Часть 4. Дело в ситуации в целом

Сквозь сон я прорывалась долго и мучительно. Да может, ну его? И ещё поваляться? В яви нужно решать какие-то проблемы, а тут... - Се! - с криком ворвался друг в мою комнату. - Её бросало в жар, и она никак не приходит в себя! - Успокойся... - слышался голос Иям из их комнаты, но он был слабым и измученным. - И как давно у тебя такое состояние? - я сидела на краю их кровати, глядя на завернувшийся в одеяло комок. Внутри нарастала тревога: Инейця что-то упомянул про какого-то мояа, что мне всё равно не скрыться от него, - а может ли он действовать вот так, через подругу? ​- С вечера, но прошу со мной не возиться, я полежу, и мне станет лучше. ​- Се, - позвал нетерпеливо друг, стоя в дверях. - Надо начать что-то делать, а не ждать чудесного самоисцеления. ​Оакее тихо сказал, что нужно вызвать врача, но Иям категорически против. В полном унынии он поплёлся на кухню делать чай. Он хочет, чтобы я её уломала или просто вызвала врача ей наперекор? Без всякого желания что-либо решать, я повернулась к подруге и тихонько хныкнула. ​- О, Иям, зачем ты мучаешь и себя, и нас? Барабанные перепонки вдруг заложило, и все немногочисленные звуки стали приглушёнными. Ах, мои ушки! Им, по крайней мере будет легче выдержать истерику, если она сейчас начнётся. Уж лучше такая борьба, чем ощущение бессилия, отразившееся у Оакее на лице. Этого чувства он не выдерживает. Ладно, надеюсь, сейчас всё не закончится скорбной музыкою у моей свежей могилы. - Хочешь ничего не предпринимать и ещё более разболеться? - О, небеса, ну я же просила оставить меня в покое! - Если мы не вызовем врача, тогда я позову сюда твою мать. Я улыбнулась, видя, как расширились её глаза. Она боялась врачей, но Тумве она боялась ещё больше. На часах была тринадцатая минута первого, когда врач наконец приехал. Иям даже не буянила, смиренно приняла лекарство, а на совет врача наладить режим сна, отшутилась фразой про гипнопедическую методику, которая позволит ей совместить учёбу с потребностями организма в отдыхе. Молодой врач печально улыбнулся и ушёл. Но эффекта от лекарств пока не было, так что подруга оставалась на кровати комком, а Оакее отсиживался на кухне. - Действуй, - шепнула я, зайдя к нему. - Просто объясни ей свои чувства. Он пошёл в комнату, а я стояла на кухне, устало глядя в окно. У земных сознаний такие хрупкие тела. Если бы в мире что-то на немножко изменилось, то их бы с лица земли стёрло... То есть, нас. Хотя, наверное, некоторые создания имеют высокий уровень приспосабливаемости. Я мотнула головой, уходя из этого странного потока мыслей, и вернулась к себе в комнату. - Краса моя, ну наконец-то! - донеслось вдруг из зеркала, а я чуть не подпрыгнула. Гневно отбросила волосы назад и схватила зеркало. - Оставь меня, пожалуйста, одну на некоторое время, - шептала Иям за стеной. В комнате зашуршали вещи, и Оакее вскоре ушёл. Я подумала, что, возможно, стоит уйти тоже, встретиться с этими двумя, например. Взяла в руки зеркало и резкую штуковину, на которой узоры сложились во фразу: "Крепче жми меня." Словно очнувшись от наваждения, я бросила оба предмета и решительно замотала головой, выкидывая мысли о встрече. Бросилась в коридор и захлопнула дверь в свою комнату. Лучше полежу в ванной и подумаю обо всём. Эх, мысль моя - блудница, с ума меня сведёшь. Мне понравилась фраза из одной книги: если не присвоил сам себя, тебя обязательно присвоит кто-то другой. Она, например, - подумала я о подруге. Наверное, будет 14 по счёту годовщина, как мы встретились. Я никогда не знала, что мне делать со своей жизнью, и Иям любезно стала вести меня за собой. Во входную дверь зазвонили. Вылезать из воды я не собиралась, встанет ли Иям из постели? Интересно, кто это. А что, если маги? Да, нет. Да и зачем бы им сюда заходить вот так? Если хотели бы, переместились бы прямо сюда, тут вон сколько воды, если что. Я нервно сглотнула. Теперь буду внимательней всматриваться в рябь на всех водных поверхностях. К своему сожалению вскоре я осознала, что мне это вряд ли поможет: оба раза Инейця использовал воду в месте, где находился, а не там, куда перемещался. Стало страшно. Всё это время я относилась к ним слишком легкомысленно, но сейчас состояние аффекта прошло, и к глазам подступили горячие слёзы осознания. Входная дверь с грохотом открылась, и через пару секунд в ванную ворвались двое. На них было чёрные прикиды, лица закрыты чёрными тканями, видно только глаза. Но ещё были открыты руки в татуировках - они их тянули ко мне. Первый попытался схватить меня, но я крутанула плечом, уворачиваясь. - Полагаю, тебе нужна помощь, - произнёс Инейця, выглянув из портала над унитазом. В этот момент моё сердце обратилось в наноротор и, казалось, убьёт меня быстрее, чем все эти люди. Лишь выпученные глаза Инейци выдавали его нехладнокровие в присутствии голой меня, хотя, может, дело в ситуации в целом.