Эпилог

Драко ощущал себя на вершине, не иначе. Для каждого игрока попасть на Чемпионат Мира — это яркая мечта и, чаще всего, несбыточная. А потому он до сих пор не мог поверить, что находится здесь уже целую неделю. Их ждал гребаный Финал! Кто бы мог подумать?! Все прошедшие игры смазались для него в одно пятно, вспоминать о каждой попросту не было ни сил, ни времени. В висках билась всего одна мысль — лететь выше, быстрее, агрессивнее и поймать этот проклятый снитч. Без проблем, конечно же, не обошлось — один из охотников выбыл еще на второй игре, получив сразу несколько серьезных переломов в игре с болгарами, а потому на его месте играл запасной. Джо чуть не свернул свою дракклову шею, пока камнем летел вниз, врезавшись в кольцо. Самому Малфою тоже иногда казалось, что страха нет. Вся команда, будто безоговорочно следуя этому девизу, выкладывалась по полной, не жалея себя. Лоренс радовался, разумеется, однако не упускал возможности всыпать всем по полной за излишнюю агрессию на поле и редкие нарушения правил. Драко повреждения не обошли стороной — за каких-то шесть дней он умудрился сломать руку, получить сотрясение и пару трещин в ребрах. О гематомах и синяках говорить вообще не стоило, так как подсчету те не подлежали. Слава Мерлину, что Кейт запросила в Мунго партию того самого Костероста, что они с Грейнджер усовершенствовали. Мази же и укрепляющие зелья шли в ход безостановочно и заканчивались со скоростью света. Что до самой Грейнджер… Он не мог не думать о ней. Особенно после их последней встречи, во время которой ведьма была больше похожа на оживший труп, чем на здорового человека. И хотя не думать оказалось невозможно, Драко гнал эти мысли поганой метлой — весь его фокус обязан был быть сосредоточен исключительно на игре. И все же в первые дни он неосознанно искал ее глазами в толпе, цепляясь то за чьи-то пушистые локоны, то за похожую фигуру или знакомый профиль. Но Гермионы здесь не было и не могло быть. Каждый раз он ошибался, ощущая, как в груди разрасталось разочарование. Однако смирился. Спасибо Салазару за то, что друзья оказались рядом. Тео и Блейз с удовольствием потратились на лучшие места, и один раз Драко даже удалось встретиться с ними вечером после тренировки в палаточном городке. Тот разросся до невероятных размеров, и сложно было представить, сколько различных чар использовали египтяне, дабы скрыть его и находящийся рядом поистине исполинский стадион. С непривычки в местном климате оказалось, мягко говоря, жарковато. Охлаждающие чары едва выдерживали, хорошо хоть купол укрывал всю территорию от знойных ветров и летящего песка. — Малфой! — Драко вздрогнул, выныривая из размышлений. Рассеянно моргнул, фокусируясь на искривленном в недовольстве лице тренера. — Долго в облаках летать собираешься? Через пять минут наш вылет! Тряхнув головой и скрыв посторонние мысли в самом дальнем углу, Малфой встал, призывая метлу и накладывая на себя чары. Осмотревшись, он понял, что раздевалка почти пуста — все толпились у выхода, поправляя крепежи защитной амуниции и начищая метлы напоследок. — Ну что, готов порвать этих драккловых французов? — Джо пихнул его в бок, ухмыляясь сквозь защитный шлем. — Главное, чтобы нас самих не порвали. Они оказались слишком хитрыми, и расслабляться нельзя. Кто бы мог подумать, что они вообще дойдут до финала? — Никто, — вратарь пожал плечами. — Вот именно. Говорить больше было не о чем. Каждый варился в своих собственных мыслях и переживаниях перед самой важной игрой в их жизни. Даже второе место станет огромным достижением для страны, однако все в тайне надеялись на первое. Только вот на одной надежде далеко не улетишь. В эту самую секунду Драко ощущал себя собранным, как никогда в этой жизни. И если раньше казалось, что он относился со всей серьезностью к каждой игре, независимо от ее значимости, то сейчас… Ни черта это было не так. Все внутри дрожало от предвкушения и липкого страха, оплетающего каждую мышцу. — Так, наш выход! — голос Лоренса разнесся по всему помещению, пресекая тихие разговоры. Лицо тренера приняло такое серьезное выражение, что от пронзительного взгляда, скользящего по каждому игроку, кожа покрывалась мурашками. — Сегодняшний матч — самый важный в карьере каждого из вас. И вы к нему готовы, каждый заслужил место в этой команде. То, что все мы здесь вообще сейчас стоим, — никакое не чудо, а результат длительного и упорного труда. Эта игра все равно закончится, и уже не столь важно, кто победит, как мне написали сверху… Но! — мужчина сделал многозначительную паузу, а затем тут же вскинул кулак вверх. — Идите и порвите их, парни! Сделайте это красиво, как вы умеете! Вперед! Все тут же подхватили бурный клич, срывая горло и запрыгивая на метлы. Ворота пришли в движение, медленно поднимаясь и впуская внутрь крики и вопли тысяч болельщиков. Пальцы Драко сжали гладкое древко до побеления костяшек. Вдох-выдох. И вперед.

***

То, что происходило на поле, в какой-то момент превратилось в какую-то вакханалию. В самое настоящее месиво из тел, метел и сумасшедших бладжеров. Команды, подгоняемые безумным желанием победить, хватали один штраф за другим, тренеры срывали горло, как и болельщики. Драко вновь ощутил себя мелкой мушкой на этом огромном стадионе. Экраны транслировали самые важные моменты, в данный момент — борьбу у колец «Сорок». Малфой наблюдал за этим, мысленно матерясь, потому что ничем помочь не мог. Сам он парил чуть выше, почти у самых краев, высматривая снитч. Этот проклятый мячик не показывался по меньшей мере час, накаляя обстановку и ужесточая тем самым игру основных составов. Драко уже успел получить пару ссадин, повредить ногу, которая в данную секунду болезненно пульсировала, и свалиться с метлы. Слава Мерлину, что хоть высота оказалась реальной для того, чтобы избежать встречи с целителем и вновь вскочить на метлу. Нервы, натянутые словно канаты, уже не выдерживали. Зрители ликовали, громогласные выкрики комментаторов сливались с ними в единый гул, от которого начинали ныть виски. Вот вам и масштаб. Однако судьба решила, видимо, сменить гнев на милость — Малфой заметил, как ловец соперников, как-то подозрительно оглядываясь, начал снижаться. Совершенно не привлекая к себе внимания. Нет, приятель, так не пойдет. Наклонившись вперед, Драко начал набирать скорость, двигаясь в направлении пока еще ни о чем не подозревающего ловца. И не зря. Впереди, бликуя на солнце, блеснуло что-то явно золотое. Француз заметил его только тогда, когда они поравнялись. Лицо соперника неприятно исказилось, и он, едва не ложась на метлу, устремился вперед. Только вот Драко не собирался сдаваться. Он был готов вырвать эту победу зубами, если придется. Снитч же, явно заколдованный на то, чтобы приносить одни проблемы, безумно петляя, устремился в самую мясорубку, что плавно переместилась от их ворот к французам. Малфоя отбросило от резкого толчка в бок от одного из охотников, и мир на миг поплыл перед глазами, однако взять себя в руки все же удалось. Он завис на мгновение, пытаясь сфокусироваться на своем основном противнике и летающем неподалеку снитче. И зря. — Драко! — голос Эндрю ворвался в его сознание слишком поздно. Боль горячей волной прокатилась по левому боку, отдаваясь в руке. Метла, задрожав под ослабшим управлением, опасно накренилась и устремилась вниз. На глаза выступили слезы, закрывая обзор мутной пеленой, и Драко удалось в последний момент извернуться так, чтобы рухнуть на спину. Над полем раздался звук свистка. Проморгавшись, Малфой попытался подняться на ноги как можно быстрее, игнорируя болезненную пульсацию. Правая рука продолжала сжимать метлу. Он попробовал поднять левую, однако сделать это полноценно не удалось, плечо стрельнуло, пуская невыносимую боль по нервам. Гребаный Мерлин. Он же левша! Вскинув голову, Малфой заметил, что соперник продолжил погоню за снитчем, но пока безрезультатно. — Драко? — голос, усиленный Сонорусом, пронесся над полем, привлекая его внимание. У края поля, на песке, стояла Кейт в целительской мантии. Она развела руки, как бы спрашивая, все ли в порядке. Уходить было нельзя. Взгляд скользнул по метле, замечая тонкую трещину в черенке. Только этого не хватало… Вариантов было не много, и тот, при котором он уходит с поля, Малфой даже не рассматривал. Вскинув больную руку и стараясь при этом не кривиться, Драко поднял палец вверх, помахав, а затем, крепко удерживая метлу одной рукой, взмыл в воздух. Они еще поборются. Снитч, словно заметив второго претендента, сиганул в сторону трибун. Это было не то чтобы хорошо, однако большим плюсом стало то, что он увел их от основного действа. Мячик петлял с неимоверной скоростью, у Драко кружилась голова от резких смен положения и охватывающей боли, но он не выпускал его из виду. Соперник, пользуясь ситуацией, играл грязно, иногда толкая его с поврежденной стороны. И вот, наконец, снитч сбросил скорость, держась всего в паре футов перед их метлами. Прижавшись к древку, Малфой вложил еще больше магии, ускоряясь. Он слышал, как трещит дерево под сжимающей его ладонью. Это было рискованно. Очень. Ведь переусердствуй он, и метла просто развалится прямо под ним, и тогда уже дай Мерлин просто выжить. — Давай, милая… — он шептал, уговаривая свою верную соратницу продержаться еще чуть-чуть. Из глаз посыпались искры, левую руку прострелило, когда пальцы с силой сжались на прохладном металле. Ладони стало щекотно от трепещущих мелких крылышек, но Драко не остановился, пролетев на скорости еще с десяток футов. Замедлиться удалось только тогда, когда боль поутихла, а зрение прояснилось. Он не сразу осознал, что держит в руке снитч. Победный. И только взорвавшиеся овациями и криками трибуны привели Малфоя в чувство. Голова шла кругом, но губы сами собой растянулись в улыбке. Преодолевая боль, он взмыл выше, вскидывая руку с золотистым мячиком. Его тут же взяли крупным планом, показав на всех экранах. Драко пропустил круг почета, который дала команда, просто зависнув в центре, так как трещина в черенке стала отчетливее. Сил на то, чтобы спуститься, ему должно было хватить. И в момент, когда ноги коснулись горячего песка, его окатило осознание — они победили. Он победил, черт возьми! И если в своих мечтах Малфой представлял, как его затопит гордость, то в реальности… Чувства оказались смешанными. Боль, нереальная усталость и напряжение в каждой клеточке тела смешались с обуревающим восторгом и просачивающимся в сердце счастьем. Тело мелко дрожало, и, чуть прихрамывая, Драко направился вслед за командой, что начала исчезать в раздевалке после крепких объятий. Перед глазами плыло, и он сосредоточился на мелькающих впереди спинах, которые… Двигались как-то странно. Словно огибая что-то, чего он не видел. Джо, шедший впереди, обернулся, и лицо его просияло хитрой ухмылкой, что ввела Малфоя в еще большее смятение. А потом он понял. Из-за мелькнувшей черной мантии показалась фигура. Легкое светлое платье развевалось на ветру, подчеркивая каждый изгиб. Драко не поверил своим глазам, решив, что это все шутки помутившегося от победы и повреждений рассудка. Однако он моргнул — раз, другой, — но картинка не исчезла. Грейнджер стояла, неловко переминаясь и обнимая себя руками. Вся ее поза выражала неуверенность, а во взгляде карих глаз сходу читался страх. Пальцы Драко сжались на снитче, не ощущая боли. На снитче, который он думал, придется оставить себе. — Гермиона? — он приблизился, остановившись лишь тогда, когда между ними остался лишь шаг. — Как… Как ты здесь оказалась? Она повела плечами. — Как и все — через порт-ключ. Сглотнув вставший в горле ком, Малфой сделал последний шаг, приблизившись вплотную. Подувший ветер растрепал свободно струящиеся кудри, обрушивая на него родной аромат. — И давно?.. — Я была на всех играх. Поздравляю с победой, Драко. Ты ее заслужил, — Гермиона робко улыбнулась, отводя взгляд. — Могу… Могу я тебя обнять?.. Что за идиотские вопросы. Не ответив, Драко просто поддался импульсу, скинув с плеча метлу и обхватив хрупкое тело здоровой рукой. Зарылся носом в пушистые волосы на макушке, оставляя поцелуй. И ведьма ответила, обвивая его торс руками. — Какие же все-таки глупые вопросы ты задаешь, — пробормотал, опуская голову и встречаясь с золотистыми искрами в ее глазах. — Но почему?.. Ты же не собиралась… Ему нужны были ответы. Малфой совершенно не понимал, что происходит; забыл, где они вообще находятся. Грейнджер забрала все его внимание своим появлением. — Потому что я выбрала себя, — уголок ее губ дернулся. — И тебя. Правда, с жильем возникли проблемы, и пришлось потеснить Гарри и Джинни. — Значит, все это время ты была здесь? — Идиот, ты же и так это понял! — Да, все это время, — подтвердила Гермиона, вглядываясь в его лицо, будто не видела целую вечность. И ему казалось, что это действительно было так. Она была рядом. Незримо, но была. Поддерживала его все эти дни, а он даже не подозревал. — Но почему не написала? — Я не хотела тебя отвлекать. У нас… Осталось слишком много нерешенных вопросов. Мое появление могло все испортить. — Мерлин… — Не сдержавшись, Драко оставил поцелуй на горячем лбу. Шелк ее кожи под губами пускал разряды по венам. — Так значит, раз ты здесь?.. — Я уладила проблемы. Ну, почти все. — Я… — те самые слова рвались из горла, но он прикусил язык. Не время и не место. Он еще успеет сказать ей. Сотню раз. Вздохнув, Драко опустил взгляд на снитч, что уже опустил крылышки, перестав бороться. В груди вспыхнуло ощущение дежавю. Когда-то это уже происходило. Отбросив сомнения, Малфой поднял трясущуюся руку, глядя прямо в любимые глаза, и протянул ей трофей. — Примешь? В этот самый момент ее решение значило куда больше, чем в тот, первый раз. Это было безмолвное признание, которое Гермиона считала безошибочно. Тонкие пальцы сомкнулись вокруг нагревшегося металла, а его сердце на миг остановилось, чтобы с сумасшедшей скоростью забиться вновь. Наплевав на травмы и боль, Драко вновь обнял ее, крепко прижимая к своей груди. Он был безумно счастлив. И пусть осталось еще много неразрешенных проблем, много тем, которые необходимо обсудить… И все еще не было гладко. Но они разберутся. Обязательно. А пока, в эту секунду, в его руках находилось самое дорогое. И это было важнее всего.