Глава 8

Осень, 2003 — Ты готова? — прошептал Драко ей на ухо. Гермиона едва расслышала его голос из-за рева толпы, когда объявили пару, занявшую второе место. Она повернулась и улыбнулась ему. — Мой макияж еще не размазался? Он покачал головой. — Нет. Ты выглядишь идеально. Гермиона расправила плечи и подняла подбородок. — Тогда да. Я готова. Когда по громкоговорителю объявили их имена, она сжала его руку. Гермиона не смогла сдержать головокружительного чувства в животе, когда они подняли соединенные руки, делая шаг вперед. Вместе они поднялись на пьедестал почета, который мог привести их на юниорский этап Гран-при. Главный судья всеанглийских юниорских соревнований по фигурному катанию подошел к подиуму с золотыми медалями в руках. Это был пожилой джентльмен с выступающим носом и утонченными манерами. Когда он приблизился к ним, то одарил их натянутой улыбкой и коротким: — Поздравляю. Это была не их первая победа в сезоне, но это было первое крупное соревнование. Все предыдущие турниры, в которых они участвовали, были местными или региональными. Однако в этом году, с учетом юниорского Гран-при, они вышли на новый уровень. Сегодняшний пьедестал означал, что они прошли отбор на юниорский чемпионат Великобритании по фигурному катанию. Гермиона сосредоточилась на этой волнующей перспективе и склонила голову, принимая медаль, которая теперь висела у нее на шее. Она продолжала стоять в поклоне, пока судья вручал медаль Драко, но слегка повернула голову, чтобы увидеть его легкомысленную улыбку. Он ждал этого момента больше, чем кто-либо другой. Она знала о самодельной золотой медали, которую он хранил в ящике комода. Мысль о переходе на более крупные соревнования была волнующей. И не только потому, что ей нравилось побеждать. Хотя это, конечно, было приятно. Главное — она любила кататься на коньках с Драко. Он знал ее лучше, чем кто-либо другой, за исключением, пожалуй, ее родителей. После двух с половиной лет совместных тренировок он знал, как рассмешить ее своими драматическими выходками; как подбодрить, когда ей было тяжело. Она доверяла ему, и с ним она чувствовала себя так, как никогда раньше. А когда они были вместе на льду, это было почти как полет. Особенно когда он поднимал ее. С тех пор, как они начали отрабатывать этот элемент летом, у них стало получаться намного лучше. Драко пару раз ронял ее на тренировочных матах, это правда. Но на льду он ни разу не подвел. Их программа была простой, но Снейп и мадам Хуч отработали ее до совершенства. Гермиона мысленно отметила поблагодарить их, как только они уйдут со льда. Как только церемония награждения закончилась, Драко спрыгнул с пьедестала. Стоя на льду, он протянул ей руку. Она приняла его помощь, и ее спуск стал гораздо более грациозным. Как только она приземлилась, Драко обхватил ее руками, крепко обняв. — У нас получилось! — кричал он ей на ухо, подпрыгивая от восторга. — Я не могу поверить, что мы едем на чемпионат! Драко отстранился, держа ее на расстоянии вытянутой руки. Его радость была заразительной, и Гермиона не могла сдержать улыбки. — И угадай что? — спросил он, сияя. — Что? — наклонилась она ближе, приподняв бровь. — Мы будем самыми юными участниками. Драко побледнел. — Откуда ты знаешь?.. — Я не могла уснуть прошлой ночью, поэтому посмотрела. — Она заметила беспокойство в его глазах, и на сердце у нее потеплело. — Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия провели свои чемпионаты в последние пару недель. Мы были последними. А следующим самым юным участникам — пятнадцать. Глаза Драко расширились. — Пятнадцать? Гермиона кивнула в сторону серебряного и бронзового призеров. — Да, ты только посмотри на них. Они все старше нас. И мы их победили. Драко проследил за ее взглядом. На его лице появилось понимание, а затем — самое напыщенное выражение, какое она когда-либо видела. Он выпятил грудь и начал ходить вокруг нее, переполненный восторгом. Гермиона не смогла сдержать смех, который клокотал у нее внутри. Все еще с медалями на шее, они позировали перед несколькими фотографами, прежде чем покинуть лед. Драко, всегда отличавшийся драматизмом, настоял на одной нелепой позе в дополнение к стандартной улыбке. В конце концов, Гермиона продемонстрировала перед камерой свою золотую медаль, делая вертикальный шпагат, положив лодыжку Драко на плечо. Драко только закатил глаза. Фотограф поблагодарил их за то, что они немного разбавили снимок, прежде чем перейти к серебряным медалистам. К тому времени, как они покинули лед, их уже ждала вся команда поддержки. Снейп и мадам Хуч, конечно, были там. На лице Снейпа появилась редкая улыбка. Ее родители стояли прямо за ними, широко улыбаясь. Они радостно замахали, когда она и Драко приблизились. Родители Драко не смогли прийти, хотя к тому времени она уже привыкла к этому. Мама и папа фактически усыновили Драко как своего второго сына. — О, дорогие! Вы так чудесно справились, что я чуть не расплакалась! — Мама широко раскинула руки и обняла их обоих за плечи, как только они накрыли свои лопатки одеялами. — Золото! Я не могу в это поверить. — Не просто золото, — вставил папа, — а золотая медаль для всей Англии. Гермиона почувствовала, как ее щеки заливает легкий румянец, когда мама обняла ее и Драко. Взглянув на Драко, она чуть не расхохоталась. Его лицо было прижато к маминому плечу, и в таком виде он был почти похож на бурундука. Его глаза умоляли о помощи. К счастью, Снейп пришел им на помощь. — Хорошо, хорошо. Давайте успокоимся. Давайте не позволим этой победе вскружить им голову. Мы можем гордиться ими, не раздувая их самолюбия. — Его протяжный голос заглушал общее волнение. Снейп взглянул на них двоих, которые теперь освободились от маминых объятий. Он приподнял бровь, четко выговаривая каждый слог. — Им еще предстоит проделать большую работу, прежде чем они будут готовы к соревнованиям национального масштаба. При этих словах Гермиона почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Мысль о том, что в ближайшие три недели им придется работать еще усерднее, заставила ее нервы взвинтиться до предела. Они и так по четыре часа в день проводили на катке, по два часа через день посещали уроки танцев и по часу три дня в неделю занимались в спортзале. И вдобавок ко всему, у них еще была школа. Что еще они могли делать? Словно прочитав ее мысли, Драко потянулся и схватил ее за руку. Он даже не посмотрел в ее сторону. Он просто... знал. Ощущение того, как его пальцы переплелись с ее, было таким знакомым в этот момент; оно удерживало ее на земле. Взрослые вокруг них продолжали свой разговор. Они с Драко просто стояли, держась за руки. Это было приятно. Ей действительно нравилось держаться за руки с Драко. А еще ей особенно нравилось, когда он обнимал ее. В последнее время он стал делать это после окончания их выступлений. Они завершали свою финальную позу в конце венского вальса или буги-вуги, грудь вздымалась, адреналин бурлил, и в тот момент, когда они меняли позу, его руки обнимали ее. Поначалу Гермионе было немного неловко. Драко никогда не был по-настоящему нежен с ней вне льда. Конечно, они шутили, и с ним было приятно разговаривать, но объятия в этом году были в новинку. Не то чтобы она возражала. После пары неожиданных объятий она поняла это и обняла его в ответ. Каждый раз, когда его руки обнимали ее за плечи, она чувствовала трепет в животе, но только на мгновение. Гермиона довольно хорошо научилась отгонять любое волнение, связанное с Драко. В конце концов, она не должна была испытывать это волнение. Мистер Малфой никогда бы такого не допустил. Хотя он нечасто бывал рядом, казалось, что он всегда присутствует, склоняясь над ее плечом и внимательно наблюдая. С тех пор как почти два года назад он отвел ее в сторонку и назвал обычной и легко заменяемой, она никак не могла выбросить из головы его голос. "Ты недостаточно хороша", — слышала она, поскользнувшись на льду. "Ты не заслуживаешь Драко", — слышала она, когда они тренировали подъемы. "Следите за собой, мисс Грейнджер", — слышала она всякий раз, когда Драко заключал ее в объятия. Это всегда раздражало и нервировало ее, и, как бы она ни старалась успокоить этот голос, он сопровождал ее на тренировках и соревнованиях. Даже сегодня, когда они с Драко сидели в кабинке "Целуй и плачь" после своего оригинального танца под "Bugle Boy", показав самый высокий результат в этом сезоне, его голос нашептывал ей на ухо яд. Это случилось гораздо позже той ночью, когда она лежала в постели, а ее золотая медаль лежала рядом с ней на подушке, что она наконец-то додумалась до одной вещи, которую мистер Малфой не мог опровергнуть: они с Драко победили. Они были лучшими юными танцорами на льду в Англии. Даже бывший олимпийский чемпион Люциус Малфой, возможно, не смог бы сказать по этому поводу ничего плохого. — Мог ли он? Каждую неделю к их рутинным занятиям добавлялись долгие часы изнурительных тренировок. Они не только катались на коньках перед школой, но и после нее. Снейп полностью изменил один из элементов венского вальса, превратив его в "Танец фей". Вместо того чтобы просто поднимать ее вертикально, Драко теперь должен был подхватывать ее горизонтально, создавая впечатление, будто она летит. Это полностью изменило их подход к подъему, но результат того стоил. К сожалению, большую часть ноября учеба отошла на второй план. Гермиона была безмерно благодарна судьбе за то, что летом занималась с опережением, несмотря на то, что Драко безжалостно дразнил ее в течение нескольких недель. Ее немного радовало, что он часто спрашивал, может ли она проверить его домашнее задание по математике на переменах. Однако самое большое изменение произошло не в уровне или интенсивности их работы, а в том, что они стали появляться на публике. До этого момента катание на коньках было для них относительно частным занятием. На соревнованиях, которые они посещали, зрители в основном состояли из родителей, которые с энтузиазмом болели за своих детей. Их нынешняя ситуация началась с того, что их фотография была одной из немногих, опубликованных в спортивном разделе "The Guardian" вместе со статьей под названием "Катание на коньках к победе". К большому удовольствию и ее, и Драко, газета выбрала их глупую позу, а не обычную, и журналистка подписала ее так: "Драко Малфой и Гермиона Грейнджер, обоим по 13 лет, в танце завоевали золото и наши сердца". Папа тут же побежал в ближайший "Теско" и купил около двадцати экземпляров. Гермиона аккуратно вырезала статью и повесила ее на стену рядом с настольной книгой. На следующий день, придя в школу, она словно попала в какую-то странную альтернативную вселенную. Обычно в школе ее знали только как заучку или тихого книжного червя. За эти годы она привыкла к тому, что ее, как правило, игнорируют. Но после выхода статьи все стали тыкать ей этим в лицо, требуя автограф. Многие девочки спрашивали о Драко. — Он твой парень? — Он может заехать за тобой? — Вы что, все время... целуетесь? После всего лишь одного дня, проведенного в роли местной знаменитости, она больше всего на свете хотела снова стать невидимкой. Тем не менее, ее неудачный опыт в школе не помешал ей поделиться своим восторгом с Драко. Однако, когда она позвонила ему тем вечером, его реакция оказалась не совсем такой, как она ожидала. — Отец так разозлился, когда увидел статью, — голос Драко в трубке звучал печально. Гермиона, нахмурившись, откинулась на спинку кровати. Мама с папой смилостивились и подарили ей на день рождения телефон в комнату, и она была так благодарна за возможность поговорить с Драко, не опасаясь, что его подслушают. — Почему он разозлился? — спросила она. — Ему не понравилось, что было написано в статье? — Ему не понравилась наша фотография. Сказал, что это унизительно — не воспринимать себя всерьез как профессионалов. На самом деле, он сказал мне, чтобы я больше никогда не делал такого выражения лица. Сказал, что если мы хотим, чтобы нас воспринимали всерьез на мировой арене, нам нужно соблюдать приличия. — Ну, моему отцу это понравилось, — добавила Гермиона. — Сказал, что будет улыбаться каждый раз, когда увидит ее. Мама собирается повесить ее в клинике. Она услышала, как Драко застонал. — Почему мои родители не могут просто расслабиться? Я имею в виду, у нас есть золото. Гермиона вздохнула. — Я думаю, они просто хотят, чтобы у нас все было хорошо. — Да, но мой отец может отвалить. — Драко! Она практически слышала, как он скривился по телефону, поэтому решила сменить тактику. — Как ты думаешь, наша фотография снова появится в газете? — размышляла она. — Ты что, шутишь? Мы собираемся участвовать в национальных соревнованиях по фигурному катанию. Возможно, нас даже покажут по телевидению. И я не удивлюсь, если на чемпионате нам придется проходить официальные интервью. Гермиона нахмурилась. — Официальные интервью? — Да. Например, мы сидим за столом с микрофонами, и журналисты задают нам вопросы. — О чем, черт возьми, они будут нас спрашивать? — Эта идея показалась Гермионе почти смешной. — Не знаю, — ответил Драко. — О наших тренировках. О наших целях. О наших танцах. О многом другом. Мои родители и раньше часто общались с журналистами, и они никогда не выставляли это напоказ. Хотя Гермиона и кивнула в знак согласия, от одной мысли о том, что ее поставят в неловкое положение, у нее внутри все сжалось. Все могло бы быть по-другому, если бы мистер Малфой не возненавидел их первую фотографию в газете, но теперь... что, если она сказала что-то не то? Произвела плохое впечатление? Позволят ли Малфои ей и дальше кататься с Драко, или они бросят ее и найдут ему нового партнера? — Привет, Драко, — сказала она в трубку дрожащим голосом. — Могу я попросить тебя об одолжении? Последовала короткая пауза, прежде чем он ответил. — Да. Конечно. В чем дело? — Ты можешь взять на себя инициативу в наших интервью? Это просто... — Как она могла объяснить Драко причину, по которой не хотела разговаривать? Очевидно, она не могла затронуть тему его отца. Это могло бы создать неловкость. Поэтому она решила напрячь мозги в поисках оправдания. — Я просто нервничаю, разговаривая с людьми, вот и все. Это, конечно, было ложью. В школе Гермиона часто получала высокие оценки за выступления и проекты для дебатов. Когда ей было семь лет, она даже выиграла местный конкурс ораторского мастерства. Но Драко не обязательно было это знать. — Да, все в порядке. Я могу вести большую часть разговора. — Спасибо. — Сердце Гермионы забилось немного легче, и она продолжила слушать, как Драко начал свой монолог о некоторых спортсменах, с которыми они встретятся в Шеффилде на чемпионате. Казалось, у него было множество идей о том, что им следует усовершенствовать, если они хотят победить. Она только надеялась, что этого будет достаточно, чтобы сохранить расположение отца Драко. Утром в первый день чемпионата Великобритании по фигурному катанию Гермиона проснулась раньше всех в гостиничном номере, который она делила со своими родителями. На улице было еще темно, но это не имело значения. Она уже много лет просыпалась около четырех утра, так что это стало ее второй натурой. Бесшумно пройдя мимо мамы и папы, которые спали на другой двуспальной кровати, она направилась в ванную, чтобы принять душ. Им нужно было отправиться на каток к семи часам, и ей нужно было быть готовой, с прической и макияжем. Она использовала бы любое дополнительное время, чтобы размяться. К тому времени, как мама с папой выбрались из постели, она уже была одета в черные спортивные штаны и куртку с ее именем и названием домашнего катка. — Я не знаю, как ты это делаешь, — пробормотал папа сквозь сонные веки, ковыляя в ванную. К шести часам Гермиона уже наполовину закончила разминку. Стук в дверь заставил ее оторваться от шпагата, который она делала между двумя кроватями. Драко ждал ее с другой стороны, его волосы были уже зачесаны назад, а в руках он держал бумажную тарелку с завтраком. — Могу я войти? — спросил он с ухмылкой. — Я принес еду. Гермиона скорчила гримасу, глядя на тарелку. — Я слишком нервничаю, чтобы есть, но спасибо. Заходи. Мама и папа, читавшие в постели, поприветствовали Драко фамильярным "Привет", когда он вошел в номер. — Привет, доктор и миссис Грейнджер. Уже проснулись? — Рано или поздно мы доберемся до этого, сынок. — Папа протер глаза и подавил зевок. — Спасибо, что принес завтрак для Гермионы. Ты же знаешь, какой она становится в дни соревнований. Драко торжественно кивнул. Он поставил тарелку на подставку для телевизора, и Гермиона посмотрела на нее с презрением. Это было правдой. В дни соревнований она обычно так нервничала, что у нее болел живот и она капризничала. Большую часть времени она просто не могла есть. Иногда ее действительно рвало. У нее было предчувствие, что сегодня будет один из таких дней. — Ты уже потянулся? — спросила она. Это была слабая попытка отвлечься. Драко переводил взгляд с нее на тарелку. Он точно знал, что она задумала, но, к счастью, подыграл. — Совсем немного. Хочешь размяться вместе? Гермиона кивнула, и они принялись за работу. Воспользовавшись свободным участком ковра в комнате, они помогли друг другу расслабить мышцы, потянув друг друга за руки и ноги, пока оба не почувствовали себя бодрыми и готовыми к работе. Когда часы пробили семь, все были нагружены спортивными сумками, рюкзаками, а в папином чемодане — массивной фотокамерой. — Ты же знаешь, что у них есть профессиональные фотографы, — простонала Гермиона, когда они садились в машину на парковке. — Тебе не обязательно таскать эту штуку с собой на каждое соревнование. — Я знаю, Баг, но мне нравится вспоминать твои соревнования с моей точки зрения. К тому же, я знаю, с какой стороны тебе лучше. — Он повернулся и подмигнул Гермионе, прежде чем завести машину. — Значит, твои родители собираются встретиться с нами на катке? — спросила мама Драко, когда они направлялись в Айсшеффилд. Гермиона сразу почувствовала, как ее партнер напрягся рядом с ней. Она протянула руку, и он сжал ее. Чаще всего участие его родителей было болезненной темой. — О, ты знаешь, — протянул Драко, отворачиваясь к окну. — Этот отель был для них недостаточно хорош, поэтому они остановились где-нибудь, цитирую, с более подходящей атмосферой. Но они будут там. — Ты же знаешь, мы всегда рады видеть тебя у нас, — предложил папа. — Я знаю, ты любишь готовиться по утрам вместе с Гермионой. — Я ценю это. Чем ближе они подходили к катку, тем больше желчи, казалось, поднималось в желудке Гермионы. Ей удалось съесть половинку апельсина и несколько кусочков хлопьев, прежде чем она отодвинула тарелку с остатками. И теперь она начинала сожалеть даже об этом. — Итак, я просмотрел расписание, — сказал Драко, когда они были в пяти минутах от катка. — Сегодня в девять утра у нас брифинг для прессы, а затем примерно в одиннадцать сорок пять состоится наше первое выступление. У нас перерыв примерно на четыре часа. Наше второе выступление — в половине пятого. Гермиона оцепенело слушала, чувствуя, как у нее сводит живот. Она молилась только о том, чтобы они поскорее приехали. — Ты в порядке, Гермиона? — Мама обернулась. — Ты немного позеленела. — Я думаю, меня сейчас стошнит, — пробормотала она. — Нервы. — Подожди, Жучок. Мы будем на месте и припаркуемся через две минуты. Ваши пропуска у меня на стойке регистрации, так что мы пройдем через специальный вход. Ты просто вбегай, как только мы окажемся на месте. Поняла? Гермиона кивнула. Она ненавидела эту часть себя. Почему она не могла быть такой же, как Драко, хладнокровной и собранной, несмотря ни на что? Как и обещал папа, машина остановилась на площадке за катком через две минуты. Гермиона тут же распахнула дверцу и бросилась к ближайшему мусорному баку, едва успев выбраться. Когда она закончила, то смутно почувствовала, как чья-то рука успокаивающе гладит ее по спине. — Может, мне не стоило дарить тебе эту тарелку. Драко. Ее снова вырвало. Когда она убедилась, что желудок пуст, а сердце забилось в обычном ритме, Гермиона подняла голову и выдохнула. — Так лучше? — Ты в порядке, Гермиона? — предложил Драко, протягивая бутылку воды, которую он явно прихватил из своей сумки. — Большое спасибо. Она потягивала воду, пока мама с папой не подошли со всеми пакетами. — Ты в порядке, Гермиона? Ты все еще чувствуешь, что можешь кататься на коньках? — спросила мама, когда они вошли внутрь. — Да. Сейчас я чувствую себя хорошо. Все еще нервничаю, но это преодолимо. Папа подошел к Драко и похлопал его по спине. — Спасибо, что, как всегда, заботишься о нашей девочке. Как же нам повезло, что у нее такой хороший партнер? Гермиона увидела, как у Драко порозовели уши. — Ничего особенного. Ему потребовалась секунда, чтобы придать своему лицу серьезное выражение, прежде чем продолжить. — Сегодня она нужна мне в отличной форме, и мы не можем допустить, чтобы ее вырвало на пресс-конференции или, что еще хуже, на льду. За кулисами катка было полно фигуристов всех возрастов. Они, конечно же, были самыми младшими. Гермиона практически дрожала, когда они добрались до отведенной для разминки зоны, отгороженной занавеской. Она старалась не пялиться на некоторых фигуристов, когда они проходили мимо. Было так много имен и лиц, которые она знала, но никогда не встречала. Знаменитые, талантливые фигуристы. Фигуристы, которые участвовали в Олимпийских играх. Никто из них, конечно, раньше не завоевывал медалей. Последняя медаль Великобритании в фигурном катании на Олимпийских играх была завоевана в 1994 году, почти десять лет назад. Гермиона представила, что каждый человек, присутствующий сегодня на мероприятии, однажды будет бороться за место на этом подиуме. Как только они поставили свои сумки на пол, она и Драко набросились друг на друга. — Ты видел? — Я знаю! А ты видел? — Их? Мне хотелось закричать! Они никогда раньше не были в восторге от участия в соревнованиях. При виде этих знаменитых людей… этих талантливых фигуристов… у нее почему-то немного полегчало на душе. Если они смогли выйти и покататься на коньках, то, возможно, и она сможет. Но все же она была немного удивлена восторженной реакцией Драко. Разве он не вырос среди таких людей? Мама убежала за расписанием, а папа просто стоял и закатывал глаза от их переполоха. Они еще немного размялись, и к тому времени, когда Снейп появился в их зоне, они были готовы к пробежке. — Пресс-конференция через десять минут, — коротко сказал темноволосый мужчина. — Как вы оба себя чувствуете сегодня утром? — Я в порядке, — пропищал Драко. — Но Гермиону уже вырвало в мусорный бак на улице. Гермиона показала ему язык и одними губами произнесла: — Сплетня. Снейп набросился на нее. — Это правда, Гермиона? Она кивнула, переминаясь с ноги на ногу. — Я просто нервничала. Ты же знаешь, какой я бываю. На самом деле я не больна. Снейп прищурился. — Вы уверены? Потому что я не допущу тебя к соревнованиям, если ты не будешь в отличной форме. Гермиона выпрямилась во весь рост. — Клянусь, со мной все в порядке. Я готова идти. — Очень хорошо. Идемте, вы двое. Давайте отведем вас в комнату для прессы, чтобы вы могли присесть. Снейп снова повел их по переполненному коридору, игнорируя указатели, указывающие на каток, и вместо этого направляясь к большой, безликой комнате. Мама и папа не последовали за ними. Им было приказано занять свои места на главной арене. Гермиона и Драко сели за маленький столик. Перед каждым местом за столом был установлен микрофон. По всему залу было расставлено еще несколько таких же столиков. За столиками уже сидело несколько фигуристов, некоторые в одиночном разряде, другие в парах. Перед каждым столом стояло по паре рядов стульев. Как только они уселись, Снейп опустился перед ними на колени и заговорил приглушенным голосом: — Репортеры задержат вас на десять минут. Они подойдут буквально через минуту. Отвечайте на вопросы как можно лучше. Не будьте вульгарными или грубыми и относитесь к себе серьезно. Сегодня вы здесь самые молодые участники, но на вас возлагаются большие надежды, так что ожидайте вопросы по этому поводу. Они оба кивнули. Несколько журналистов начали рассаживаться, и Снейп отошел в сторону. Драко сжал ее руку под столом. Пресс-конференция началась с вопросов, которые Драко и предсказывал. Одна женщина спросила их про их тренировки. Другой журналист поинтересовался их устремлениями. Человек в первом ряду спросил, какие элементы они будут выполнять сегодня. Драко отвечал на все вопросы с легкостью. Казалось, он был рожден для того, чтобы выступать перед камерами. Каждый ответ слетал с его губ с изяществом. Он ни разу не запнулся на слове и не слишком долго обдумывал свои ответы. Надеюсь, мистеру Малфою понравится то, что он услышит. — И еще, мисс Грейнджер, — Гермиона вздрогнула, услышав, что к ней обратились напрямую. — Сегодня мы почти ничего о вас не слышали. Не могли бы вы рассказать нам, что чувствуете, будучи самой юной участницей соревнований, которой всего тринадцать лет? Следите за собой, мисс Грейнджер. Гермиона сглотнула, переводя взгляд с микрофона на небольшую толпу репортеров перед ней. Драко сжал ее колено. Внезапно она почувствовала, что боится меньше. Должно быть, это было волшебство. Неужели он передал ей часть своей уверенности? Она улыбнулась еще шире и наклонилась к микрофону. — Для меня большая честь соревноваться с такими опытными фигуристами, — начала Гермиона. — Признаюсь, мы с Драко немного испугались, когда увидели за кулисами нескольких олимпийцев. — Она взглянула на Драко и улыбнулась ему. В ответ он еще раз сжал ее колено. — Но для нас возраст не так важен. Мы катаемся вместе уже более двух лет и полностью доверяем друг другу. Мы доверяем нашим тренерам и своему мастерству. Надеюсь, сегодня мы сможем показать вам что-то особенное. Гермиона наблюдала, как репортеры записывают ее слова в свои блокноты. — Я думаю, — заговорил один из репортеров, сидевших впереди, — этого должно хватить. Спасибо, что уделили мне время, мистер Малфой, мисс Грейнджер. Удачи вам сегодня. Они оба поблагодарили репортеров и спрыгнули со стола на возвышении. — Это было не так уж плохо, не так ли? — прошептал Драко ей на ухо, когда они возвращались в зону разминки. — Кстати, твой ответ был действительно хорош. Гермиона улыбнулась в ответ на похвалу. — Спасибо. Однако ты так естественно держишься перед репортерами и камерами. Я рада, что говорил в основном ты. Их выступление прошло гладко, и вскоре они уже были полностью одеты в свои первые костюмы и держали в руках коньки. Гермиона отметила, что оригинальные танцевальные костюмы были достаточно удобными: винтажные военные цвета хаки и шляпы в тон. Это платье отличалось от ее обычных облегающих нарядов, но она надела бы одно из них на свой свободный танец. Когда время их выступления подошло к концу, они выстроились в ряд за кулисами вместе с остальными одиннадцатью парами в их категории. На этом соревновании царила торжественная атмосфера, которой она раньше не ощущала. Да, раньше соревнования были серьезными, но во всем этом был и элемент веселья. Никто в этой очереди не улыбался. — Итак, ребята, — окликнула их высокая женщина из первых рядов. — У вас есть пять минут на заключительную разминку на льду. Затем вы вернетесь сюда и будете ждать, пока я не назову ваше имя. Наша первая пара, которая выступит, — это… Джастин Финч-Флетчли и Ханна Эббот. Симпатичная девушка, стоявшая в очереди всего через два места от нее, кивнула, хотя и выглядела немного растерянной. Гермиона понимала это. Она была рада, что они с Драко не вышли первыми. Когда они впервые вышли на лед, зрители разразились бурными аплодисментами. Гермиона почти сразу заметила своих родителей. Они размахивали самодельным плакатом с надписью "Команда мечты! Вперед, Драко и Гермиона!" Гермиона указала на них Драко, и они оба помахали им, когда начали свой первый круг по катку для разминки. Пары вокруг них отрабатывали подъемы и синхронные вращения. Некоторые казались уверенными и расслабленными. У других, таких как Ханна Эббот, на лице было написано беспокойство. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Драко, когда они сделали второй круг. — Я... думаю, все в порядке. А ты? — Да. Я в порядке. Хочешь отработать подготовку к подъему? Гермиона согласилась, и они начали репетировать те части своего выступления в стиле буги-вуги, которые иногда казались им сложными. Все остальные репетировали свои движения в стиле свинг. Для этой части конкурса — оригинального танца — каждый должен был исполнить что-то вроде свинга. Только сегодня днем, во время свободного танца, жанры стали более разнообразными. После того как объявили десятиминутный перерыв, они с Драко скатились со льда, держась за руки. — Ты видел своих родителей? — спросила Гермиона, накрывая свои лопатки одеялом. Драко кивнул с хмурым выражением лица. — Да. Мой отец разговаривал по телефону, но мама зорко следила за ним. Они рядом с твоими родителями, всего через несколько рядов. — Ты не хочешь, чтобы они были здесь? Он пожал плечами. — Может быть? Я просто чувствую гораздо большее давление, когда они смотрят. — Ну, не обращай на них внимания, — предложила Гермиона. — Просто наблюдай за мной, когда мы будем там. — Только ты? — Это будем только мы. — Только мы. Эти слова, казалось, принесли ему некоторое облегчение. К тому времени, когда они возвращались к месту подготовки к выступлению, хмурое выражение его лица полностью исчезло. Когда они прибыли, там уже было несколько других танцоров на льду. Некоторые сидели на стульях и болтали. Другие растягивались на полу. Третьи расхаживали взад-вперед, надев на уши наушники. Она и Драко устроились на полу, довольные тем, что помогают друг другу еще немного размяться. Они не выступали до девятого места. Все бронзовые призеры регионального чемпионата сначала должны были выступить, за ними следовали серебряные призеры. Поскольку они были самыми молодыми золотыми медалистами, они должны были начать третью волну выступлений. Как только они начали помогать друг другу разминаться, над ними промелькнули две тени. Зазвучал бодрый голос. — Итак, вы двое — та пара, о которой все говорят. Гермиона подняла глаза и увидела двух людей с веснушками, которые смотрели на нее и Драко сверху вниз. Девушка протянула руку. — Я Джинни Уизли, а это мой брат Рон. Мы серебряные призеры из Уэльса. Приятно с вами познакомиться. Гермиона пожала протянутую руку и улыбнулась. — Я Гермиона Грейнджер. Это Драко Малфой. Драко кивнул Рону, который кивнул в ответ. — Почему все говорят о нас? — спросила Гермиона, поджав под себя ногу и продолжая потягиваться. — Потому что в тринадцать лет ты завоевала региональное золото, вот почему. Мы с Роном — ему шестнадцать, а мне пятнадцать — катаемся вместе уже почти восемь лет, и только однажды завоевали региональное золото. Гермиона удивленно подняла брови. — Только один раз? Но вы так долго были вместе! — Да, но это только потому, что мы всегда были вместе. Братья и все такое. Разве не так, Роннекинс? Рон сердито посмотрел на сестру. — Заткнись, Джинни. Он скрестил руки на груди и посмотрел на Гермиону. — Но да, должен признать, я немного завидую. Твое катание на коньках… это ужасно. Гермиона почувствовала, как румянец заливает ее шею. Раньше никто не делал таких комплиментов ее способностям. — О, спасибо, — улыбнулась она Рону. — Да, здесь все очень милые. Вон там, на стульях, — Джинни снова взяла инициативу в свои руки, — это Кормак Маклагген и Алисия Спиннет. Они золотые медалисты из Шотландии. Кормак немного вспыльчивый, но в остальном он достаточно милый. Она указала на одного из пейсеров. — Этот парень — Седрик Диггори. Его напарница, Чо Чанг, медитирует в углу. Они золотые медалисты из Северной Ирландии. Гермиона просто кивала, но Драко слушал с напряженным вниманием. Они оба, конечно, знали, кто все эти люди. Они провели свое исследование. Будучи фигуристами-юниорами, никто из них еще не был на Олимпийских играх. Гермиона, однако, знала, что Седрик и Чо действительно были парой, которую можно было победить. Летом они тренировались на базе в Канаде и были известны своими рискованными элементами. Это был их последний год в юниорском дивизионе — в следующем году они должны были перейти во взрослый дивизион. Сегодня они ни за что не смогли бы победить этих двоих, но Гермиона предположила, что серебряная медаль была бы кстати. Рон и Джинни поболтали с ними еще минуту, прежде чем уединиться в углу комнаты. — Они кажутся довольно милыми, — сказала Гермиона, помогая Драко потянуться. Драко пожал плечами. — Наверное. Однако мне не понравилось, как этот парень Уизли смотрел на тебя. Гермиона нахмурила брови. — Как он смотрел на меня? — Я не знаю. Как будто ты была волшебницей или что-то в этом роде. Гермиона моргнула. Как будто она волшебница? Она снова посмотрела на Рона через плечо Драко. Он делал растяжку, прислонившись к стене. Когда он повернул голову, чтобы поменяться местами, их взгляды на мгновение встретились. Гермиона отвела взгляд, и ее румянец вернулся с удвоенной силой. — Ух, ты не можешь? — Драко скорчил ей гримасу. — Не стоит брататься с врагом. Гермиона фыркнула, хотя румянец на ее лице остался. — Действительно? Враг? Драко поднял руки, защищаясь. — Послушай. Все, что я хочу сказать, это то, что мы, возможно, не захотим так сближаться с нашими конкурентами. Будет только неловко, когда мы их всех раздавим. Гермиона невольно закатила глаза. Гермиона обнаружила, что труднее всего было ждать. Хотя тошнота так и не вернулась, ее тело по-прежнему было напряжено до предела, когда на каток вызывали пару за парой. Все бронзовые призеры ушли. Затем серебряные призеры. Когда последняя серебряная пара — пара из Англии — вышла на лед, они с Драко встали, чтобы сделать последние приготовления. Драко занял один из стульев, и последние двадцать минут у него тряслось колено. Гермиона подошла к нему и протянула руку. — Давай. Через минуту будет время. Они направились по коридору к двери, откуда высокая женщина вскоре должна была окликнуть их по имени. Когда они остались одни на бетонном полу, Драко взял ее за руку. — Готова? — Да. — Только мы? — Только мы. Дверь открылась, и гул толпы разнесся по тихому коридору. Высокая женщина просунула голову внутрь. — Малфой и Грейнджер. Пора. Она придержала дверь, пока они шли на арену, в боковую зону катка. Английская серебряная пара только что закончила свое выступление и в последний раз раскланивалась. Гермиона сняла чехлы со своих коньков и положила их на скамейку. Она наблюдала, как Драко совершает свои обычные семь прыжков перед выступлением — ритуал на удачу. Она прислонилась к боковой стенке, заставляя себя глубоко дышать. Все должно было быть хорошо. Это было просто очередное соревнование. Когда стало ясно, что сосредоточенность на дыхании не помогает ей успокоиться, она закрыла глаза. Нервы вернулись в норму, и Гермиона почувствовала, что ее трясет. Но как только кончики ее пальцев начали подергиваться сами по себе, Гермиона почувствовала, как чьи-то руки обхватили ее, притягивая к чему-то твердому. Драко. Она положила голову ему на плечо. — Дыши, — прошептал он ей на ухо. — Дыши вместе со мной. Давай сделаем это вместе. Она прислушалась к тому, как воздух входит в его нос и выходит изо рта, и последовала его примеру. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Прижавшись ухом к его плечу, она могла расслышать слабое биение его сердца. Она успокаивала себя, слушая его ровный ритм, пока они просто обнимали друг друга. Все было так, как она и обещала Драко. Были только они. Все остальное исчезло. Ее нервы утихли так же быстро, как и появились. Гермиона неохотно отстранилась, когда объявили счет. Ее пальцы задержались на ткани цвета хаки на его плече. — Ты готова? — спросил он, не отрывая от нее серых глаз. Она кивнула как раз в тот момент, когда Снейп направился к ним. Он дал несколько последних советов, но Гермиона его почти не слышала. Что-то о резкости движений их рук. Когда высокая женщина подошла к ним, они поняли, что время пришло. Драко вложил свою руку в ее, когда женщина открыла ворота, ведущие на лед. Когда они направились к центру катка, бестелесный женский голос зачитал их вступление. — Следующие — Гермиона Грейнджер и Драко Малфой. Обоим по тринадцать лет, и они родом из ледового центра Ли Вэлли в Лондоне. Они получили золото на Всеанглийском юниорском чемпионате по фигурному катанию и исполнят свой оригинальный танец под буги-вуги "Bugle Boy". Толпа разразилась радостными криками, и Гермиона могла поклясться, что услышала отчетливый баритон своего отца, кричавшего: "Давай, хватай их!" Когда первые звуки трубы наполнили ее уши, Гермиона преисполнилась той же решимости, которая всегда охватывала ее, когда она выступала с Драко. Кататься с ним на коньках было так естественно. Они как будто летели вместе. Остаток дня пролетел незаметно, и не успела Гермиона опомниться, как они собрали свои вещевые мешки и направились к машине, чтобы отправиться на праздничный ужин. За свои усилия они не получили медали, но им чуть-чуть не хватило одной. Четвертое место было неплохим для их первого выступления на такой большой сцене. Несмотря на то, что они не были на подиуме, двое судей и несколько репортеров решили пообщаться с ними после церемонии награждения. Судьи похвалили их за великолепное выступление, сказав что-то вроде: "Мы ожидаем от вас многого". Это было одновременно захватывающе и совершенно пугающе. Но сегодня вечером Гермиона хотела сосредоточиться на самом захватывающем. Ее родители предложили угостить всех ужином, и прямо сейчас они вчетвером — мама, папа, она и Драко — направлялись на семейный итальянский ужин в ресторан рядом с отелем. Заявив, что у них важные дела в Лондоне, родители Драко внезапно уехали на своем автомобиле. Гермиона видела разочарование в том, как Драко ссутулился на заднем сиденье ее семейного автомобиля, и в том, как он тащился через ресторан к их столику. — Я уверена, что они были бы здесь, если бы могли, — прошептала она ему из-за своего меню. — Как они и сказали, они заняты. Драко бросил на нее сердитый взгляд. — Это была ложь, и ты это знаешь. Они просто не могли смириться с тем фактом, что мы не попали на подиум. Это, а также то, что этот ресторан никогда не получал звезды Мишлен. Он еще глубже зарылся лицом в меню, полностью скрывшись из виду Гермионы. Она вздохнула и посмотрела через стол на папу, который наблюдал за ними с легким интересом. — Помоги мне, — одними губами произнесла она, переводя взгляд на Драко. Папа посмотрел на нее так, словно узнал, и прочистил горло. — Знаете, — сказал он, кладя меню на стол. — Я так горжусь вами обоими. Четвертое место во всей Великобритании? Теперь есть чем похвастаться. Из-за меню Гермиона услышала стон. — Я знаю, что вы задумали, доктор Грейнджер. — Голос Драко был приглушенным, но явно раздраженным. — Вам не обязательно пытаться подбодрить меня. — Ну, я знаю, что мне это не нужно, но... — Папа протянул руку и положил ее на плечо Драко. — Я все равно хочу. Я невероятно горжусь тобой за то, что ты так усердно работаешь и добился всего этого. И тебе всего тринадцать! И если твои родители не видят, каким невероятным это делает тебя... — Джон! — Мамины глаза расширились. — ...тогда это их потеря. — Закончил папа, кивнув в сторону Драко. — Я слышал, что телятина с пармезаном в этом заведении просто нереальная. Пожалуй, я возьму это. Драко заглянул в меню, и Гермиона заметила, что на его губах появилась едва заметная улыбка. Большую часть ужина он оставался подавленным. Ее родители хотели обсудить прошедший день и все программы, которые они смотрели. Во время ужина внимание Гермионы то усиливалось, то ослабевало. Но только когда папа буквально крикнул: "Официант!" — она снова полностью сосредоточилась. Подбежал их официант с выражением паники на лице. — Телевизор над баром… нам нужно услышать! Это— это моя дочь! Это они! Гермиона резко повернулась на стуле лицом к бару, и от того, что она увидела, у нее отвисла челюсть. Там, на трансляции, которую могла увидеть вся Великобритания, были она и Драко. Оправившись от шока, официант принес маленькое черное радиоприемное устройство и положил его на их стол. Он немного повозился с кнопками, а затем, к большому удовольствию всего стола, из него раздался голос Драко. — ...тренируемся вместе уже более двух лет, и я думаю, что мы очень подходящие партнеры. Я думаю, в этом наша сила. Гермиона и я — мы отлично ладим. Она мне как сестра. Мы можем понять друг друга, и нам будет очень весело вместе. Раздался мужской голос, и, взглянув на экран телевизора, я понял, что это был спортивный ведущий на крупнейшей новостной сети. За его спиной транслировалось видео с их сегодняшним выступлением в стиле буги-вуги "Bugle Boy". — Возможно, они и не были представлены сегодня, но это не значит, что они не остались незамеченными. Гермиона Грейнджер и Драко Малфой произвели фурор во время своего сегодняшнего национального дебюта, и, судя по всему, что мы видим, за ними определенно будут наблюдать еще долгое время. Вернемся к тебе, Джим. Когда в новостях снова заговорили о погоде, Гермиона повернулась к Драко. Исчезли угрюмый вид и печальные глаза, а вместо них появилось не что иное, как удивление.