XXV

      «Та-дам! [Приложение]» - 17:41 сообщение для абонента «Саша».       «Та-дам! [Приложение]» - 17:41 сообщение для абонента «Энни».       Микаса отправляет сообщением фотографию их с Леви кистей с окольцованными пальцами. Они единственные, с кем ей захотелось поделиться неожиданной радостью. С момента их отъезда от мэрии улыбка не покидает лица, а мышцы щек начинают затекать от напряжения. Глаза Леви горят, освещая дорогу к дому не хуже противотуманных фар.       «Как? Когда?» - 17:43 от абонента «Энни».       «Только что. Едем домой. Я теперь Микаса Аккерман» - 17:44 ответное сообщение.       «Охуеть, детка! Поздравляю! Стоило только на пару дней уехать, как ты умудрилась выйти замуж» - 17:47 от абонента «Энни».       «Спасибо, дорогая. Подробности позже. Постарайся не говорить об этом Армину» - 17:47 ответное сообщение.       «Не смею отвлекать тебя от новоиспеченного супруга» - 17:48 от абонента «Энни».       Одобрение подруг не входило в список обязательных качеств при выборе партнера, но брюнетке очень импонирует то, что ее предпочтение поняли и приняли. Она поворачивает голову и изучает давно знакомый силуэт профиля Леви. Прямой нос, заостренный на кончике, волевой подбородок, острые линии бровей и скул. И шикарные губы, изогнутые в улыбке, умеющие целовать так страстно, что голова сама по себе отрывается и улетает в далекие дали.       - Что? – Леви мимолетно поворачивается и снова смотрит на дорогу.       - Ничего. Люблю тебя.       - Не жалеешь?       - Время покажет. Сейчас – ни капельки.       Стены квартиры излучают нечто теплое, рождающее внутри девушки спокойствие. Тишина, нарушаемая только звоном ключей и шуршанием раздевающегося Леви позади нее, поет свою колыбельную, и ее страхи засыпают. Ощущение, что это место – единственное в мире, за окнами – апокалипсис, а здесь – уютный мир, в который никому нет доступа.       - Отметим?       - Предлагаешь банкет?       - Если ты хочешь.       - Мои девочки уехали, поэтому звать мне некого. Но ты можешь позвать, кого хочешь. Я не против.       - Точно? Это теперь и твой дом тоже, можешь устанавливать свои правила.       - Я начну с завтрашнего дня, пожалуй.       Леви улыбается, притягивает девушку к себе и крепко целует. Ее губы такие сладкие на вкус, что могут заменить все лакомства мира. Она вся так сильно притягивает его к себе, что оторваться с каждой секундой все сложнее. Кончик языка невесомо скользит по контуру, и Микаса, закинув руки на его плечи и обняв за шею, углубляет поцелуй, приоткрывая рот. Улыбается, когда чувствует рождающееся внизу живота возбуждение. Пальцы Леви впиваются в ее талию, но сил отпрянуть от девушки не хватает. Мужчина громко дышит, когда Микаса прикусывает его нижнюю губу и чуть оттягивает. В ее глазах пляшут озорные серебряные светлячки, когда напряженный кончик языка дразнит оттянутую губу, зажатую между зубов. Зрачок Леви полностью закрывает серую радужку, когда она с тихим стоном прикасается к его губам своими. Он жаждет продолжения, но Микаса отстраняется.       - Ты дразнишься?       - После свадьбы обычно бывает брачная ночь, а не брачный вечер. Поэтому зови своих друзей, а потом мы что-нибудь придумаем.       - Отродье.       Леви наблюдает за покачивающимися бедрами Микасы, когда она уходит в спальню для того, чтобы переодеться. Поправляет вставший член в джинсах и с улыбкой ругается себе под нос. Азиаточка теперь его жена по закону, кто бы мог подумать к чему приведет обычный приват и секс после него. Надо обязательно поблагодарить Нанабу за отличный выбор фотографа.       Первой в дверь звонит Ханджи, не отрывая пальца от звонка до тех пор, пока Леви не закатывает глаза, встречаясь с ее горящим восторгом взглядом.       - Поздравляю, полторашка! – женщина пытается его обнять, но встречается с препятствием в виде ладони.       - Мой рост сто шестьдесят сантиметров, чучело. Сто шестьдесят.       - Хорошо, полторашка с крышечкой. Поздравляю!       Леви громко цыкает и все же принимает поздравления в виде объятий. Когда из гостиной показывается Микаса, его оглушает восторженный крик Ханджи, и он бьет ее по голове ребром ладони.       - Если не заткнешься, отправлю на балкон.       Он замечает, как Микаса слегка поджимает губы в стеснении от такого близкого общения со своим преподавателем, обещая самому себе не отходить от нее сегодняшним вечером. Потому что в списке приглашенных есть еще несколько человек, которые стоят выше Микасы в иерархии, принятой обществом. Она еще не знает, но все они довольно просты в общении, и никогда не показывают своего положения.       Квартира постепенно заполняется людьми, Микаса со временем расслабляется в компании старших, которые уверили ее в том, что неформально общаться с ними можно и нужно, особенно в таких обстоятельствах.       - Леви все-таки последовал моему совету о замужестве? – Эрвин отпивает из стеклянного бокала темную жидкость с ароматом корицы, обращаясь к Микасе.       - Нет, но да. Мы решили не затягивать с тем, что и так должно было случиться, - на ее плечо ложится горячая ладонь, окутывая ее заботой.       - Мы поженились в первую очередь по любви, Эрвин. И уже потом для того, чтобы не возникло проблем. Кстати, что там с факультативом?       - Я заменил гимнастику на рукопашный бой. Подойдет?       - Но он же не совпадает с занятиями Ханджи.       - Можешь заниматься в другое время. Думаю, Мик не будет против, - блондин поворачивает голову к кухне, и его голос звучит угрожающе громко, - Мик! Ты же не будешь против, если мисс Аккерман будет заниматься в свободное от учебы время?       Из проема выглядывает голова с взъерошенной блондинистой шевелюрой.       - Смит, твою мать! Работа осталась на работе! – мужчина подмигивает Микасе с широкой улыбкой, - Она уже не мисс, по этому поводу мы и собрались.       На шею Мика ложится изящная ладонь, пальцы которой украшены длинными черными ногтями. Нанаба тоже не любит обсуждать рабочие вопросы в неформальной обстановке, поэтому всеми силами старается прикрыть рот своему спутнику. Она бы с удовольствием поговорила с Микасой о заказе, который хотела бы ей поручить, но, когда Леви посмотрел на нее прищуренными глазами, махнула рукой и сказала, что позвонит девушке, когда закончатся выходные.       Микаса улыбается и накрывает своей ладонью кисть, сжавшую ее плечо. Сверху на ее губы опускается нежный поцелуй. Большой палец мужчины поглаживает кольцо на безымянном пальце, которого утром еще не было. Взаимные улыбки встречаются в ярком взрыве, взгляды с бесконечной глубиной пересекаются в пространстве, словно плоскости, которые когда-то были параллельными. Девушка чувствует то, что до этого казалось ей недостижимым.       Волшебство момента нарушает тонкий писк телефона, лежащего на журнальном столике.       «Твою ж мать! Я больше никогда не поеду на охоту! Ты вышла замуж! Поздравляю!» - 21:02 от абонента «Саша».       «Ты серьезно так поздно шлялась по лесу с ружьем? Маньячка!» - 21:03 ответное сообщение.       «Ты бы видела, сколько мяса я приперла домой! Папа сказал, что это стратегический запас до лета, как минимум. Жду подробностей» - 21:05 от абонента «Саша».       «Когда вернешься, устроим диванный совет» - 21:06 ответное сообщение.       «Договорились! Поздравляю еще раз! Ты сделала правильный выбор!» - 21:08 от абонента «Саша».       Когда Леви закрывает дверь за последним ушедшим гостем, коим снова была Ханджи, которую Моблит вытаскивал силой, Микаса громко выдыхает. Спустя пару секунд ее заключает в объятие крепкое кольцо рук, а на сгибе шеи горит след от поцелуя.       - Устала?       - Немного. Сумасшедший день.       - И все же он получился довольно запоминающимся.       Микаса убирает пальцами непослушные пряди с его лица, заглядывая в ледяную глубину глаз. Из них на нее выливается поток чувств, распирающих нутро Леви. Происходящее все еще кажется сном, и стоит только споткнуться – проснешься. В подтверждение реальности ее ладонь ложится на щеку мужчины, и на запястье тут же опускаются его губы. Теплое дыхание с легким шлейфом употребленного алкоголя согревает кожу. Рука на талии поворачивает ее корпус чуть в сторону, заставляя двигаться. Микаса приподнимает брови, когда понимает, что движение повторяется, и ноги медленно передвигаются, рисуя на полу нечеткую окружность.       - Мы танцуем без музыки?       - Я готов танцевать с тобой вечность.         От Леви пахнет мятой и чем-то, напоминающим запах свежескошенной травы, когда он выходит из душа в халате и с полотенцем на шее. Микаса отвлекается от созерцания сделанных фотографий в смартфоне, цепляясь глазами за острые ключицы с желанием прикоснуться к ним губами. Его влажные волосы растрепаны, но даже в таком виде он выглядит мужчиной с обложки. Девушка прикусывает щеку изнутри и встает с дивана, чтобы подойти к мужу.       - Ты жутко сексуален в таком виде. Так бы и съела.       - Я не запрещаю.       Девушка улыбается и тянется за поцелуем, но вместо этого захватывает зубами его нижнюю губу и оттягивает ее, лаская языком. Леви в ответ на нетипичную для Микасы ласку лишь крепче цепляется пальцами за ее талию, направляя к спальне. Брюнетка приподнимает указательный палец и отрицательно качает головой, глазами указывая в сторону кухни. Тонкая бровь захваченного в плен приподнимается, но условия игры приняты им. Их губы все же встречаются в страстном поцелуе, от которого перехватывает дыхание. Девушка тонко стонет в рот мужчины, когда ее бедра упираются в столешницу, а на ягодицы ложатся крепкие горячие ладони, сминая их в приступе страсти. Леви приподнимает ее так, чтобы она села на стол, но в ответ на это получает чувственный укус.       - Девочки сверху.       Ее томный хриплый голос заставляет встать все волоски на теле перпендикулярно коже. Руки Леви начинают дрожать в нетерпении, когда он поддается ее силе и сам поворачивается спиной к столу.       - Это уже интересно.       - Не возражаешь, если я тебя раздену?       - Сам хотел предложить.       Пояс халата в ее изящных пальцах ловко развязывается и выскальзывает из шлеек по бокам. Девушка наматывает его на костяшки кисти, будто бинт перед тренировкой по рукопашному бою. Леви наблюдает за ней из-под опущенных век. Встречается с дикостью в ее взгляде и теряет остатки терпения, цепляясь пальцами за ее шею и притягивая ближе к лицу для того, чтобы пройтись языком по линии челюсти к уху. Микаса перехватывает его запястья и сводит их вместе, связывая мягким махровым поясом.       - Поиграем?       Вставший член толкается в ее бедра, подрагивая в такт сердцебиению. Микаса помогает Леви забраться на стол так, чтобы сгиб колен упирался в его край. Распахивает ворот халата, освобождая из плена грудь. Вставшие острые соски скользят по бедрам Леви, когда она целует его грудь и торс, спускаясь ниже к возбужденной плоти, требующей внимания. Ее ладонь двигается по животу вниз и пропадает между ног. Мужчина с интересом наблюдает за ее действиями, прикусив нижнюю губу. Влажные поцелуи горят огнем на его коже, распаляя огонь вожделения. Микаса стонет, когда ее пальцы раздвигают влажные складки и проникают внутрь, а ладонь с легкостью скользит по клитору, растирая его.       - Тебе не кажется, что я бы справился лучше?       - Сегодня у руля девочки. Расслабься и получай удовольствие.       Свободной рукой она надавливает на его плечо, заставляя опуститься спиной на столешницу. Леви подчиняется. Ощущает, как влажная ладонь обхватывает длину налившегося кровью члена и низко стонет, когда она начинает двигаться. Шершавый горячий язык проходится по мошонке, а яички тянет от засасывающей манипуляции. Микаса языком ласкает их, перекатывая во рту. Пальцы на ногах Леви подгибаются от ласки, а когда она с чмокающим звуком освобождает мошонку из горячего плена рта, по телу проходится разряд электричества. Ее язык обводит окружность по влажной головке, вкушая солоноватую густую субстанцию предэякулята. Пытка продолжается. Плотная ткань, связывающая запястья мужчины, начинает трещать от его попыток освободить руки и насадить ее ртом на член так, чтобы она не смогла дышать. Микаса знает, как ему не терпится, и не заставляет мучиться дальше. Когда головка касается задней стенки гортани девушки, а движения прекращаются на пару секунд, чтобы щеки втянулись для создания вакуума во рту, Леви рычит от переизбытка ощущений и эмоций.       - Твою ж мать, Аккерман!       Микаса ухмыляется и продолжает сосать. Там, где только что были ее губы, сжимается кольцо пальцев, двигаясь в такт с ее головой. Язык, то напрягаясь, то расслабляясь, рисует причудливые узоры на бархатистой горячей коже. Зубы слегка прихватывают крайнюю плоть для пикантности, когда она ложится щекой на его бедро, наклоняя член так, чтобы можно было его облизать.       Щекочущее ощущение от влаги между ее ног дает понять, что можно продолжить пытку другим способом. Девушка всасывает член так глубоко, чтобы коснуться верхней губой лобка мужчины, оставив на ней щекочущее ощущение от отросших жестких волосков.       - Где презервативы? – спрашивает она, освобождаясь от халата полностью.       - В ящике справа.       Леви чувствует ее ухмылку каждой клеточкой кожи. Поворачивает голову, чтобы посмотреть на нее, грациозную и красивую. Думает о том, как органично смотрелись бы следы от его ладоней на ее ягодицах, но боль в запястьях вновь напоминает о том, что он связан. Приподнимает уголок губ, когда Микаса поворачивается с презервативом, зажатым между пальцами. Ее грудь колышется при каждом движении, пока она подходит к его голове.       - Я знаю, о чем ты думаешь, - говорит она, наклоняясь так, чтобы острые соски были на уровне его лица.       Даже со связанными руками Леви может вложить упругие округлости ее груди в свои ладони, чтобы прикусить ее соски. Девушка стонет, когда электрический ток проходится молнией под кожей от места, где двигается его язык, к промежности. Непослушные пальцы все же справляются с фольгированным пакетиком, и, пока мужчина занят чувствительными бусинами ее сосков, она натягивает на его член презерватив.       Недовольное мычание раздается в тишине, когда девушка отрывает свою грудь от рта мужчины. Горячий вибрирующий воздух наполнен запахом секса и желания, а тела физически ощущают взаимное притяжение и электрическое напряжение. Микаса с легкостью запрыгивает на стол и садится на бедра Леви спиной к его лицу. По белоснежной коже скатываются почти незаметные капельки пота от шеи к пояснице. Вид ее раздвинутых ягодиц привлекает взгляд, мужчина тянется пальцами к округлостям, но из-за невозможности шлепнуть по ним ладонью, тихо рычит.       - Как же мне хочется трахнуть тебя.       - Думаю, я могу тебе помочь, - голос девушки наполнен игривыми нотками.       Она перехватывает ладонью член и направляет его в себя, насаживаясь на него до основания. Стонет, запрокинув голову назад так, что черные волосы каскадом падают с плеч, и начинает медленно двигать бедрами по окружности, не выпуская из плена мышц влагалища пульсирующий орган мужчины. Леви бьется затылком о столешницу в исступлении. Пытка продолжается. Его большие пальцы раздвигают ее ягодицы и двигаются к стянутому кольцу сфинктера поглаживающими движениями. Микаса прикусывает губу, чтобы отвлечься от захлестывающего ее ощущения близкого оргазма. Нельзя так быстро закончить то, что должно иметь продолжение. Девушка слегка приподнимается, и перед Леви рисуется еще больше возбуждающая картина выходящего из влагалища члена, по которому стекает густая прозрачная смазка. Он снова рычит. Надавливает большими пальцами на колечко мышц так, чтобы фаланги вошли в нее. Слышит сбитое дыхание вперемешку со стонами девушки, которая приподнимает бедра чуть выше и снова опускается на член поступательными движениями.       - Какая же ты испорченная, Аккерман.       - И тебе это нравится.       - Бесспорно.       Не вставая с члена, Микаса медленно поворачивается на нем, расслабляя мышцы влагалища, стараясь не доставлять боли и неудобств мужчине. Леви стискивает челюсти от пикантной боли, придающей остроты ощущениям, которая тут же прекращается, стоит только увидеть ее грудь, сжатую руками так, чтобы округлости казались более объемными.       - Так привычнее. Хочу видеть твое лицо, когда ты кончишь, - томный голос вливается в его уши.       Его пальцы сжимают соски и оттягивают их, когда девушка начинает двигаться, насаживаясь на член. К лицу прилипли черные шелковистые пряди, что делает ее вид более порочным, возбуждая Леви до предела. Ее влажные ладони опираются на его рельефный торс, короткие ногти царапают кожу сильнее с каждым движением. Стоны обоих становятся тем громче, чем ближе взрывная волна оргазма.       - Я сейчас кончу, Микаса.       - Отпусти грудь и зажми пальцами клитор. Кончим вместе.       Леви следует указаниям, кладет ладонь на лобок и зажимает клитор между большим и указательным пальцем. Микаса тонко стонет и начинает дрожать. Сдерживать оргазм больше нет смысла и сил, особенно, когда пальцы мужчины начинают тереть чувствительный комок нервных окончаний.       - Кончай, Аккерман.       Как по волшебству после произнесенной фразы Микасу прошибают волны электричества, пускающие разряды к каждой клеточке кожи, разразившейся оргазмом. Протяжный стон вместе с низким рыком смешиваются в густой пелене воздуха, ставшего осязаемым физически. Тяжелое дыхание тела под девушкой постепенно восстанавливается вместе с ее дыханием и сердцебиением. Она приподнимает голову и с улыбкой смотрит в серо-синие глаза, подернутые дымкой еще не прошедшей страсти.       - Ну как?       - Я, конечно, трахал женщин на столе. Но чтобы трахали меня…       - Все когда-то бывает в первый раз, дорогой. Считай, что ты лишился девственности в свою брачную ночь.       - Если ты меня развяжешь, то я смогу тебя обнять.       Придавливая его к столешнице своим телом, Микаса лениво двигает пальцами, чтобы развязать незатейливый узел на запястье мужчины. Когда путы сняты, его ладони опускаются на лопатки, а руки сжимают тело девушки в ласковом объятии. Микаса прикрывает глаза и целует влажную от пота шею Леви. Его естественный запах залетает в легкие, а внутренние бабочки учуяв его, начинают свой танец, поднимаясь от живота к легким.

***

      Два чемодана с вещами стоят у двери в темном коридоре, до которого долетают отблески пламени камина, горящего в гостиной. Перед ним на пушистом ковре сидят три фигуры в пледах. На полу три бокала с красным вином, а чуть поодаль – блюдо с фруктами и неизменный пирог с вишней.       Когда на смену выходным пришли рабочие будни, Микаса уехала от Леви на пару дней для того, чтобы собрать нужные ей вещи и побыть с подругами. Мужчина молча привез ее к небольшому домику на окраине города, уверив ее в том, что все будет в порядке, но он будет очень скучать.       - Это всего на пару дней. Я разберусь с вещами и смогу полностью перебраться к тебе.       - Мне не нравится, как ты говоришь: «К тебе». Это теперь наш дом.       - Хорошо, я соберу вещи и вернусь домой. Так лучше?       - Вполне. Я буду скучать, - Леви поцеловал кольцо на ее безымянном пальце.       - Кто ты и куда ты дел Леви Аккермана?       - Ты прекрасно знаешь, какой соплей я становлюсь рядом с тобой.       - Прекращай оскорблять моего мужа.       - Люблю тебя.       - И я тебя.       Занятия почти не занимали ее время, и девушка могла в тишине заняться сбором чемоданов. Энни и Саша вызвались ей помочь и находились дома по очереди. После короткого рассказа Микасы о том, что послужило толчком к принятию решения о замужества, подруги побаивались оставлять ее одну, несмотря на ее заверения в обратном. «Диванный совет» был собран накануне переезда, и сейчас все трое наслаждались теплом огня, лижущего своими языками огнеупорное стекло камина.       - Это похоже на какой-то остросюжетный сериал, тебе не кажется? – Энни кладет голову на плечо Микасы, поднося ко рту бокал.       - Это похоже на ебаный сюрреализм. Я буквально только что была в точке «А», а теперь мчусь на всех парах от точки «Б» к хер пойми какой точке.       - Не жалуйся, - с другой стороны в плечо брюнетки прилетает легкий пинок от Саши, - Ты вышла замуж за Аккермана. Помнишь, как ты страдала, когда он предложил тебе сексуальные отношения?       - Это будто было во сне, Саш. В какой-то предыдущей жизни.       - Стоп! Или ты хочешь вернуть все обратно и ездить к Эрену, Жану и Конни?       - Знаешь, было неплохо. Особенно со Спрингером.       - Ничего не слышу! – Саша затыкает уши ладонями и качает головой, как ребенок, которого пытаются загнать домой с улицы.       Энни и Микаса заливаются смехом, откидываясь затылками на сиденье дивана. Голова шатенки ложится на бедра Микасы, а пальцы кружат по коленной чашечке. Девушка зарывается пятерней в шевелюру подруги, слегка стягивая ее у корней. Жесткие непослушные волосы щекочут ладонь и запястье, от чего на лице рисуется ласковая улыбка.       - Я буду скучать.       - Как будто уезжаешь в другую страну. Ты же знаешь, что двери этого дома всегда открыты для тебя.       - Надо еще с байком разобраться, но это ближе к весне. Саш, ты не против, если у "лягушонка" еще немного побудет сосед? - шатенка отрицательно качает головой, не говоря ни слова, что напрягает Микасу, - Эй, ты чего? Ты плачешь что ли?       Плотина в медовых глазах Саши прорывается, и девушка встает с колен подруги, чтобы повиснуть на ее шее.       - Зачем ты ска… сказала, что бу… будешь скуча-а-ать?       - Не реви, бедовая. Я же никуда не уезжаю. Мы будем часто видеться. Не плачь, Саш. Или я сейчас сама заплачу.       - Вот вы две плаксы, конечно, - Энни сжимает губы в тонкую полоску, и из ее глаз начинают течь слезы.       - Да вы охренели обе? Хватит разводить сырость!       Голос Микасы срывается, и она поддается эмоциям, начиная плакать в унисон с девушками, обнимающими ее. Выпитое вино и легкое опьянение кружат голову, сдерживать себя всем троим становится трудно. Не один год прожив под одной крышей, деля на троих не только еду, но и радость и горе, они счастливы нести дружбу сквозь года и преодолевать препятствия. То, что одна из них выпорхнула из гнезда, не означает, что нужно ставить точку. Это всего лишь повод для дружбы расширить границы и стать еще крепче.       Звонок будильника отдает болью в ушах и голове: вечер не закончился на одной бутылке вина, и только благодаря Энни, которая контролировала выпитое, все трое не оказались в «Свободе». Микаса смахивает с экрана дрожащую кнопку приложения и кладет на голову подушку. Спустя пару секунд звонок раздается снова, и девушка повторяет манипуляцию, матерясь в голос.       - Да ебаное ты все. Заткнись.       Резкие звуки не прекращаются, ей приходится открыть один глаз, чтобы посмотреть в горящий светом экран, вверху которого написано имя звонящего ей абонента.       - Алло! Леви, я думала, это будильник.       - Микаса, меня арестовали.