День 4

      Оставленные на столе маска Коппер и монетка Меркури напомнили о запланированной встрече с Блю. Мои эмоции всё ещё спутаны и неясны, но я обязана явиться. Предчувствие чего-то особенного завихрилось в дальней части головы.       – Скоро закончатся каникулы, Мия, – напомнила мама за завтраком. Я вспомнила о невыполненном домашнем задании, о школьных друзьях и о том, как хочется поскорее пойти в среднюю школу. Думаю, я уже достаточно умна, чтобы пропустить несколько классов началки. – Сегодня снова будешь гулять до темноты?       – Может быть.       Я не знала, что меня ждёт. Отчасти это пугало, отчасти пробуждало интерес. Примерно в полдень я отправилась на фестиваль. На голове – белая маска, в кармане – причудливая монетка. Я словно шла в другой мир. В этом мире меня встречали золотые огоньки, яркие лавочки с шумными продавцами, толпа незнакомцев-однодневок, чьи лица спрятаны за непроницаемыми масками, и неизменный трёхглазый старик. Он предложил мне провести с ним эту ночь в роли спутника мудреца. Каждый раз, когда его синие нарисованные глаза обращались ко мне, а его бледные губы изгибались в улыбке, я чувствовала, что больше ни к кому с таким теплом он не относится. Он строг к ассистентам, избранным им самим, безразличен ко всем остальным и внимателен к случайным происшествиям и неприятностям. В такие моменты он либо много молчит, либо много ругает, но не надрывает голоса, как было вчера. Его замечания метки и остры, словно метательные ножи, и заточены временем. Каждый его жест переполнен уверенностью, опытом и мудростью. На мои вопросы он отвечал наставлениями, но ни разу – с высокомерием, какое стало привычной чертой моих учителей в школе. Блю по-своему добр. Чем больше времени с ним проводила, тем сильнее убеждалась в этом.       – Пожалуй, на сегодня наш обход закончен, – заключил старик, когда мы дошли до истока пламенной реки. Отсюда шла узкая дорожка вверх по холму. – Давай поднимемся.       Я понимала, что там нас ожидал серьёзный разговор, и моё сердечко бешено стучалось от волнения. С каждым шагом на ступеньку выше звуки становились тише, смешиваясь с шелестом багряной листвы. Но стоило взглянуть на праздник с высоты, на ночное звёздное небо и ускользающую даль, как стало спокойнее и стук сердца перестал бить в голову.       – Красиво, правда? – расслабленно выдохнул Блю и присел на единственную, скромную лавочку. Я последовала его примеру и устроилось на другом её конце. – Этот вид никогда не меняется, иногда кажется мне. Потом я всматриваюсь и понимаю, что не бывает двух одинаковых фестивалей. Каждый день преподносит что-то своё – будь то шоу, скандалы или люди. Там, в течении реки я погружаюсь в дела с головой и, когда начинаю задыхаться, прихожу сюда и только здесь вспоминаю, почему до сих пор не покидаю пост мудреца. – Он повернулся ко мне с нежной улыбкой. – Я люблю людей.       – Но вы бросили Коппер и Меркури на произвол судьбы, – напомнила я с болью в голосе. “Вы жестоки”, – чуть не добавила я.       – Какие слова ты подбираешь, Мия! Нет, не бросил. Благословение, понимаешь ли, всего лишь поощрение. Личная признательность. Хотя люди и борются за него, и готовы отдать даже сотни монет, получают они вовсе не чудо. Тебе может казаться, что “исполнение желания” всемогуще, но, по правде говоря, речь идёт о совсем маленькой шалости. Например, часто просят о защите от неприятных личностей – уменьшается шанс оказаться жертвой мелких преступлений. Нередко желают заработать на собственный дом – всего лишь гарантия, что возможность эта будет, если правильно распоряжаться средствами. Бывают и совсем мелочи вроде красивой одежды, устойчивости к алкоголю или победы в лотерее. Разумеется, выигрыш далеко не всегда велик. Другое дело – желание Коппер. Не я его выслушивал, так что мне оно точно не известно, но, судя по всему, она хотела наделить свою маску особым свойством. Угадаешь, каким?       Долго думать не пришлось:       – Чтобы я смогла попасть на фестиваль?       – Что-то вроде того. Видимо, девочка даже не надеялась, что её желание исполнится, вот и задумала нечто бесполезное для себя самой. Интересно, что просила бы она, знай всю правду?       Указывал ли он на мою вину или вольно рассуждал?       – Как думаешь, Мия, почему желание Коппер исполнилось?       – Меркури сказал, что это из-за моего благословения.       – Даже так? А этот малец не был глуп.       – Нет, он был очень глуп, – возразила я. Оказывается, даже мудрец бывает слеп.       – Может, тогда и его желание исполнилось? – лукаво прошипел Блю, словно мифический змей.       – Так и есть, – уверенно высказалась я, не задумываясь ни на секунду.       – Откуда тебе знать?       Действительно, откуда? Нет ни одной объективной причины так думать, однако я не в силах сомневаться.       – Моё благословение достигло Меркури, и я знаю это.       – Знаешь, получается? Не ясно, что именно кроется за твоими словами, но пусть так и будет. Тогда скажи мне, Мия, что всё это значит?       – Я такая же, как вы? – озвучила я своё единственное предположение. Если галстук-бабочка не ошибся…       – Да.       Старик словно отложил разговор в сторону и уставился на пейзаж, забыв о моём существовании. Звуки праздника снова достигали меня и поглощали своей самобытностью. Я могла бы долго так смотреть на фестиваль, но всё сильнее становилось желание участвовать в нём. Нетерпение охватывало меня и возбуждало.       – Вижу, тебе не сидится на месте, – заметил Блю. – Сегодня ты только смотрела со стороны, разумеется, тебе это наскучило. Мне стоило догадаться и выдать тебе монеток. Может, прогуляемся сейчас?       – Но скоро ведь рассвет?       – Беспокоишься о времени? Какая ты хорошая девочка. Ещё немного времени есть. Давай хотя бы угощу чем-нибудь вкусненьким.       Я согласилась, и мы спустились вниз. Оказавшись среди ярких огней и гама, я вновь ощутила то, за что так полюбила фестиваль в первый день здесь. Несмотря на то что я уже привыкала к этому маленькому мирку, это чувство оставалось неизменным. Блю купил нам по клубничному мороженому, и мы продолжили идти неторопливым шагом среди палаток.       – Если что-то хочешь – только скажи.       Я хотела попробовать всё, но такое не скажешь. Наконец, мне удалось выбрать что-то одно.       – Это.       Мы обосновались в тихом уголке парка, открытое небо простиралось высоко над нами, а деревья отступили подальше. Я передала своё мороженое старику, а сама размотала нить воздушного змея и побежала вперёд так быстро, как могла. С первой же попытки разноцветная птица поднялась ввысь, и я почувствовала натяжение нити вместе с тягой вдаль.       – Держишь?       – Держу.       Я вернулась к Блю, устроившемуся прямо на траве, что никак не подобало человеку его вида и статуса, и села рядом. Змей извивался на потоках ветра посреди звёздного неба. Одной рукой я взяла своё мороженое, но стоило к нему припасть, как другую руку с силой потянуло вверх. Мудрец неуклюже схватил моё запястье с нитью и удержал воздушного змея. Мы так и продолжили сидеть, будто бы держась за руки.       – Нравится?       – Да!       – Ты бы хотела каждый день так проводить?       Я задумалась.       – Я не могу. Мне надо ходить в школу.       – А после школы?       – Если разрешите мне приводить сюда своих друзей.       – Я не могу пускать сюда всех людей подряд.       – Почему?       – Тогда все процессы, установившиеся не за один век, рухнут. Я уже не в том возрасте, чтобы устраивать перестройку. Однако тебе, Мия, это вполне под силу. Может, не прямо сейчас, но через несколько лет… Что скажешь? Хотела бы ты стать мудрецом?       Как Меркури и говорил, Блю с самого начала метил в это русло.       – А что мне надо будет делать?       – Как на собеседовании! Какая ты уже взрослая! Не волнуйся, ничего тяжёлого. Просто оценивай людей и даруй благословение достойным. Можешь выбрать любой метод, какой понравится. У тебя уже есть опыт: Коппер и Меркури. Так что ты должна понимать.       – А могу я благословить всех без исключения?       – Если твоё сердце способно на это, то конечно.       – А вы так не можете?       – Я слишком стар и строг, слишком многое повидал и с каждым годом становлюсь всё упрямее и категоричнее. Я старый дед, и мне сложно угодить. Пора уже искать преемника. Сначала я не смотрел на тебя с этой позиции, но после случая с Коппер, не мог не задуматься. Я считаю, у тебя есть всё необходимое для мудреца. Осталось лишь повзрослеть.       – Я всё ещё не понимаю, что происходит на следующий день…       – Имеешь в виду день после фестиваля? Туда, куда все уходят?       – Да.       – Я не могу дать тебе полный ответ, пока не согласишься стать мудрецом, но могу дать намёк: завтра у всех них день рождения.       – Тогда надо всех поздравить!       Блю тихо рассмеялся и погладил меня по голове освободившейся от мороженого рукой. Видимо, я что-то не поняла. Ну и ладно!       – Так что ты решила?       Я уже собиралась согласиться, как в голову закралось сомнение:       – Если я стану мудрецом, то буду, как и вы, жить здесь?       – Разумеется. Надо контролировать процесс от и до. Я тебя научу, когда сможешь провести здесь целые сутки.       – А как же моя жизнь там, дома?       – Все люди рано или поздно уходят из дома, выбирая свой путь. Точно так же, как птенчики вылетают из материнского гнезда. Боюсь, правда, должность мудреца ограничивает чуть более обычной работы. Решайся, только если уверена, что не будешь потом жалеть.       Рой мыслей завертелся в голове. Я столько всего хотела сделать в будущем! Но если я стану мудрецом, то каждый мой день станет похожим на другой. Смогу ли я до самой старости заниматься этим делом? А ведь мама и папа хотели, чтобы я поступила в университет, нашла хорошую работу и вышла замуж за достойного человека… и я тоже хотела этого. Я хотела путешествовать по миру, говорить на многих языках и однажды побывать в космосе! Я хотела написать свою книгу, стать музыкантом и выступать с концертами по всему миру. Я хотела завести собачку, хотела свой большой дом с потайной базой, хотела Нобелевскую премию…       – Ты можешь осчастливить тысячи людей своей искренней доброжелательностью.       Я… я могу и я понимаю, что это великое дело. Я стану героем, но… но я не могу отказаться от всех своих мечтаний. И пусть это звучит как глупая отговорка и эгоизм…       – Благотворительность тоже может сделать тысячи людей счастливыми.       Блю улыбнулся. Он всё понял обо мне.       – Я не могу запретить тебе приходить сюда, так как то было желанием Коппер. Приходи, когда хочешь. Если однажды твоё решение изменится, я буду рад приветствовать тебя как свою новую коллегу.       Я чувствовала, что стала разочарованием для Блю.       – Мия, не терзайся так, – успокаивающе произнёс он. – Такое решение даже мне было тяжело принять в свои тридцать лет. А ты всего лишь ребёнок. Зря я тебя так нагрузил. Помни, никто не осудит тебя за твоё решение. Существует множество достойных жизненных путей. Ты права, Мия, благотворительность ничем не хуже того, чем занимаюсь я, и, может, даже лучше. Я буду только рад, если ты займёшься этим, но я также буду рад, если ты просто будешь счастлива. Уверен, ты вырастешь замечательным человеком.       От его слов мне действительно полегчало. Да, я буду следовать своему собственному пути. Если я увижу своё место на этом фестивале, то непременно займу его. Я рада, что обрела новые возможности.       – Скоро мне надо будет ходить в школу, я буду много учиться и не смогу приходить сюда. Можно попросить у вас кое о чём?       – Конечно.       – Я боюсь потерять, так что придержите её до нашей следующей встречи.       Я протянула единственную монетку, подаренную мне Меркури. Блю кивнул и протянул раскрытую ладонь, куда я и вложила причудливую вещицу.       – Хорошо, буду ждать нашей следующей встречи. Давай провожу тебя.       Он снова проводил меня до дома. По дороге голые пальцы старика совсем раскраснелись от холода.