Часть 14. Красные облака

Сакура первой предложила помощь с готовкой, и Цунами с благодарностью согласилась. Они оставили мужчин за столом и ушли на кухню, где уже заготовлены продукты – свежие овощи, рис, немного рыбы. – Спасибо, Сакура-чан, – Цунами улыбнулась, завязывая передник. – Будет легче с твоей помощью. – Не за что, – ответила девушка, подбирая волосы заколкой, чтобы не мешали. – Дома я часто готовлю, так что мне не привыкать. Она привычно взяла нож, начала нарезать овощи, ловко орудуя лезвием. В доме было уютно, запахи свежей еды приятно наполняли воздух, создавая иллюзию спокойной жизни. – Значит, у вас в команде трое? – невзначай спросила Цунами, промывая рис. – Да, я, Наруто и Саске. Ну и сенсей, конечно, – ответила Сакура, не отрываясь от нарезки. – Саске – это тот черноволосый, мрачный мальчик? – женщина чуть улыбнулась. – Ты с ним близко дружишь? Сакура на мгновение замерла. Это был не первый раз, когда кто-то интересовался их отношениями. Она знала, что её привязанность к Саске в детстве была очевидной, но… сейчас всё казалось не таким однозначным. Она возобновила нарезку, чуть сбавляя темп. – Мы просто напарники, – наконец ответила она, подбирая правильные слова. – Конечно, я им восхищалась, он очень сильный. Но… сейчас мне кажется, что важнее не просто восхищаться кем-то, а стать самой лучше. Цунами понимающе кивнула, словно её слова подтвердили какие-то собственные мысли. – Знаешь, в юности я тоже думала, что кто-то сильный и талантливый – это лучший выбор, – проговорила она с лёгкой улыбкой. – Но иногда стоит оглянуться вокруг. Сакура чуть покраснела, но ничего не сказала. – Не буду тебе читать нотации, – мягко добавила женщина, ставя кастрюлю на огонь. – Ты умная девочка, сама разберёшься. Сакура ничего не ответила, просто закончила нарезку и молча передала ей овощи. Внутри ощущалась лёгкая неуверенность, но одновременно с этим – странное спокойствие. Она действительно изменялась. И теперь вопрос был не в Саске. А в ней самой.

***

В гостиной было тихо. Только треск свечи на столе и слабый шум с кухни, где Цунами и Сакура что-то обсуждали, создавали ощущение уюта. Запах готовящейся еды постепенно наполнял дом, добавляя в обстановку тепла. Какаши сидел, расслабленно опираясь спиной о стену, скрестив руки на груди. Саске сидел прямо, почти напряжённо, скользя взглядом по комнате, а Наруто, уткнувшись в стол, лениво барабанил пальцами по дереву. – Эй, Какаши-сенсей, – наконец заговорил Наруто, отрываясь от созерцания поверхности стола. – Ты же знаешь, что это за парень был? Те двое ниндзя, Забуза и его напарник? Какаши посмотрел на него, оценивая выражение лица. В глазах Наруто было нечто большее, чем простое любопытство. Это была жажда понимания, возможно, даже желание узнать, с кем они столкнулись на самом деле. – Забуза – один из «семи мечников тумана», – спокойно ответил Какаши, не меняя расслабленной позы. – Он опасный противник, мастер скрытных убийств. В его руках меч – это не просто оружие, а инструмент, которым он владеет в совершенстве. – А тот второй? Парень с маской? – Наруто нахмурился, вспоминая их встречу. – Тоже опасен, – Какаши чуть сощурил глаз, вспоминая. – Судя по техникам, он владеет хьётоном – редким наследственным кеккей генкай. Если он работает с Забузой, значит, не стоит его недооценивать. Наруто нахмурился, но не сказал ничего. Саске всё это время молчал, лишь внимательно слушал. Он не задавал вопросов, но было видно, что анализировал каждое слово. – Ты нас вообще как оцениваешь? – вдруг спросил он, переводя на Какаши испытующий взгляд. Какаши медленно выдохнул, прикрывая глаз. – Оцениваю? – он лениво перевёл взгляд на Саске, чуть улыбаясь за маской. – Как новичков, которым ещё многому предстоит научиться. Саске сжал челюсти. – И в бою против него, – продолжил Учиха, – мы бы проиграли? Какаши не стал смягчать правду. – Да. Наруто резко дёрнулся, но не возразил. Саске же не отвёл взгляда. Какаши видел, как тот что-то прокручивал в голове. Вероятно, сравнивал себя с Забузой. С Хаку. С другими сильными противниками, с которыми ещё даже не сталкивался. – Это ненадолго, – выдохнул он, чуть прищурив тёмные глаза. Какаши снова усмехнулся. – Надеюсь, – ответил он, расслабленно откидываясь на спинку стула. – Пока что просто тренируйтесь. Ваше время ещё придёт. Наруто что-то пробормотал, снова уткнувшись в стол. А Саске, хоть и сделал вид, что не заинтересован в словах сенсея, всё же задумался. ___ Дом был наполнен приглушёнными звуками – потрескивал огонь в очаге, тихо позвякивала посуда, слышались размеренные шаги Цунами и Сакуры, возвращающихся из кухни. Они несли подносы с ужином, и вместе с ними в помещение проникал тёплый аромат тушёных овощей, риса и рыбы. – Ну что, мальчики, вы готовы к ужину? – с лёгким укором спросила Цунами, ставя на стол тарелки. Наруто встрепенулся, и его лицо сразу засияло нетерпением. – Я готов всегда! – радостно воскликнул он, потирая руки. Саске, как и обычно, молча наблюдал, его лицо оставалось спокойным, но взгляд был внимательным. Он бросил короткий взгляд на Сакуру, когда она ставила перед ним миску. Её движения были плавными, но в них скользила некоторая рассеянность, будто она мысленно находилась где-то далеко. Какаши лениво скользнул по ученикам взглядом, прежде чем взять палочки. – Что-то случилось? – спросил он, словно невзначай, но в его голосе читалось лёгкое любопытство. Сакура перевела на него глаза – глубокие, задумчивые. – Просто думаю, – тихо сказала она. – О чём? Она чуть сжала пальцы на деревянных палочках, словно взвешивая, стоит ли делиться своими мыслями. Её взгляд ненадолго задержался на Наруто, затем на Саске. – О том, насколько мы были готовы к этой миссии, – наконец произнесла она. – И о том, как много ещё не знаем. В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием огня. Какаши медленно моргнул, наблюдая за ученицей. Саске чуть нахмурился, но промолчал, а Наруто, недолго думая, фыркнул: – Ну так и научимся! Мы же не собираемся отступать! Сакура вздохнула, но уголки её губ дрогнули в лёгкой улыбке. – Конечно нет. Какаши отметил про себя, как она изменилась за эти дни. В её взгляде больше не было той лёгкой беспечности, что была в деревне. Девочка, что когда-то могла проводить часы за болтовнёй о пустяках, теперь всерьёз задумывалась о битвах, о стратегиях, о медицине. Он отложил палочки, потянувшись, словно просто разминая плечи. – Завтра у нас будет много работы, так что лучше выспитесь, – напомнил он. – Эй! А ты сам-то хоть спишь? – Наруто подозрительно сузил глаза, жуя рис. Какаши улыбнулся и промолчал. Завтра принесёт новые события, новые решения и, возможно, новые опасности. Но пока был этот вечер – редкий, почти домашний, наполненный теплом. ____ В комнате было тепло. Тишина длилась недолго – Наруто и Саске вновь сошлись в словесной схватке. Их голоса то поднимались, то снижались до раздражённого шёпота, пока они пытались доказать друг другу свою правоту. Сакура не вмешивалась. Она устроилась в углу комнаты, поджав ноги, и развернула медицинский свиток, чтобы дочитать его до конца. Тёмные иероглифы поблескивали в свете огня, а пальцы девушки аккуратно проводили по строкам, запоминая сложные схемы. Какаши, наблюдавший за этим, спустя несколько минут молча подошёл и опустился рядом, бросив мимолётный взгляд на текст. – Медицинские техники? – негромко спросил он. Сакура кивнула, не отвлекаясь. – Я хочу освоить их получше. Если в следующий раз кто-то получит ранение, я должна быть готова. Какаши отметил серьёзность в её голосе. В ней не было ни тени сомнения или показного рвения. Просто тихая решимость. – Хороший выбор, – сказал он, разминая пальцы. – С медиками никогда не пропадёшь. – Да, только их ещё и защищать нужно, – пробормотала она, вспоминая рассказы о медицинских ниндзя. Какаши усмехнулся. – А ты не из тех, кого легко сломать. Сакура чуть приподняла брови, но промолчала. Некоторое время они просто читали. Саске и Наруто продолжали что-то горячо обсуждать, но их голоса теперь превратились в фоновый шум. Затем Какаши вдруг протянул руку и показал на один из разделов в свитке. – Практика важнее теории. Хочешь попробовать? Сакура медленно моргнула, перевела взгляд на него. – На вас? Какаши беззаботно пожал плечами. – Почему бы и нет? Сакура на секунду заколебалась, но затем закрыла свиток и развернулась к нему. Она аккуратно положила ладони на его руку, сосредоточившись. Тёплая чакра медленно стекала с кончиков её пальцев, мягко проникая под кожу, расслабляя мышцы и снимая накопившуюся за день усталость. Какаши чуть сузил глаза. Ощущения были странными – словно лёгкие волны тепла прокатывались по телу, стирая остатки напряжения. – Хорошо, – отметил он. – Но ты слишком напрягаешься. Расслабься. Позволь чакре течь свободно, а не толкай её насильно. Сакура глубоко вдохнула, прислушалась к его словам и постаралась следовать совету. – Лучше? – спросила она через несколько секунд. Какаши чуть приоткрыл один глаз, бросив на неё ленивый взгляд. – Намного. Она удовлетворённо кивнула и продолжила практику. Где-то рядом всё ещё спорили Наруто и Саске, но этот угол комнаты теперь казался почти отдельным миром – миром сосредоточенности, тихого обучения и небольших, но важных шагов к становлению сильнее. – Сенсей, а насколько процентов вы можете управлять шаринганом? По ощущениям? Она с интересом посмотрела на сенсея. И в её голове родилась дикая идея. Какаши чуть приоткрыл здоровый глаз и задумчиво посмотрел на неё. – На сколько процентов?.. – протянул он, будто размышляя над её вопросом. Сакура внимательно смотрела на сенсея, ожидая ответа. В её голове уже проносились теории и догадки. Какаши чуть подвинул бинт на лице, открывая алый глаз с томоэ, и прикрыл его ладонью. – Не так, как Учиха, – ответил он наконец. – Шаринган – это не просто инструмент. Это часть клана, часть крови. Моё тело не создано для него. Управлять им – это как пытаться писать правой рукой, если ты всю жизнь был левшой. Оно работает, но всегда будет что-то не так. Он опустил ладонь, скрывая глаз снова. – Если не ограничивать использование, он быстро съест всю мою чакру. Я могу применить его несколько раз за бой, но если затяну, то рискую просто рухнуть от истощения. Сакура кивнула, анализируя услышанное. "То есть проблема не в том, что сенсей не умеет им пользоваться, а в том, что его тело не приспособлено к этому..." Она задумалась. – А что, если попробовать стабилизировать чакропоток? – пробормотала она. Какаши чуть удивлённо посмотрел на неё. – Что ты имеешь в виду? Сакура наморщила лоб. – Ваше тело отторгает шаринган, потому что он чужеродный. Он потребляет чакру неконтролируемо, потому что его сосуд – не тот, что был изначально. Значит, если бы можно было как-то... сроднить его с вашим организмом, то, теоретически, можно было бы снизить расход чакры. Какаши задумался. – Ты хочешь сказать, что... – Что можно найти способ заставить тело принять шаринган, – закончила Сакура. Она сама понимала, что идея звучит безумно, но чем больше она размышляла, тем логичнее это казалось. Как и понимала то, что Какаши и сам думал об этом, и её слова для него не являются чем-то новым. Но сенсей всё же внимательно слушал её. Какаши улыбнулся, хотя в голосе звучала лёгкая ирония: – Ты, конечно, не медик, но мыслишь интересно. Сакура надулась. – Всё можно изучить. Он только усмехнулся и потрепал её по волосам. – Ладно, гений. Если когда-нибудь разберёшься, как это сделать, дай мне знать. Сакура кивнула, а в голове уже строились новые теории. – Я приду сразу же, – она ответила и улыбнулась. Какаши усмехнулся, глядя на неё. – Тогда буду ждать. Он откинулся назад, опираясь на руки, и закрыл глаза. Усталость постепенно брала своё, но где-то в глубине разума зацепилась мысль о Сакуре. "Если она действительно сможет понять природу шарингана… Кто знает, к чему это приведёт?" Но пока что ему не хотелось об этом думать. Сакура же снова уткнулась в свиток, запоминая каждую деталь. Если она возьмётся за это всерьёз, ей понадобится гораздо больше знаний, чем у неё есть сейчас. "Но если я смогу помочь сенсею… то почему бы и нет?"

***

Где-то на границе Страны Огня Тай двигался бесшумно, сливаясь с темнотой ночного леса. Ветви высоких деревьев закрывали небо, лишь редкие проблески луны освещали землю серебристым светом. Воздух был влажным и пропитан запахом хвои, вдалеке слышался мерный стрекот насекомых, но здесь, среди теней, тишина казалась слишком напряжённой. Рядом, такой же тенью, скользил Филин. Его дыхание ровное, движения точные — профессионал, как и он сам. Сообщение о подозрительных ниндзя пришло два дня назад. Чёрные плащи с красными облаками. Тай знал, что это значит. Акацуки. Легендарная организация, о которой ходили десятки слухов — большинство из них напоминали сказки для запугивания слабых. Но Тай знал правду. – Видишь что-нибудь? – шёпот Филина почти сливался с ночным воздухом. Тай задержался на ветке, взгляд метнулся вниз. Двое. Они двигались медленно, но не из-за осторожности. Им это было не нужно. Они шли спокойно, уверенно, как будто никто в этом мире не представлял для них угрозы. Чакра одного была холодной, плотной, как застывший лёд. Второго – огненной, но не буйной, а выверенной, словно пламя, которое можно контролировать. Тай прикрыл глаза, направляя тонкую волну своей чакры вперёд. – Четыре часа по часовой. Двое. – Чувствую. Филин уже нащупал кунай в руке, но Тай беззвучно поднял ладонь, останавливая его. – Не вступаем в бой. Наблюдаем. Филин молча кивнул. Обычно он брал лидерство в командных миссиях, но сегодня решил передать управление в руки ученика. Они двигались дальше, тени среди теней, пока наконец не увидели их вблизи. Учиха Итачи. Тай почувствовал, как в груди что-то дрогнуло, но лицо оставалось бесстрастным. Он. Черноволосый шиноби с холодными, глубоко сидящими глазами. Шаринган. С ним он когда-то сидел за одной партой и постигал чакру. Даже отсюда его взгляд казался пугающе спокойным, как поверхность глубокого озера, в котором скрываются чудовища. Рядом с ним — Хошигаки Кисаме. Человек, чьи черты были слишком звериными, чтобы назвать его человеком. Голубая кожа, острые, будто акульи зубы, меч, завёрнутый в бинты, излучающий чужую, живую чакру. Тай сжал кулаки. Что им нужно здесь, ведь ещё рано? Почему они уже на границе страны Огня? Он пытался вспомнить что-нибудь, хронологию когда-то прочитанной манги. Но в голове пустота, слишком много времени прошло, да и воспоминания из той жизни уже постепенно угасают. Словно старый мусор. Филин едва слышно выдохнул: – Они идут дальше. Вглубь территории. Тай не ответил. Он пытался понять их цель. Просто проверяют границы? Ищут джинчуурики? Или... Что-то изменилось в воздухе. Тонкая дрожь пробежала по позвоночнику. Они знали. Итачи медленно остановился. Повернул голову в их сторону. Чёрт. Тай затаил дыхание. Итачи. Не просто очередной сильный противник. Не просто член Акацуки. Он знал его. Прошло много лет, но Тай помнил его слишком хорошо. Помнил как тот сидел за соседней партой в Академии. Всегда спокойный, всегда на шаг впереди. Другие дети — обычные, шумные, глупые. Их мысли были простыми: поиграть, потренироваться, получить похвалу от родителей, сорвать одобрительный взгляд учителя. Итачи был другим. Он смотрел на мир иначе, и Тай, даже тогда, будучи ребёнком лишь снаружи, чувствовал это. Но теперь перед ним был не одарённый ученик Академии, а убийца. Тай сжал кулак, но тут же расслабил пальцы. Нельзя выдавать себя. Филин не двинулся, но Тай знал — он тоже чувствовал это изменение в воздухе. Они были обнаружены. Итачи больше не двигался. Стоял, слегка повернув голову в их сторону, но этого было достаточно. Учиха смотрел прямо на него. Тай даже не успел осознать это, а он уже вспомнил. Вспомнил тот металлический привкус в воздухе. Едва ощутимый, всегда присутствующий рядом с ним в Академии. Тогда он не знал, что это. Просто подмечал. Иногда — сильнее, иногда — слабее. Когда Тай нервничал — горечь становилась острее. Теперь он знал. Яд. Но он ощущал это и тогда. Просто не понимал, что значит. Итачи помнил, как однажды положил руку на плечо Харуно, когда учитель попросил помочь с чакрой. В обычной ситуации он бы не обратил внимания, но прикосновение вызвало странное ощущение. Чакра была… неправильной. Не агрессивной, не болезненной. Просто другой. Словно что-то внутри его самого чуть дрогнуло в ответ. Позже, он понял, что это. А ещё позже — понял, что Тай сам не знает. И он не сказал. Просто наблюдал, как Харуно учится чувствовать свою силу. Как хмурит брови, пытаясь управлять своей чакрой так же, как все остальные. Но его чакра никогда не была, как у остальных. – Харуно. Прозвище, которое никто не использовал так официально. Филин дёрнулся, но Тай лишь медленно выпрямился. Они всё равно были раскрыты. Лгать не было смысла. – Учиха, – спокойно ответил он. Здесь и сейчас перед ним стоял уже не одноклассник, не сверстник, а нукенин ранга S. – Ты изменился. – Не более, чем ты. Лёгкий кивок. Без улыбки. Без эмоций. Но Тай чувствовал. Итачи вспоминал. Случайные разговоры после уроков. Неловкие обсуждения чакры. Когда Тай ещё пытался просто понять, что с ним не так. Теперь всё иначе. Теперь они по разные стороны. __ Итачи не был человеком, который удивляется. Он видел слишком многое. Знал ещё больше. И потому, когда он сделал то, что всегда срабатывало, он не ожидал иного результата. Гендзюцу. Простая техника. Лёгкая, как дыхание. Особенно для пользователя шарингана. Мгновение – и сознание жертвы окутывается туманом иллюзии. Простая смена реальности. Переключение. Щелчок пальцев – и человек уже в другом месте. Но здесь… Щелчка не было. Мир не дрогнул. Итачи почувствовал это сразу. Тая не коснулось. Он видел, как тот стоял перед ним, не дрогнув. Лицо оставалось спокойным. Не было ни замешательства, ни секундного осознания. Ничего. Тай не почувствовал удара. Не потому, что его чакра сопротивлялась. Не потому, что он сломал иллюзию. Нет. Гендзюцу просто не зацепилось. Итачи не сразу понял, что это значит. Но затем – почувствовал. Сознание перед ним… Оно не было частью этого мира. Не было связано с его корнями. Не принадлежало этому пространству. Это было чужое. Не просто сознание шиноби с ментальной защитой. Оно было изначально другим. Не отсюда. Это была не защита. Не барьер. Просто… нечто, что нельзя было взломать. Потому что это не было частью системы. Итачи в первый раз столкнулся с чем-то, что он не мог сломать. Если он вживил бы иллюзию силой – она бы просто прошла насквозь. Как пальцы сквозь воду. Сколь угодно много техники – и ничего. Абсолютный ноль. Он знал, что даже Яманака способны вламываться в чужой разум, настоящие мастера. Но здесь… Ничего. Если бы это был сам Мадара – результат был бы тем же. Как будто перед ним человек, которого не должно быть. Как будто он здесь – искажённая фигура, неправильная, но существующая. Тай смотрел прямо в его глаза. В шаринган. Спокойно. Итачи почувствовал холод. Кисаме двинулся быстро. Не раздумывая, не колеблясь. Просто привычным порывом хищника, который видел перед собой добычу. Взгляд его загорелся азартом – инстинкт шиноби, привыкшего действовать без команд. Просто рвать. Но прежде чем он шагнул – воздух дрогнул. Резкий, точный рывок. Филин не дал ему и шанса. Лезвие танто вспыхнуло серебром. Кисаме отбил его, но всё же вынужден был отступить. Он прищурился, скалясь в усмешке, но в его движении уже было иное – не напор, а приценивающийся взгляд, полное внимание. Филин стоял, не убирая оружие, и смотрел прямо. Без угрозы – но с явной готовностью. А затем… Воздух изменился. Это было почти незаметно – почти. Кисаме инстинктивно дёрнул ноздрями, когда почувствовал резкий, тягучий привкус. Словно влажный металл, разогретый до кипения. Было бесполезно пытаться защититься скоплением чакры в носу и рту. Потому что это были не обычные токсины, летающие в воздухе. Это была сама чакра, отравленная и контролируемая тем шиноби в маске со змеиным изображением. Привыкший к запаху крови, он ощутил, как горло сдавило сухостью. Как стало чуть тяжелее дышать. Не смертельно – но неприятно, тягуче, вязко. Немного раздражающе, словно внутрь проникли сотни мельчайших иголок. Итачи не дрогнул, но он знал этот эффект. Чувствовал его прежде. Тай не менялся в лице. Но он делал это намеренно. Он не нападал. Кисаме хмыкнул, чуть склонив голову набок. Усмехнулся. Признал силу – но не был впечатлён. Но Тай смотрел прямо в глаза. Ровно, спокойно. В последний раз. А затем – он развернулся. Филин шагнул следом. И ядовитый воздух растворился вместе с ними. Мгновение – и они исчезли. Разведка окончена. Бой не состоялся. ___ Тишина. Воздух был сухим, словно выжженным. Кисаме недовольно дёрнул уголком рта, коротко фыркнув. Во рту першило, в горле будто осела едкая пыльца. Он недовольно моргнул, заметив, как на мгновение защипало глаза. Чакра всё ещё витала в воздухе – словно ядовитый шлейф. Незримое предупреждение. – Хех… Забавный парень, – голос Кисаме был хрипловатым, будто его пересушило изнутри. Он провёл языком по зубам, скривился. – Ненавижу такой воздух. Итачи молчал. Его взгляд был направлен туда, где мгновение назад стоял Тай. Чуть прищуренный – не напряжённый, но внимательный. Он не был удивлён. – Узнал его? – Кисаме скосил на напарника внимательный взгляд. Не только у него оставалось странное ощущение. – Да, – коротко ответил Итачи. И в этом "да" было слишком много. Кисаме фыркнул, потёр шею. Снова втянул воздух – всё ещё чувствовал привкус металла на языке, словно проглотил ржавый нож. – Опасный? – всё так же небрежно спросил он. Итачи посмотрел вдаль. Кисаме заметил, как его глаза чуть сузились. – Возможно. Кисаме коротко хмыкнул, опуская взгляд на меч, который дрогнул у него за спиной. Самехада шевельнулась, словно недовольно дёрнулась, сминая бинты. – Хех, – протянул Кисаме, чуть склонив голову. – Не понравилось, да? Он провёл ладонью по рукояти, ощущая, как лезвие под плотной тканью едва заметно подрагивает. Реакция меча была… необычной. Обычно Самехада жадно тянулась к чакре – а сейчас, наоборот, как будто хотела отпрянуть, не касаться её. Будто почуяла в ней что-то отталкивающее и неприятное. Кисаме не слишком любил подобные вещи. – Вот же змей, – пробормотал он, вытирая пересохшие губы тыльной стороной ладони. Во рту всё ещё оставался этот мерзкий привкус. Итачи молча смотрел перед собой, всё ещё слегка прищурившись. – Мы уходим, – ровно сказал он. Кисаме недовольно вздохнул, но спорить не стал. Самехада всё ещё была напряжена, а значит, причина для осторожности была. --- Дорога назад казалась бесконечной. Плотный лес, укутанный в зелёную дымку листвы, казался совсем другим после встречи с нукенинами. Как будто даже воздух здесь был чище. Без той сухости, без приторной горечи, оседающей в горле. Но ощущение тревожного напряжения не уходило – Тай всегда был осторожен, но теперь держал чакру в готовности ещё крепче. Шиира шёл чуть впереди, ловко лавируя между деревьями, словно это не ветки с листьями, а тонкие нити, сплетающие путь. Он не умолкал: – Хошигаки Кисаме, – произнёс он с лёгкой насмешкой. – Нукенин ранга S, бывший семисёдзи Кири. Прозвище – Биджу без хвоста. Тай молча шагал рядом, не проявляя ни тени удивления. – Ты и так знаешь, да? – усмехнулся Шиира, но продолжил, даже не ожидая ответа. Конечно, знал. Но Тай не стал его останавливать. Он слушал, как знакомые строки из бинго-бука превращаются в живую речь, вкрадчиво вплетающуюся в ритм их движения. – В прошлом – верный слуга Мизукаге. Выполнил не один кровавый приказ. И его это не тяготило. Вообще. Как и то, что позже ему же приказали убить своих товарищей. Сам знаешь, какая была политика у Кири… – Шиира фыркнул, спрыгивая с толстого корня. – Кажется, тогда-то он и понял, что предательство – это просто часть игры. Тай не удивился. – Потом он встретил Итачи, – продолжил Шиира, – и, судя по всему, сразу признал его сильнее себя. А дальше, кажется, уже сам пошёл за ним в Акацуки. Стал его напарником. Тай резко затормозил, упираясь ладонью в ствол дерева. Шиира заметил и обернулся, вопросительно приподняв бровь. Тай медленно вдохнул воздух сквозь маску, прислушиваясь. Тишина. Ни одного лишнего звука – только их собственные шаги и голоса. Но тревожное ощущение не проходило. – Нам надо быстрее, – коротко сказал Тай, и его голос прозвучал почти глухо, приглушённо. Шиира не стал спорить. Они ускорили шаг, растворяясь среди ветвей.

***

Возвращение в Коноху всегда было странным ощущением. Словно покидаешь один мир и вступаешь в другой. Лес, тянущийся до самых границ страны Огня, постепенно редел, а знакомые деревья с высохшими отметинами от кунаев казались молчаливыми стражами, следящими за каждым шагом. Когда впереди показались массивные ворота Конохи, Тай ощутил, как вокруг них мягко скользнула чужая чакра – бдительные сенсоры моментально заметили их возвращение. Шиира шагнул вперёд первым, беззаботно помахав охранникам: – Мы дома. Стражники лишь молча кивнули, не задавая лишних вопросов. АНБУ всегда появлялись и исчезали без объяснений – так было заведено. Тай быстро, коротко переговорил с дежурным и направился прямиком к главному. Доклады не терпели промедления. --- В кабинете Хокаге Старик сидел за своим столом, задумчиво крутя в пальцах трубку. В комнате было тихо – лишь шелест бумаг и слабый запах табака. – Значит, вы столкнулись с ними, – голос Сарутоби прозвучал низко, без выраженных эмоций. Тай коротко кивнул. – Разведка подтвердила наличие двух нукенинов ранга S, – его голос оставался ровным, отчётливым. – Учиха Итачи и Хошигаки Кисаме. Старик медленно кивнул, щуря глаза. – Столкновения не было? – Нет. Шиира хмыкнул, чуть пожав плечами: – Мы вовремя отошли. Но, судя по их реакции… Они тоже не собирались вступать в бой. Хокаге оторвал взгляд от бумаг и внимательно посмотрел на стоящих перед ним АНБУ. – Это может стать проблемой. Тай молчал. – Отступники из Акацуки… – Сарутоби потер переносицу. – Пока они не представляют прямой угрозы, но если их внимание действительно сосредоточено на ком-то из деревни, нам нужно быть начеку. – Они не напали, – сухо добавил Тай, – но Кисаме готовился к бою. – Интересно, – старик чуть сильнее сжал трубку в пальцах. – Значит, он ощутил твою силу. Тай не ответил. Он чувствовал, что Сарутоби оценивает его взглядом – словно пытается заглянуть глубже, чем позволено. Старик наконец откинулся в кресле и медленно выдохнул: – Благодарю за проделанную работу. Отдыхайте. Пока что.