Часть 12

Глава 61. Первая семейная ссора (и как они учились мириться) Сентябрь подходил к концу. Отпуск остался в воспоминаниях, работа вошла в колею, и, казалось, жизнь наладилась. Но Егор знал — идеально не бывает. Рано или поздно что-то пойдёт не так. И оно пошло. Поводом стала посудомоечная машина. Рома давно хотел её купить — он ненавидел мыть посуду, а Егор ненавидел, когда Рома её не мыл. Компромиссом стала покупка техники. Они выбрали модель, заказали доставку, установили. Всё было хорошо ровно до того момента, как Рома загрузил туда чугунную сковороду. — Она не для чугунной, — сказал Егор, глядя на сковороду в верхней корзине. — Почему? — спросил Рома. — Потому что написано в инструкции. — А ты читал инструкцию? — Я инженер, я читаю инструкции ко всему. Рома закатил глаза. Егор обиделся. Они поссорились из-за сковороды, потом из-за того, кто прав, потом из-за того, кто вообще придумал эту посудомойку. Рома сказал, что Егор «зануда», Егор назвал Рому «безответственным». — Ты никогда не думаешь о последствиях! — крикнул Егор. — А ты думаешь только о них! — крикнул в ответ Рома. Хлопнула дверь. Рома ушёл гулять. Егор остался один на кухне, смотреть на посудомойку, в которой лежала чугунная сковорода — символ их ссоры. Он вытащил сковороду, вымыл её руками, поставил сушиться. Потом сел на стул и закрыл лицо руками. «Почему мы не можем просто поговорить? — думал он. — Почему каждая мелочь превращается в катастрофу?» Рома вернулся через час. Мокрый, злой, с пакетом чипсов в руках. — Дождь пошёл, — сказал он. — Я вижу, — ответил Егор. — Я купил чипсы. — Я вижу. Рома сел напротив, высыпал чипсы в миску, пододвинул к Егору. — Я не хочу ссориться, — сказал он. — Я тоже, — ответил Егор. — Тогда давай договоримся. — О чём? — О том, что посудомойка — не для чугунной сковороды. И что я — дурак. — Ты не дурак, — сказал Егор. — Ты просто не читаешь инструкции. — А ты слишком много читаешь. Может, найдём баланс? — Может быть. Они взяли по чипсине, хрустнули. Звук разорвал тишину, и Егор почувствовал, что напряжение уходит. — Люблю тебя, — сказал Рома. — Люблю тебя больше, — ответил Егор. — Не согласен. — Твои проблемы. Они засмеялись, и ссора закончилась. Чугунная сковорода больше никогда не попадала в посудомойку — мыть её стал Егор, потому что Рома боялся к ней прикасаться. И это было их новым правилом: не делить обязанности, а делить ответственность. И знать, что даже после самой глупой ссоры они найдут способ помириться. Потому что они — это они. Вместе. --- Глава 62. Ксюша приезжает в гости (и привозит неожиданные новости) Ксюша приехала в октябре. Позвонила из поезда, сказала: «Встречайте, я через час». Егор и Рома бросили все дела, убрали квартиру, купили цветы и пирог (яблочный, как она любила). На вокзале они стояли с плакатом: «Ксюша, ты наша радость». Пассажиры оборачивались, улыбались. Ксюша вышла из вагона, увидела плакат, засмеялась, обняла их обоих сразу. — Вы с ума сошли, — сказала она. — Мы сошли с ума, когда ты уехала, — ответил Рома. Они поехали домой. По дороге Ксюша рассказывала про свою жизнь — про работу в книжном магазине (уволилась), про новую специальность (переучилась на дизайнера), про девушку (расстались). Егор и Рома слушали, кивали, задавали вопросы. Ксюша была той же — яркой, громкой, живой. Но что-то в ней изменилось. Что-то неуловимое. — У меня есть новости, — сказала она, когда они сели ужинать. — Я переезжаю. — Куда? — спросил Егор. — В Питер. К вам. Рома поперхнулся чаем. Егор замер с вилкой в руке. — К нам? — переспросил он. — Не к вам в квартиру, — уточнила Ксюша. — В ваш город. Я нашла работу и сняла комнату. Буду рядом. — А как же... — начал Рома. — Я хочу быть ближе к друзьям, — перебила Ксюша. — Я устала быть одной. А вы — моя семья. Не единственная, но самая важная. Егор посмотрел на Рому. Тот кивнул — незаметно, но Егор понял. — Мы рады, — сказал Егор. — Правда. Ты всегда можешь на нас рассчитывать. — Я знаю, — ответила Ксюша. — Поэтому и еду. Они просидели до ночи — пили чай, ели пирог, вспоминали универ. Ксюша рассказывала про Машу (вышла замуж, родила двойню), про Стёпу (ушёл в монахи — нет, шучу, работает в банке), про преподавателей, которые уже не помнят их имён. — А помните, как Рома чуть не устроил драку на дне рождения? — спросила Ксюша. — Не помню, — сказал Рома. — Врёшь, — ответила Ксюша. — Ты тогда побелел от злости, а Егор держал тебя за руку. — Я испугался, — признался Рома. — Думал, что Егор меня разлюбит после той сцены. — А я испугалась, — сказала Ксюша, — что вы расстанетесь. И что мне придётся выбирать, с кем дружить. — А выбрала бы кого? — Вас обоих, — ответила Ксюша. — Вы — пакетное предложение. Один без другого не работаете. Они засмеялись, и Егор подумал, что Ксюша права. Они с Ромой были единым целым — так их видели друзья, так они видели себя сами. Не два человека, а одна история. Которая продолжается. --- Глава 63. Первый Новый год в новом городе (и как они встречали его втроём) Новый год они решили встречать втроём — Егор, Рома и Ксюша. Ксюша пришла с ёлкой (настоящей, в горшке, которую потом можно было посадить), с мандаринами и с шампанским. Рома приготовил утку (снова, и снова подгоревшую), Егор — салаты. — У тебя утка хрустит, — сказала Ксюша, откусывая кусочек. — Это корочка, — ответил Рома. — Это уголь, — сказала Ксюша. — Ешь давай. Она ела, не жаловалась. Потом они смотрели «Иронию судьбы» — традиция, которую Егор не любил, но Ксюша настояла. Рома уснул на середине фильма, уткнувшись Егору в плечо. Ксюша сидела с открытыми глазами и смотрела на экран. — Ты спишь? — спросил Егор. — Нет, — ответила Ксюша. — Думаю. — О чём? — О том, что я хочу такую любовь, как у вас. Егор не знал, что ответить. Он посмотрел на Рому — спящего, беззащитного, с приоткрытым ртом. — Она не всегда красивая, — сказал он. — Иногда она — посудомоечная машина и чугунная сковорода. — Я согласна на посудомойку, — сказала Ксюша. — И на чугунную сковороду. Лишь бы с кем-то. — Ты найдёшь, — пообещал Егор. — Обязательно. Они встретили Новый год на балконе — с бокалами шампанского, под фейерверки. Рома проснулся, накинул куртку, вышел к ним. — С Новым годом, — сказал он, чокаясь. — С Новым годом, — ответили Егор и Ксюша. Они стояли втроём, смотрели на салют, и Егор чувствовал, что это — правильный Новый год. Не как в кино — тихий, домашний, с подгоревшей уткой и настоящими друзьями. — Загадывайте желания, — сказала Ксюша. — Чтобы мы всегда были вместе, — сказал Рома. — Чтобы мы были здоровы, — сказал Егор. — Чтобы я нашла любовь, — сказала Ксюша. Они загадали и выпили. Шампанское было тёплым, сладким, почти противным. Но Егору оно казалось самым вкусным в жизни. --- Глава 64. Ксюшина свадьба (и как Егор чуть не расплакался) Через год Ксюша позвонила и сказала: — Я выхожу замуж. — За кого? — спросил Егор. — За Лену, — ответила Ксюша. — Мы помирились. И решили не тянуть. Егор не знал, что сказать. Ксюша и Лена — та самая девушка, с которой она приезжала на выпускной. Они расстались, потом сошлись, потом снова расстались. И вот теперь — свадьба. — Ты уверена? — спросил Егор. — Уверена, — ответила Ксюша. — Она — моя судьба. Я поняла это, когда потеряла. — Тогда поздравляю. — Спасибо. Вы будете свидетелями? Егор посмотрел на Рому. Тот кивнул. — Будем, — сказал Егор. Свадьба была скромной — загс, ресторан, тридцать гостей. Ксюша была в белом платье, Лена — в костюме. Они смотрели друг на друга так, как смотрят только влюблённые — и Егору стало немного завидно. Не потому, что он хотел быть на месте Ксюши. А потому, что он хотел быть на месте жениха. — Ты чего загрустил? — спросил Рома, заметив его лицо. — Мечтаю, — ответил Егор. — О чём? — О том, чтобы у нас была такая же свадьба. Рома замолчал. Потом взял его за руку, сжал. — Будет, — сказал он. — Когда-нибудь. — Когда? — Когда страна разрешит. Или когда мы уедем туда, где разрешено. Егор не ответил. Он смотрел на Ксюшу и Лену, которые танцевали свой первый танец, и чувствовал, как к глазам подступают слёзы. Он не плакал. Не здесь. Не сейчас. Но внутри плакало всё — от радости за подругу, от грусти за себя, от надежды, что когда-нибудь и у них будет такое. После свадьбы они сидели в ресторане, пили вино, говорили о жизни. Ксюша подошла к Егору, обняла. — Ты следующий, — сказала она. — Что? — не понял Егор. — Женись. На Роме. Не жди, пока страна разрешит. Живите, как хотите. А документы — дело наживное. Егор посмотрел на Рому. Тот сидел за столом, разговаривал с Леной, смеялся. — Я подумаю, — сказал Егор. — Думай быстрее, — ответила Ксюша. — Жизнь короткая. --- Глава 65. Предложение (и как Егор решился) Егор решился через месяц. Ксюшины слова засели в голове и не выходили. «Жизнь короткая». Она права. Кто знает, что будет завтра? Может быть, война. Может быть, болезнь. Может быть, просто конец. А они всё ещё не сказали главного — не перед людьми, а перед собой. Он купил кольцо. Простое, серебряное, без камней — потому что сложные и дорогие были не по карману. Спрятал в карман куртки и ждал подходящего момента. Момент настал в субботу. Они лежали на кровати, смотрели в потолок, разговаривали о всякой ерунде. Егор слушал Рому, но не слышал — в голове крутилось: «Скажи, скажи, скажи». — Ром, — перебил он. — М? — Рома замолчал. — Я хочу тебя спросить. — Егор сел, достал кольцо. Пальцы дрожали, кольцо выскользнуло, упало на пол. — Что это? — спросил Рома, глядя на серебряную полоску на полу. — Это... — Егор поднял кольцо. — Это предложение. Рома сел. Его глаза расширились. — Какое предложение? — спросил он. — Жить вместе. Всю жизнь. Не как соседи по парте, не как парни, а как... семья. — Егор сглотнул. — Я знаю, что мы не можем официально. Но мы можем пообещать. Друг другу. Прямо здесь, прямо сейчас. Рома молчал. Егор смотрел на него и чувствовал, как сердце колотится где-то в горле. — Ты серьёзно? — наконец спросил Рома. — Серьёзнее некуда. — Тогда — да, — сказал Рома. — Конечно, да. Он протянул руку, и Егор надел кольцо на его палец. Серебряное, простое, немного великоватое. Рома повертел рукой, посмотрел на кольцо, улыбнулся. — Ты что, плачешь? — спросил он. — Нет, — ответил Егор, вытирая глаза. — Это радость. Они обнялись, и Егор почувствовал, что кольцо — это не магия, не гарантия, не документ. Это просто обещание. Которое они дали друг другу. И которое собирались хранить всю жизнь. Вечером они позвонили Ксюше. — Сделал? — спросила она. — Сделал, — ответил Егор. — Он сказал да? — Сказал. — Тогда поздравляю, — Ксюша всхлипнула. — Я так за вас рада. — Спасибо. И спасибо, что подтолкнула. — Не за что. Вы — мои любимые геи. Она засмеялась, и Егор засмеялся вместе с ней. Потом он положил трубку, обнял Рому, и они сидели так, смотря в окно, на ночной город. — Как ты думаец, — спросил Рома. — Мы будем счастливы? — Будем, — ответил Егор. — Обещаю. --- Конец двенадцатой части. (Сами в ахере)