Часть 7

- Так, Караваев, не скучай. Я недолго. - Спит уже, что ли? Темно как-то, - произнёс Андрей, силясь вглядеться в пошарпанные, давно немытые окна-глазницы жилища, - да, и во дворе света нет. Ты как пойдёшь-то, Ир? Может, мне с тобой.. - но девушка уже наспех чмокнула его в щёку, и, прихватив сумочку, скрылась за грузными воротами старого дома. - Угу, не скучай.. - мысленно передразнил парень, откинул сидение и, устроившись поудобнее, прикрыл глаза. Что такое женское "недолго", Андрей изучил вдоль и поперёк, не питая излишних иллюзий на исключение, а потому с чистой совестью задремал. Чуть не растянувшись в полумраке двора, Ирка поднялась на крыльцо, нащупала кованную ручку тяжёлых дверей и, дав глазам немного привыкнуть, смело вошла в дом, дух которого был столь же неприветлив, как и его хозяйка. С распущенными волосами Агата сидела перед зеркалом впотьмах, и, покачиваясь из стороны в сторону, почти утробно и монотонно мычала. Девушка, естественно, знала, чем занимается её странная тётушка, ведь волею судеб именно на почве колдовства давно чужие люди и пересеклись вновь. Вот только видеть, как происходит таинство ритуалов, девушке раньше не доводилось. От увиденного и услышанного у Ирки резко захолодело внутри и по всему телу побежали мурашки. Примерно месяца три назад Ирка отчаянно искала какую-нибудь магическую бабку, чтобы сделать очередной приворот на Тимошевского, и перебрав несколько телефонных номеров, неожиданно наткнулась на родственницу, сразу проявившую к племяннице особый деловой интерес. Увы, но и тёткин приворот, как и все предыдущие, практически, не подействовал, за исключением того, что Влад стал чаще оставлять девушку в своё отсутствие замом: какое-никакое, но достижение. Правда, и переболела Ирка тогда тоже нехило, о чём Агата предупредила её сразу. Главное, что лёд тронулся, оживляя падшую духом надежду, не встань на её пути рыжая гадина Евгеша. Внезапно Ирка почувствовала, словно кто-то пристально глядит ей в затылок. Собравшись с силами, девушка медленно оглянулась и вздрогнула: прямо за ней на стене висело ещё одно, частично занавешенное тюлем, зеркало. - Тётя! - сжимаясь в комочек, вскрикнула Ирка, - Молчи.. - не оборачиваясь, мрачно прошипела Агата, и замычала ещё быстрее и зловещее. Через минуту, длящуюся для девушки вечность, женщина встала, зажгла на столе свечи и произнесла: "Что на этот раз?" - Рыжова. Женька Рыжова. Может, помнишь, дружили мы в детстве, у нас часто гостила? Дорогу мне перешла. Всё отняла. Мужчину, карьеру, мечту, жизнь.. - Жизнь? - переспросила Агата и неожиданно весело расхохоталась. Онемевшая и обалдевшая от смены эмоций бабки, Ирка не знала, то ли бежать отсюда, пока цела, то ли Андрея на помощь звать, но тётка успела перебить её мысли. - Показывай, что принесла. Чего хочешь? - Тёть.. Ты знаешь, болею я.. Ну, по-женски. А можно как-нибудь болезнь мою Женьке передать? Ну, так, чтобы я здоровой стала, а она загнулась.. совсем? Свадьба у неё скоро - вот пусть и получит за всё.. по полной...тварь.. Широкие брови Агаты удивлённо поползли вверх, от чего её поросячьи глазки вдруг стали казаться больше, и она снова громко расхохоталась: "Ишь, чего надумала, мерзавка.. Хахаха! Хороша подруга, нечего сказать. Хахаха!" Столь безумной Агату Ирка, вообще, никогда не видела. Просмеявшись, тётка вытерла подолом слезу и заговорила: "Отчего ж нельзя? Можно. Ещё как можно, да, только смотри, девка, если у подруги твоей покровитель сильный есть, то несдобровать тебе, ведь грех этот ты только на себя возьмёшь, а по-другому я и мараться не стану. Поняла? Отвечай, стерва!" - Да, тёть, пусть.. У меня всё равно жизни нет, пусть и у неё не будет! Хоть не так обидно.. - Обожди стонать. Вещи давай. Смотреть буду. Блондинка вывалила на стол, что успела схватить в обед, пока Евгеши не было в офисе: маленькое круглое зеркальце, пара-тройка волосков со стула, Женькина любимая ручка, вслед за которой вывалилось и зелёное яблоко. Яблоко почему-то Ирка спешно затолкала обратно. - Мда.. Негусто, но сгодится. Зеркало точно её? - Да. - Хорошо. Твоих волос тут нет? - Нет. Я ж не рыжая.. - Мало ли.. А яблоко зачем спрятала? - Так это ж я себе брала.. Для крови полезно. Железо.. - Доставай. - Ладно. - Выйди. Вернёшься, когда позову. - Тёть, а можно я свет в сенках включу? Неуютно как-то.. Женщина лишь смерила племянницу презрительным взглядом и молча указала на выход. - Хорошо, хорошо. Поняла, - затараторила Ирка и выскочила за дверь. Прижавшись спиной к неровной стене бревенчатой избы, она плотно обхватила голову руками, будто пытаясь закрыться от кого-то невидимого, крепко зажмурилась и приготовилась ждать. По счастью, ожидание длилось недолго. Голос Агаты раздался звучно, как команда: "Входи!" Ирка влетела пулей. - Крови боишься? - жутковато улыбнулась женщина. - Чьей? - и без того перепуганная девушка уставилась на родственницу. - Твоя кровь нужна. Капля. Ирка даже пикнуть не успела, как тётка схватила её за левую кисть руки и что-то жгучее впилось в безымянный палец. Ещё мгновение и алая капелька упала в глиняную чашу с водой, в которой плавало яблоко. Быстро вращая яблоко в чаше, тётка невнятно забормотала себе под нос. После чего она быстро обмотала Женькиными волосами тонюсенькую свечку чуть пониже фитилька и чиркнула спичкой. Маленькое, невероятно яркое пламя отчаянно затрещало, заполняя пространство комнаты едкой копотью, как будто сопротивляясь назначенной миссии. Тетка вынула яблоко из чаши, невесть откуда взявшимися, старинными серебристыми щипчиками, и поднесла к свече, продолжая неразборчиво бормотать. По окончании действа, женщина задула свечу и, бросив яблоко в целлофановый пакет, передала Ирке. - Держи. Завтра же рыжей отдашь. Сама не прикасайся, пусть своей рукой возьмёт. Неважно, сколько откусит - важно, чтобы проглотила. Зеркало открытым положишь. Смотреться не вздумай. Глянет в него девка - сохнуть начнёт. Быстрее хворь её накроет. Всё поняла? - Да, тёть. Деньги я.. - На карту строго в полдень переведёшь. И не жадничай. Ступай. Спать мне пора. Дел с утра невпроворот. - Спас... - Замолчи, стерва! Забыла, чему учила тебя, дуру? Вся в мать - тупоголовая! Вон пошла! Соловьиные трели и наполняющий негой загородный воздух убаюкали вымотавшегося за день парня. Ему снилась нежная раскрасавица блондинка с обворожительной улыбкой и любовью в небесных глазах, накрывающая стол под цветущей яблоней во дворе их дома. Большой тазик духмяных, зажаристых пирожков и крынка свежего, коровьего молока манили и зазывали, балуя предвкушением уютного вечера. Приобняв любимую за талию и игриво поцеловав её в алые, дивные губки, Андрей упоённо потянулся за аппетитной снедью, утопая в счастливом и долгожданном моменте. Но едва он коснулся пирожка, как тот мгновенно ужалил парня, а рука запылала огнём! Боль и огонь стремительно нарастали, а Андрей продолжал дуть на угощение, стараясь сбить злосчастный огонь, от чего последний лишь разгорался сильнее, превращаясь в пламя. Встрепенувшись от дурного сна, парень открыл глаза. Сердце бешено колотилось. Однако боль не исчезла, становясь нестерпимее - жгло руку, опущенную в карман джинсовки, где лежало кольцо. Моментально вытащив из кармана предмет, парень замер, раскрыв рот: холодный металл кольца словно обжигал ладонь, переливаясь синеватым светом, а прозрачный, как слеза камень, подобно настоящим углям, играл чёрно-багровыми красками. "Ирина.." - с ужасом пронеслось в голове у Андрея, и, закинув украшение в бардачок, он выскочил из машины. Бледная, как смерть, девушка уже сама неслась к нему на встречу и, крикнув на ходу: "Поехали", залезла в джип. Пара немедленно покинула жутковатое место. Никто и не заметил, как колыхнулась засаленная занавеска мутного окна, за которым стояла хмурая Агата. - Да, Ниночка... Да.. Скоро мы будем в расчёте..