Фракция, как маленький город

      Последний год учёбы прошёл ровно. Кристина приложила все силы, чтобы стать первой среди первых — она взяла золотую медаль на соревновании по заплыву на дальние дистанции и первый разряд по плаванию. Кристина с гордостью говорила об этом. Её имя часто мелькало в печати, а портрет висел в здании Фракции Искренности на стене почёта. Кристина была уверена, что продолжит дело отца. Она любила комфорт и чистоту и мыслила себя только гражданином Фракции Искренности.       Сегодня она удостоилась чести лично говорить с Главой Фракции. Он пригласил её на беседу за чашечкой чая. Кристина впервые увидела его вблизи и восхитилась его рабочим местом. Из панорамных окон открывался чудесный вид на городские постройки. Глава пригласил её занять кресло у чайного столика.       Джек Кан разлил по чашкам чай, добавил по кусочку сахара.       — Сливки? — взяв маленький кувшинчик, предложил он.       — Да, пожалуйста. Спасибо, — вежливо сказала она.       Кристина размешала сахар и сливки маленькой изящной ложечкой, отложила её на столик, взяла в руки чашечку из изысканного белого фарфора и пригубила. Поддерживая чашку блюдцем, она с удовольствием отпила ароматного напитка.       — С бергамотом, — с довольной улыбкой отметила она.       — Я осведомился у миссис Ксавьер о твоих любимых сортах чая, — мягко сказал Джек Кан.       — Благодарю, Глава, — смутившись, поблагодарила она. Её щёки тут же вспыхнули румянцем.       — Кристина. Я хотел поговорить с тобой о твоём будущем, — он отпил чая и поставил чашечку на чайный столик. Так же поступила и юная собеседница. Джек Кан ей коротко улыбнулся, отмечая, насколько повзрослела и похорошела девушка. Казалось, что ещё совсем недавно малышка училась читать, складывая буковки в слоги, открывая серьёзные отцовские книги, умиляя взрослых, и вот она уже шестнадцатилетняя спортсменка и отличница. Кристина имела все шансы на головокружительный взлёт в карьере.       — Ты самая лучшая в своём выпуске. Твой отец готовит тебе место в своём кабинете, и я всячески поддерживаю его полновесное решение. Ты станешь самой юной окружной судьёй в истории Фракции. Готова ли ты взять на себя такую ответственность и беззаветно служить нам? Расти в наших глазах.       — Да, Глава, — ответила Кристина без промедления, нисколько не сомневаясь, а внутренне ликуя: она может построить головокружительную карьеру, которая вознесёт её быстро и до самых звёзд.       — Через неделю Церемония Выбора. Я жду от тебя зрелого решения.       — Я вас не подведу, — уверенно отвечает Кристина и улыбается.       — Спасибо за честность. — Джек Кан улыбается в ответ и предлагает допить чай. Беседы теперь текут неспешные. Глава интересуется, как успехи у её сестрёнки, отмечая её хорошие навыки в рисовании. Они обсуждают погоду за окном, когда по стёклам стучит майский дождь и после в небе разливается разноцветная радуга.       — Всего доброго, — прощается Глава, провожая девушку до выхода из своего кабинета, и закрывает за ней дверь.       Кристина идёт по коридору в прекрасном настроении, окрылённая надеждами. Встречные Искренние улыбаются ей, а она им. Она представляет, как будет здесь же появляться в строгой одежде, с папкой в руках, и будет вариться в делах Фракции, разбирать дела, жить на широкую ногу. У неё, наконец, будет отдельная квартира, большая, светлая и чистая. Она заведёт питомца и назовёт его в честь Вилли. Его маленький ошейник она до сих пор хранила в памятной коробке у себя под кроватью.       Дома её встретила семья. В гостиной стол был накрыт нарядной скатертью и сервирован.       — Мы что-то празднуем? — удивилась Кристина.       — Твою встречу с Главой, — кивнув, ответила мама, раскладывая салфетки. — Такое событие нужно отметить.       — Но это же просто встреча за чашечкой чая, — пожала плечами девушка.       — Много ли членов Фракции удостаиваются чести выпить чашечку чая с Главой? — укоризненно взглянув на дочь, спросила мама.       — И как, много? — задала девушка встречный вопрос.       — Единицы.       — А-а. Я переодеваться, — сказала Кристина и направилась в свою комнату.       Роуз увлечённо рисовала, сидя на кровати и разложив вокруг себя карандаши. Кристина подошла к своему шкафчику и открыла дверцу. Она сняла с себя костюм и повесила его на плечики. Порылась на полке с бельём, выуживая любимую футболку, которую разрисовала ей сестрёнка, и леггинсы, и тут же натягивая их на себя.       — Что рисуешь? — спросила она полуобернувшись.       — Тебя, — ответила девочка не поднимая головы.       — А-а… — протянула Кристина. — С Главой?       — Нет, — ответила она, мотнув головой и продолжая скрипеть грифелем по бумаге.       — Покажешь? — Кристина одёрнула футболку вниз и подошла к кровати младшей, присела на край, заглядывая в рисунок.       — Он ещё не закончен, — ответила она, закрывая рисунок рукой.       — Потом покажешь? — попросила Кристина и поднялась.       — Когда закончу, — согласно кивнув, ответила Роуз.       — Дети, к столу! — крикнула мама из зала. Роуз спрыгнула с кровати и первой выбежала из детской. Кристина задержалась и подошла к папке с листками, заглядывая в рисунок. На нём она увидела девушку в красных развевающихся одеждах, а позади неё вздымалась красная волна из собачьих морд. Кристина улыбнулась.       — Фантазёрка.

***

      Кристина отчего-то волновалась. Ребята вовсю обсуждали предстоящие тесты, и кто-то говорил, что бывали случаи, когда результат был неопределённый и тогда приходилось пересдавать тест заново.       «А что, если и вправду не покажет?» — думала Кристина и изо всех сил желала, чтобы показал её Фракцию. Ей не хотелось становиться кем-то ещё, уходить из семьи. Ей здесь было хорошо. Все её любили. Для неё уже было уготовано хорошее место.       У Здания, в котором проводили тесты, царило оживление. Ребята выстроились в длинную очередь к своим дверям: над каждым входом были изображены символы Пяти Фракций: Эрудиции, Искренности, Отречения, Дружелюбия и Бесстрашия. Представители четырёх Фракций уже ожидали старта, когда начнут всех запускать в здание, и только Бесстрашных пока не было видно.       Стоя вместе с одноклассниками, Кристина старалась непринуждённо шутить, поддерживать беседы, улыбаться, но внутри всё болезненно сжималось. Ребята травили анекдоты, обсуждали предстоящую Церемонию Выбора и свои дальнейшие планы на это лето. Питер стоял где-то далеко, снова с кем-то сцепившись в словесной перепалке, но для Кристины он уже не являлся центром вселенной, хотя она продолжала с ним общаться, но уже не держалась за руку. Они были просто хорошими соседями и не более.       В аудитории было прохладно, в отличие от уличной духоты. Конец мая был непривычно тëплым и солнечным, отчего трава зеленела в два раза быстрее, а дикие сливы стояли в цвету, благоухая на весь квартал.       Демонстрационный экран, цвета яичной скорлупы, был выключен. Ребята из разных Фракций заполнили помещение, сидя плечом к плечу на длинных скамьях, перемешавшись между собой.       В этом году Церемонию Выбора проводили Эрудиты, и потому помощник Главы давала вводную перед тестом, ещё раз напоминая юным жителям Чикаго об их долге.       — Сто лет назад, после войны, — начала лектор свою речь, — наши основатели создали систему, которая ликвидирует все конфликты и установит мир. Сегодня после тестирования вашей личности, вы будете определены в одну из Фракций. Хотя мы уверены, что выбор Фракции на основе теста позволит каждому добиться максимального успеха в рамках системы, за вами сохраняется право на завтрашней Церемонии вступить в любую из Фракций, вне зависимости от результатов теста. Однако имейте ввиду, что этот выбор окончательный и изменению не подлежит.       В зале стали перешёптываться. Кого-то слова женщины порадовали. Теперь тест не казался приговором, его можно было поправить на предстоящей Церемонии Выбора. И всё же половина аудитории пребывала в волнении.       — Удачи! — пожелала лектор и зачитала списки десятерых первых ребят. К выходу направилась смешанная группа из четырёх лихих, двух Дружелюбных, двух Эрудитов и двух убогих. Кристина почувствовала наползающий страх.       — Приготовиться следующей группе, — тут же произнесла женщина и прочла по списку имена, среди которых оказалось имя Кристины. Она поднялась с места и пошла, спускаясь к выходу.       — Ни пуха! — донеслось ей в спину.       — К чёрту! — ответила она.       С ней поравнялся Питер. Его имя тоже прозвучало во второй десятке тестируемых.       — Дрейфишь? — с усмешкой подначил он, глядя на Кристину сверху вниз.       — Не твоё дело, — огрызнулась она.       — О-о-о, — протянул он,— какое высокомерие. Не жмёт корона?       — Отвали, говорю!..       На Питера недобро глянул парень из лихих, стоящий рядом. Но стычки не произошло, их уже вызвали на тест. Двери перед ребятами распахнулись, и проводник махнул рукой, приглашая следовать за ним.       Длинным коридором, друг за другом, ребята шли к своей судьбе, ещё не придавая значения тому, как этот выбор определит весь их жизненный путь. Кристина для себя решила: если тест покажет иную Фракцию, она завтра выберет свою.       Десять комнат для тестов, и в одну из них вошла Кристина. За пультом стоял парень из Эрудитов.       — Здравствуйте, — поздоровалась Кристина. Парень в ответ приветливо улыбнулся.       — Проходи, садись, — указал он девушке на кресло.       Кристина взглянула на себя в зеркало, привычно поправляя на себе костюм, и села на высокое кресло, подтягивая себя на руках.       — Удобно? — участливо спросил парень.       — Да, вполне, — ответила она и откинула голову на мягкий подголовник. Лёгкий мандраж присутствовал. Мужчина настроил сенсорные накладки в изголовье кресла, попросил положить руки на подлокотники и накинул ограничитель на ноги. Почти сразу протянул ей прозрачную стопку с синеватой жидкостью.       — Пей до дна, — напутствовал он.       Кристина без вопросов пригубила стопку, ощущая противный сладковатый вкус, и, поморщившись, проглотила остатки. Она на миг закрыла глаза, а когда открыла, не было ни пульта, ни Эрудита.       — Эй, вы где? — удивлённо вскрикнула она, спуская ноги с кресла. На удивление они были свободны. Через секунду пропало и кресло. Кристина обернулась, встречаясь взглядом со своим отражением в зеркале. Подошла и обнаружила, что комната отображает сразу много зеркал. Посмотрела вправо и влево — во всех зеркалах она видела себя.       — Выбирай! — вдруг сказало громко и высокомерно ей её же отражение. Кристина обратила внимание, что на полу стоят две чаши с куском сырого мяса и ножом.       — Выбирай! — повторило отражение. Кристина протянула руку к мясу, схватила его и рефлекторно бросила его собаке, которая в этот момент вылетела из зеркального полотна, взяв движение к ней, грозно лая. Собака подхватила кусок мяса на лету и растворилась в воздухе. Через мгновение Кристина снова сидела в том же кресле в комнате для теста, а рядом стоял Эрудит.       — Было странно, — отозвалась она, глядя на парня.       — Поздравляю. Твой тест показал Искренность.       Кристина с облегчением выдохнула.       Парень помог ей встать с кресла и кивнул на дверь.       — Советую выпить чая и отдохнуть, — напутствовал он и улыбнулся на прощание.       Кристина вышла из комнаты и направилась к выходу. Она не стала дожидаться друзей и направилась к кофейне, где продавались вкусные пирожные. Села за столик у окна и заказала десерт. На душе было спокойно. Жаркий солнечный день, чай с бергамотом и вкусное пирожное — что ещё от жизни надо? Она вытянула ноги под столиком и закрыла глаза.       — Что тест показал? — услышала она раздражающий голос. Тут же подобралась и с вызовом взглянула на собеседника. Питер сел напротив, не спросив разрешения.       — Искренность, — ответила она без эмоций, запивая раздражение чаем.       — Что хомячишь? — Он явно не желал уходить. Поднял руку и заказал себе то же самое. Официант принёс ему тарелочку с пирожными и чай.       — Ты от меня отстанешь когда-нибудь? — Кристина одарила Питера тяжёлым взглядом.       — Никогда… хотя, если я действительно выберу то, что сегодня предложил мне тест, то ты меня больше никогда не увидишь.       — Скатертью дорога.       — Правда? А я думал, что мы друзья.       — Мы и были друзьями, пока ты всё не испортил.       — Можно спросить, что именно я испортил? — он издевался над ней. Решил испортить такой прекрасный день. У Кристины начало портиться настроение.       — Всё.       — То есть это я виноват, что тебя тогда бросил тот лихой? Вы там успели потрахаться?       В Питера прилетело её безе, прямо в лицо, шлёпнув кремом на волосы и часть лица. Попало на одежду. Питер схватил с тарелки своё пирожное и метнул его в Кристину. Она вскрикнула, смазывая с глаз крем. Схватила конфеты из вазочки и запулила ими в парня, а в ответ получила от него булочкой по лбу. Питер схватил со столика бутылочку и смачно выдавил в лицо девушке шоколадный крем, окончательно испачкав её выходной костюм, в ответ получая в лицо струю из бутылочки с вишнёвым сиропом. Они извозюкали друг друга знатно, пока Питер не прибегнул к силе и не схватил Кристину за руку, дёргая за собой, попутно щедро расплачиваясь с кассиром и добавляя сто тысяч извинений.       Ребята сбежали от хозяина кафе, орущего на всю улицу проклятия в их адрес.       Они забежали за угол здания и схоронились в тени.       — Полегчало? — наконец спросил Питер, вытаскивая из своих волос кусочки пирожных.       — Да, — ответила девушка, точно так же выуживая из своих волос крем, пытаясь стряхнуть его с пальцев на землю, но получилось только, что обляпала ноги. — Надо где-то помыться, иначе родители не поймут.       — Предлагаю заглянуть в бассейн, — Питер взял за руку Кристину и потянул за собой. Они шли молча, собирая удивлённые взгляды прохожих. Патруль Бесстрашных взглянул на них как-то подозрительно и свернул в их сторону, но ребята вовремя вошли в здание бассейна и добежали до охранника, тот тут же окинул их хмурым взглядом.       — Душевую на час, — сказала Кристина мужчине.       — Может, поплаваем? — глянув на неё, предложил Питер.       — Ну, можно.       — Бассейн закрыт на профилактику, — ответил охранник, выделяя ключи обоим.       — Жаль, — искренне вздохнул Питер. — Тогда и мне душевую на час и это… комплект чистой одежды.       — И мне комплект чистой одежды, — добавила Кристина.       Питер привычным жестом расплатился и за Кристину. Она хлопнула себя по пустому карману.       — Я тебе переведу вечером долг, — пообещала она, забирая пакет с бельём и полотенцами и ключ.       — Не надо. Это мои извинения, — ответил он.       Ребята шли некоторое время молча по длинному коридору привычным маршрутом, остановились каждый у своей двери. Питер очень хотел помыться с Кристиной вместе, но так и не осмелился предложить это. В мыслях Кристины похожего желания не наблюдалось.       Меньше часа обоим понадобилось, чтобы чисто промыть тела от жирного крема и сладких сиропов. Просушить волосы и переодеться. Испачканную одежду ребята отдали в химчистку.       Оба с обоюдного согласия решили прогуляться по парку.       — Что показал твой тест? — спросила Кристина, когда они присели на лавку.       — Бесстрашие, — отозвался Питер, поднимая голову вверх, глядя в синеву майского неба.       — Ты выберешь его? — переспросила девушка.       — Да.       — Почему? Чем тебе дома плохо? — Кристина смотрела на парня и пыталась понять его истинный замысел.       Питер вздохнул.       — Я хочу свободу и вижу себя солдатом. Я лучше стану Бесстрашным, чем проведу остаток жизни перекладывая листочки и участвуя в разбирательствах в душных аудиториях. Это не моё.       — Они не душные, — парировала Кристина.       — Ты знаешь, о чём я говорю.       — И ты уже сделал окончательный выбор? — Она взглянула на Питера. Он кивнул.       — Но я могу передумать и остаться с тобой, если ты попросишь, — ответил он чуть понизив голос.       — Для чего? — Кристина смотрела на него, а он на неё. Питер осторожно протянул к ней руку, касаясь лица, и провёл ладонью по её щеке. Замер и приблизился, чтобы поцеловать. Кристина в последнюю секунду отвернулась. Он сглотнул и поцеловал её в висок. Отнял руку. — Потому что я люблю тебя.       Его слова окатили её колючей холодной волной с макушки до пят. Кристина зажмурилась.       — Питер. Но у меня нет к тебе ответных чувств. Извини. Ты мой друг.       Она подняла на него глаза. Питер смотрел вперёд. Её слова ранили его до глубины души, но он не мог просто подняться и уйти без объяснений.       — Питер. — Она мягко коснулась его плеча.— У тебя должен быть свой выбор. Ты выбрал путь воина.       — Всё это время ты играла со мной, — неожиданно с его губ сорвался укор.       — Нет, — ответила она, холодея от его слов.       — Тебе просто нравилось, что я рядом. Собака на коротком поводке, и ты дёргала за него снова и снова.       — Нет. Ты… ты мой друг, мой самый лучший друг, Питер! У тебя ещё будет девушка, которая тебя полюбит. Ты обязательно полюбишь другую.       — Но мне не нужна другая!! — вскочив, он крикнул это так громко, что прохожие в парке стали оборачиваться. — Мне нужна только ты!!       Кристина поднялась следом, схватила его за руку и резко дёрнула вниз, заставляя Питера чуть наклониться, обнимая второй рукой его за шею. Он обнял девушку за талию, уткнувшись головой в её покатое плечо, пряча глаза, и с трудом сдержал крик, рвущийся из глубины души. Девушка гладила его по волосам.       — Питер, — шептала она. — О, Питер…       Он обнял ладонями её лицо, приблизился и поцеловал. Страстно, с желанием, с горечью. Он терзал её сладкие губы, нырял языком в её рот, заставляя стонать. Покрыл поцелуями шею и снова уткнулся в её плечо, тесно прижимая к себе.       — Мне нужна только ты, — прошептал он. Кристина молча гладила его пальцами по затылку и чувствовала его боль. Впервые она чувствовала чужую боль как свою, ту боль, которая всегда была заперта в нём глубоко и теперь вырвалась наружу.       Питер отстранился и тыльной частью ладони быстро стёр слёзы с влажных глаз. Он смотрел на девушку, которая на протяжении долгих лет была его солнцем, обжигающим, ранящим.       — Я пойду за тобой на край света, — тихо и обречённо сказал он. Провёл ладонью по её волосам и отошёл назад, увеличивая между ними дистанцию. С глаз Кристины скатились слезинки, срываясь с подбородка.       — Кристина Райерс! — Голос выдернул её из вязкой топи. В полном зале шло Посвящение в Члены Фракций. Сидя рядом с родителями и восторженной сестрёнкой, Кристина испытывала ужас настоящего момента. Сейчас от неё зависела судьба одного человека. О себе она совсем не думала.       На ватных ногах Кристина поднялась со своего места под общее молчание. Несколько сотен глаз наблюдали за её действиями. Кристина взяла со столика ритуальный нож и чиркнула себя по ладони, без колебаний минуя чашу со стеклом с символикой своей Фракции, она поднесла руку к самой крайней.       Капля крови сорвалась в свободное падение, с шипением испаряясь в горячих углях.       — Бесстрашие! — воскликнул Маркус Итон, глава Отречения. Зал взорвался в бурных овациях. Кристина обернулась на сектор Искренности. Со своих мест на неё смотрели обескураженные мать и отец, и перепуганная сестрёнка, вцепившись в ручки кресла. На два ряда выше сидел Питер. Его ещё не вызывали. Кристина кольнула его взглядом и прошла к ряду кресел, где сидели лихие, поднимаясь и усаживаясь на предоставленное кем-то место. Ликованию лихих не было предела. Постепенно Бесстрашие пополнило ещё несколько представителей Фракций Искренности и Эрудиции. И одна бесстрашная из Отречения бросила вызов судьбе, выбирая заведомо тернистый путь.       Фракции — как маленькие города внутри большого города, со своими правилами, традициями, уставами и взглядами на жизнь. Рождение во Фракции — не приговор. Однажды выбор может перевернуть судьбу как отдельно взятого человека, так и целой страны.       Кристина сделала свой выбор, спасая друга. Она бы никогда не простила себе того, что Питер изменил своей мечте из-за неё. Ей было страшно от поступка, который она совершила: отвернувшись от родной Фракции, не сдержав слово, данное Главе. Ей казалось, что мир вокруг неё рушится. Покидая зал, она ощутила тёплую ладонь Питера на своём плече и его благодарное «спасибо».       На этом заканчивается одна глава, и начинается другая в жизни Кристины Райерс, будущего воина, предводителя волкодавов — в большой истории, охватывающей несколько поколений разных народов, о ком сложены сказания и легенды — в «Вопреки всему». Продолжение следует…