XXXIV

      - Нет, Леви! Я не буду этого делать!       - Ты проиграла мне желание, так что перестань отпираться.       - Ты мухлевал!       - Никто не заставлял тебя играть со мной в покер, могла выбрать любую другую игру.       Микаса стоит перед зеркалом в полный рост со скрещенными на груди руками. Кончик ее носа упрямо вздернут, глаза щурятся в немой ярости, а на губах нарисован оскал. Ее действительно никто не заставлял играть с Леви именно в покер, сама выбрала игру и согласилась на условия, не зная заранее о том, что тот профессионально умеет мухлевать. Секрет так бы и не был раскрыт, если бы в момент, когда Леви был максимально уязвим перед девушкой, она не задала вопрос «как ты умудрился выиграть, если не можешь скрывать свои эмоции?». Опуская ее голову еще ниже, чтобы насадить на свой член, он ответил «я жульничал». Микаса довела начатое дело до конца, но была дико взбешена таким раскладом вещей.       - Я не буду цеплять на грудь зажимы для сосков, потому что собираюсь идти на вручение дипломов в облегающем платье! Ты же сам помогал мне его выбрать!       - Стесняешься, что все узнают про то, что ты пользуешься игрушками для секса?       - Да! И потом будут говорить про то, что ты не справляешься с удовлетворением меня из-за импотенции по возрасту!       - Разумно. Тогда другое желание.       Девушка облегченно выдыхает, когда ей удается логически объяснить Леви свое нежелание исполнять его прихоть. Но когда тот озвучивает следующую перспективу, прикрывает глаза ладонью и громко стонет.       - Ты издеваешься?       - Ничуть. Мы еще их не опробовали. И мне будет интересно посмотреть на твою реакцию.       - Я ненавижу игрушки с дистанционным управлением, блять!       - Не ври, тебе они нравятся так же, как и мне. И в этот раз твое платье не будет причиной для твоего отказа.       - Похотливый старикашка!       Леви достает с полки шкафа упомянутую игрушку и трясет ею перед глазами девушки.       - А ты – жена похотливого старикашки. И не очень-то и жалуешься на это. Давай, я даже помогу тебе их надеть.       - Почему именно вручение дипломов? Почему нельзя это сделать хотя бы на вечеринке в честь окончания универа?       - Потому что на вечеринке у тебя будет возможность уединиться или утащить меня с собой. А на вручении придется стоять в толпе. Да и я смогу наблюдать за тобой из зала.       Когда в руки Микасы попадает вещь, которую только что в руках держал Леви, она беспомощно запрокидывает голову назад. Их семейная жизнь пестрит яркими красками и разнообразием с самого ее начала. Леви не дает соскучится и устать, и девушка иногда молится всем высшим силам, чтобы его фантазия взяла передышку.       - Вибротрусики. Прекрасно. До чего мы докатились?       - Заметь, они бесшовные и красные, как раз под фасон и цвет твоего платья.       Девушка кривляется в ответ на реплику мужа, но все же надевает белье, протянутое им, и устраивает гаджет поудобнее, так, чтобы никто из окружающих не догадался по ее походке, что что-то не так. Леви наблюдает за ней, приподняв один уголок губ, и думает о том, как же ему повезло с женой. Мало того, что она согласна на любые его авантюры, она еще и проигрывать умеет с достоинством.       - Играем на желание!       - Бля, с твоей фантазией это очень опасно.       - Но ты можешь выиграть, и тогда твое желание исполню я.       - Заманчиво. Во что играем?       - Выбирай сама.       - Хм… Покер!       - Отлично, детка. Покер, значит покер.       20 минут спустя.       - Блять, я так и знала! Как ты это делаешь?       - Элементарно, родная!       - Ладно, давай свое желание.       - Я оставлю его для более удобного случая.       - Отлично, тогда то, что я сейчас сделаю, будет просто моей инициативой.       Еще 20 минут спустя.       - Твою ж мать, Микаса! Где ты научилась так отсасывать? У меня глаза сейчас выпадут из орбит! Только не останавливайся, пожалуйста! Продолжай! Да! Заглоти его, детка!       - Нравится?       - А-ах! Да! И язычком еще по кругу обведи! Да, моя девочка!       - Ты такой эмоциональный, как ты умудрился выиграть в покер?       - Глубже, родная! Ладонью яйца сожми и заглоти! Да! Я сейчас… Я… Жульничал… А-а-ах, ты ж, бля-я-я-я-ять!!!       Микаса выходит из спальни, накинув на себя халат и подвязав его поясом. Долго злиться на Леви у нее не получается, просто потому, что это Леви. Ее ласковый и нежный, страстный и горячий, родной и обожаемый муж, который сейчас решил покормить ее обедом перед тем, как ехать на вручение дипломов. Мышцы спины напрягаются, когда руки с усилием давят на нож, и девушка залипает на его движениях. Ей всегда будет мало времени, проведенного рядом с ним.       Чуть меньше полугода назад на ее телефон пришло сообщение от Эрена с извинениями. Пообещав, что больше не побеспокоит ее, пожелав счастья на жизненном пути, он отправился в рехаб по настоянию старшего брата. Микаса узнала об этом от Леви, но не испытала никаких негативных и противоречивых эмоций. Было искренне жаль парня, но помочь ему она вряд ли смогла бы, даже если бы у них что-то и получилось. Углубляться в его травму ей тоже не хотелось, и Леви оставил за ней право выбора, знать правду или нет.       Саша все же приняла взвешенное решение, которое далось ей с огромным трудом. Перевозить ее вещи к Конни пришлось несколькими рейсами на его же пикапе, который был в еще большем шоке, чем хозяин. Парень только прикрывал глаза ладонью, когда Саша бежала в дом за очередной коробкой или пакетом.       - Нахера тебе столько посуды, бедовая?       - Чтобы готовить.       - О, картошечка, - Микаса приобняла подругу за плечи и зашептала той в ухо, - Теперь готовить будет Конни, и ты не разочаруешься в нем.       - Ты как будто рекламируешь мне своего бывшего, Аккерман! Я могу начать ревновать!       - Не можешь, потому что я замужем за Леви.       Знакомая квартира, пестрящая теперь яркими красками от мелочей, разбросанных Сашей, все еще источала ароматы еды, приготовленной Конни. Пока шатенка пыталась впихнуть в гардероб несколько своих весенних курток, парень смотрел на нее со стороны из кухонного проема.       - Твой взгляд наполнен нежностью и любовью, - Микаса неслышно подошла со спины и коснулась кончиками пальцев его плеча.       - Она просто нереальная, Микаса.       - Тебе повезло, Спрингер. Береги ее, хорошо?       - Разрешаю тебе себя убить, если что-то пойдет не так по моей вине.       - Вызов принят.       Армин тоже не терял времени и быстро перевез свои книги из дома дедушки к Энни. Это было своеобразной пометкой территории, на которую блондинка только закатывала глаза. После того, как Эрен уехал, их отношения ждали испытания в виде истерик и ссор, не приносивших с собой ничего положительного. Энни уже была близка к тому, чтобы поставить точку, если бы Армин все же не решился признать, что был не прав.       - Не хочу тебя терять, Энни. Не хочу всю жизнь винить себя в том, что не пошел навстречу всего один раз. Я вижу свое будущее только с тобой… Прости, пожалуйста, можно мне воды? В горле совсем пересохло.       Когда Энни отвернулась, чтобы пойти на кухню, на ее губах играла счастливая улыбка, подушечки пальцев потирали друг друга в волнительном ожидании того, что же он скажет дальше. Не сказать, чтобы она не сваливала на него полностью всю вину, но то, что он первым пошел на уступки, говорило о многом.       - Ты – упрямый балбес, Армин, хоть и умный.       - Я знаю.       - Я рада, что в твоей голове живет не только политология.       - Думаю, важнее то, кто живет в моем сердце.       - Избавь меня от этих сопливых подробностей. Просто переезжай уже ко мне. Микаса упирается подбородком в колено, перелистывая диалоги в мессенджере, и вспоминает события прошедшего времени. Когда в нос ударяет яркий аромат заправки для салата, девушка отрывается от телефона, направляя взгляд на мужчину. Скользит от резинки домашних штанов вверх по торсу, останавливаясь на твердых выпуклостях груди. Тонкие ключицы, длинная изящная шея и выделяющийся кадык. Губы скривлены в усмешке.       - Ешь, успеешь еще наглядеться.       - Леви.       - М?       - Почему ты не стал встречаться с Ханджи? Вы же спали.       - И что? Я не только с ней спал.       - Но у тебя с ней все равно особые отношения. Думаю, вы смогли бы поладить, будь вы парой.       - У нее слишком большие соски.       - Что?       - У нее большие соски, на которые я всегда отвлекался. Это сбивало возбуждение. Она любит, когда ее грудь ласкают, а мне в рот ее сосок помещался с трудом.       - Леви, блять! Я серьезно!       - Хватит спрашивать глупости. Я ждал тебя. Все, закрыли тему.       «У Ханджи реально такие большие соски? Да ну, это было бы заметно, она же не всегда носит белье. А может она ходит с накладками?»       Смех Леви заставляет девушку дернуться и уставиться на него.       - Что?       - Хватит думать о сосках Ханджи. Если ты не поешь в ближайшие десять минут, то мы опоздаем на вручение. А мне еще надо расписаться в благодарственных письмах.       - Я не думаю о сосках Ханджи!       - Ты бы себя видела, родная. Врать мне ты так и не научилась.       Скопление народа пугать брюнетку так и не перестало, но когда она видит в толпе знакомые лица, жить становится проще. И все же мысль о том, что пора менять привычный уклад, при котором на выпускников пялятся из зала все, кому не лень, сидит в ее голове очень прочно. Со стороны кажется, что никто, кроме нее, не смущается вниманию, но когда по тыльной стороне ее ладони пробегаются тонкие влажные пальчики Хистории, стоящей рядом, Микаса выдыхает.       - Мы с Имир уговаривали его отказаться от этой дурацкой традиции, - тихий голос блондинки слышит только Микаса, которая тут же делает вид, что не понимает, о чем говорит ей одногруппница, - Расслабься, я знаю, что ты знаешь.       - И чем он аргументировал свой отказ?       В этот момент в ее промежности начинает вибрировать маленькая пуля, вшитая в ластовицу трусиков. Микаса дергается и еле слышно выдыхает, когда колено одной ноги подкашивается.       - Тем, что Леви настоял на традиционном вручении.       - М-м-м, - вибрация все еще легкая, но при упоминании имени мужа, глаза закатываются, а ладонь ищет опору, - Леви, значит.       - И, кажется, я понимаю, в чем тут дело, - блондинка наблюдает за выражением лица Микасы, улавливая пытливым взглядом изменения в эмоциях, - Вагинальные шарики с дистанционным управлением?       - Нет. Вибротрусики.       - О, это он провернул с Имир. Мне повезло. Что ж, держись, Микаса.       Когда голосовые связки сжимаются, и из глотки девушки вырывается тонкий еле слышный стон, декан произносит ее имя, вызывая на пьедестал за дипломом. Хистория стискивает ее ладонь и разжимает пальцы в ободряющем жесте. Ноги с трудом слушаются ее, замедляя шаг с каждым движением. Микаса цепляется за край самообладания и, выпрямив спину, все же подходит к Эрвину Смиту, держащему в руках долгожданный буклет. Блондину стоит только раз посмотреть в ее горящие глаза, а затем опустить взгляд на распухшие от укусов губы, как все становится ясным, как день.       - Поздравляю, Микаса!       - Спасибо, - голос снова срывается на стон, когда вибрация усиливается. Девушка находит взглядом в толпе лицо Леви, довольно ухмыляющегося, и старается, как можно незаметнее закатить глаза. Злость и удовольствие, разливающееся по телу, - горючая смесь для сухих дров ее внутренностей.       «Быстро в мой кабинет» - 14:47 от абонента «♥».       Хватает одного взгляда на экран смартфона, чтобы прочитать всплывшее окно уведомления – и девушка уже несется в упомянутый кабинет окольными путями. Вибрация только усиливается, но не дает прийти к развязке, будто Леви все еще следит за ней из-за угла.       Когда она открывает дверь, перед глазами все плывет. Взгляд фокусируется только на фигуре мужчины, небрежно оттянувшего галстук. Его ремень – уже расстегнутый – болтается по бокам, ударяя пряжкой по бедру. Стол освобожден от ненужных предметов, что Микаса верно истолковывает и садится на него, раздвинув ноги.       - Я ненавижу тебя, Леви!       - Не верю, - он проводит пальцами по сочащейся смазкой промежности и оттягивает край трусиков в сторону, - Ты меня хочешь.       - Так же сильно, как и ненавижу. Трахни меня.       - Оу, мисс Аккерман, Вам не кажется, что для факультатива…       - Я перестала быть студенткой пять минут назад, Аккерман. И теперь могу трахаться с тобой где угодно.       - Да, моя девочка!       Широкий мазок горячего языка по поверхности трусиков еще больше распаляет девушку, она зарывается пальцами в густые мягкие волосы Леви, прижимая его голову еще ближе. Громко стонет и спускает свободной рукой декольте платья так, чтобы освободить из его тисков грудь. Дрожащие пальцы мужчины скользят по бедрам и, достигнув нужного препятствия, стягивают мешающую деталь одежды, откинув ее в сторону.       - Растянем или хочешь побыстрее?       - Быстрее, Леви. Пожалуйста. Вставь в меня уже свой член.       Он всегда умел понимать все с одного раза, и просьба Микасы – не исключение. Конечно, он хотел бы довести ее до исступления, помучить еще некоторое время, чтобы разум полностью испарился, оставив на своем месте голую похоть и желание. Но вставший член, упирающийся головкой в пояс брюк, был согласен с брюнеткой, посылая хозяину сигналы о том, что пора бы ускориться.       Микаса тянет мужчину на себя за ослабленный галстук и впивается в его губы требовательным мокрым поцелуем, пока он скользит головкой члена между половых губ, собирая на нее избыток сочащейся влаги. Когда он задевает клитор, брюнетка выгибает спину и прижимается к Леви плотнее, от чего вставшие соски трутся о ткань его рубашки.       - Помоги мне, - Леви отрывает ладонь от ее затылка и кладет ее на кисть девушки, ведя в направлении места их соединения, - Раздвинь их.       Девушка не отрывает взгляда от его серых глаз, в которых мерцают голубые крапинки. Он красив до сумасшествия, особенно в такой момент. Пальцы ощупывают набухшие половые губы и, пройдясь подушечками по увеличившемуся клитору, исполняют просьбу мужчины. Член медленно входит, Микаса чувствует его движения боковой поверхностью пальцев. Бедра сами начинают двигаться навстречу наслаждению. Брюнетка опирается о стол локтем, чтобы было удобнее лицезреть Леви. Когда вторая рука дергается в желании снова скользнуть на его затылок, хриплый голос Леви доносится до ее слуха.       - Не убирай руку. Смотри вниз. Видишь, как я вхожу в тебя? Видишь, как ты изнываешь от желания?       - Да! Твою мать, да! Леви!       - Что ты чувствуешь?       - Хочу быстрее. Жестче. Хочу сжаться вокруг твоего члена так, чтобы стать твоей единственной Вселенной.       - Ты и так моя Вселенная. Ты больше, чем моя жизнь.       Его движения становится размашистее и резче. Хриплые стоны и выкрики сливаются в единую мелодию их голосов, которую им хочется слушать на повторе бесконечно долго. Его губы опускаются на ее упругую грудь, захватывая в плен сосок и оттягивая его. Зубы слегка царапают нежную кожу, но девушке наплевать на то, что платье не скроет следы их страсти. В данный момент есть только удовольствие и он, тот, кто заставляет ее кричать. Его пальцы зарываются в ее волосы, а короткие ногти начинают мягко почесывать кожу головы на затылке, от чего Микаса покрывается мурашками и закатывает глаза.       - Ка-а-ак ты-ы узна-а-ал? А-а-ах!       - Саша рассказала. Смотри вниз. Я хочу, чтобы ты видела, как ты кончаешь.       - А-а-ах, Леви!       - Кончай, Аккерман!       Волна оргазма накрывает физическим оргазмом, а вид пульсирующей блестящей от вязкой влаги промежности усиливает и продляет ощущения полета в невесомости. Ногти скребут по поверхности стола в попытке оставаться на земле, лишь бы не отрываться от Леви. Микаса долго и громко стонет на выдохе, а когда воздух в легких заканчивается в уши врезается хриплый стон Леви, запрокинувшего голову назад.       - А-ах, - тихо произносит девушка, когда член выскальзывает из нее с чавкающим звуком.       - Я буду скучать по этому столу и кабинету.       - Никто не заставляет тебя уходить с преподавательского места прямо сейчас. В любом случае, вряд ли ваше с Энни дело так быстро начнет приносить прибыль.       - Ты портишь волшебный момент. Посмотри, как это красиво.       Микаса опускает голову для того, чтобы увидеть, как из нее вытекает порция спермы, расползаясь белесым пятном по поверхности стола. Запах секса пробирает до мурашек, и она – ведомая вновь нахлынувшим возбуждением – проводит по лужице указательным пальцем и следом облизывает его.       - Ладно, я тоже буду скучать по этому столу и кабинету. Но у нас будут другие.

***

      Комната для вип-гостей в «Свободе» забита до отказа. Нанаба уже распрощалась с идеей прибыли от проданного спиртного, ведь все пришедшие шли следом за Леви. Брюнет не стал играть чувствами своего менеджера и тихо шепнул официанту, что оплатит сегодняшний счет, но при условии, что Нанаба не узнает об этом. Парень кивнул и удалился с внушительным списком заказанной еды и напитков.       - И к кому ты пойдешь?       - К тому, кто предложит самые выгодные условия, и дело не только в зарплате. Хотя и в ней тоже. Пока вы с Леви не пойдете в гору, семью буду тащить я.       - Я все слышу, - Леви отрывается от разговора с Эрвином, чтобы вставить свое слово в разговор подруг.       Энни хочет пуститься в объяснения и рассуждения, но взгляд Леви, наполненный предупреждением о том, что деловые вопросы сегодня не в почете, заставляет ее замолчать. Она уверена в том, что открытие центра для жертв насилия и тех, кто попал в тяжелую жизненную ситуацию, принесет не только прибыль, но и моральное удовлетворение от деятельности, направленной на помощь окружающим. Армин помогает ей информационно и морально, ведь его профессия подразумевает осведомленность в делах общественной сферы.       К Эрвину с двух сторон прижимаются Имир и Хистория. Скрывать отношения им теперь без надобности, ведь девушки выпустились и их личная жизнь не должна никого волновать. Тем не менее, все трое ловят на себе любопытные взгляды со стороны.       - Ну что? – не выдерживает Имир, впиваясь острым взглядом в Ханджи.       - А…       - Кто из нас где решаем монеткой. Еще вопросы?       Микаса прыскает в ладонь от резко накрывшего ее смеха. Имир может порезать не только взглядом, но и языком. Их отношения всегда оставались в рамках учебы, но раз уж она – одна из частей шведской семьи лучшего друга Леви, эти рамки пришлось немного расширить.       Конни кормит Сашу с рук, чем вызывает умиление у тех, кто смотрит на них со стороны.       - Что? Она же обляпается! А мне потом это отстирывать!       - Не жалуйся, Спрингер.       - Да я не жалуюсь, я только рад.       Их стремительно развивающиеся отношения со стороны выглядят, как набирающий силу и скорость ветра ураган. Но при этом все их взаимодействие пропитано тягучей нежностью и лаской с аппетитными запахами еды.       Жан потягивает из стакана бренди, разглядывая окружающих с интересом художника. Это и замечает Микаса, когда парень слегка прищуривается и еле заметно передвигает губами. Девушка подсаживается к нему ближе.       - Как ты?       - Странно. Как будто мой счастливый финал еще не наступил.       - Он не наступил еще ни у кого. Все только начинается.       Светловолосый запускает пальцы в густые жесткие волосы на затылке, чем вызывает неконтролируемую улыбку у брюнетки. Он не смущается сейчас, но очень хочет, чтобы то, что она сказала, было правдой.       Ханджи все такая же громкая и неуклюжая, даже когда рядом с ней Моблит. Высокий шатен уже по первичным движениям знает, что хочет сделать его женщина и страхует ее, прикрывая от ударов и пинков. Когда она замечает на себе пристальный взгляд Микасы, то закатывает глаза.       - Малышка, у тебя все в порядке?       - А? – Микаса отрывается от созерцания груди женщины только после ее вопроса, - А, да! Все в порядке!       - Леви и тебе наплел про мои соски?       - Что? Н-нет!       - О, небо! – Ханджи хватается за край декольте лонгслива и опускает его, выкатив на обозрение красивую грудь с аккуратными коричневыми сосками, - Нормальные они у меня. Нормальные!       - Тогда почему…       - Потому же, почему и ты не встречалась с Кирштейном и Спрингером!       - Откуда ты знаешь? И вообще…       - Расслабься. Все хорошо. Пойдем лучше танцевать?       Решение о том, что все это – лишняя информация, нестоящая ее времени на раздумья, приходит довольно быстро, и, улыбнувшись, девушка согласно кивает на предложение Ханджи. Прихватив с собой Сашу и Энни, они спускаются на танцпол, где уже грохочет басами приятная ритмичная музыка. Уловив темп, Микаса начинает плавно двигаться, подняв руки к потолку, будто стараясь схватиться за звук.       Прошедший год с немыслимым количеством событий, повлиявших на ее жизнь, можно с легкостью описать в книге. Получится хороший остросюжетный детектив с элементами эротики. Когда перед глазами рисуется образ Леви, девушка закусывает нижнюю губу. Он никогда не перестанет вызывать у нее такие эмоции. Подруги, оставшиеся с ней после всего, что произошло, танцуют рядом, задевая ее ласковыми скользящими движениями. Круг знакомых расширился, что теперь не вызывает у нее негатива. Будущее все еще туманно, но помощь близких всегда сможет помочь найти верный путь.       С мыслей девушку сбивает подошедший официант.       - Простите? Миссис Аккерман? – получив в ответ утвердительный кивок, парень продолжает, - Для вас забронирована приватная комната. Пойдемте, я вас проведу.       - Эм-м-м, ладно, но…       Звуки ее голоса заглушены музыкой, да и сопротивляться знакомому официанту девушка не спешит. В конце концов, она здесь всех знает, и в случае неприятной ситуации всегда сможет обратиться к Нанабе.       Знакомая комната. Мягкий диванчик напротив импровизированной сцены с пилоном посередине. Воспоминания вызывают улыбку, а по коже бегут мягкие мурашки. Свет резко гаснет, загорается яркий прожектор, ведущий на сцену, где уже стоит невысокий брюнет. Узкие джинсы подчеркивают рельеф мышц его ног. Торс блестит от небольшого количества лосьона. Микаса поднимает взгляд на его лицо, которое в этот раз не прикрыто черной маской. На губах еле заметная улыбка.       - Потанцуем?