о семейных традициях и воспоминаниях (Арчи Эндрюс/Вероника Лодж; «Ривердэйл»; фастберн)

Зимние праздники — Рождество, Новый год и Валентинов день — благополучно миновали, однако на этом хлопоты не спешили прекращаться. Нью-Йорк встречал начало весны, которая в этом году чуть ли ни с первых дней радовала хорошей и теплой погодой. Остатки немногочисленного снега быстро растаяли, календарь уступил место марту, который стремительно набирал обороты. Не так давно прошел международный женский день, сопровождаемый разными акциями и митингами, направленными на поддержку равноправия среди населения. Вокруг этого события было много шумихи. Но для Большого яблока подобное в порядке вещей. Этот город привык жить по особенным правилам и уже потихоньку начал готовиться ко дню Святого Патрика: семнадцатое число стремительно приближалось. Тем не менее у многих прочно закладывалась мысль, что весна в этом году подарит много солнца, хорошего настроения и тепла. Природа ожила, все кругом цвело и вдохновляло. Утро выходного началось с настойчивых атак солнечных лучей, которые без всякого стеснения вторгались сквозь ажурные занавески в уютную гостиную дома Эндрюсов, намереваясь разбудить все семейство. Проказников совершенно не волновало, что пришла суббота. Настоящие кощунство — столь прелестный день проводить в постели! Однако посланникам солнца невдомек, что кое-кто уже давно проснулся. Выражаясь точнее, глава семьи и его маленький помощник, привыкший во всем повторять за отцом. Потому что папа — настоящий герой, покруче разных Суперменов и Бэтменов вместе взятых! И сегодня на их сильных плечах лежала одна важная миссия — приготовить сюрприз для мамы и младшей сестренки. Ибо у Эндрюсов сложилась особая традиция, радовать своих женщин без повода с началом каждого нового месяца. Поэтому в воздухе витала смесь ароматов ванили и свежесваренного кофе. Они смешивались с немного подгорелым запахом блинчиков, которые команда «отец & сын» старалась приготовить по рецепту бабушки Мэри, обещавшей приехать в гости через несколько недель. Вроде бы, они следовали точно по всем пунктам, но явно что-то напутали с тестом. Впрочем, наверняка сочная клубника поможет компенсировать эту оплошность. Из кухни послышался очередной шорох — Арчи вместе со своим восьмилетним сыном, названным в честь дедушки, Фредди, старательно раскладывал на подносе завтрак и попутно окидывал взглядом шкафы, стулья и стол. Будто заново все изучая или по меньшей мере сразу запоминая места, где нужно устроить влажную уборку после их хлопот. Попутно Арчи отвечал на разные вопросы Фреда, ностальгируя по временам, когда сам был в его возрасте, и они вместе с отцом также намеревались подбодрить маму после тяжелой рабочей недели. Еще Арчи думал о том, что они с Рони все-таки приняли правильное решение, когда пару лет назад собрались перебраться в район Форест-Хилс Гарденс, выкупив небольшой участок земли вместе с домом, обустройством которого продолжал заниматься Эндрюс. Арчи, конечно, не забывал про свое музыкальное хобби и продолжал играть на гитаре для близких друзей и любимой женщины, но в последнее время все больше ловил себя на мысли, что гены брали верх, и он тоже втянулся в строительство, как его отец и дед. Вероника следила за тем, чтобы в уютном интерьере их дома проскальзывали стильные нотки, а дети были рады, что родители предпочли выбраться из царства каменных джунглей, и теперь они могли проводить время в саду. Просторная гостиная с удобным диваном цвета топлёного молока, стены, украшенные семейными фотографиями и детскими рисунками, полки с книгами и маленькими безделушками, которые Эндрюсы привозили из совместных путешествий, создавали особое чувство уюта. Им нравилось собираться здесь по вечерам. Арчи и Вероника узнавали друг у друга, как прошли их рабочие будни, а Фредди и Кэтти крутились рядом. Конечно, в отличие от гостиной, на кухне сейчас царил лёгкий беспорядок: нужно было прибраться на столе и вымыть посуду. Но пока что Фред и Арчи наконец-то отыскали термосумку для запланированного пикника. Фред с любопытством заглядывал внутрь, время от времени кладя туда то яблоки, то любимую игрушку младшей сестры — маленького плюшевого медвежонка Паддингтона. А Арчи говорил ему не спешить со сборами, ибо в начале необходимо посоветоваться с Вероникой. Она всегда знала, что им лучше взять. Фред, с рыжими вихрами волос, огромными карими глазами оленёнка Бэмби, и веснушками на носу, был очень похож на своего отца в его детские годы. Сейчас малыш серьезно сжимал в руках корзинку с нежными розовыми розами и пионами, которые они с папой заказали в цветочном магазине. Рядом лежала открытка, подписанная неуверенным, но старательным почерком. Пожелание на ней гласило: «Для мамы и Кэтти — с любовью от папы и Фредди». — Пап, они так проснуться! — громче, чем нужно, позвал Фред отца, — И сюрприза не будет! Почему готовить так долго? Мама быстрее справляется со всем этим! Арчи усмехнулся. Вероника с ее деловыми нотками была профессиональной бизнес-леди и, разумеется, умела планировать все лучше, чем он. Однако фанаткой кулинарии Рони нельзя назвать. Она, конечно, могла порадовать домашних, готовя простые, но вкусные блюда. Однако предпочитала не тратить целый день, стоя у плиты. А его теща — Гермиона — и вовсе советовала им нанять повара или чаще заказывать еду, но пока что они умудрялись со всем справляться. Арчи, домывающий посуду, ласково потрепал сына по голове и заверил, что все у них под контролем. Он прекрасно знал, что после напряжённой рабочей недели Вероника, управляющая сетью ресторанов, любила вздремнуть на несколько часов подольше, а малышка Кэтти и вовсе была той ещё соней. Особенно после вечернего марафона мультсериала «Леди Баг и Супер-Кот», после которого ее тянуло на приключения. Кэтти всегда приходила в спальню родителей, посвящая их во все злодеяния Бражника и сетуя, что Адриан и Маринетт до сих пор не поцеловались. Недавно малышка заявила, Адриан «надоел тупить», и она теперь болеет за отношения Маринетт и Луки. Вероника умилялась, слушая взрослые размышления дочери, а Арчи недоумевал. Кэтти уже в столь юном возрасте слишком серьёзно рассуждала об отношениях. А ведь Фредди старше ее на пару лет и еще совсем не задумывался о разных телячьих нежностях, считая все это отвратительным занятием. А их Кэтти уже заслушивалась песнями Тейлор Свифт и восхищалась тем, как она пела о любви. Даже просила у родителей на следующей день рождения сходить всей семьей на концерт певицы. Вот такой парадокс. Вероника всегда смеялась, замечая реакцию Арчи. Будучи женщиной, она лучше его понимала все эти тонкости. Когда с оставшимися приготовлениями было закончено, Арчи и Фред поспешили привести в исполнение заключительную часть своего сюрприза.

***

Вероника проснулась от шепота знакомых голосов — детского, немного восторженного и взрослого, пытающегося сохранять спокойствие — и едва слышного поскрипывания пола. Так часто случалось, когда старались идти на цыпочках, но время от времени все-таки топали. Открыв глаза, она сразу увидела, как Арчи с Фредом медленно вошли в спальню, пряча что-то за спиной. Веронике хотелось сделать вид, что она еще дремлет, однако аромат свежесваренного кофе оказался крайне заманчивым. Тем временем двое самых главных мужчины в ее жизни прошли к кровати. Арчи держал поднос с блинчиками, клубникой и чашкой капучино, а Фред гордо протянул ей корзинку с цветами, усаживаясь рядом и обнимая за шею. Вероника еле сдерживалась, чтобы не затискать сына. С недавних пор Фред любил повторять, что он уже слишком большой и не хочет, чтобы с ним долго нежничали. Поэтому Вероника легонько вытерла с подбородка сына муку, отмечая, что и у Арчикенса остался похожий след. Горе-кулинары! — Мамочка! Мы с папой приготовили сюрприз тебе! И для Кэтти тоже подарок есть! — воскликнул Фредди, его пухлые щечки разрумянились от волнения. Вероника улыбнулась — той самой очаровательной улыбкой, которая всегда заставляла сердце Арчи сжиматься от нежности, наполняющей его. Вероника бережно приняла корзинку с цветами и наклонилась, чтобы обнять сына и разделить с ним его радость. Как ни странно, Фред не стал возражать и хмуриться. Он был очень доволен, что маме понравился сюрприз. — Спасибо, мой хороший, — прошептала она, целуя Фреда в макушку. — И тебе, Арчикенс. Вы у нас такие молодцы! В этот момент из соседней комнаты прибежала Кэтти — их пятилетняя дочь — в яркой пижаме, подаренной ее тезкой и одной хорошей подругой Вероники дизайнером Кин — и с растрепанными темными волосами. Фред сразу пошутил, что у сестры на голове настоящее воронье гнездо, но Кэтти не обратила внимание на остроумное замечание старшего брата. — Мама, у нас, что праздник? Какой красивый букет! — воскликнула она, с восхищением глядя на цветы. — А мне тоже подарят что-то? — Конечно! — с важным видом заявил Фред, — Мы с папой специально встали пораньше, чтобы приготовить вам сюрприз. Арчи только усмехнулся, бережно обняв обоих детей. — Не нарушаем традиций, любимая, — он подмигнул подошедшей к ним Веронике, коснувшись губами её щеки. — Вы с Кэтти заслуживаете своей персональный праздник. — Потому что вы рядом с нами, — Веронике было мало такого целомудренного касания, и видя, что Фред подарил сестре новую куклу, она проворно потянулась к мужу и жарко поцеловала его в губы.

***

После завтрака вся семья суетилась, готовясь к пикнику в нью-йоркском центральном парке. Вероника тщательно упаковывала еду в термосумку, Арчи складывал пледы, а дети бегали вокруг, перебирая игрушки и решая, что взять с собой. Фред, будучи начинающим спортсменом, настоял на футбольном мяче, а Кэтти — на раскраске и наборе цветных карандашей. В кои-то веки обошлось без споров, и дети быстро собрались. Когда семейство Эндрюсов вышло на улицу, город уже наполнялся весенним теплом. Чем ближе они продвигались к намеченной цели своего маршрута, тем меньше их окружал ореол спешки, исходящий от прохожих. Виднелись высокие деревья, еще только-только начинающие покрываться зелёными листочками. Ветви мягко шумели на ветру. Многие скамьи оказались заняты, а по дорожкам совершали особый утренний ритуал — длительную пробежку — любители здорового образа жизни. Арчи встретил несколько коллег из своей строительной фирмы и обменялся с ними рукопожатием, а возле фонтана они заприметили кудрявую шевелюру Джози МакКой, дававшей традиционные выступления на живой природе для группы преданных фанатов. Ее сольная карьера продолжала идти в гору. Но на Арчи и Веронику, своих бывших одноклассников, певица не обращала внимания, полностью растворяясь в песне и музыке. Весеннее солнце мягко ложилось бликами везде. От этой незамысловатой игры света зелёный оттенок казался особенно насыщенным. В воздухе чувствовался аромат цветов и чего-то съестного — возможно, хот-доггов из ближайшего ларька. Нью-Йорк в самом деле оживал с приходом весны: вдалеке дети активно играли, на лужайках расстилались пледы, многие последовали примеру Эндрюсов, а кто-то даже занимался йогой. Не говоря уже про влюблённые пары, что наслаждались прогулкой и обществом друг друга. Арчи нес термосумку, а его сын Фред, сжав в маленьких ручках футбольный мяч, радостно подпрыгивал на ходу, то и дело намереваясь сильнее растянуть куртку. Вероника шла рядом с дочкой, их фиолетовые пальто хорошо сочетались. Кэтти задумчиво глядела по сторонам, обращая внимания на целующихся подростков. — Мам, пап, — вдруг позвала родителей девочка, пытаясь одновременно сдуть непослушную прядь с лица. — А вы сразу поняли, что будете жить вместе всегда? Вероника с улыбкой посмотрела на Арчи. В её карих глазах мелькнуло что-то тёплое и родное. Так было всегда, когда речь заходила об их прошлом и невольно возвращало в маленький Ривердэйл, город, полный тайн и загадочных происшествий, немного сумасшедший, но позволивший их судьбам переплестись. Разумеется, едва познакомившись, они не строили столь долгоиграющих планов. Тем не менее искра вспыхнула сразу, торопясь разгореться в настоящее пламя. — Почти, — призналась Вероника. — Сначала мы с твоим папой познакомились, стали общаться и поняли, что нравимся друг другу. Их притягивало, подобно магниту. Так хотелось прикасаться и чувствовать каждый сантиметр кожи и целоваться без остановки, не думая ни о чем больше. Не тянуть и не тратить драгоценное время. Да, у них всегда были страстные отношения. Размышляя об этом, Вероника невольно вспомнила свой первый вечер в Ривердэйле. Заглядывая в Pop's, она и представить не могла, что встретит там не только будущего мужа, но и лучшую подругу. Арчи сразу привлек ее внимание своей огненной шевелюрой и добродушной улыбкой. В чем-то он, казалось, был простоват для такой столичной штучки, как она. Однако Веронику именно это и зацепило в Эндрюсе. Рядом с ним все было настоящим и искренним, и она становилась лучшей версией себя. Конечно, на первых порах Рони пыталась особо не заглядываться на Эндрюса, зная о чувствах Бетти, но сердцу не прикажешь, да и сама Купер в скором времени поняла, что ей ближе и роднее Джагхед Джонс. Можно сказать: все сложилось так, как надо. Правильно во всех смыслах. Две вселенные возникли и до сих пор не думали прекращать свое существование. Сейчас эти мгновения казались далёкими, словно отрывками из другой жизни или кадрами забытого фильма. Убийство Джейсона Блоссома, преступления Черного капюшона, разборки между «Змеями Саутсайда» и ее отцом, и, конечно же, их неразлучная четверка, вечно влипающая в разные передряги. Этакая альтернативная версия команды Скуби-Ду. Своя «Корпорация тайна», существующая в Ривердэйле. Все это в самом деле напоминало сон и не шло ни в какое сравнению с их буднями в Нью-Йорке. Вдруг Арчи рассмеялся, обнял жену за плечи. — Да, я помню, как увидел тебя в Pop's, загадочная незнакомка в темном плаще, — произнес Арчи, — Твоя мама ещё тогда умела эффектно появляться. — И ты уже тогда понял, что вы будете вместе? — Кэтти от любопытства вскинула брови. Они подошли к уютной лужайке у озера. Арчи поставил термосумку, а Вероника развернула плед, на котором уже поселились солнечные зайчики. Фредди не поддерживал не интересующий его разговор, предпочитая бегать туда-сюда. — Кэтти, порою ты просто смотришь на человека и осознаешь, что без него твой мир не будет прежним, — сказал Арчи, осторожно переплетая пальцы с Вероникой. — Но в начале вы пробуете встречаться, и ты поймёшь это, когда подрастешь. Фред, не слушая их, уже вовсю гонял мяч по траве, но Кэтти продолжала зачарованно смотреть на родителей. — Это звучит красиво, — прошептала она. — Поверь, дорогая, любовь — это целая история. — Вероника рассмеялась и поправила девочке берет. — В ней всегда есть место неожиданным поворотам. Арчи был согласен с Вероникой. Их отношения действительно преодолели много невзгод, но некое притяжение и желание касаться друг другу разгорались с каждой новой разлукой. Конечно, о таком рано говорить пятилетнему ребенку, поэтому Арчи привлек Веронику ближе к себе и поцеловал в макушку. Лужайка раскинулась перед ними бархатным зелёным ковром, по которому ветер осторожно катил футбольный мяч, забытый Фредом. В воздухе витал запах молодой травы и сладковатый аромат сирени с ближайших кустов. Кэтти, прищурившись от солнца, с любопытством смотрела на родителей, явно ожидая продолжения их истории. Несмотря на юный возраст, она обожала романтику! — И все-таки когда это случилось? — с нетерпением переспросила она. — Когда вы поняли, что это любовь? А, пап? Ох уж это женское любопытство! Проявлялось даже у таких маленьких девочек! Арчи, конечно, мог сочинять тексты для песен в годы юности, однако сейчас жалел, что не обладал столь сильным даром красноречия, как Джагхед, умеющий все объяснять доходчиво, особенно детям. Его снова пронзила острая волна ностальгии: их с Рони первый поцелуй после игры в бутылочку по инициативе Шерил Блоссом, то, как она поддерживала его во время первого публичного выступления на школьном концерте, и ночи, казавшиеся бесконечностью, когда он думал о ней, даже если старался не признаваться в этом самому себе. Он влюбился в Веронику слишком быстро. Погряз в ней раз и навсегда уже тогда, когда они были всего лишь старшеклассниками, думающими о поступлении в колледж и о своей дальнейшей судьбе. — Я уже говорил, малышка, — Арчи усмехнулся. — Сначала мы с твоей мамой были друзьями. Вероника рассмеялась, поправляя тёмные пряди, развевающиеся на ветру. — Друзьями? — переспросила она с лукавой улыбкой. — Арчи, ты влюбился в меня ещё до того, как осознал, что я вообще тебе нравлюсь! Друзья не целовались так часто, как мы! — Не спорю, Рони, — Арчи быстро кивнул. — Но согласись, на первых порах мы сталкивались со сложностями. — Это ещё мягко сказано! — Вероника всплеснула руками. — Ты же у нас всегда пользовался популярностью у девушек, — она многозначительно поиграла бровями. — Я надеялся, что ты забыла об этом… — Арчи немного неловко почесал затылок, будто ему снова исполнилось семнадцать. — Расслабься, Арчикенс. — Вероника взяла его за руку, переплетая пальцы в привычном жесте, — Я никогда не ревновала тебя к твоему прошлому. Это глупо. Вероника не лукавила. У них в отношениях возникали периоды, когда они расставались и пробовали встречаться с кем-то другим. У нее был Ренджи Мантла, у него – Джози МакКой. Однако эти короткие интрижки были совершенно несущественными. Ведь все равно их тянуло друг к другу. А, проходя череду ошибок и препятствий, любовь разгоралась с новой силой. Вероника никогда не надумывала лишних трагедий. И стоило отдать Арчи должное он не вспоминал то немногочисленное плохое, что порою вторгалось в их жизнь. Собственно, черная полоса сейчас осталась лишь на страницах их памяти, за много миль отсюда, в Ривердэйле. Городе, в который не возникало желания возвращаться. Они ведь преодолели всех своих демонов и заслужили счастливый финал. Кэтти внимательно смотрела на родителей, обнимающих друг друга, ожидая продолжения рассказа. Однако они предпочитали хранить молчание, поэтому у девочки возникли новые вопросы. На сей раз она решила адресовать их Веронике. — А ты, мама? — спросила она. — Ты сразу поняла, что любишь папу? Вероника замолчала, глядя куда-то вдаль, где деревья покачивались под ласковыми порывами ветра. В её памяти всплыло слишком много всего: их с Арчи разговор по душам во время вечеринки и объятия теплых сильных рук, которые позволили почувствовать себя дома. Решимость Эндрюса, с которой он пытался защищать ее, и те моменты, когда она ловила его взгляд и чувствовала, как сердце попало в плен, и ее душа возрождалась. Впервые за долгое время с Рони происходило что-то настолько доброе и хорошее. Вероника собралась отпустить все страхи и любить Арчи с той же отдачей. Возможно, в какой-то степени еще сильнее. — Почти сразу, — наконец ответила Вероника. — Я думала, что это просто влечение, что мы — противоположности и ничего серьёзного быть не может. А потом… поняла, что без Арчи мне грустно. Даже если вокруг все было идеально — я всё равно искала твоего папу в толпе. — И вот мы здесь, — добавил Арчи, улыбнувшись, — с вами двоими. Фред наконец вернулся, плюхнувшись на плед рядом с сестрой. — Фу, опять вы про любовь, — буркнул он, заставив всех рассмеяться. — Кэтти постоянно спрашивает одно и то же вместо того, чтобы поиграть со мной в мяч! — Вот подожди, скоро и ты заинтересуешься амурными делами, — Вероника обняла сына, принявшись щекотать.

***

Эндрюсы перекусили и немного понежились на солнышке, после чего Фредди потащил отца размяться и провести дружеский матч один на один. Трава практически избавилась от утренней росы. Футбольный мяч подпрыгивал, когда Фред с разбега бил по нему, а Арчи нарочно делал вид, что не может его поймать. — Какой точный удар! — Арчи поднял большой палец верх, когда мяч пролетел мимо него. — Фред, ты точно не профессиональный футболист? — Конечно, пап! — Фредди фыркнул, поправляя растрёпанные рыжие пряди. — Я же тренировался с тобой целую неделю! Кэтти, сидя на пледе, хихикнула и наклонилась к Веронике, которая помогала ей раскрашивать новый рисунок. — Они такие смешные, мам, — заметила девочка, — Неужели так интересно гонять мяч туда-сюда? — Мужчины любят усложнять себе жизнь, дорогая, — согласилась Вероника, наблюдая, как Арчи нарочно споткнулся, чтобы сын смог забить очередной гол. Вероника с нежностью взглянула на мужа. Арчи всегда любил баловать их детей, делать все для того, чтобы у них было хорошее настроение. Кэтти не очень нравились мальчишеские игры, она больше любила танцевать. Однако в скором времени ей наскучило рисовать, и она сорвалась с насиженного места, подбегая к папе и старшему брату. — Хочу попробовать быть вратарем! — гордо заявила девочка. — Мамочка, помоги мне! И уже через минуту Вероника тоже оказалась втянута в весёлую суматоху — Арчи поддразнивал её, медленно ведя мяч, а она, смеясь, старательно пыталась его перехватить. Правда, из-за этого пришлось пожертвовать новым маникюром. Но это казалось сущим пустяком. Ведь их дети выглядели очень довольными. Фредди и Кэтти подбадривали родителей, выкрикивая забавные «стратегии»: — Мама, зайди сбоку! — подсказывала Кэтти. — Пап, не поддавайся! — кричал Фрэд, подпрыгивая на месте. В какой-то момент Арчи нарочно сделал вид, что запутался в их с сыном плане, а Вероника, воспользовавшись шансом, ловко выбила мяч и победно вскинула руки вверх. — Го-о-ол! — закричала она, и Кэтти, смеясь, бросилась обнимать маму. Когда солнце стало золотить деревья, а тени увеличивали длину, Эндрюсы решили, что пора возвращаться домой. Арчи убрал плед и термосумку, Фред по привычке не хотел уходить, а Кэтти с Вероникой шагали впереди, болтая о чём-то своём. — Ну что, чемпион, — сказал Арчи, подхватив Фреда на руки, когда тот заупрямился, — пора домой. Мама и сестренка нас уже опережают. Дорога обратно прошла в приятной усталости: Кэтти плела из одуванчиков венок и обещала Веронике, что научит её, а та соглашалась. Фред пытался уговорить отца на покупку мороженого, и, разумеется, Арчи не смог отказать. Когда они дошли до дома, небо окрасилось персиковыми и лавандовыми оттенками. Вероника, встав на цыпочки, поцеловала Арчи в щёку. — Хороший был день, Арчикенс, — Вероника улыбнулась. Арчи обнял её за плечи, наблюдая, как дети уже спорят у порога, кто первым откроет дверь. — Самый лучший, Рони, — ответил он. И весенний день, полный смеха, любви и футбольных голов, завершился в уютной тишине их дома.