Игра Теней. 3

Солнце Ауридона клонилось к закату, окрашивая белоснежные башни Скайвотча в оттенки расплавленного золота и кроваво-красного. Воздух, еще недавно напоенный солью и магнолиями, теперь густел от запахов поднимающейся с моря влаги, жареных моллюсков с пристани и дорогих эльфийских духов. Феникс и Самсон шли по набережной, уже не гости, но еще не покинувшие этот сияющий, чужой мир. Шесть месяцев в сером, штормовом Дагааре изменили Ралея. Плечи, прежде постоянно напряженные, как тетива лука, были расслаблены. Даже походка стала иной – меньше тяжелой поступи солдата, больше усталой уверенности человека, знающего цену относительному покою. — Полгода под серым небом Дагаара, — голос Феникс нарушил ритм их шагов по отполированному морским ветром мрамору. Она не смотрела на него, ее алые глаза скользили по изумрудным садам, где зажигались первые магические фонари, похожие на пойманные звезды. — Ты перестал вздрагивать от каждого моего слова, Ралей. Стал... терпимее к шуткам Тайлера про суп с лунными грибами. Его влияние? Или просто устал бороться с неизбежным? Самсон хмыкнул, доставая из потертого мешка у пояса не флягу с вином, а потрепанную книгу в кожаном переплете – «Похождения капитана Алара», подарок короля-демона. Он пролистал страницу, уголок губ дрогнул в усмешке. — Влияние? Скорее, научился отличать яд от... просто плохого вина. Тайлер болтает, но не жалит. В отличие от некоторых. — Он бросил острый взгляд на Феникс. — А насчет усталости... Бессмертие накладывает отпечаток. Вечно злиться – тоже утомительно. Особенно когда твоя тюремщица таскает тебя по демоническим городам и эльфийским театрам вместо того, чтобы гонять по морозным горам. Где тут прогресс? Они миновали шумный причал, где рабочие доков, закончив сгрузку «альдмерской доблести» (одного из кораблей, упомянутых Винсентом), устроили гонки лягушек возле таверны «Колючий крючок». Крики, смех, звон монет – обычная жизнь портового города, столицы Ауридона . Самсон наблюдал за этим с отстраненным любопытством, словно рассматривал диковинных птиц. — Прогресс? — Феникс остановилась у парапета, глядя на Абецинское море, окрашенное закатом в пурпур и золото. — Ты перестал видеть в каждом врага. Перестал искать смерть в каждом втором демоне. Начал читать книги вместо того, чтобы топить пустоту в вине. Да, Мой Огонь, ты изменился. И Дагаар... его стены перестали быть для тебя просто камнем. Тайлер дал тебе то, чего не могла дать я – иллюзию дома без цепей. Самсон закрыл книгу, сунул ее обратно в мешок. Его лицо, освещенное закатным светом, потеряло на мгновение привычную жесткую складку у рта. — Дом... — он произнес слово тихо, словно пробуя его на вкус. — Странное слово для бессмертного орудия. Но... камни Дагаара не кричат о прошлом. В Киркволле каждый камень вопил. Здесь... тише. — Он помолчал. — Но иллюзия – ключевое слово, Феникс. Цепь остается цепью, даже если ее выковали в Дагааре и называют дружбой. Феникс повернулась к нему. В ее глазах, обычно полных холодного расчета или насмешливого превосходства, мелькнуло что-то иное – оценка, почти уважение к его прозрению. — Мудро подмечено, — она протянула ему аккуратный сверток пергамента, перевязанный черной лентой – досье Винсента на агентов Доминиона в Хай-Роке. — Возьми. Корабли, имена, маршруты. Все, что нам нужно, чтобы найти нить к Огню Даго в том месиве бретонских интриг и талморских козней. Самсон взял свиток, ощутив под пальцами прохладу пергамента и легкую вибрацию чужой, тщательно скрываемой магии. Он сунул его за пазуху, рядом с книгой. — Один? — спросил он, поднимая бровь. — Без твоего мудрого руководства и огненных подталкиваний? Рискованно. Могу и заблудиться, и свиток в таверне пропить. — Ты справишься, — в голосе Феникс не было ни тени сомнения, лишь холодная уверенность. — Ты уже не тот сломленный храмовник, которого я нашла в тевинтерской яме. Ты... адаптируешься. Как Огонь. А Хай-Рок... — ее губы тронула легкая, почти незаметная улыбка, — это не эльфийский театр иллюзий. Там правят сталь, жадность и грубая сила. Твоя стихия. Найди след Огня Даго. — Она сделала паузу, ее взгляд стал отстраненным, уходящим вглубь острова, к сияющим шпилям, где пульсировала древняя магия. — Я остаюсь здесь. Альтмеры... их культура, их магия, их упорядоченная жестокость... любопытна. Самсон кивнул, не удивляясь. Интеллектуальный голод Феникс был столь же ненасытен, как ее жажда власти. Альтмеры с их многовековой мудростью и высокомерием были для нее новым гримуаром, который нужно изучить. — Не заиграйся с этими "совершенными", — предупредил он с привычной колкостью. — А то вдруг их магия окажется сильнее твоих перчаток с орлами? Феникс лишь усмехнулась, и в этот момент ее белые волосы, подсвеченные последними лучами солнца, слились с сиянием мраморных стен. Она выглядела своей среди ослепительной архитектуры Скайвотча. — Заботься о своей задаче, Ралей. Найди Огонь. — Ее голос стал жестче, командным, но без прежней леденящей угрозы. — Я знаю, где тебя искать. Когда придет время. Она повернулась и пошла прочь по набережной, растворяясь в вечерней толпе изысканно одетых альтмеров. Ее алое платье мелькнуло последний раз у входа в узкую улочку, ведущую к кварталу мудрецов и библиотек, а не к порту. Самсон остался стоять у парапета. В сумке лежал свиток с тайнами Хай-Рока. За пазухой – книга о приключениях капитана. На запястье – клеймо, лишь слабо теплившееся, как напоминание о связи, а не окове. Он взглянул на запад, где за морем лежал Хай-Рок, кипящий котел интриг, войн и древних тайн. Затем бросил последний взгляд на белоснежный, неприступный Скайвотч. Город, где Феникс искала формулы в эльфийских знаниях, а он... он снова уходил в бой. Но на этот раз не как слепое орудие, а как искатель с картой и своей собственной, хрупкой надеждой. Он стянул ремень на мешке, проверил меч у пояса и зашагал к порту, где уже готовился к отплытию грузовой корабль "Морской Бродяга", державший курс на Вэйрест. Закат догорал, а впереди ждали незнакомые дороги Нирна.