Дверной косяк

             Двери. Официально самый банальный из существующих символов за всю историю визуальной и письменной передачи информации. Конечно, есть еще песочные часы, настенные часы, наручные часы — вообще любые часы, если честно — ключи там, замки… Так зачем же придумывать велосипед или стараться выделиться на фоне однообразных повествовательных клише?              Совершенно обычная дверь, ничем разительно не отличается от своих коллег этажем ниже или выше, не примечательная и роли ни для кого особой не играет, разве что только для уборщиц, которые частенько хватаются загрубелыми от работы пальцами за ее ручки с обеих сторон в часы отдыха. Дверь повидала взросление многих детей учебного заведения за пять лет с момента ее установки, но по дверным меркам она считается скорее незрелой девочкой, чем мудрой старшиной со скрипучими петлями в ветхих зданиях советских времен. В общем, ее косяк еще прочно держится в стене, а петли блестят радостной металической глянцевостью.              Люди любят задаваться вопросом, какие тайны хранит закрытая дверь, но уж точно не тем, из какого дерева она сделана. Если, конечно, вы не плотник или столяр. Но я нет, поэтому представителям таких благородных профессий придется гадать или додумывать.              Ну ладно, допустим, дуб.              Как бы там ни было, сегодня (хотя понятие времени растяжимо и неоднозначно) в ее направлении с довольно четкими намерениями и в довольно быстром темпе, а точнее — бегом, направляются шестеро преследуемых судьбоносным роком в лице очень разгневанной англичанки учениц специализированной гимназии, чье поведение даже отдаленно уж точно не напоминает поведение гимназисток.              — Шаде, быстрее, ты чего еле плетешься? — на повышенных тонах упрекнула Сати. Хотя для всех окружающих любой ее тон по определению был повышенным. Она не говорила тихо, ее голос всегда отдавался эхом, отскакивая от стен коридора, хотя сейчас это было скорее нервное.              — Господи, только не это, вы же знаете как я ненавижу бегать! — со стоном парировала короткостриженная по сравнению с остальными девочка, хотя сейчас ее прическу можно было охарактеризовать больше как постепенно удлиняющуюся, чем как короткую. На данном этапе волосы приходилось закалывать крабиком.              — Как же я тебя понимаю, — так же страдальчески протянула Ясмин, бежавшая чуть раньше Шаде.              — Ага, это вам еще легко, а вы попробуйте побегать с утяжелителями, — развернувшись и приподняв ткань штанов возразила бегущая первее всех Алина, которую, впрочем, так никто не называл. К ней уже давно приклеилась кличка, образованная от фамилии Светличная, — Каждый по пол кило, между прочим.                     — А Светляк у нас спортик оказывается, — поддразнила Даша, тоже не страдающая от недовыполнения норм физической нагрузки в ее жизни, которые с лихвой восполняли занятия танцами. Светляк в ответ укоризненно на нее посмотрела.              — Да стойте вы. По-моему, мы оторвались, — Жания резко остановилась, оглядываясь назад. Все остальные тоже последовали ее примеру. Остановка их пришлась на место, с котрого если и можно сорваться в бегство, то только к туалетам или каморке. Все одноклассницы, не сговариваясь, посмотрели на Шаде.              — Да что я-то? — не выдержала она спустя пару секунд. Сати чуть ли не прокричала:              — Ты серьезно?              — Да, действительно! — вмешалась возмущенная Даша, — Ведь это же не ты только что вломилась к Акботе Кайрылхановной со словами…              — «Чего такой грустный, хуй сосал невкусный?» — встряла Светляк, пытаясь пародировать манеру подачи подруги, но под конец фразы складываясь пополам от смеха.              — Светляк! — притворно удивилась словам Алины Жания.              — Да откуда я занала, что она там! — возмутилась Шаде.              — Она идет! — воскликнула Яся, видимо, заметив Акботу, свернувшую из-за поворота и идущую с того конца коридора. Времени на раздумья было не много, поэтому, быстро поняв, что до туалетов добежать они не успеют, и осознавая, что Шаде сейчас влетит по первое число, если ее не спрятать, Сати взяла все в свои руки, причем, весьма буквальным образом.              — Эй, что ты… — не успела Шаде понять, что происходит и сориентироваться, как Сати резко открыла многострадалбную дверь, толкая подругу внутрь.              Последнее, что Шаде успела увидеть перед тем, как свет покинул ее, казалось, уже сформированную картину мира, это то, как Акбота орет что-то на весь коридор, Светляк инстинктивно чуть прячется за спиной Яси, которая уже на расстоянии начинает оправдывать их непутевую компашку, а Даша с Жанией поддакивают, вставая рядом и заводя руки назад.              Дверь отстраненно размышляла о том, что даже не она, а чаще всего простое человеческое любопытство или юношеская неосторожность были отправной точкой.              Ну, еще о том, что, наверное, была бы не против хотя бы чуть более бережного к себе отношения.              А потом стало совсем темно.