем идти в душ. Открывает галерею и показывает переписку Леви. Наблюдает за его взглядом, в котором эмоции сменяют друг друга с бешеной скоростью, читая каждую из них.       - Второй телефон остался дома. Я не выключила свет и телевизор. Постаралась как можно незаметнее пробраться в свою комнату. Оттуда вышла в гараж. Сидела там около часа. Думала выехать на байке, но не решилась. В общем, план «Побег из гаража» удался, если не считать порванных штанов, которые зацепились за соседский забор. А потом – пробежка по кварталу, пара падений, потому что подошва кед не предусматривает бег по снегу. Вызвала такси, когда была далеко от дома, и приехала к тебе.       - Не позвонила, потому что…       - …боялась, что он реально следит. Не знаю, что у него в голове.       - Ушибов от падений нет? Все в порядке?       - Да, только ужасно замерзла.       Леви сжимает губы в тонкую полоску, когда встает и идет в кухню, чтобы налить девушке еще одну чашку чая. Его брови почти встречаются у переносицы, когда он возвращается, но стоит только посмотреть на Микасу, обнимающую себя за плечи и положившую подбородок на колени, как черты лица смягчаются.       - Иди ко мне, я тебя согрею.       Ее дрожащая ладонь ложится в его кисть, а спина тут же упирается в твердую грудь. До уха долетает тихий выдох, и теплый воздух проходится по шее, пуская легкие мурашки по все еще окоченевшей коже. Микасе становится теплее, и спокойствие разливается по венам, поступая в легкие вместе с ароматом мяты и свежести. Веки тяжелеют, но спать не хочется. Хочется застыть статуей в таком положении. Из груди вырывается тихий всхлип, когда глотку сковывает рыдание, которое она не успевает подавить. По щекам текут соленые дорожки слез, а тело ощущает покачивания. В макушку упираются его губы, и Микаса разворачивает корпус, чтобы крепко обнять мужчину. По его голой груди размазываются прозрачные жидкости, выделяемые ее железами, но Леви сейчас абсолютно все равно. Ему нужно дать ей время и возможность выплакаться, потому что, судя по времени переписки, она не один час пыталась незаметно выбраться из дома под страхом быть пойманной.       - Это все какой-то ебаный сюрреализм. Чувствую себя жертвой маньяка.       - Ч-ш-ш, я рядом. Я никому тебя не отдам.       - Что со мной не так? Почему, блять, он не хочет просто отстать от нас?       - С тобой все нормально. Дело не в тебе.       - С Конни и Жаном таких проблем не возникло, они сразу поняли, что пора заканчивать наши марафоны.       - Это еще раз доказывает, что дело не в тебе.       Течение слез не прекращается в отличие от сдавливающих горло рыданий. Все это время Леви терпеливо держит девушку в кольце своих рук, действиями доказывая ей свою защиту. Микаса водит подушечкой пальца по его предплечьям, изредка утирая слезы. Дрожь постепенно утихает, а внутри становится горячее, и она связывает это с настойкой, подлитой Леви в ее чай.       - Я думала, что это все не будет выглядеть, как фикция, - говорит она успокоившись.       - О чем ты?       - Предложение замужества, мой ответ. В моих мечтах все было несколько иначе, - она кладет затылок на его плечо и поворачивает голову так, чтобы встретиться с ним взглядом, - Это все ужасно смотрится со стороны. Я будто согласилась выйти за тебя замуж только для того, чтобы быть под защитой.       - Отчасти так и есть.       - Но я правда люблю тебя, Леви. И хочу стать твоей женой именно поэтому.       - Я тоже хочу стать твоим мужем потому, что люблю тебя, Аккерман. А не для того, чтобы быть хорошим в глазах окружающих.       - Тогда поженимся?       - Я согласен, - лицо Леви украшает искренняя улыбка, а в плечо прилетает кулак Микасы.       - Это я должна была так ответить.       - Пора привыкнуть, что наши отношения немного отличаются от стереотипных.       На кончик ее носа опускаются его горячие губы, оставляя ласковый поцелуй. Глаза девушки закрываются от нежности и усталости, такая приятная смесь, когда рядом нужный человек. Не обязательно задумываться о том, какое впечатление она производит, потому что Микаса знает, каким он может быть рядом с ней, что может ей дать и как обеспечить. Леви скоро станет ее мужем на законных основаниях, и больше никто и никогда не посмеет упрекнуть ее в чем-то.       Утром она просыпается от ласковых поцелуев, невесомо падающих на ее закрытые веки. Протягивает руки и крепко прижимает к своей груди голову мужчины, потревожившего ее сон. На талию ложатся его широкие ладони, отвечающие на объятие.       - Я еще сплю.       - Ты не спишь.       - Значит, я еще хочу спать.       - Ответь на один вопрос, и я дам тебе еще пару часов, - ее брови вопросительно приподнимаются, но глаза остаются закрытыми, - Что ты будешь на завтрак?       - Обед.       - Хорошо, - в его голосе читается улыбка. Микаса улыбается в ответ и выпячивает губы в желании поцелуя, Леви его исполняет, - Спи.       Рядом тут же становится прохладно, девушка сгребает воздушное одеяло в охапку и закидывает на него ногу. В комнате темно, закрытые плотные шторы не пропускают ни единого огонька, и Микаса снова погружается в спокойный сон. Она дома. И рядом с ней мужчина, который не даст ее в обиду.       Дрожащие ресницы и ладонь, похлопывающая по соседней стороне кровати, окончательно прогоняют ее сон. Микаса пару раз зажмуривается, вспоминая, что произошло, а затем утыкается лицом в мягкую подушку. Тело все еще окутано махровым халатом: Леви даже не попытался предпринять попытку к сексуальному сближению. Это вызывает улыбку и новый повод полюбить его еще сильнее. Он заботится не только о физическом здоровье девушки, но и ментальном. Аппетитные ароматы проникают в спальню через щель под дверью, и Микаса поднимает налившееся свинцом тело, потирая ребром ладони глаза.       - Доброе… день? – она прикрывает рот рукой, когда из него вырывается зевок.       - Угу, - Леви раскладывает на столе приборы и опускает голову, чтобы улыбка не была такой явной, - Не знал, что ты настолько вымоталась вчера.       - Сама не знала. Пойду умоюсь.       Умывание перерастает в полноценный прием душа, когда Микаса обнаруживает запах пота, исходящий от нее. И как Леви смог спать рядом с ней всю ночь. Он очень ревностно относился к своему обонянию, постоянно пополняя линейку ее гелей для душа разными фруктовыми ароматами. Очень скоро к ним присоединились лосьоны для тела и различные средства для волос, которые он закупал в промышленном масштабе. Микаса просила остановиться, и он сбавил обороты на покупках всего, кроме гелей для душа.       Девушка рассматривает полку с пузырьками разных цветов и в голове звучит детская считалочка. Улыбнувшись тому, как безмятежно проходит день, она открывает крышку и выливает на ладонь густую зеленую субстанцию с ароматом киви. Пена бережно обволакивает ее тело, смывая остатки вчерашнего настроения. Спустя пару десятков минут она видит в зеркале сверкающие радостью глаза, зарывается пальцами во влажные волосы, приподнимая их у корней.       - Как чувствуешь себя? – спрашивает Леви, когда она садится напротив него. Ворот его халата распахнут, и взгляд тут же цепляется за острые ключицы, обтянутые загорелой кожей.       - Сносно. Будет лучше, когда поем, - девушка хватается за вилку и насаживает на нее дольку помидора.       - Не уверен, что это обсуждается за обедом, но я бы хотел поговорить о нашей… нашем замужестве, - Микаса на мгновение останавливает жевательный процесс и зажмуривается, затем вопросительно приподнимает брови, так же, как утром в постели, и пускает в сторону Леви заинтересованный взгляд, - Как бы ты хотела, чтобы это было?       - Ты как будто боишься этого разговора.       - Немного. Боюсь, что ты передумаешь, почувствовав мой напор.       - Не передумаю.       - Ты хочешь банкет или… что-то другое?       - Думаю, любая девушка хотела бы праздника, но не в наших с тобой реалиях. Вдобавок, если устраивать пышное торжество, то нужно звать гостей. А это – сам понимаешь – мои друзья.       - Ты не хочешь рассказывать друзьям о том, что выходишь замуж?       - Дело не в этом. Энни, моя подруга, встречается с Армином. А он – лучший друг Эрена. Объяснять дальше?       - Нет, не стоит. Хорошо, значит, просто распишемся в мэрии. Ты будешь менять фамилию?       - Очень смешно, Аккерман.       - Прости, не мог удержаться. Кольцо?       - Да, тонкое из белого металла.       - Платье?       - Это лишнее. Достаточно джинсов и футболки.       - Дата?       - М-м-м, - Микаса прищуривается, жуя кусочек мяса с вилкой у рта, - Чем быстрее, тем лучше.       - Уверена? Просто мы можем ехать в мэрию прямо сейчас.       - Как это?       - Есть свои плюсы в темном прошлом. Если ты готова, то я договорюсь.       - Но сегодня же выходной.       - Это не проблема.       - А кольцо? Одежда?       - Ты же сама сказала, что хочешь, как можно скорее. А теперь ищешь отговорки.       - Ладно, - вилка со звоном приземляется в пустую тарелку, а девушка смачивает горло холодным апельсиновым соком, - Сегодня, так сегодня. Я согласна.       Белое пушистое покрывало, лежащее на земле широким слоем, раскраивается ножницами колес автомобиля, который плавно движется по полотну дороги. В теплом салоне пахнет хвоей и новой кожей. Микаса сидит на пассажирском сиденье, теребя дрожащими пальцами ремень безопасности, накинутый на плечо. Не сказать, чтобы она не ожидала такой прыти от Леви. Она и сама была рада поскорее стать его женой в той ситуации, которая все никак не покажет логического завершения. И все же небольшая взволнованность не успокаивается даже после чая с травами, заботливо заваренного для нее Леви после того, как он сделал несколько звонков и сказал о том, что можно собираться и ехать в мэрию. Заехав по пути в пару магазинов и сделав нужные покупки, Леви несколько раз уточнил у нее, действительно ли она готова к такому важному шагу. И сейчас, когда рычание мотора успокаивается после заглушки двигателя, он поворачивается к девушке с намерением повторить свой вопрос.       - Если ты спросишь еще раз, я тебя ударю, Леви. Я готова. Я согласна. Пойдем уже.       - Я просто хотел сказать, что люблю тебя, Аккерман.       - Я тоже люблю тебя.       В ее руке зажат маленький букет из белых лилий, ладонь второй крепко сжимает пальцы мужчины, стоящего справа. С трудом верится в то, что происходит. Микаса выходит замуж. Сейчас в ее документах поставят штамп о замужестве, а в книге регистрации актов гражданского состояния напротив их имен будет написана сегодняшняя дата и номер их свидетельства о браке. Эта авантюра зашла слишком далеко, но Микаса ухмыляется своим мыслям, думая о том, что возможно так и должно было случиться. С самого начала их отношений все шло не по плану, так почему же сейчас они должны действовать по принятым обществом нормам.       - Согласны ли Вы, Микаса Аккерман, соединить себя узами брака с Леви А… Аккерманом?       Девушка в строгом сером костюме удивленно смотрит на их фамилии, не понимая, что происходит. Пара только опускает взгляды в пол, тут же с вызовом подняв их.       - Согласна.       Одно слово делит ее жизнь на «до» и «после». Теперь уже не будет так, как прежде.       - Согласны ли Вы, Леви Аккерман…       - Согласен, - Леви не дает девушке закончить фразу, но она не смеет перечить ему, и только выдавливает из себя вежливую улыбку.       Ободок из платины аккуратно обхватывает безымянный палец Микасы, будто находился там всегда. Брюнетка несколько секунд любуется своей кистью с задумчивой улыбкой. Затем протягивает руку за более широким ободком и надевает его на палец Леви. Мужчина сжимает руку в кулак, чтобы кольцо удобно село.       - Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.       - Это лишнее. Поехали домой.       - Эй!       - Ладно, иди сюда. Жена.       Крепкое кольцо рук на ее талии отрывает девушку от пола. Широкая улыбка опускается на ее губы поцелуем, и Микаса не может сдержать восторженного вдоха. Выдыхает носом, когда поцелуй становится более глубоким. Первый поцелуй семьи Аккерман, скрепляющий воедино двух людей, которые еще полгода назад не знали о существовании друг друга. У которых разница в росте и возрасте. Которые безрассудно влюблены друг в друга и готовы нести эту любовь через года.       - А теперь можно и домой. Муж.