Часть 8

      Никто и никогда не узнает, что творится внутри меня. Больше никто не увидит мою слабость. Любовь стала щитом, а справедливость — мечом. Во что бы мне это не встало, какими бы проблемами не обернулось, насколько бы сильно меня это не затянуло — ни за что не сойду с этого пути.       Теперь у меня есть цель, к которой я буду стремится до последнего вздоха. Шульц связался не с тем человеком, думая, что вся моя сила содержится только в отце. Он нажил себе врага, не осознавая насколько сильно ему не повезло связаться именно со мной.       Очередной зал ожидания. Очередной самолёт и вот я уже в родном Нью-Йорке, который стал мне чужим. Такси везёт меня в уютный район, скрытый от глаз обычных людей, в Сохо В доме горит свет, на подъездной дорожке стоят машины, а значит, что все в сборе.       Выдохнула, собралась и направилась к семье, которая уже ждёт меня. К семье, которой у меня не было долгие годы. И пусть это всё будет длится недолго, но я постараюсь насладиться тем временем, что нам было отведено.       Дома царит настоящий хаос: мама суетится, накрывая на стол, отец и Грег усиленно пытаются ей помочь, но только мешаются под ногами. Единственный, кто не лезет — Маффин, занявший лучшее место: мягкое кресло у камина. Единственный, кто меня заметил с порога. — Привет, дружище. — воодушевлённо опустилась на колени перед любимцем, который, слетев на пол, помчался ко мне, лоснясь к ногам. — Надеюсь, с тобой всё хорошо. Я тоже тебе рада. — почесала малыша за ушком, так как ему нравится. Маффин счастливо качает хвостиком, высунув от радости язык. — Селин? — ошарашенный голос мамы привлёк моё внимание. — Фред! Грег! — мама подлетела ко мне и, как только я поднялась на ноги, вцепилась в меня объятиями. — Привет… — прошептала я, отвечая на объятия матери. — Ты как, дорогая? Выглядишь неважно. Голодная? — суетливо тараторит мама, осматривая меня с ног до головы. — Как похудела… — Мама, всё в порядке, честно. Просто устала от перелёта. — улыбнулась я. — Что случилось? — в гостиную влетел Фред, крепко держа противень в больших рукавицах. — Ох, Селин! Мы тебя заждались. — пробурчал папа, поставил блюдо в центр стола, а затем направился к нам. — И тебе привет. — хмыкнула я. — Привет, родная. — папа легонько приобнял меня, чмокнув в макушку. — О, вот и она. Наконец-то, а то я с голода умираю! — рыкнул Грег, проходя в гостиную с салатницей. — То есть вы меня ждали, чтоб поесть? — пробурчала я. — Конечно, а чего ради нам ещё тебя ждать? — прыснул Грег и я засмеялась. — Грегори! — строго вскрикнула мама, заглушая наш смех. — Ладно, давайте к столу, пока всё не остыло. — скомандовал папа.       После ужина и долгих разговоров, мы с Фредом переместились в его кабинет, попивая виски. Папа взял сигару, а я предпочла сигареты. — Ты в курсе, что я твой отец, да? — хмуро посмотрел на меня Фред, как только я выудила сигарету из пачки. — Правда? А я думала, что меня подкинули. — прыснула я. — Но вообще, я достаточно взрослая и имею уважение к тебе, чтобы ничего от тебя не скрывать. — Ну, что ж, моя взрослая дочь, выпьем за нашу маленькую победу! — Фред широко улыбнулся, а меня перекосило от этого странного тоста. — Победу? — уточнила я. — Именно! Двенадцать лет, вместо пожизненного, за такие статьи, ещё и оправдан по государственной измене. Это огромная победа, дорогая. — Это провал. — рыкнула я. — Джейка посадили, пап. Это полный провал! — Селин, родная, я понимаю, что ты может чуда какого-то ждала, но мы сделали всё что могли и даже больше. Джейка поместят в довольно комфортные условия, за этим я проследил. Единственное, что доступа в интернет у него не будет по понятным причинам. — Фред поджал губы, словно не ожидая такой моей реакции. — Я хочу сдать экзамен и стать адвокатом Джейка. — кинула я, осушая бокал. — По поводу экзамена я только за, а вот адвокатом Джейка — нет. Категоричное. — Почему? — Потому что я не хочу, чтобы ты пострадала. И чтобы он пострадал. Пока он в тюрьме, а ты с нами, я могу защитить вас обоих. — Ты думаешь, я останусь с вами? Серьёзно? — хмыкнула я, наполняя бокал. — А у тебя были какие-то другие планы? Будешь и дальше тратить капитал на Дасквуд? — Я хочу вытащить Джейка из тюрьмы. Поэтому приехала домой. Потом я вернусь в Дасквуд. Я должна быть рядом с ним как можно дольше. — Селин, — Фред ошарашенно опустился на край стола. — Ты серьёзно собираешься ждать его? Двенадцать лет? — голос отца стал низким и хриплым. — Надеюсь, что гораздо меньше. Но, отвечая на твой вопрос, да, я буду его ждать. Если потребуется даже двенадцать лет. — хмыкнула я. — Но… зачем? Почему, Селин? — Потому что я люблю его. Потому что он столько раз спасал мою жизнь. Пожертвовал собственной свободой ради меня. Я ради него готова на всё. — по щекам поползли слёзы, но улыбка не слезла с моего лица. — И с твоей помощью или без неё, я же всё равно буду пытаться. — Селин, доченька, родная моя. — Фред тяжело опёрся на ноги, подошёл ко мне и опустился на корточки. — Я умоляю тебя, не нужно в это лезть. Хочешь его любить — люби. Но не надо лезть в это. Ты понимаешь, какой опасности подвергаешь себя? Мы же снова можем потерять тебя, а я этого не хочу. Никто не хочет. Судья звонил мне из суда, сказал, что тебе стало плохо, а потом ты убежала. Неужели его жизнь для тебя важнее своей собственной? — Фред говорит тихо, почти не дыша, а в его глазах скопились слёзы. — Да, пап. Я всё понимаю. И про опасность. И про долгий срок. И про то, что со мной может быть. Поэтому я прошу тебя помочь мне. Твоя адвокатская контора занимается делом Джейка, так я смогу беспрепятственно приходить к нему… — А так не можешь? — Фред громко хмыкнул. — Он не хочет этого… — поджала губы, пытаясь задержать ком в горле. — Я очень хочу помочь ему, папа. Пожалуйста. — Селин… ты меня просишь собственными руками подтолкнуть тебя к настоящей бойне. Я еле избавился от Шульца, а ты буквально готова в пекло шагнуть. — Да, потому что это правильно. Пап, я прошу тебя, помоги мне…       Фред молча поднялся на ноги, прикрыл лицо руками, пытаясь справиться с собственными эмоциями и вернулся к столу. Папа, отринув от собственных ладоней, выудив телефон из кармана брюк, набрал кому-то. — Алло, Патрик, привет. Ничего не случилось… Да, она уже дома. Да… Я по делу. — голос Фреда звучит уверенно и ровно, несмотря на то, что сейчас он находится на грани срыва. — Можешь пошушукать там по своим каналам, позвонить в Колумбийский, устроить для Селин экзамен на лицензию? Можешь? Отлично. Спасибо. — Фред отшвырнул телефон на стол. — Что? — нахмурилась я. — Я это делаю только потому что без меня ты наделаешь дел. Начинай готовится, я чем могу — помогу. Матери ни слова об этом. — безразлично кинул Фред.       Через мгновение я вцепилась в него крепкими объятиями. Ничего ещё не кончено, папа на моей стороне и он мне поможет. И от этого мне вдруг стало так легко и спокойно. Я уверена в себе, уверена в своих знаниях и своей собственной правоте.       Впервые за долгое время ночь прошла спокойно. То ли это потому что Фред согласился мне помочь, то ли потому что я прилично выпила, и когда дошла до спальни, ноги меня еле держали.       Утро встретило меня яркими лучами солнца, которые усиленно бьют мне в глаза и резкой болью в голове. Пить лучше мне не стоит больше, не девочка, в конце концов, уже и похмелье нагрянуло. Уснула прямо в одежде, даже не стала переодеваться. Боюсь на себя в зеркало смотреть, представляю насколько сильно я отёкшая от слёз и алкоголя.       Вышла из спальни и уткнулась в открытую дверь комнаты брата. Грег развалился на компьютерном кресле, потирая глаза, усиленно пытается вчитываться в открытую книгу. — Я надеюсь, что это хентай. — прыснула я, проходя внутрь спальни. — Если бы… Хотя, с какой-то стороны это и есть порнуха. — хмыкнул Грег, разворачивая на меня обложку увесистого учебника по анатомии. — Ох, ну и влез ты, конечно, братец. Мог бы пойти по нашим Фредом стопам… — Стать занудной ханжой или ловить маньяков, убегая от ФБР… Ммм, даже не знаю что лучше. — Надеюсь, ханжой ты Фреда обозвал. — прыснула я, присаживаясь на край стола. — Мелкий, ты надёжно их спрятал? — Обижаешь, я учился у лучших. — Грег хитро улыбнулся, отложил учебник в сторону и поднялся на ноги.       Брат прошел мимо меня к книжному стеллажу, ухватился за один корешок книги на самой верхней полке, до которой явно не дотянутся ни мама, ни Фред, ни даже я, убрал фальш-панель и вытащил тот самый пакет. — Я даже открывать его не стал, чтобы отпечатков не оставить. От родителей эта штука спасёт, а вот от федералов вряд ли. — буркнул брат, вручая мне пакет в руки. — Ты лучший, спасибо. — улыбнулась я, изучая содержимое. — Селин, я конечно может чего-то не понимаю, но не думаешь, что это всё стало слишком опасным? — Не, всё под контролем, честно. Жива, здорова, немного в раздрае, но в целом… — Ты сильно изменилась. Сильнее, чем после шахты. Ты в порядке? — хмуро спросил Грег, не сводя с меня кристально-голубых глаз. — Да, всё хорошо. Просто расстроена, что Джейка посадили. Но я в порядке. — натянула дежурную улыбку, пытаясь скрыть тот пустой омут внутри себя. — Ты не такая, как была раньше… — Никто не такой как был раньше, Грег. Не включай Фреда, пожалуйста, мне вчерашнего хватило. — закатила глаза, поправляя непослушные волосы. — Слушай, всё это сильно меня изменило. Настолько сильно, что я сама себя перестала узнавать. Джейк мне спас жизнь, теперь пришла моя очередь делать это для него. Пожалуйста, не переживай из-за этого. — отмахнулась я.       Не знаю, что можно было ему ещё ответить на это. Не хочу врать, не хочу быть той, кто всегда говорит, что всё в порядке, хотя это совершенно не так. И я смертельно устала от этого бессмысленного, дерьмого вопроса. Я не в порядке. И не буду в порядке. Мой любимый человек, который был готов на всё ради меня сел в тюрьму за то, чего он не делал. И сел из-за того, что одна безмозглая курица приняла неверное решение. Мои тщеславие, уверенность в себе, твердолобость, бесстрашность привели к тому, что я потеряла часть себя. Снова.       Отнесла пакет в свою комнату, убрав в сумку с вещами, пошла в ванную, привела себя в порядок и спустилась вниз. Время близится к часу дня. Надо было меньше пить и меньше спать. Столько времени потеряла, хотя могла заняться делом. — О, соня, доброе утро. — заметила меня мама, хлопоча на кухне. — Обед будет скоро готов. — Где папа? — спросила я. — У себя, где же ему ещё быть? — буркнула Марго, отворачиваясь к плите.       Пересекла столовую и направилась в кабинет отца. Он сидит с открытой дверью, всматривается в какой-то альбом и хмурится. — На ботокс разоришься. — прыснула я, проходя внутрь. — Проснулась, пьянчужка? — хмыкнул Фред, не открывая взгляда от альбома. — Нет, я всё ещё сплю, просто решила во сне походить. Что ты там смотришь? — Ваши детские фотографии. — Фред тепло улыбнулся, поднимая на меня мимолётный взгляд, а затем опустил глаза обратно. — Как думаешь, я мало времени вам уделял, когда мы переехали в Нью-Йорк? — Да, было такое. Ещё меньше внимания стало, когда Грег родился. Нам ведь всего по восемь лет было. Школа только началась, мама ушла в заботу о Греге, а ты всё время пропадал на работе. Так что нами занимался кто угодно, но не родители. — прошла в кабинет и опустилась на мягкое кожаное кресло. — Ты винишь меня за это? — Фред поднял на меня тяжёлый взгляд. — Нет, мы ведь с Хоуком были друг у друга. Маленькая команда и семья. — тепло улыбнулась, а в груди больно резануло. — А Хоук? — хмуро спросил папа. — А Хоук не был так лоялен как я. Он винил тебя, винил маму. Ты придирался к нему, мама ко мне. Вот мы и защищали друг друга как могли. — Знаешь, в последнее время я очень часто думаю о том дне… Если бы я его не наказал, может всё сложилось бы по-другому. Может, вы бы и не поехали. — Не знаю… — отрезала я. — Но вашей с мамой вины тут точно нет. Только моя. — улыбнулась я. — Селин… Мы были не в себе в то время, для нас весь мир потерял любые краски. Прости… — виновато выпалил Фред, утирая глаза. — Он на тебя злился не потому что ты к нему придирался или любил работу больше. А потому что ты был единственным взрослым, кто защищал меня. Ты же знаешь Марго, она бывает очень импульсивной и злопамятной. Хоук для неё был всем миром, идеалом, которого я никак достигнуть не могла. Вот Хоук и срывался на тебя, потому что нам приходилось держать оборону. Думаю, он не хотел бы чтобы кто-то себя винил. Так что считай, что мы начали всё сначала. — Хорошо, Селин. Согласен с тобой. — Фред широко улыбнулся, закрыл альбом и убрал его в ящик стола. — Так, какие планы? — Я хотела съездить в Верхний Ист Сайд и разведать там обстановку. Убежище Джейка было где-то там. Ещё мне нужно придумать, как перевезти в Дасквуд накопители Джейка так, чтобы меня не сцапали. А потом я полечу обратно в Дасквуд. Надо готовится к экзамену и я хочу навестить Джейка. — План отменный. У меня на сегодня дел нет, поэтому я поеду с тобой. Так будет надёжнее. Охрану я оставлю при тебе, Лукас будет навещать тебя время от времени. — Охрану не надо, журналисты дом мой не атакуют больше и в Дасквуде я одна не бываю. Лукас пусть заходит, главное, чтобы не нудел. Может как раз помочь мне с экзаменом. — улыбнулась я. — Лукас один из самых высокооплачиваемых адвокатов в моей фирме, с огромным опытом работы, предложениями и кучей выигранных дел, будет подрабатывать у тебя репетитором? — возмущённо выпалил Фред. — Да, ты всё равно платишь ему непозволительно много. Так пусть хоть часть зарплаты отобьёт. — прыснула я. — Обед готов! Все к столу! — гаркнула Марго из кухни.       После плотного обеда, мы с Фредом наскоро собрались и, сославшись на неотложные и важные дела, прыгнули в машину и отправились в мой бывший район. У моей квартиры было одно из лучших местоположений: рядом был центральный парк и вид из окон был на него; универ в пешей доступности; всегда можно было посмотреть на Статую свободы; как вишенка на торте — развитая инфраструктура. А ещё, личное парковочное место, что для центра Нью-Йорка было просто непозволительной роскошью.       Мне никогда не нравился этот район, но папа хотел держать меня поближе к себе, чтобы было ехать до дома не очень далеко и чтобы я ходила куда-то и развлекалась. Вместо этого, я закрылась дома, замкнулась в себе и бросила учёбу. Мы с Фредом, под ручку идём по улицам, проходя мимо пёстрых витрин, заглядываясь на различные экспонаты. — Джейк сказал, что мы жили в четырёх домах друг от друга. Значит его убежище точно было где-то недалеко. Только вот где? — хмуро окинула взглядом улицу. Легко представить его в этой суматохе. Тут затеряется даже самое пёстрое пятно, а Джейку очень легко было оставаться незамеченным здесь. И судя по всему, он довольно обеспеченный парень, раз смог позволить себе аренду. — Могу прошерстить по своим каналам или отправить кого-то на разведку. — Нет, не стоит. Это я должна сделать сама. Чем меньше людей вовлечено, тем безопаснее. — поджала губы. — Извините, — кто-то схватил меня за предплечье, разворачивая к себе. За моей спиной стоят какие-то девочки, робко переминаясь с ноги на ногу, мнутся и переглядываются. — Вы же та самая Селин, да? Можно с вами сфотографироваться? — А? Да, конечно. — сейчас я чувствую себя очень неловко.       Девочки облепили меня со всех сторон, подбирая самый удачный ракурс, нацепили дежурные улыбки, а мне хотелось провалится сквозь землю, настолько это странно и непонятно для меня. Не знаю, кем именно они меня видят и что думают обо мне, но всё это как-то фальшиво и надуманно. — Спасибо большое! А можете рассказать про Джейка? — пропищал голос из толпы. — Извините, я тороп… — Боже, это же та самая Селин… — донеслось откуда-то позади меня. — Так, всё, извините, нам пора. — гаркнул Фред, хватая меня под руку, потащил дальше по улице. — Всё ещё не нужна охрана? — В Дасквуде мне няньки точно не нужны, там все меня знают и как-то особо таких эмоций не проявляют. — пробурчала я, выуживая из сумочки солнцезащитные очки. — Привыкай, теперь тебя будут фотографировать всегда и везде. И я уже не говорю о других мероприятиях, от которых я усиленно отбиваю тебя. — Чего? — нахмурилась я. — Многие хотят узнать вашу с Джейком историю, узнать про расследование. Теперь, когда суд над Джейком закончился, многие хотят получить комментарии из первых рук, скажем так. На этот счёт не волнуйся, Лукас старательно отбивает от тебя всех. — Хорошо… — мне стало ещё более неловко, словно я какая-то самозванка, которую почему-то стали прославлять. — Это хорошо, я не хочу публичности. — Вот и славно, в нашей семье достаточно одного козла отпущения. Лучше тебе не отсвечивать на улице, особенно сейчас. Зайдём выпить кофе и поедем домой. — Да, хорошо.       Внутри всё леденеет. Мне было достаточно того, что в Дасквуде я чувствовала себя так, словно на меня все смотрят. Теперь это ощущение возникло и здесь. Мне непонятно и неприятно, что ко мне подходят, фотографируют, обращают на меня внимание. Это кажется мне таким странным и иррациональным.       Собственными руками я сняла маску с преступника, а потом сама же скрыла его личность и отправила любимого в тюрьму. А теперь люди меня восхваляют и просят сфотографироваться с ними. После порции кофеина, вкуснючего круассана с шоколадом, мы с Фредом вернулись домой. В его кабинете нас уже ждала целая команда из фирмы папы. Мама носилась туда-сюда, предлагая то чай, то кофе, то отужинать. Но Фред безапелляционно выставил её за дверь, закрывшись изнутри, чтобы нам точно никто не мешал. — Фред, Селин, рады, что вы вернулись. — адвокат Джейка поднялся с места, протягивая руку отцу. Внутри всё сжалось. — Как твоё самочувствие, Селин? — Что с Джейком? — категорично спросила я. Сердце неприятно ёкает внутри, разрывая грудную клетку, воздуха катастрофически не хватает, всё вокруг становится горячим. Мозг переносит меня в тот самый день, в ту самую шахту. Меня прибивает к полу. — Селин! — Фред подхватывает меня на руки, усаживая в кресло. Кто-то пихает в руку бутылку с водой. — Я тебя убью, Форд. — рыкнул Фред.       Всё снова становится ярким и шумным пятном. Сердце так сильно бьётся, что становится страшно. — Солнышко, смотри на меня, постарайся дышать. Не отключайся. — холодные ладони Фреда накрыли мои щёки, пытаясь сфокусировать меня на его ледяных глазах. — Вызывайте скорую. — Н… Н… Не надо… — прохрипела я. — Воды… — Дай сюда бутылку, идиот. — рыкнул Фред, затем убрал ладони с моего лица. Через секунду живительная влага потекла по горлу, успокаивая, приглушая паническую атаку. — Вот так, родная. Потихонечку. — Что с Джейком? — прохрипела я, поднимая голову на Форда, лицо которого наконец-то стало чётким. — Пока всё в порядке. Определили в одиночную камеру, нет доступа в интернет, к любым электронным устройствам. Навестить его можно будет в ближайшее время, я договорился. — Хорошо… — выдохнула я, приглаживая растрёпанные волосы. — Что с апелляцией? — Он отказался от… — Я сама с ним поговорю. — не дав договорить, осекла я. — Отправишь запрос в тюрьму? — Да, конечно. — растерянно кивнул Форд. — Какие ещё новости? — грозно спросил Фред. — Экзамен назначен на 8 октября. Тебе хватит времени? — спросил Маркус. — Да, конечно. — кивнула в знак согласия, благодарно улыбаясь новому директору фирмы. — Отлично. Результаты будут в течении пары недель, потом буду ждать тебя у себя. — улыбнулся Маркус. — Джейк будет твоим клиентом.       От сердца отлегло. Наконец-то я смогу коснуться его, видеть его, чувствовать. Всего какой-то месяц. После долгой разлуки эти дни мне будут казаться вечностью. Когда мы решили все дела и остались с отцом наедине, мне стало гораздо спокойнее. Многие вопросы скоро решаться, но самый главный — я смогу видеть Джейка когда захочу, а не зависеть от его желаний.       Не знаю, чувствует он ко мне что-то на самом деле или я была для него инструментом, но мне хочется верить, что все его слова были правдой. И судя по тому, как родители усиленно пытаются его защитить, это так и есть.       Но благо, которое он мне так усиленно впихивает, мне не подходит. Я не хочу всю оставшуюся жизнь жалеть, что отпустила того, кого люблю по-настоящему. Он подарил мне жизнь, мир и безграничное счастье. — Кстати, — нарушила я тишину, отложив толстый справочник. — ты когда мой ноут вернёшь? — Какой ноут? — Фред поднял на меня невинные глаза полные непонимания. Всё ясно, это точно он забрал. — Мой ноут, который вдруг неожиданно испарился из моего дома в Дасквуде, а ФБР его почему-то не нашли. — улыбнулась я. — Вот от тебя ничего не скроешь. — буркнул Фред, отворачиваясь к сейфу. Через несколько минут томительного ожидания, мой ноут уже был на столе отца. — Не знаю, то ли гордится, то ли злится. — А это уже остаётся на твоё усмотрение. Завтра утром я вернусь в Дасквуд и поеду к Джейку. Работы предстоит не мало. — улыбнулась я, забирая со стола ноутбук. — Только подготовься к экзамену, пожалуйста. — хмуро осёк меня Фред. — Ну само собой, пап. Не буду ж я целыми днями в потолок глядеть. Сдам так, что ты обалдеешь от результата. — хмыкнула я, направляясь к выходу. — Селин? — окликнул меня отец. — Что? — обернулась я, одарив родителя вопросительным взглядом. — Ты всегда можешь на меня положится. Я люблю тебя. — И я тебя, па. Увидимся за ужином.