Имир; Райнер, Бертольд, Энни

На небе — ни облачка. Солнце — светит. Птички — поют. Бабочки — летают. Все составляющие отличного начала дня были на месте. Для кого-то. Но не для Имир, которой, в сущности, было глубоко наплевать и на солнышко, и на птичек с бабочками. Хотя, птичек можно было пожарить и съесть, поэтому, наверное, их стоило включить в список вещей, делающих мир чуточку лучше. Как бы то ни было, всю хорошесть утра перечеркнуло одно единственное событие. Небольшая проблемка, так сказать. Сегодня была её очередь сидеть с тремя детьми, оставшимися без попечения родителей. Так или иначе, в своеобразных дежурствах участвовал весь сердобольный дом — вплоть до того, что был составлен график, расписанный по дням. В принципе, Имир ничего не имела бы против них, если бы не одно «но», острой занозой сидящее в памяти: эти дети были слишком активные. Настолько активные, что их способность отыскивать себе приключения там, где их вообще не должно находиться, была местной легендой. Сделать сачок из швабры, проволоки, марли и высунуть с балкона наиболее высокого товарища из их компашки в попытке поймать понравившуюся бабочку? Легко! Решить сделать из девчонки парашютиста и запускать со спинки дивана, привязав к ней штору? Нет проблем! Налить полную ванну воды, смешанной с зелёнкой, и в отместку столкнуть туда предложившего полетать с парашютом, надолго покрасив таким образом в цвет Халка? Отличная идея! Не влипать в приключения в пределах собственной квартиры дети были способны лишь в двух случаях: если было дежурство Кристы либо Шадиса. Тогда они становились ангелочками и никуда не лезли, играя в самые спокойные игры на свете. Имир каждый раз пользовалась этим и притаскивала с собой Кристу, в силу своего характера не особо сопротивляющуюся, а сама весь день отлынивала в интернетиках. Но сегодня у палочки-выручалочки были дела и припахать её не получилось. Жаль. Вскоре Имир уже стояла и пристально всматривалась в лица этих милых детей, пытаясь найти там признаки надвигающихся идей. Высокий мальчишка с печальными зелёными глазами её не беспокоил: скорее всего, максимум, на что он способен — позволить остальным делать то, что они хотят. Девчонка с мрачным взглядом была не так проста, как казалось: явно могла как в первых рядах реализовывать планы, так и стоять в сторонке, удивлённо и насмешливо приподнимая брови и ожидая развязки. И, наконец, их личный желтоглазый генератор идей, никогда не унывающий и пытающийся привить обоим то же самое: о мыслях в его голове можно было только догадываться. Хотя, о чём это она? Если получится угадать хотя бы одну из этих самых мыслей — можно начинать считать себя ясновидящей. — Ну? — в своей манере поприветствовала троицу Имир. — И что мне с вами делать? — Гулять! — без раздумий, а главное, уверенно, как будто так и надо, заявил Райнер. Ага, щас. Разбежался. Зная их, между четырьмя стенами и открытым пространством она, Имир, разумеется, даже под дулом пистолета выбрала бы стены. — Мечтай! — с насмешкой бросила девушка. — Вчера нас тоже не отпустили, — холодно произнесла Энни, смотря Имир прямо в глаза. — Два дня можно потерпеть. Нет. Она ни за что не поддастся и не будет создавать себе проблемы, в отличие от некоторых. Кто же вчера дежурил — такой ответственный? Шадис, наверное. Вполне в его характере никуда детей не выпускать и стоять над ними с таким взглядом, под которым не то что гулять, жить не захочется. — Но, Имир, позавчера мы тоже не гуляли… — не очень уверенно поддержал товарищей Бертольд. А это уже интересно. Позавчера дежурила Криста. Зная её любовь к детям в целом, было бы странно, если бы она и правда не вывела их на прогулку. — Точно-точно? — с ехидцей в голосе уточнила Имир, одарив Бертольда, который тут же почувствовал себя в не в своей тарелке, тяжёлым недоверчивым взглядом. — Мы не гуляли, потому что нам не хотелось, — тут же отвлёк внимание девушки на себя Райнер. Спорить было вроде бы и не с чем — утверждение казалось более чем логичным. В конце концов, им и правда могло просто не хотеться. А ещё, вроде бы, два дня назад шёл дождь. Не очень сильный и лишь временами, но за окном всё равно стояла нескончаемая сырость. В такую погоду на улице было бы просто нечем заняться. Наверное. — Ладно, так и быть, поверю на слово, — смилостивилась Имир, сделав мысленные выводы. — Пойдёте гулять, но с условием. Я иду с вами, а вы не будете отходить от меня дальше, чем на пять метров. — Согласен. — это было сказано настолько твёрдым тоном, что даже Имир стало ясно, что решение принято единолично и обсуждению не подлежит. — И куда же ты планируешь идти гулять? — В лес, — Райнер благоразумно не стал распространяться о том, почему выбрано именно это место — их надсмотрщица и без того явно нервничала. Имир на мгновение задумалась. В при-инципе, если выгуливать их на полянке, то, по идее, ничего из ряда вон выходящего не должно случиться. Дети останутся в поле зрения и вряд ли рискнут что-либо вытворить. — Лес так лес, — взвесив всё, показательно равнодушно пожала плечами Имир. — Собирайтесь. Вообще, девушка под этим призывом имела в виду «одевайтесь в походную одежду, и мы выходим». И потому вовсе не ожидала, что их сборы будут заключаться ещё и в том, чтобы деловито притащить откуда-то из дальней комнаты кучу небольших пластмассовых досок со штырьками, которые словно бы нужно было куда-то вставлять. Чёрт его знает, для чего они должны пригодиться. — Вы что творите? — поинтересовалась сбитая этим с толку Имир и остановила первого подвернувшегося ей под руку ребёнка, цепко схватив за рукав. — Откуда это всё? Ей определённо стоило бы задать любой другой вопрос. Например, «зачем» или хотя бы «почему». Бертольд на несколько секунд замер, рассматривая ближайшую стену и сосредоточенно обдумывая ответ. — Райнер попросил Эрена достать нам лёгкие доски… Он, конечно, сомневался, что Имир хотела бы услышать всю историю с самого начала, да и Райнер предварительно сказал им с Энни держать её в секрете, но как ещё надо было ответить?.. — …а Эрен попросил Марко их изготовить… По мере не очень-то и длинного рассказа глаза Имир становились всё шире. Ей было решительно непонятно, почему, зная этих детей, им всё равно помогли с реализацией, несомненно, очередного плана по сокращению продолжительности собственных жизней. Но, возможно, именно поэтому ей не следовало волноваться? Двое взрослых были в курсе всего происходящего и полностью это одобряли — зачем тогда ей тратить свои нервы на бессмысленные переживания? Пока девушка раздумывала, Бертольд аккуратно высвободился из её цепкой хватки и поскорее отошёл на безопасное расстояние — дальше помогать Райнеру с переносом дощечек. Имир внимательно проследила за тем, что делала Энни. Энни помогала. Может быть, не так активно и вообще со скептическим выражением лица, но помогала. Значит, их план был не так уж и плох. — Так, малышня, — командным голосом остановила бурную деятельность Имир. — Вы так далеко не уедете. Делите доски на связки по семь штук. Две отдадите мне, две ему, — она кивнула на Райнера. — Мелкой сделайте связку из пяти штук. Энни глянула на девушку снизу вверх испепеляющим взглядом. — Я. Не. Мелкая. — злобно отчеканила она. Имир на секунду представила вместо девчонки чихуахуа. Сходство, по её мнению, было стопроцентным, особенно в том, что злить обоих одинаково не стоило. Но, к счастью, у девушки были дела поважнее: в ней наконец-то проснулся интерес к тому, чем занимались дети. — Ладно-ладно, не мелкая, — примирительно сказала она и приподняла руки ладонями вверх. Всё внутри сопротивлялось такому решению, но Имир себя пересилила. Один раз можно и позволить этой мелочи позволить почувствовать вкус победы. Но не больше! Прозрачные дощечки оказались не очень тяжёлыми, несмотря на их количество. Видимо, были сделаны из какого-то очень тонкого пластика. Донести их до лесной полянки не составило труда. После этого дети занялись их установкой, поочерёдно втыкая каждую в землю (тут-то и пригодились штырьки!), а Имир прилегла на травку под дерево в отдалении, держа троицу в поле зрения. По мере продвижения работы через всю поляну выстроились два стройных параллельных ряда дощечек. Оставшиеся лишние были поставлены перпендикулярно, образовав таким образом прямоугольный вытянутый загончик. После этого дети разбрелись по краям полянки, рассматривая корни деревьев и камни, словно ища что-то. Энни в своих поисках медленно, по краю двигалась в сторону Имир, стараясь как можно незаметнее исчезнуть из её поля зрения хотя бы на секунду. Ей это удалось, когда расстояние между ней и остальными стало достаточно большим, чтобы девушке приходилось смотреть то на Райнера с Бертольдом, то на неё. Когда Имир в очередной раз отвела взгляд, Энни максимально приблизилась, бесшумно вытащив из расстёгнутого рюкзачка пульверизатор, до краёв наполненный холодной водой, и нажала на его рычаг несколько раз, направляя импровизированное оружие прямо на ничего не подозревающую девушку. Ошалелый взвизг и то, как резко Имир подорвалась с места, вполне удовлетворили её мстительную душу. После этого Энни какое-то время хладнокровно наблюдала за тем, как та стряхивает капли с волос. — Ты что творишь? — возмутилась Имир, придя в себя от холодного и оттого крайне неприятного маленького душа. — Я хотела проверить, работает ли пульверизатор, — ровно и твёрдо, как будто так и надо, объяснилась Энни. — Обязательно это нужно было делать надо мной? — Когда вспомнила — тогда и сделала, — Энни развернулась и направилась в другую сторону, не собираясь дальше тратить своё время. — Нашёл! — послышался с другой стороны радостный вскрик. Имир обернулась. Райнер с победоносным видом держал в руках… змею? — Брось её! — Имир в два прыжка оказалась рядом и попыталась выбить безвольно повисшую рептилию у него из рук. Райнер просто уклонился от неё. Тем более, что девушка старалась всего лишь ударить по запястьям. — Это уж! — попутно он попытался её успокоить. — Видишь? У него пятна на голове! Имир присмотрелась и с досадой признала его правоту. Оба пятна были слишком огромными и жёлтыми, чтобы и дальше считать их обладателя гадюкой. Девушка бросила подозрительный взгляд на в высшей степени довольного Райнера: — Ты же не собираешься тащить его домой? — Нет, конечно! — удивлённо посмотрел на неё тот. — Он нужен нам для гонок. — Каких ещё гонок? — Вот трасса, — Райнер нетерпеливо указал на «загончик». — Ужи наперегонки проползут от одного конца до другого во время первых в истории змеиных соревнований! Имир помолчала, воображая сказанное. Ладно. Допустим, детей эти пугливые рептилии не покусают. Как они собрались заставлять их ползти в нужную сторону? Вопрос девушка тут же и озвучила, стремясь узнать детали «гениального плана». — Энни будет брызгать на них водой, — был дан ответ. Имир даже не сомневалась, что ужи после этого отрастят себе конечности и побегут или даже перепрыгнут через импровизированные стены в попытке сбежать. Она бы на их месте так и сделала. — Нашла, — послышался с противоположного края полянки спокойный, как и всегда, голос Энни. Она направлялась к ним, цепко держа ещё одну змейку Хотя, наверное, не совсем к ним. Судя по траектории движения, она шла к Бертольду. А судя по несчастному выражению лица последнего, он всё это время надеялся, что второй уж не найдётся. Но резко протянутую ему змею взял. Очень осторожно. Наверное, боялся, что сейчас она на него кинется и проглотит за один укус. — Ты разве не участвуешь? — поинтересовалась Имир у Энни. — Я судья, — кратко и доходчиво ответила та. Ужики, оказавшись в центре солнечной полянки, довольно быстро решили, что их отпустили на свободу, и потому ползали по дистанции весьма бодро, подгоняемые холодными брызгами из пульверизатора Энни, с каменным лицом наблюдающей за происходящим. Оба были примерно равны по скорости и желанию вернуть себе свободу и потому у мальчишек стабильно сохранялась «ничья». А после в игру влезла Имир, отыскавшая змейку и себе. Счёт довольно быстро сместился в её сторону — новый уж был крайне активным и практически пролетал всю трассу как туда, так и обратно. Райнер решил было заявить, что так нечестно — но разве ж можно поспорить с природой, которая двух змей создала медлительными, а в одну вложила всю ту скорость, которую сэкономила на предыдущих? Примерно так с насмешкой и ответила Имир. Ужиков в конце концов отпустили, и они расползлись в неизвестном направлении, радуясь, что нашли выход из бесконечного тоннеля. Имир на обратном пути всё ещё старалась держать детей при себе, но уже не так сильно, как раньше. Даже позволила прокатиться с горки пару раз, прежде чем завести домой, накормить и усадить за настольную игру. По крайней мере, к вечеру девушка была уверена, что её дежурство не прошло так страшно, как это представлялось утром. Даже Криста не понадобилась. Хотя, конечно, отлынить от работы ей не дали. Жаль.