Часть 4

      — Я пойду посмотреть на Статую Свободы, хорошо, мама? Энни, пойдем со мной?       Леди Джорджиана Грекс, совсем юная и хрупкая, удивляла Энни жизнелюбием и несгибаемостью. Еще вчера она, узнав о смерти какого-то своего знакомого, плакала у постели своего отца, лорда Ментона — его, одного из немногих, спас из воды офицер Лоу. А сегодня уже бегает по всей «Карпатии», подобравшей выживших пассажиров «Титаника», помогает стюардессам, утешает, веселит…       Энни казалось, раньше и она смогла бы так же. Но теперь на душе лежал камень, слезы то и дело скапливались в уголках глаз, которые Энни то и дело вытирала кончиками пальцев или смаргивала. Никто не должен видеть, что она плачет. Стюардесса не должна привлекать слишком много внимания, даже бывшая.       Пусть даже Энни не могла перестать думать о том, что мистер Батли с женой выжили, она мельком видела их, а мистер Эндрюс — нет. Что леди Джорджиана жива, а бедняжка Люси, надевшая на Энни последний жилет из кипы, которую раздавала — нет. Энни помнила, как грустно напарница посмотрела, прощаясь.       — Иди. Я останусь здесь. Мне кажется, тут безопаснее.       И лорд Ментон… С ним вытащили из воды и Паоло, но только уже мертвого.       Он не был Энни даже женихом, и она никому не говорила, что плачет по нему. Только приходила к брату Паоло, кочегару Марио, и говорила с ним вечерами, а больше слушала — но запрещала себе плакать, потому что, если плачет мужчина, женщине вдвойне важно оставаться спокойной. А днем слишком многим требовалась ее помощь. И только леди Джорджиана, которой Энни помогала ухаживать за выжившим отцом, заметила, что с ней неладно.       …На Статую Свободы пришлось смотреть под потоками проливного дождя — будто само небо плакало вместе с ними. Энни, отойдя от леди Джорджианы — та деликатно отвернулась — смогла дать волю слезам. Они подняла лицо к небу, струи дождя смывали с ее щек соленые дорожки, и она могла бы представить, что это Паоло ее утешает, только вот у него руки были совсем не такие холодные… Пока он был жив, пока не замерз.       — Кого бы вы ни потеряли, я соболезную вам.       Энни вздрогнула, приходя в себя. Рядом с ней стоял мистер Батли, глядя вроде бы участливо — но почему-то Энни предпочла бы, чтобы к ее горю он остался равнодушен. Но теперь хотя бы он вряд ли мог попросить что-то еще. На «Карпатии» она была ему бесполезна.       — Мисс Егер догадалась, что портфель взяла я.       Мистер Батли приложил палец к губам и чуть опустил тяжелые веки, наверное, вместо кивка.       — Я это понял. Имел возможность наблюдать за вами, хотя, поверьте, ненарочно. Вы ловко от нее отделались, увидели шанс и смогли воспользоваться.       Почему-то от его похвалы стало тошно. Шанс…       — Мисс Егер жива? — Энни не могла не спросить об этом. Не хотелось чувствовать себя виноватой еще больше.       — Конечно. Вы же не думали, что мистер Эндрюс бросит ее за борт?       — Мир его праху, — Энни пришлось моргнуть. — А что теперь будет с ней?       Маленькие глазки мистера Батли снова принялись весело и пристально ее рассматривать.       — Ничего плохого, полагаю, если она не вздумает снова сунуть в Британию нос. Впрочем, это не мне решать, да и не стоит обсуждать это с вами. Я хотел бы спросить вас кое о чем. Только зайдем внутрь, не хочу простудиться еще сильнее.       Войдя, они некоторое время искали угол, где можно было поговорить, не привлекая внимания. На переполненном корабле это оказалось не так просто, но Энни помог опыт стюардессы.       — На «Титанике», помогая мне в деле с мисс Егер, вы отлично себя показали, мисс Дезмонд. Не хотели бы вы и дальше… оказывать помощь, защищая нашу страну от, скажем так, волков в овечьих шкурах? Не скрою, время сейчас такое, что любая поддержка очень ценится.       Энни тяжело вздохнула, сразу ощутив себя больной. Она понимала, что мистер Батли не предлагает ей ничего плохого… Но как теперь об этом думать, как представить, что придется, опустим, снова рыться в чужих вещах? Отвращение к себе и потеря тяжкими камнями лежали на душе. И взгляд мисс Егер, когда ее уводил мистер Эндрюс, все еще жег.       — Я не могу, мистер Батли. Не чувствую в себе сил. Может быть… — Энни едва пришла в голову догадка, но ей показалось, что впереди забрезжил свет, — может, я совсем оставлю работу стюардессы.       — Нам не только стюардессы нужны, мисс Дезмонд. Но вы пока устали и расстроены. Не буду вас торопить. Если примете решение, вот вам адрес, на который можно отправить письмо, если вы все же решите принять мое предложение. До свидания, мисс Дезмонд, удачи вам.       Вложив в руки Энни лист блокнота с короткой записью, мистер Батли удалился. Энни, даже не прочитав записку, машинально сунула ее в карман.